«Секретные материалы» или диагноз по слухам?
О проверяемости оснований для ОРМ

Коллеги, в продолжение серии постов об ОРД, например, этого: https://t.me/garmaevopen/1129
разберем весьма изящную, но убийственную для слабого следствия защитную версию. Звучит она так:

«Основанием для проведения ОРМ, например, оперативного эксперимента, послужило только сообщение лица, оказывающего содействие на условиях конфиденциальности, или исключительно рапорт оперативного сотрудника».

Сторона защиты в таких случаях резонно заявляет, что подобные не подкрепленные ничем сведения – это ненадлежащие основания для проведения оперативного эксперимента.

Результат – оправдательный или прекращение дела, или унизительный для обвинения компромисс…

В науке и судебной практике этот вопрос стоит крайне остро. Действительно, ч. 2 ст. 7 Закона «Об ОРД» детально не расшифровывает, какие именно «сведения» могут послужить достаточным основанием для проведения ОРМ. Безусловно, использование информации от тайных осведомителей (конфидентов) законом не запрещено.

Однако Верховный Суд РФ в своих решениях занимает жесткую позицию: простое заявление оперативных сотрудников в суде о том, что они располагали некой секретной информацией о получении подсудимым взятки, признается недостаточным основанием, если фактическое содержание этой информации не было представлено суду и не исследовалось.

Известны кассационные определения высшей судебной инстанции, по которым в подобных ситуациях оправдательные приговоры были оставлены без изменений.

Метафорично выражаясь: проводить оперативный эксперимент только на основании шепота 🤫 тайного агента – это как хирургу делать сложнейшую полостную операцию, опираясь лишь на догадки соседки пациента по лестничной клетке.

Интуиция и оперативная удача – вещи прекрасные, но в суде к материалам дела их не пришьешь.

Оперативный эксперимент и проверочная закупка занимают совершенно особое место в перечне ОРМ, так как они в известной степени связаны с созданием условий, в которых фигурант должен сделать выбор того или иного варианта действий. Именно поэтому суды предъявляют к этим мероприятиям самые высокие, особые требования.

Верховный Суд РФ неоднократно указывал: сообщения «анонимных агентов» должны быть проверяемы.

Для стратегии обвинения и предвосхищающей проверки:
как грамотному следователю не попасть в эту ловушку и нейтрализовать версию защиты еще на этапе следствия?

Во-первых, необходимо детально допросить самих оперативных сотрудников на предмет оснований для проведения ОРМ.

Во-вторых, следует скрупулезно выяснить, не явились ли основанием для эксперимента результаты других, предшествующих ОРМ (например, «наблюдения» или «прослушивания телефонных переговоров»), и обязательно запросить возможность их представления в суд.

В-третьих, необходимо рассмотреть возможность допроса самого конфидента (естественно, с его согласия и при строгом соблюдении иных требований безопасности и законодательства об ОРД).

Вывод для защиты: если квалифицированный адвокат видит, что фундамент ОРМ построен на одних лишь слухах и домыслах – он обязательно и справедливо развалит карточный домик такого обвинения.

Коллеги, у кого есть региональная практика в этом ключе?