У террора нет сезона: два не «летних» нонфикшна о «фальшивых» людях, для которых гуманизм был важнее этнической принадлежности.

Фальшивая графиня. Она обманула нацистов и спасла тысячи человек из лагеря смерти. Элизабет Уайт, 2024

История польской графини Янины Суходольской уникальна: на самом деле ее звали Пепи Спиннер-Мельберг, она была блестящим математиком, офицером подпольной Армии Крайовой – и еврейкой, спасшей тысячи узников Майданека.

По поддельным документам Янина получила должность в Главном опекунском совете, которому немцы позволяли оказывать поддержку только этническим полякам. Совет доставлял в концлагерь собранные жителями Люблина еду, одеяла, солому для постелей, вакцины, книги, елки на Рождество и облатки на Пасху. Они устраивали свидания с близкими под видом сотрудников доставки и снабжали оружием участников лагерного Сопротивления. Янина ежедневно рисковала жизнью, прекрасно понимая, что многие ее сограждане – включая тех, кто работал с ней плечом к плечу, принимал от нее помощь и молился за нее — были ярыми антисемитами.

После освобождения Майданека «страшилки из Люблина» на Западе восприняли скептически, а все заслуги по помощи заключенным приписали польскому Красному Кресту. Коммунистический режим почти сразу перешел к репрессиям, и бараки начали наполняться солдатами АК и участниками польского подполья. Враждебность к польским евреям стала еще сильнее, чем до войны.

В Польше стремление выживших при Холокосте говорить о своем опыте привело к «войне воспоминаний» и битве за эксклюзивность страданий и статус главной жертвы расистской политики нацистов. Официальный нарратив игнорировал коллаборационизм поляков в притеснениях евреев и противопоставлял сопротивление поляков якобы пассивности евреев. В конце 1960-х было решено, что весь польский народ героически боролся за спасение польских евреев, за что те отплатили неблагодарностью и предательством.
***
Адольфо Камински, фальсификатор. Сара Камински, 2022

Во время WWII сын евреев из России с гражданством Аргентины, фантастически талантливый химик, еще совсем юнцом стал главным фальсификатором Парижа. Он спасал евреев от отправки в лагеря смерти (некоторые отказывались, уверенные, что это все лживая англо-американская пропаганда); работал на разведку, создавая легенду французским агентам, засланным на вражескую территорию для поиска засекреченных концлагерей; липовал документы для подпольной сети «Алия Бет», которая занималась отправкой в Палестину евреев из лагерей для перемещенных лиц.

Во все времена пострадавшие никому не нужны, грань между «сопротивлением» и «террором» опасно размыта, а политику определяют уязвленные самолюбия и фракционная возня. Наивная вера Камински, что после такой страшной войны в мире не останется места вражде и расовой нетерпимости, сменилась готовностью бороться за право каждого человека свободно перемещаться по земле. Он изготавливал испанские паспорта для революционеров-басков, которых выслеживали франкисты; помогал грекам в борьбе с «черными полковниками»; спасал от казни алжирских полевых командиров и диссидентов; сотрудничал с борцами с диктатурой в Гаити и Бразилии, с противниками апартеида из Южной Африке и с революционерами Латинской Америки. К нему обращались из Гвинеи, Гвинеи-Биссау и Анголы, сражавшихся за независимость от Португалии. Он снабжал пакетами поддельных документов чешских диссидентов, чтобы они смогли тайно покинуть страну, когда советские танки убили мечту о «социализме с человеческим лицом», и помогал американским пацифистам, не желавшим воевать во Вьетнаме. Он наладил поточное производство «швейцарских» паспортов и сжег кубометр фальшивых банкнот собственного изготовления. В свободное от «спецзаданий» время Камински делал декорации для кино, оформлял выставки, украшал интерьеры и витрины, снимал рекламу для журналов — и готовил «стажеров». #nonfiction #history #biography

Игра престолов на русской почве с убедительными статусными оргиями, где для каждого самый желанный партнер — трон. Ловко обыгранные гвардейский мундир Екатерины и памятник ей же, нагнетание через цвет костюмов, шагистика, гимнастика (одни упражнения на брусьях чего стоят), мертвая царевна на качелях, фокусы с текстилем и кульбиты, ошибка в которых может стать для танцовщиков фатальной. #театр

Нештатная ситуация в местном филиале Хогвардса, СПб

Настоящая находка для фанатов «очень интересного и очень доступного» изложения истории on the go — подкаст 🎧 «Время и деньги» о том:

— сколько стоил раб в Кордовском халифате и почему славяне оказывались в неволе;

— как воск стал причиной первого в истории России «ресурсного проклятия»;

— как опиум и Суэцкий канал помогли Лондону победить в «чайной» войне с бурятским поселком;

— как иконы стали нелегальным мерчем, а из-за грамоты, кофе и розовых халатов с владимирским людом сладу не стало, откуда пошла мода на резные наличники и какой «правительственный интерес» имел словарь офеней;

— почему Британия перешла к экспорту технологий, как немец, перепивший русского, построил в Нарве крупнейшую в мире мануфактуру, а ситец стал политикой;

— как Шухов заменил осликов с бурдюками нефтепроводом, почему Менделеев отказался от доли в нефтепереработке и схлестнулся с Нобелями;

— как Сытин опроверг стереотип «на книжках денег не сделаешь», почему его «Всеобщий календарь» стал суперхитом и как улучшить Гоголя и выпускать газету, не привлекая внимания цензоров;

— как НЭП почти реанимировал отечественный кинематограф, что такое «ленинская пропорция» и где добыть американскую «фильму» и не прогореть;

— как разбазарить золотой запас и культурное наследие; почему советский разведчик получал зарплату шубами, как Советский Союз обобрал собственных граждан и прикарманил золото конкистадоров;

— что такое «залитовать» песни, почему отменяли концерты Высоцкого и как в СССР работали «черные» гастрольные схемы.

P.S. Сказ о том, как пимокаты на киндаводствах промышляли — в пандан к языку офеней выпуск подкаста 🎧 «Тоже Россия» о тайных языках жгонов и алеманов.
#нетолькокниги #history #russia

Eighteen. A History of Britain in 18 Young Lives. Alice Loxton, 2024

Когда дело касается истории родного острова, британцы патронов не жалеют. На этот раз устроен ужин с танцами для селебрити: вместе славно повеселятся Елизавета Тюдор, Горацио Нельсон, самая необычная художница Сара Биффин, хирург Элси Инглис, которую сербы(!) считают святой, Розалинд Франклин, К. С. Льюис, Вита Сэквилл-Уэст, Ричард Бертон, Вивьен Вествуд и прочая разношерстная компания.

В XIV веке медианный возраст был 21 год, e.i. если вам 22, вы старше половины населения, в XIX веке — 25. Чосер называл 30-летнюю женщину winter forage, хотя сейчас принято считать, что как раз к 30 люди полностью «взрослеют», а до этого происходит nuanced transition. Что же успели наши звездные тинейджеры, помимо как осиротеть и/или покинуть отчий дом?

Беда [Достопочтенный], один из двух выживших в монастыре после эпидемии чумы, обрабатывает шкуры для пергамента, еще не зная, что ему предстоит написать и перевести четыре десятка книг (его переводами будут пользоваться вплоть до Второго Ватиканского собора в 1960-х), не покидая Нортумбрию, составить путеводитель по Святой Земле, ввести летоисчисление Anno Domini и получить камео резидента Рая в «Божественной комедии».

У Матильды за плечами шесть лет замужества, титул императрицы Священной Римской империи, отлучение супруга от церкви и гражданская война.

Чосер попал в плен к французам во время осады Реймса и был выкуплен королем за £16 — немалые деньги! Но первая известная нам запись о Father of English literature сделана двумя годами ранее и касается костюма: модные туники (paltoks) юных денди были ‘extremely short garments . . . which failed to conceal their arses or their private parts’.

Фридайвер Жак Франсис, вывезенный работорговцами из Восточной Африки, руководит операцией по подъему пушек с затонувшего судна Mary Rose — и это в XVI веке, когда даже купание в ванне считается опасным для здоровья.

Крошка Джеффри Хадсон — после пиратского плена и осады Бреды, — наслаждается статусом любимца двух королев и музы поэтов и художников эпохи барокко, в т.ч. Антониса ван Дейка. Главное, не забыть в ветреную погоду надеть туфли со свинцовыми утяжелителями.

Флора Макдональд помогла ускользнуть опальному Bonnie Prince Charlie, переодетому в женское платье, — и благодаря хорошим манерам избежала плахи за госизмену.

Мэри Эннинг, младенцем чудом выжившая после удара молнии, охотится за окаменелостями — они на пике моды: в 1808 году на день рождения короля принцесса Мария надела ‘superb dress of silver tissue . . . with a massy border of foil shells, fossils, and stones, studded in festoons.’ Эннинг найдет скелет ихтиозавра, а Королевское общество включит princess of palaeontology в топ-10 самых влиятельных британок в истории науки.

Изамбард Кингдом Брюнель с пылом следует своему инженерному призванию, буквально зашифрованному в диковинном германском имени: isarn (iron) + biart-r (bright) или barđa (axe) = iron-bright или iron-axe. Впрочем, его отец умел изобретать не только имена: в 1814 году Марк Брюнель предложил Александру I построить туннель под Невой, но русские сказали nyet, предпочтя мост. В 1818 году он начал строительство грандиозного туннеля в Лондоне.

Попутно автор умеет ловко вернуть лестные для Британии факты, e.g. знак равенства придумал валлиец Роберт Рекорд в 1557 году: ‘to avoid the tedious repetition of these words “is equal to” I will . . . use a pair of parallel lines of one length, thus: =, because no 2 things can be more equal’.

Последнее место за столом зарезервировано for you, dear reader. От таких приглашений не отказываются. #nonfiction #history #britain