Садоводам на заметку: согласно ирландскому фольклору, если 17 марта, в День святого Патрика, посадить сладкий горошек, это не только принесет удачу, но и сделает так, что душистые растения весь сезон будут цвести пышным цветом. Правда, нужно было успеть до восхода солнца, но можно попробовать обмануть примету. #праздничное

17 марта отмечается День модельера, но театр и мода — близнецы-братья похлеще, чем у Маяковского.

Слияние высокой моды и театра началось с «отца Haute Couture» Чарльза Фредерика Уорта. В конце 80-х годов XIX века его костюмы для легендарных актрис и певиц (Сары Бернар, Элеоноры Дузе, Нелли Мельба etc) переплели моду и театральное искусство. Традицию продолжили Жак Дусэ, Поль Пуарэ, Мариано Фортуни и особенно Коко Шанель, которая в 1924 году по просьбе Сергея Дягилева разработала костюмы для балета «Голубой экспресс». В 1920-е годы на афишах самых престижных оперных и балетных трупп появились имена Жанны Ланвен и Магги Руфф. Тенденцию продолжили Пьер Бальмен, Кристиан Диор, Ив Сен Лоран, Джон Гальяно, Карл Лагерфельд, Жан-Поль Готье, Тьерри Мюлье, Вивьен Вествуд, Кристиан Лакруа, Виктор & Рольф, Рей Кавакубо и Кензо — все они нашли в театре возможность самовыражения вне жестких требований коммерции.

Итальянскую высокую моду воплотила в себе великий новатор Эльза Скиапарелли. В 1930-х годах, сотрудничая с Сальвадором Дали и Жаном Кокто, Эльза привнесла сюрреализм и абстрактность в дизайн графического трикотажа. Она предвосхитила современные модные показы, используя сцену и музыку для создания подиумов с вышагивающими по ним моделями. С началом WWII и как одно из ее последствий итальянские голоса притихли. Но в 1980-х итальянская мода стала доминировать в опере, танце и драмтеатре всего мира, чему способствовал гений Фенди, Армани, Балестра, Версаче, Миссони, Капуччи, Джильи, Ферретти, Валентино, Марраса etc. «Мы не стараемся загнать героев или мифы в рамки традиции» — этой фразой Джанни Версаче передает смысл отношений между миром моды и театра, где спектакль несет признаки собственного языка кутюрье. «Стиль на сцене. Искусство элегантности». #праздничное #fashion #театр

Кто же теперь — бестрепетно и на изысканном — будет глаголом жечь про то, как низко мы пали, подмешивая в сладкий яд меланхолии черную желчь фирменного сарказма?..

О кино и о времени: тексты для журнала «Сеанс» 1993-2008. Аркадий Ипполитов, 2025

Давно надо признать, что русская история — сплошной fake. В этом наше величие: рубиновые звезды на кремлевских башнях подобны драгоценным камням на башнях Изумрудного города великого и могучего Гудвина. Нам, с нашим избяным, лубяным и дровяным сознанием, начисто чуждо такое понятие, как культурная память. Московский Храм Христа Спасителя — чудесный пример подобной амнезии: великим памятником русского возрождения стал натуральную величины макет посредственно стилизованного под условную русскую «старину» архитектурного сооружения, сооруженного масонским архитектором. Творения сталинских реставраторов преподносятся как подлинные Растрелли, Камерон и Гонзаго, все восторженно славословят ужасающую безвкусицу интерьеров Юсуповых или вновь обретенную Янтарную комнату, насквозь фальшивую, но зато никто не обращает внимания на то, что чудный и подлинный дворик Строгановского дворца превращен во второсортную немецкую распивочную.

…нет большего преступления человека против человечности, чем осознание себя частью большинства и основанное на этом чувство собственной безгрешности и безнаказанности.

…либертинаж и разврат отнюдь не синонимы, и, как гласят словари, французское слово libertin означает приверженца свободы мысли в первую очередь. Свободомыслие предполагает отход от принятых норм, в том числе моральных или сексуальных, что может привести к распутству, но необязательно.

Особенно похорошели миссис Норрис и sidekick’и Малфоя.

Вдогонку одному скандалу: очень многих возмутило вероломство Тимоти Шаламе, на голубом глазу заявившего, что опера и балет в коме и на них всем давно плевать. Среди негодующих оказалась Мисти Коупленд, которая по приглашению того же Шаламе участвовала в продвижении Marty Supreme: в официальном аккаунте фильма были показаны ее детские балетные кадры с подписью Dream Big. Самым элегантным образом отреагировала Seattle Opera, предложив скидку на билеты на Carmen по промокоду Timothée.
Есть и альтернативное мнение: Шаломе не брякнувшая глупость звезда, но глас Божий рупор поколения, которое предпочитает зависать в сети или в пабе, чем тратить свое время и деньги на покрытые пылью веков La Bohème или Giselle. Чтобы жить, театр должен подстраиваться под вкусы «юного зрителя»: пусть в оперной афише рядом с Шекспиром будут Game of Thrones и Lady Gaga. Вместо того, чтобы отписываться от Тимоти, объявив его темнотой бескультурной, ему еще и спасибо надо сказать за то, что подсветил проблему. И не будем гадать, простое ли совпадение, что Marty Supreme, номинированный в девяти категориях, остался без Оскара

20 марта — Международный день счастья.

В датском языке есть два слова для счастья – lykke для мимолетных сильных эмоций и glad, выражающее регулярное удовлетворение жизнью. Помимо формирования реалистичных ожиданий через номинацию, язык также играет роль в принятии здорового образа жизни и создании социальной гармонии, которые, в свою очередь, являются факторами беспечальной жизни. Так жители стран, где говорят на языках, не имеющих временных рамок (e.g. на английском говорят “I will be going to a conference”, на мандарине — “I go to a conference”), на 30% чаще откладывают деньги на пенсию, больше занимаются спортом и практикуют безопасный секс. А Сингапур, население которого состоит из китайцев, малайцев и индийцев, после обретения независимости (1965) избежал опасности доминирования одной этнической группы над другой, отдав приоритет английскому языку.

Конечно, одного языка для счастья мало: значение имеют и такие «мелочи», как низкий уровень неравенства, признание государством ошибок прошлого, открытые границы и даже ширина тротуаров (увы, по последнему пункту петербуржцы глубоко неудовлетворенные люди). The Utopia Playbook: Secrets to an ideal world – from the most inspiring countries. Ayesha Ratnayake, 2023 #праздничное #вгостяхусказки

Вчера был OK Day. Уместно ли писать об этом на день позже? Сомнительно, но ok. 23 марта 1839 года OK — образец simplified spelling humor, превратившего all correct в oll korrect — дебютировал в бостонской газете и быстро прижился в языке. Год спустя Boston Daily Times напечатала стихотворение, посвященное модному тренду, покорившему Новую Англию:

What is’t that ails the people, Joe?
They’re in a kurious way,
For every where I chance to go,
There’s nothing but o.k.
They do not use the alphabet,
What e’er they wish to say,
And all the letters they forget,
Except the o. and k.
#english #праздничное

На красной дорожке Оскара Эдриен Броуди явился с громадной брошью Ulysses (bro brooches нынче в большом фаворе) предположительно такой же толщины, что и роман Джеймса Джойса. Эстетически весьма неоднозначно, зато отличный способ завязать разговор и показать, что классика вас не пугает.

Долой негрони и Prada — viva paperback! Самый актуальный реквизит для селфи — очки для чтения. Три года назад мы надевали розовое для похода на Barbie, а в 2026 году голливудским хитом стала экранизация ранне-викторианского романа Wuthering Heights и у Netflix выходит Pride and Prejudice. Лови zeitgeist: clever is the new cool.

Трендсеттерами, как обычно, оказалось семейство Кардашьян, чьи коммерческие инстинкты острее, чем нюх у собаки. В 2018 году Ким ошарашила общественность заявлением о получении диплома адвоката — по сути, это был эксперимент для проверки, можно ли совместить имидж иконы гламура с аурой «синего чулка», не навредив финансовой составляющей. Шалость удалась. Бинарность beauty‑brains, так долго обслуживавшая патриархат, дала трещину. Brains are the new boobs: британский дизайнер Луиза Троттер выбрала лицом новой рекламной кампании Bottega Veneta интеллектуалок Зади Смит и поэтессу и скульптора Барбару Чейз-Рибуд, 80+. Чтение застолбило себе место в кинокадре. В 2021 году вышел первый сезон The White Lotus, где персонажи у бассейна носа не кажут без книги: Ницше, Фрейд и Франц Фанон не только дают краткий психологический портрет персонажа, но и визуально утверждают телегеничность мысли. Примерно тогда же стали вируситься снимки читающих селебов (на яхте, в постели etc), а тексты в их руках вызывали не меньше внимания, чем их аутфиты.

“Reading is so sexy,” в 2024 году промурлыкала фэшн ройалти Кайя Гербер (не абы кто, а дочка Синди Кроуфорд), открывая книжный клуб (первой книгой был Martir!), а за кулисами недели моды ее не видели без Дидион, Дюрас или Камю. Но для репутации brainiac’a романа под мышкой мало — признаком настоящей крутизны стал выраженный мыслительный процесс! Gen Z формирует запрос на знания как реакцию на засилье визуально ориентированного лайфстайл-контента, кооптированного алчными брендами: meet you behind the bike sheds to discuss Walter Benjamin over a cigarette, babe.
***
It is a very strange moment for smart to get hot. Мы живем в эпоху антиинтеллектуализма, который всегда был основой авторитаризма, не позволяя ставить под сомнение действия властей (нет нужды напоминать, кто жег книги). В то время как с высоких трибун изрекают что-то невнятное, а мемы вот-вот погребут нас, как снежная лавина, поп-культура — мода, музыка и кино — двинулась в противоположную сторону. Пока Трамп путает Гренландию с Исландией, Proenza Schouler снабжает материалы к показам списком для чтения из французских феминисток, Joseph Altuzarra раскладывает на креслах экземпляры The Memory Police Йоко Огава, а Vogue пишет о мужской коллекции Saint Laurent, на создание которой Энтони Ваккарелло вдохновил роман Джеймса Болдуина Giovanni’s Room (1956).

В англоговорящих странах число регулярно читающих для удовольствия падает, особенно среди мужской аудитории. В ответ книжная индустрия сделала ставку на тех, чья любовь к чтению уживается с менее highbrow интересами, выбрав оружием моду и культуру селебрити: так Сара Джессика Паркер недавно заседала в жюри Букера. Это работает: выросли продажи печатных книг среди молодежи до 35, преимущественно фикшн и классики. В культуре, основанной на поверхностном восприятии, перформативное чтение становится доказательством если не глубины, то хотя бы стремлением к ней. К тому же оно легко монетизируется: книгу часто выбирают по обложке из соцсетей, порой даже не догадываясь о её содержимом.

Актуальное утверждение “literature is lifestyle, knowledge is brand” иллюстрирует эволюция book bag’а: от холщового шоппера New Yorker до кутюрного money spinner’a. На must-have сумках Dior в этом сезоне (~£2.400) красуются не логотипы, а книжные заглавия: Les Liaisons Dangereuses, Madame Bovary, Les Fleurs du Mal. Конечно, навешивание ценников на духовные метания раздражает, но и сами книги всегда были эстетическими объектами. Домашние библиотеки стали символом статуса задолго до изобретения In***gram; а оранжевые корешки Penguin classics узнаваемы не меньше дизайнерских монограмм. Обложки превратились в объект дизайна тоже не вчера: первое издание The Great Gatsby с подписью автора и культовой обложкой Фрэнсиса Кугата «Небесные глаза» (1925) в 2024 году ушло с молотка на Heritage Auctions за $425,000.

Когда-то молодые люди собирались, чтобы говорить о революции, а не романах XIX века. Сейчас, когда «темные силы» консолидируются и открыто выражать мнение становится небезопасным, образование дает возможность поддерживать интеллектуальную активность, не выходя на залитую кровью арену культурной войны, а чтение дает шанс проявить пытливость ума, не нарываясь на неприятности.

Когда практическая ценность диплома гуманитариев вызывает все больше вопросов, образованность переходит в категорию роскоши. Выражаясь языком TikTok, “to be disgustingly educated” — это the hot new aesthetic. В эту картину ловко интегрируется AI: веками мы напрягали мозги в трудовом порыве, но теперь за нашими рабочими местами приходят роботы и мозги понадобятся нам для личных нужд. В 2020-х начитанность — это как кроссовки из лимитированной серии в 2000-х. Есть ли в этих излишествах смысл? Неважно. It sounds cool, and that’s what counts.
***
Есть частное мнение, что из кулис модных нью-йоркских шоу обзор несколько ограничен. Но мы никому об этом не скажем: зачем людей зря расстраивать…