С 1610 года пятницу, когда проводился большой сложный тест, на школьном сленге называли Black Friday. Spooky!
В 1745 в Лондон прибыл young pretender Карл Эдуард Стюарт. Этот день тоже окрестили «Чёрной пятницей». В 1960-х так стали называть начало рождественских распродаж.
Мало кому нравятся толпы в универмагах, но на неделе случаются дни и почернее.
Black Monday - обвал мирового фондового рынка в 1987.
Black Tuesday и Black Thursday - крах фондовой биржи на Уолл-стрит в 1929.
Black Wednesday - резкое падение курса фунта стерлингов в 1992.
Black Saturday - начало серии лесных пожаров в Австралии в 2009.
Black Sunday - гигантская пыльная буря в Калифорнии в 1935.
В 1745 в Лондон прибыл young pretender Карл Эдуард Стюарт. Этот день тоже окрестили «Чёрной пятницей». В 1960-х так стали называть начало рождественских распродаж.
Мало кому нравятся толпы в универмагах, но на неделе случаются дни и почернее.
Black Monday - обвал мирового фондового рынка в 1987.
Black Tuesday и Black Thursday - крах фондовой биржи на Уолл-стрит в 1929.
Black Wednesday - резкое падение курса фунта стерлингов в 1992.
Black Saturday - начало серии лесных пожаров в Австралии в 2009.
Black Sunday - гигантская пыльная буря в Калифорнии в 1935.
Стоит позволить хотя бы одному литературному коту попасть в канал, и вот уже следующий на подлёте.
Это изображение очаровательного чёрного котёнка Китти довело перфекциониста Льюиса Кэрролла до приступа бешенства. Книга была доставлена писателю 21 ноября 1893, и он пришёл в неописуемую ярость от низкого качества иллюстраций, записав в дневнике: “the pictures [were] so badly printed that the books are not worth anything”. Кэрролл велел уничтожить все 940 напечатанные копии, оставшиеся у издателя, и дал объявление в the Times и the Daily News с просьбой вернуть уже проданные копии: “no more Wonderlands are to be printed... till I give permission”. Из всего тысячного тиража до наших дней сохранились только три экземпляра. #literarycats
Это изображение очаровательного чёрного котёнка Китти довело перфекциониста Льюиса Кэрролла до приступа бешенства. Книга была доставлена писателю 21 ноября 1893, и он пришёл в неописуемую ярость от низкого качества иллюстраций, записав в дневнике: “the pictures [were] so badly printed that the books are not worth anything”. Кэрролл велел уничтожить все 940 напечатанные копии, оставшиеся у издателя, и дал объявление в the Times и the Daily News с просьбой вернуть уже проданные копии: “no more Wonderlands are to be printed... till I give permission”. Из всего тысячного тиража до наших дней сохранились только три экземпляра. #literarycats
Какое отношение футбол имеет к изучению языков? Самое прямое:
Anyone who has tried to learn a language knows that the gold standard of fluency isn’t your reading comprehension but your ability to ask a native speaker of that language which team they favor in the World Cup and to fully understand and participate in the argument that will inevitably ensue (Kory Stamper).
Несколько слов и выражений, которые добавят убедительности в споре:
Aggro (short for "aggravation") - футбольное хулиганство;
Bovver (the Cockney pronunciation of "bother", i.e. trouble) - оно же;
Football firms (the term derives from the British slang for a criminal gang), а также army, boys, casuals и crew - агрессивно настроенные фанаты;
Chip - проброс;
Comeback - переломный момент в игре;
One-trick pony - игрок, обладающий только одним сильным качеством;
Football chants - футбольные кричалки;
VAR - video assistant referee (один из номинантов на звание «Слово года 2018»);
The silly season - июль и август, в течение которых открыто трансферное окно (догадайтесь, почему);
Tapping up - противоречащая правилам практика контакта с игроком до достижения договорённости о его покупке с клубом;
Match-fixing - договорные матчи. #english
Anyone who has tried to learn a language knows that the gold standard of fluency isn’t your reading comprehension but your ability to ask a native speaker of that language which team they favor in the World Cup and to fully understand and participate in the argument that will inevitably ensue (Kory Stamper).
Несколько слов и выражений, которые добавят убедительности в споре:
Aggro (short for "aggravation") - футбольное хулиганство;
Bovver (the Cockney pronunciation of "bother", i.e. trouble) - оно же;
Football firms (the term derives from the British slang for a criminal gang), а также army, boys, casuals и crew - агрессивно настроенные фанаты;
Chip - проброс;
Comeback - переломный момент в игре;
One-trick pony - игрок, обладающий только одним сильным качеством;
Football chants - футбольные кричалки;
VAR - video assistant referee (один из номинантов на звание «Слово года 2018»);
The silly season - июль и август, в течение которых открыто трансферное окно (догадайтесь, почему);
Tapping up - противоречащая правилам практика контакта с игроком до достижения договорённости о его покупке с клубом;
Match-fixing - договорные матчи. #english
Sharp Objects. Gillian Flynn, 2006
Вначале роман притворяется обычным детективом: жестокие убийства двух девочек в маленьком американском городке, жители вооружаются, полиция разыскивает маньяка, журналистка родом из этих мест приезжает собирать материал и останавливается у матери, с которой у неё с детства ... issues.
А дальше повествование выходит за рамки жанра и камня на камне не оставляет от постулатов о безусловности материнской любви, детской невинности и целительной силе времени. Хорошая девочка - это диагноз или приговор?
- MBP?
- Munchausen by Proxy. The caregiver, usually the mother, almost always the mother, makes her child ill to get attention for herself. You got Munchausen, you make yourself sick to get attention. You got MBP, you make your child sick to show what a kind, dotty mommy you are. Brothers Grimm, see what I mean? Like something a wicked fairy queen would do. I’m surprised you haven’t heard of it.
- It sounds familiar, I said.
- It’s becoming quite a well-known disease. Popular. People love new and creepy.
И это даже не спойлер! #fiction
Вначале роман притворяется обычным детективом: жестокие убийства двух девочек в маленьком американском городке, жители вооружаются, полиция разыскивает маньяка, журналистка родом из этих мест приезжает собирать материал и останавливается у матери, с которой у неё с детства ... issues.
А дальше повествование выходит за рамки жанра и камня на камне не оставляет от постулатов о безусловности материнской любви, детской невинности и целительной силе времени. Хорошая девочка - это диагноз или приговор?
- MBP?
- Munchausen by Proxy. The caregiver, usually the mother, almost always the mother, makes her child ill to get attention for herself. You got Munchausen, you make yourself sick to get attention. You got MBP, you make your child sick to show what a kind, dotty mommy you are. Brothers Grimm, see what I mean? Like something a wicked fairy queen would do. I’m surprised you haven’t heard of it.
- It sounds familiar, I said.
- It’s becoming quite a well-known disease. Popular. People love new and creepy.
И это даже не спойлер! #fiction
Студенту на заметку.
Недавно слушали подкаст о техниках запоминания: чтобы запомнить, как пишется BECAUSE надо усвоить, что Big Elephants Can Always Understand Small Elephants и т.п.
А вот образец средневековой мнемотехники: красный глаз на груди льва напоминает о том, как Иисус исцелил слепого, справа от глаза - семь хлебов, которыми он накормил четыре тысячи человек, слева - ключ от Царствия Небесного, демон, вылетающий из живота символизирует изгнание «духа немого» из одержимого, а игла, проткнувшая нижнюю лапу льва напоминает о верблюде и игольном ушке.
Наверняка работало. А мы с Петраркой говорим «темные века»...
Недавно слушали подкаст о техниках запоминания: чтобы запомнить, как пишется BECAUSE надо усвоить, что Big Elephants Can Always Understand Small Elephants и т.п.
А вот образец средневековой мнемотехники: красный глаз на груди льва напоминает о том, как Иисус исцелил слепого, справа от глаза - семь хлебов, которыми он накормил четыре тысячи человек, слева - ключ от Царствия Небесного, демон, вылетающий из живота символизирует изгнание «духа немого» из одержимого, а игла, проткнувшая нижнюю лапу льва напоминает о верблюде и игольном ушке.
Наверняка работало. А мы с Петраркой говорим «темные века»...
Words That Go Ping. Barbara Lasserre, 2018
Книга рассказывает про чудеса звукоподражания (onomatopoeia) на материале разных языков (никакого европоцентризма). Нам проведут небольшой фонетический ликбез, а заодно растолкуют, как переводчики манга и графических романов лавируют между культурными различиями и табу, контрразведчики ловят шпионов, а ИКЕА выбирает названия для своей продукции (увы, случаются казусы - the 2004 Fartfull children’s workbench).
Говоря о звукоподражании, лингвисты часто используют термины iconism (ha ha) или в более широком смысле sound symbolism’(sausage sizzle). Различают два типа звукового символизма: iconicity, где слова похожи на звуки, которые мы слышим (boom, crash, squeak), и mimetics, где помимо имитации звука, слово описывает физическое движение, действие или признак (характерно для японского и корейского языков).
В 1930 лингвист Джон Руперт Ферт выделил фонестемы (phonaesthemes) - тематические звуковые кластеры, имеющие семантическое наполнение. Фонестем в английском языке довольно много и, если разобраться, как это работает, можно существенно облегчить себе жизнь.
SL - attack: slam, slash, slaughter, slug
SL - wet substances and sliding movements: slime, slippery, slop, slurry
CL - a sharp or sudden noise: clang, clap, clash, clamour, clatter, click
CL - ‘to close’ or ‘to fix’:
claustrophobic, clinch, clip, closure
FL - forms of rapid movement:
flicker, flow, flutter
GL - stickiness: agglomeration, glue, glutinous
GL - light: gleam, glimmer, glitter, glow
STR - a straight line that has some width: strap, stripe
TW - going around: tweak, twine, twirl, twist, twizzle
GR - groups, greatness or increase in density: aggrandisement, aggregate, agreement, grandiose, gravitas
GR - negative or threatening perceptions: grim, gripe, groan, growl
SHR - a reduction from a normal state:
shred, shrink and shrivel.
И тут вы либо в контексте путаете мерцание с липкостью, либо бинго!
В книге встречается множество других милых сердцу лингвиста терминов: first language filter, synaesthesia или crossmodal association, reduplication, interjection, translanguage’ с примерами и картинками.
For pudding:
Bells and whistles - это затейливые навороты, которые привлекают внимание к продукту. На других языках нет столь явно выраженного звукового символизма, но у немцев есть восхитительный Schnickschnack, у испанцев florituras, а у французов tout le tralala.
В Ирландии пасмурный (dull) день называют soft day.
Whoops-a-daisy - междометие употребляется, когда падаёт ребёнок или нужно подхватить споткнувшегося взрослого.
Книга рассказывает про чудеса звукоподражания (onomatopoeia) на материале разных языков (никакого европоцентризма). Нам проведут небольшой фонетический ликбез, а заодно растолкуют, как переводчики манга и графических романов лавируют между культурными различиями и табу, контрразведчики ловят шпионов, а ИКЕА выбирает названия для своей продукции (увы, случаются казусы - the 2004 Fartfull children’s workbench).
Говоря о звукоподражании, лингвисты часто используют термины iconism (ha ha) или в более широком смысле sound symbolism’(sausage sizzle). Различают два типа звукового символизма: iconicity, где слова похожи на звуки, которые мы слышим (boom, crash, squeak), и mimetics, где помимо имитации звука, слово описывает физическое движение, действие или признак (характерно для японского и корейского языков).
В 1930 лингвист Джон Руперт Ферт выделил фонестемы (phonaesthemes) - тематические звуковые кластеры, имеющие семантическое наполнение. Фонестем в английском языке довольно много и, если разобраться, как это работает, можно существенно облегчить себе жизнь.
SL - attack: slam, slash, slaughter, slug
SL - wet substances and sliding movements: slime, slippery, slop, slurry
CL - a sharp or sudden noise: clang, clap, clash, clamour, clatter, click
CL - ‘to close’ or ‘to fix’:
claustrophobic, clinch, clip, closure
FL - forms of rapid movement:
flicker, flow, flutter
GL - stickiness: agglomeration, glue, glutinous
GL - light: gleam, glimmer, glitter, glow
STR - a straight line that has some width: strap, stripe
TW - going around: tweak, twine, twirl, twist, twizzle
GR - groups, greatness or increase in density: aggrandisement, aggregate, agreement, grandiose, gravitas
GR - negative or threatening perceptions: grim, gripe, groan, growl
SHR - a reduction from a normal state:
shred, shrink and shrivel.
И тут вы либо в контексте путаете мерцание с липкостью, либо бинго!
В книге встречается множество других милых сердцу лингвиста терминов: first language filter, synaesthesia или crossmodal association, reduplication, interjection, translanguage’ с примерами и картинками.
For pudding:
Bells and whistles - это затейливые навороты, которые привлекают внимание к продукту. На других языках нет столь явно выраженного звукового символизма, но у немцев есть восхитительный Schnickschnack, у испанцев florituras, а у французов tout le tralala.
В Ирландии пасмурный (dull) день называют soft day.
Whoops-a-daisy - междометие употребляется, когда падаёт ребёнок или нужно подхватить споткнувшегося взрослого.
Однажды за обедом, рэппер Lushlife и программист Chris Carpenter увидели у сынишки своего приятеля карточки для изучения алфавита и заинтересовались. Везде была нарисована еда. Добравшись до буквы Q, парни обнаружили изображение киноа (quinoa), о существовании которого сами они узнали лет так в двадцать пять. Развеселившись, креативные ребята решили, что более дурацкой может быть только идея алфавита, где слова начинаются с непроизносимых букв (gnome, knight, tsar).
Результатом стал букварь-бестселлер P is for Pterodactyl. The Worst Alphabet Book Ever с мощным русским следом и подписями к иллюстрациям вроде:
K is for Knight: The noble knight’s knife nicked the knave’s knee.
T is for Tsunami: The charging tsunami washed away all of Tchaikovsky’s tchotchkes.
В восторге и дети, и взрослые.
Результатом стал букварь-бестселлер P is for Pterodactyl. The Worst Alphabet Book Ever с мощным русским следом и подписями к иллюстрациям вроде:
K is for Knight: The noble knight’s knife nicked the knave’s knee.
T is for Tsunami: The charging tsunami washed away all of Tchaikovsky’s tchotchkes.
В восторге и дети, и взрослые.
Окинув беглым взглядом поля боев за литературные премии 2018, имеем примерно следующее:
◊ Нобеля не вручали из-за скандала в благородном семействе академиков на почве seku hara (“sexual harassment” <Japanese-English>).
◊ Члены Букеровского комитета принимают решения, которые не до конца понятны даже им самим. Говорят, читать победителя “Milkman” будет долго, тяжко, но необходимо - роман про важное (да, да, опять seku hara).
◊ Премию The Bollinger Everyman Woodhouse не вручали, потому все мало мальски смешное автоматически попадает в no-go area неполиткорректного. Никто не готов пить шампанское.
◊ Впервые была вручена премия Staunch prize за произведение, в котором ни одна героиня не пострадала (“in which no woman is beaten, stalked, sexually exploited, raped or murdered”). Дали австралийцу Джоку Серонгу за роман, в котором серферы спасают беженцев во время шторма в открытом море.
◊ Мураками снял свою кандидатуру на альтернативную Нобелевскую премию и вовсе остался без наград, проиграв американцу Джеймсу Фрею в нелегкой борьбе за антипремию Bad Sex Award за худшее описание секса в литературе (all-male shortlist).
Осталась масса других премий, продолжаем следить.
◊ Нобеля не вручали из-за скандала в благородном семействе академиков на почве seku hara (“sexual harassment” <Japanese-English>).
◊ Члены Букеровского комитета принимают решения, которые не до конца понятны даже им самим. Говорят, читать победителя “Milkman” будет долго, тяжко, но необходимо - роман про важное (да, да, опять seku hara).
◊ Премию The Bollinger Everyman Woodhouse не вручали, потому все мало мальски смешное автоматически попадает в no-go area неполиткорректного. Никто не готов пить шампанское.
◊ Впервые была вручена премия Staunch prize за произведение, в котором ни одна героиня не пострадала (“in which no woman is beaten, stalked, sexually exploited, raped or murdered”). Дали австралийцу Джоку Серонгу за роман, в котором серферы спасают беженцев во время шторма в открытом море.
◊ Мураками снял свою кандидатуру на альтернативную Нобелевскую премию и вовсе остался без наград, проиграв американцу Джеймсу Фрею в нелегкой борьбе за антипремию Bad Sex Award за худшее описание секса в литературе (all-male shortlist).
Осталась масса других премий, продолжаем следить.
The Silence of the Girls. Pat Barker (2018)
The Song of Achilles. Madeline Miller (2012):
Это две очень разные интерпретации классического сюжета гомеровской «Илиады». Никакой альтернативной истории - Троя пала, все нормально.
У Медлин Миллер сюжет построен в виде жизнеописания Ахилла от лица Патрокла, с детства до умопомрачения в него влюблённого, поэтому образ величайшего из ахейцев прописан беличьей кисточкой, особенно as a young man. По Миллер, личность Ахилла состоит из двух равновеликих частей, которые предпочитают не знать друг о друге, поэтому ему как-то удаётся уворачиваться от глубинного внутреннего конфликта. Обычное для принца детство, проблемы в семье, юношеские прыщи (ладно, у Ахилла их не было, все-таки полубог), потом всеобщая мобилизация, десять лет под стенами Трои, чума, скука, но после смерти героя ждёт награда - безлимитная прогулка по полям асфоделей за ручку с любимым.
У Пэт Баркер получилась деромантизированная история осады Трои от лица Брисеиды, девушки из царской семьи, которая стала военной добычей и наложницей Ахилла, а потом и причиной (или поводом?) его временного отказа сражаться на стороне греков. Здесь Ахилл — мускулистый неврастеник в сверкающих доспехах, готовый пациент г-на Фрейда. В атмосфере военно-трудового лагеря строгого режима с усиленной сексуальной эксплуатацией женщины вынуждены выживать и подстраиваться, будь то в царском дворце или в грязном подвале под солдатским шатром. Досадно, что в романе предпочитают видеть исключительно гимн феминизму — такой подход значительно сужает перспективу. Да, этот мир придуман для мужчин, но у несчастных матерей не бывает счастливых сыновей.
Повествование жесткое, боги не знают милосердия, кровь заливает страницы. Мелкие анахронизмы несущественны — время эпическое.
The Song of Achilles. Madeline Miller (2012):
Это две очень разные интерпретации классического сюжета гомеровской «Илиады». Никакой альтернативной истории - Троя пала, все нормально.
У Медлин Миллер сюжет построен в виде жизнеописания Ахилла от лица Патрокла, с детства до умопомрачения в него влюблённого, поэтому образ величайшего из ахейцев прописан беличьей кисточкой, особенно as a young man. По Миллер, личность Ахилла состоит из двух равновеликих частей, которые предпочитают не знать друг о друге, поэтому ему как-то удаётся уворачиваться от глубинного внутреннего конфликта. Обычное для принца детство, проблемы в семье, юношеские прыщи (ладно, у Ахилла их не было, все-таки полубог), потом всеобщая мобилизация, десять лет под стенами Трои, чума, скука, но после смерти героя ждёт награда - безлимитная прогулка по полям асфоделей за ручку с любимым.
У Пэт Баркер получилась деромантизированная история осады Трои от лица Брисеиды, девушки из царской семьи, которая стала военной добычей и наложницей Ахилла, а потом и причиной (или поводом?) его временного отказа сражаться на стороне греков. Здесь Ахилл — мускулистый неврастеник в сверкающих доспехах, готовый пациент г-на Фрейда. В атмосфере военно-трудового лагеря строгого режима с усиленной сексуальной эксплуатацией женщины вынуждены выживать и подстраиваться, будь то в царском дворце или в грязном подвале под солдатским шатром. Досадно, что в романе предпочитают видеть исключительно гимн феминизму — такой подход значительно сужает перспективу. Да, этот мир придуман для мужчин, но у несчастных матерей не бывает счастливых сыновей.
Повествование жесткое, боги не знают милосердия, кровь заливает страницы. Мелкие анахронизмы несущественны — время эпическое.
Winter’s here.
Гибернация и лонгриды помогут нам скоротать время до выхода последнего сезона ‘Game of Thrones’ (апрель 2019). Романтическое псевдо-средневековое фэнтези а ля Кретьен де Труа густо населено нордическими зомби, великанами и огнедышащими драконами, но некоторые персонажи имеют исторические прототипы, а эпизоды основаны на реальных событиях.
Многое можно прочитать в учебнике истории для шестого класса, поэтому оставим в покое англосаксонскую гептархию, войну Роз, Адрианов вал, рыцарей-“take the black”-тамплиеров и «бедных пиктов на скалистых берегах», и перейдём на личности.
Jaime Lannister V Gottfried von Berlichingen: оба были высокого происхождения и лишились руки. Швабский рыцарь-наёмник Готфрид фон Берлихинген потерял правую руку в бою и заменил ее железным протезом, получив прозвище Götz of the Iron Hand. Во времена нацистской Германии его имя носила танковая дивизия СС, эмблемой которой была железная рука. Кисть Ланнистера сделана из золота.
Tyrion Lannister V Richard III: оба имели физические недостатки и обвинялись в убийстве племянников. На этом сходство заканчивается. Ричард был Йорком и не имел склонности к пьянству и распутству. Под флагами с изображением драконов в битве при Босуорте возглавлял армию его заклятый враг Генрих Тюдор. Тирион же примыкает к сторонникам Дейнерис Таргариен, в которой видят как раз будущего короля Генриха VII (а ещё Жанну д’Арк и Клеопатру).
Joffrey Baratheon V Richard II: оба изнеженных мальчика-короля, быстро превратившиеся в деспотических правителей, печально знамениты своим нарциссизмом и жестокостью.
Красная Свадьба (Red Wedding) имеет целых две исторических отсылки:
Чёрный обед (Black Dinner) - кровавый пир в Эдинбургском замке в 1440, когда по приказу регентов при малолетнем шотландском короле Якове II были убиты 16-летний граф Дуглас и его младший брат. Малолетние представители клана чёрных Дугласов были приглашены в Эдинбург с целью заключения мира. Сигналом к действию была подача к столу блюда с головой чёрного быка — символа скорой смерти.
Резня в Гленко (Glencoe Massacre) — карательная операция после Славной революции в феврале 1692, когда почти сорок членов мятежного клана Макдональдов были вырезаны в собственном доме солдатами, которых хозяева радушно разместили на постой. Приказ был «предать мечу всех людей моложе 70 лет». Деревня была сожжена, а около сорока человек из числа бежавших умерли от холода. Valar morghulis.
Никого не смущает, что доспехи армии Ланнистеров больше смахивают на самурайские?
Гибернация и лонгриды помогут нам скоротать время до выхода последнего сезона ‘Game of Thrones’ (апрель 2019). Романтическое псевдо-средневековое фэнтези а ля Кретьен де Труа густо населено нордическими зомби, великанами и огнедышащими драконами, но некоторые персонажи имеют исторические прототипы, а эпизоды основаны на реальных событиях.
Многое можно прочитать в учебнике истории для шестого класса, поэтому оставим в покое англосаксонскую гептархию, войну Роз, Адрианов вал, рыцарей-“take the black”-тамплиеров и «бедных пиктов на скалистых берегах», и перейдём на личности.
Jaime Lannister V Gottfried von Berlichingen: оба были высокого происхождения и лишились руки. Швабский рыцарь-наёмник Готфрид фон Берлихинген потерял правую руку в бою и заменил ее железным протезом, получив прозвище Götz of the Iron Hand. Во времена нацистской Германии его имя носила танковая дивизия СС, эмблемой которой была железная рука. Кисть Ланнистера сделана из золота.
Tyrion Lannister V Richard III: оба имели физические недостатки и обвинялись в убийстве племянников. На этом сходство заканчивается. Ричард был Йорком и не имел склонности к пьянству и распутству. Под флагами с изображением драконов в битве при Босуорте возглавлял армию его заклятый враг Генрих Тюдор. Тирион же примыкает к сторонникам Дейнерис Таргариен, в которой видят как раз будущего короля Генриха VII (а ещё Жанну д’Арк и Клеопатру).
Joffrey Baratheon V Richard II: оба изнеженных мальчика-короля, быстро превратившиеся в деспотических правителей, печально знамениты своим нарциссизмом и жестокостью.
Красная Свадьба (Red Wedding) имеет целых две исторических отсылки:
Чёрный обед (Black Dinner) - кровавый пир в Эдинбургском замке в 1440, когда по приказу регентов при малолетнем шотландском короле Якове II были убиты 16-летний граф Дуглас и его младший брат. Малолетние представители клана чёрных Дугласов были приглашены в Эдинбург с целью заключения мира. Сигналом к действию была подача к столу блюда с головой чёрного быка — символа скорой смерти.
Резня в Гленко (Glencoe Massacre) — карательная операция после Славной революции в феврале 1692, когда почти сорок членов мятежного клана Макдональдов были вырезаны в собственном доме солдатами, которых хозяева радушно разместили на постой. Приказ был «предать мечу всех людей моложе 70 лет». Деревня была сожжена, а около сорока человек из числа бежавших умерли от холода. Valar morghulis.
Никого не смущает, что доспехи армии Ланнистеров больше смахивают на самурайские?
«Вещи и ущи» Алла Горбунова (2017):
Макабрическое ралли по мотивам «судьба, душа, тоска» на американских горках русской действительности. Если психоанализ в аду входит в сферу ваших академических и жизненных интересов, вполне может пригодиться как Hell for Dummies. Иногда пляска смерти притворяется жизнью, а поэзия прозой, но так случается с поэтами, которые отваживаются на чужую территорию.
Для профессионально деформированных: фантасмагорические рассказики-страшилки про ивана петровича и его мытарства, про кафедру истории русской литературы (находилась в сельскохозяйственном техникуме, а сельскохозяйственный техникум — в здании заброшенного завода на обводном канале, а иногда без обиняков прямо в морге), про его докторскую диссертацию и работу в в приёмной комиссии филологического факультета на станции метро, про братию его научную — бесчисленных филологов, литературоведов, докторов наук с цитатами вместо лиц - larger than life.
Бонус (или минус): костяная рука, ожившие мертвецы и плюшевый кот-мизантроп.
Макабрическое ралли по мотивам «судьба, душа, тоска» на американских горках русской действительности. Если психоанализ в аду входит в сферу ваших академических и жизненных интересов, вполне может пригодиться как Hell for Dummies. Иногда пляска смерти притворяется жизнью, а поэзия прозой, но так случается с поэтами, которые отваживаются на чужую территорию.
Для профессионально деформированных: фантасмагорические рассказики-страшилки про ивана петровича и его мытарства, про кафедру истории русской литературы (находилась в сельскохозяйственном техникуме, а сельскохозяйственный техникум — в здании заброшенного завода на обводном канале, а иногда без обиняков прямо в морге), про его докторскую диссертацию и работу в в приёмной комиссии филологического факультета на станции метро, про братию его научную — бесчисленных филологов, литературоведов, докторов наук с цитатами вместо лиц - larger than life.
Бонус (или минус): костяная рука, ожившие мертвецы и плюшевый кот-мизантроп.
Spilling the Beans on the Cat’s Pygamas. Judy Parkinson. 2000
Давайте покопаемся у народа в душе — филологи мигом смекнули, что речь пойдёт об идиоматике. Многие английские идиомы имеют исторические корни разной степени очевидности:
The walls have ears (и у стен бывают уши) - во времена Екатерины Медичи (1519-89), жены Генриха II, некоторые комнаты в Лувре скрывали искусно сконструированную систему труб для подслушивания (auriculaires).
To jump out of the frying pan into the fire (из огня да в полымя) - впервые прозвучало около 1530 года, когда во время религиозного диспута Томас Мор, лорд канцлер Генриха VIII и автор «Утопии», сказал про Уильяма Тиндейла, что тот “featly conuayed himself out of the frying panne fayre into the fyre”. Тиндейл, протестантский реформатор и переводчик Библии, был сожжен как еретик в 1536 недалёко от Брюсселя.
To keep one’s powder dry (держать порох сухим) - приписывается Оливеру Кромвелю, который во время ирландской кампании 1649 года перед переправой через реку Слэни произнёс pep talk: “Put your trust in God, and keep your powder dry.”
To send someone to Coventry (подвергнуть остракизму) - во время Гражданской войны в 1642-1649 роялистов часто ссылали в протестанский Ковентри, где им приходилось ох как несладко.
Over the top (хватить через край) - появилось во время WWI для описания начала атаки, когда солдаты выбирались из траншей и в едином порыве бросались вперёд.
No news is good news - приписывается королю Якову VI и I, написавшему в 1616: “No newis is bettir than evill newis.” Btw, вплоть до XIX века существительное news употреблялось во множественном числе, поскольку являлось усечённой версией от new stories, в старой орфографии newes, буквальный перевод nouvelles (франц.).
No room to swing a cat (яблоку негде упасть) - при создании идиомы ни одно животное не пострадало: “cat” - сокращение от “cat-o’-nine-tails”, плеть-девятихвостка, которой пороли заключённых и штрафников в армии и на флоте. В помещениях было тесно, приходилось изощряться. Формально это наказание отменили только в 1948.
The English disease (французская болезнь) - после открытия Америки французы называли «английской болезнью» сифилис. После Промышленной революции и ухудшения экологической ситуации так стали называть бронхит. Сейчас «английской болезнью» называют классовость, экономическую стагнацию и футбольное хулиганство.
Майкл Ондатже в романе Warlight (2018) намекает на то, что «английский порок» (le vice anglais) не педерастия или флагелляция (mind your own business), а неспособность англичан выражать свои эмоции. Но это уже совсем другая история...
To put one’s foot in it (ляпнуть невпопад) - полная версия “to put your foot in your mouth” восходит к ирландскому парламентарию XVIII века Sir Boyle Roche, чьи ораторские способности не уступали талантам Джорджа Буша-младшего: “All along the untrodden paths of the future, I can see the footprints of an unseen hand.” Супруг Елизаветы II принц Филипп, не раз удивлявший мир своей бестактностью, называл свойство попадать впросак орально “dentopedalogy”.
A feather in one’s cap (звездочка на фюзеляже) - древний обычай, распространённый в Азии, Америке и Европе, добавлять к головному убору по перышку за каждого убитого врага. В истории Венгрии был период, когда перья на шляпе имели право носить исключительно имевшие на своем счету убитых турок.
The royal “we” (мы, Николай Второй) - по легенде, впервые коллективное «мы» использовал Генрих II Английский (1133-89), вразумляя непокорных баронов, что раз власть короля от Бога, то и королевские указы издаются от общего имени. Знаменитое “We are not amused” приписывается королеве Виктории (1900). В 1989 отличилась Маргарет Тэтчер, царственно объявив: “We have become a grandmother”.
Давайте покопаемся у народа в душе — филологи мигом смекнули, что речь пойдёт об идиоматике. Многие английские идиомы имеют исторические корни разной степени очевидности:
The walls have ears (и у стен бывают уши) - во времена Екатерины Медичи (1519-89), жены Генриха II, некоторые комнаты в Лувре скрывали искусно сконструированную систему труб для подслушивания (auriculaires).
To jump out of the frying pan into the fire (из огня да в полымя) - впервые прозвучало около 1530 года, когда во время религиозного диспута Томас Мор, лорд канцлер Генриха VIII и автор «Утопии», сказал про Уильяма Тиндейла, что тот “featly conuayed himself out of the frying panne fayre into the fyre”. Тиндейл, протестантский реформатор и переводчик Библии, был сожжен как еретик в 1536 недалёко от Брюсселя.
To keep one’s powder dry (держать порох сухим) - приписывается Оливеру Кромвелю, который во время ирландской кампании 1649 года перед переправой через реку Слэни произнёс pep talk: “Put your trust in God, and keep your powder dry.”
To send someone to Coventry (подвергнуть остракизму) - во время Гражданской войны в 1642-1649 роялистов часто ссылали в протестанский Ковентри, где им приходилось ох как несладко.
Over the top (хватить через край) - появилось во время WWI для описания начала атаки, когда солдаты выбирались из траншей и в едином порыве бросались вперёд.
No news is good news - приписывается королю Якову VI и I, написавшему в 1616: “No newis is bettir than evill newis.” Btw, вплоть до XIX века существительное news употреблялось во множественном числе, поскольку являлось усечённой версией от new stories, в старой орфографии newes, буквальный перевод nouvelles (франц.).
No room to swing a cat (яблоку негде упасть) - при создании идиомы ни одно животное не пострадало: “cat” - сокращение от “cat-o’-nine-tails”, плеть-девятихвостка, которой пороли заключённых и штрафников в армии и на флоте. В помещениях было тесно, приходилось изощряться. Формально это наказание отменили только в 1948.
The English disease (французская болезнь) - после открытия Америки французы называли «английской болезнью» сифилис. После Промышленной революции и ухудшения экологической ситуации так стали называть бронхит. Сейчас «английской болезнью» называют классовость, экономическую стагнацию и футбольное хулиганство.
Майкл Ондатже в романе Warlight (2018) намекает на то, что «английский порок» (le vice anglais) не педерастия или флагелляция (mind your own business), а неспособность англичан выражать свои эмоции. Но это уже совсем другая история...
To put one’s foot in it (ляпнуть невпопад) - полная версия “to put your foot in your mouth” восходит к ирландскому парламентарию XVIII века Sir Boyle Roche, чьи ораторские способности не уступали талантам Джорджа Буша-младшего: “All along the untrodden paths of the future, I can see the footprints of an unseen hand.” Супруг Елизаветы II принц Филипп, не раз удивлявший мир своей бестактностью, называл свойство попадать впросак орально “dentopedalogy”.
A feather in one’s cap (звездочка на фюзеляже) - древний обычай, распространённый в Азии, Америке и Европе, добавлять к головному убору по перышку за каждого убитого врага. В истории Венгрии был период, когда перья на шляпе имели право носить исключительно имевшие на своем счету убитых турок.
The royal “we” (мы, Николай Второй) - по легенде, впервые коллективное «мы» использовал Генрих II Английский (1133-89), вразумляя непокорных баронов, что раз власть короля от Бога, то и королевские указы издаются от общего имени. Знаменитое “We are not amused” приписывается королеве Виктории (1900). В 1989 отличилась Маргарет Тэтчер, царственно объявив: “We have become a grandmother”.