«Вновь открывшиеся обстоятельства» якобы указывают, что сомнения в авторстве Шекспира появились еще при его жизни: богослов Фрэнсис Мерес в Palladis Tamia, Wits Treasury (1598) утверждал, что за псевдонимом “Shakespeare” скрывался Эдвард де Вер, 17-й граф Оксфорд. Другие источники тоже могли на это косвенно намекать. Когда Джулио, персонаж The Return from Parnassus (c1600), слышит стихотворение в стиле Шекспира, он восклицает: “Noe more! I am one that can judge according to the proverb, bovem ex unguibus,” заменив идиому leonem ex unguibus aestimare (“to know a lion by its claws” — «узнать льва по когтям») на bovem ex unguibus (“to know an ox by its claws” — «узнать быка по когтям»). Джулио будто бы распознал перо Оксфорда, которого иногда называли “Ox”. При такой аргументации эта музыка будет вечной, да не оскудеет рука дающего гранты.
Не мышонок, не лягушка, а текст с Port Art Fair в Севкабеле. Будет дырку на обоях загораживать, пока ‘22 не кончится. #trophy
Загадывали на Новый год желание хлопнуть виски с морфином, чтобы не видеть, как распадается мир? Во время просмотра «По Фрейду»(Freud’s Last Session, 2023) это можно сделать в компании 85-летнего Энтони Хопкинса. Других способов справиться с панической атакой ни Клайву С. Льюису, ни зрителю sex doc не предложит: видимо, даже post-mortem он не консультирует бесплатно.
***
Фильмы о Фрейде снимают уже почти сто лет. Несмотря на любовь к домашним видео, сам он профессионалам фабрики грез не доверял и в 1920-х отказался от предложения консультировать на съемках. Голливуд обиды не затаил: с 1940-х Марлон Брандо и Кэри Грант публично заявляли, что без психоанализа шагу ступить не могут, а в 1962 появился первый байопик Freud. Сценарий к нему, рассчитанный на 12 часов экранного времени, написал Жан-Поль Сартр (после того, как фильм был «порезан», он покинул проект). В 1950-60-х мир накрыла Freud Mania 1.0 — и больше никуда особо не уходила, в т.ч. и с экранов. #кино
***
Фильмы о Фрейде снимают уже почти сто лет. Несмотря на любовь к домашним видео, сам он профессионалам фабрики грез не доверял и в 1920-х отказался от предложения консультировать на съемках. Голливуд обиды не затаил: с 1940-х Марлон Брандо и Кэри Грант публично заявляли, что без психоанализа шагу ступить не могут, а в 1962 появился первый байопик Freud. Сценарий к нему, рассчитанный на 12 часов экранного времени, написал Жан-Поль Сартр (после того, как фильм был «порезан», он покинул проект). В 1950-60-х мир накрыла Freud Mania 1.0 — и больше никуда особо не уходила, в т.ч. и с экранов. #кино
В 1924 году Ленгубисполком, ссылаясь на «интересы и чаянья рабочего класса», принял решение по переустройству Александровской колонны: «Заменить статую фигурой Владимира Ильича Ленина». Были предложения обрядить вождя революции в патрицианскую тогу. К обсуждению проекта присоединились массы:
«Надо так сделать памятник, чтобы он был со взглядом тихим, спокойным, в натуре с поднятыми руками к востоку, так как революционный путь нам уготован от запада на восток. Правой ногой он давит старый мир в виде ветхой крестьянской избы, левой ногой он упирается в учение Маркса в книгу и чтоб надпись капитал на книге была видна. Пьедестал должен быть из полуразрушенных со свернувшимися крестами и куполами церквей, под ногами должна быть старая литература религиозного дурмана, а также библия с надписью, весь хлам старого мира, буржуазные цилиндры. <…> Я сын сторожа при царском строе. Завидую, что я не художник».
Денег не хватало и энтузиазм поиссяк. В тот раз обошлось...
«Петербург советский: “новый человек” в старом пространстве». Н. Лебина, В. Измозик, 2010
«Надо так сделать памятник, чтобы он был со взглядом тихим, спокойным, в натуре с поднятыми руками к востоку, так как революционный путь нам уготован от запада на восток. Правой ногой он давит старый мир в виде ветхой крестьянской избы, левой ногой он упирается в учение Маркса в книгу и чтоб надпись капитал на книге была видна. Пьедестал должен быть из полуразрушенных со свернувшимися крестами и куполами церквей, под ногами должна быть старая литература религиозного дурмана, а также библия с надписью, весь хлам старого мира, буржуазные цилиндры. <…> Я сын сторожа при царском строе. Завидую, что я не художник».
Денег не хватало и энтузиазм поиссяк. В тот раз обошлось...
«Петербург советский: “новый человек” в старом пространстве». Н. Лебина, В. Измозик, 2010
Юные подданные Поднебесной лишь слегка расширили свой привычный репертуар:
— доложив об обнаружении в Эрмитаже расписного куска стены, вывезенного немцами из Китая в межвоенный период;
— упорно называя литературу словом library;
— нажаловавшись на упоротый сексизм HR-ов во вселенском масштабе;
— подчеркнув вопиющую нецелесообразность заводить детей (so Chinese government will go mad);
— философски обронив, что алкоголь помогает не найти ответ, а забыть вопрос;
— напомнив, что Тайвань это absolutely China;
— заявив, что японские анимэ китайским мультфильмам и в подметки не годятся;
— мимоходом обмолвившись, что плотно сидят на таблетках от депрессии. #mychinatown
— доложив об обнаружении в Эрмитаже расписного куска стены, вывезенного немцами из Китая в межвоенный период;
— упорно называя литературу словом library;
— нажаловавшись на упоротый сексизм HR-ов во вселенском масштабе;
— подчеркнув вопиющую нецелесообразность заводить детей (so Chinese government will go mad);
— философски обронив, что алкоголь помогает не найти ответ, а забыть вопрос;
— напомнив, что Тайвань это absolutely China;
— заявив, что японские анимэ китайским мультфильмам и в подметки не годятся;
— мимоходом обмолвившись, что плотно сидят на таблетках от депрессии. #mychinatown
Если нужен повод для тихого семейного торжества, сегодня годовщина начала Пасхального восстания в Дублине: в 24-30 апреля 1916 г. республиканцы, воспользовавшись участием Великобритании в WWI, провозгласили независимую Ирландскую республику.
The Insurrection in Dublin. James Stephens, 1916
Хроники восстания глазами обывателя: город парализован, транспорт изымают для баррикад, льётся первая кровь. The Irish Times рапортует, что ситуация под контролем. Почта захвачена. Кондитерская фабрика стала крепостью. По слухам, оружие и боеприпасы подвозят на германских подлодках. Лутеры грабят магазины и конфетные лавки. На крышах появляются снайперы. Ждут высадки крупных германских войск. Больше стрельбы, крови и слухов. Введён комендантский час. The Irish Post пишет, что в стране все спокойно (barbarism is largely a lack of news).
***
It is necessity alone makes patriots, for in times of peace a patriot is a quack when he is not a shark. Idealism pays in times of peace, it dies in time of war.
The Insurrection in Dublin. James Stephens, 1916
Хроники восстания глазами обывателя: город парализован, транспорт изымают для баррикад, льётся первая кровь. The Irish Times рапортует, что ситуация под контролем. Почта захвачена. Кондитерская фабрика стала крепостью. По слухам, оружие и боеприпасы подвозят на германских подлодках. Лутеры грабят магазины и конфетные лавки. На крышах появляются снайперы. Ждут высадки крупных германских войск. Больше стрельбы, крови и слухов. Введён комендантский час. The Irish Post пишет, что в стране все спокойно (barbarism is largely a lack of news).
***
It is necessity alone makes patriots, for in times of peace a patriot is a quack when he is not a shark. Idealism pays in times of peace, it dies in time of war.
Мы не одиноки во Вселенной! Пока Рунет бурлит вокруг отцензурированного перевода биографии «Пазолини. Умереть за идеи» Роберта Карнеро, The Guardian написала, что в мемуарах Rebel Rising австралийской комедийной actor Ребел Уилсон в соответствии с требованиями законодательства Англии и Уэльса была вымарана часть главы Sacha Baron Cohen and Other Assholes: во время съемок Коэн, заставлял надевать топы без рукавов (вялые трицепсы) и мини-юбки (целлюлит), настоял на сцене, где под ее грузным телом ломается кровать, и вообще проявил себя грязным похабником, присвоил ее шутку и угрожал разрушить карьеру. Представители СБК обвинили Уилсон в диффамации, а заодно и Harper Collins прилетело. При поверхностном осмотре мемуары Уилсон сильно смахивают на кино из жизни пауков в банке, а фотография black out pages исчезла с сайта.
Ведущий Radio 1Xtra Ричи Брейв потребовал, чтобы премия Booker сменила название, вызывающее у него травмирующие ассоциации с рабовладельческим прошлым: настоящая фамилия Брэйва (Brave) — Букер (Booker), а его предки были рабами братьев Букеров, основателей компании — первого спонсора премии.
В 1815 году Джошуа Букер перебрался из Ливерпуля в Британскую Гвиану, где обзавелся хлопковой плантацией Broom Hall. Позже к нему присоединился брат Джордж. Booker prize website сообщает, что основной бизнес братья делали на сахаре, за что их прозвали “sugar daddies.” После отмены рабства в 1833 году, Букеры получили £2,884 (в современном эквиваленте примерно £286k) в качестве компенсации за 52 “enslaved people”. Братья занялись судоходством и торговлей, а в 1880-х была образована Booker McConnell company, которая спонсировала премию с 1968 по 2002 г. В 1972 году победитель Букера Джон Берджер заявил, что собирается “turn this prize against itself” и пожертвует половину премии британскому движению «Черные пантеры».
После обращения Брейва на сайте премии изменилась формулировка исторической справки: вместо Букеры “managed nearly 200 enslaved people” сообщается, что они “enslaved nearly 200 people.” Остается только гадать на кофейной гуще, как в дивном новом мире будет называться Booker prize и что станет следующей мишенью, ведь “racist past is everywhere.”
В 1815 году Джошуа Букер перебрался из Ливерпуля в Британскую Гвиану, где обзавелся хлопковой плантацией Broom Hall. Позже к нему присоединился брат Джордж. Booker prize website сообщает, что основной бизнес братья делали на сахаре, за что их прозвали “sugar daddies.” После отмены рабства в 1833 году, Букеры получили £2,884 (в современном эквиваленте примерно £286k) в качестве компенсации за 52 “enslaved people”. Братья занялись судоходством и торговлей, а в 1880-х была образована Booker McConnell company, которая спонсировала премию с 1968 по 2002 г. В 1972 году победитель Букера Джон Берджер заявил, что собирается “turn this prize against itself” и пожертвует половину премии британскому движению «Черные пантеры».
После обращения Брейва на сайте премии изменилась формулировка исторической справки: вместо Букеры “managed nearly 200 enslaved people” сообщается, что они “enslaved nearly 200 people.” Остается только гадать на кофейной гуще, как в дивном новом мире будет называться Booker prize и что станет следующей мишенью, ведь “racist past is everywhere.”
А в это время где-то в России:
… однажды в большой зале сестры поочередно читали вслух «Хижину дяди Тома» — книгу, которой все тогда увлекались. <…> Большие возмущались рабовладельцами, которые продают и покупают людей, как скотину, плакали нал участью бедного Тома, удивлялись, как люди с нежным сердцем могут жить в этой бессердечной Америке.
— У нас тоже продают и покупают людей, — фистулой сказала Зайка.
— Что за глупости ты болтаешь? Откуда ты это взяла? <…>
— А разве папа не купил Калину?
— Это совсем другое дело. Папа его купил потому, что офицер был беден и ему были нужны деньги.
— Это неважно. Важно, что человека продали и купили, как и в Америке.
— Это ничего общего с Америкой не имеет, — сказала тетя. <…> Негров привезли издалека, их насильно оторвали от их любимой родины, а наши мужички русские, как и мы. <…>
— А почему конюха высекли?
— Он заслужил. Но его наказали не из жестокости, как бедного Тома.
***
Мать автора «Воспоминаний. От крепостного права до большевиков» Н. Е. Врангеля, отца «черного барона», приходилась троюродной сестрой А.С. Пушкину, и своим «негритянским» происхождением Врангели только гордились.
… однажды в большой зале сестры поочередно читали вслух «Хижину дяди Тома» — книгу, которой все тогда увлекались. <…> Большие возмущались рабовладельцами, которые продают и покупают людей, как скотину, плакали нал участью бедного Тома, удивлялись, как люди с нежным сердцем могут жить в этой бессердечной Америке.
— У нас тоже продают и покупают людей, — фистулой сказала Зайка.
— Что за глупости ты болтаешь? Откуда ты это взяла? <…>
— А разве папа не купил Калину?
— Это совсем другое дело. Папа его купил потому, что офицер был беден и ему были нужны деньги.
— Это неважно. Важно, что человека продали и купили, как и в Америке.
— Это ничего общего с Америкой не имеет, — сказала тетя. <…> Негров привезли издалека, их насильно оторвали от их любимой родины, а наши мужички русские, как и мы. <…>
— А почему конюха высекли?
— Он заслужил. Но его наказали не из жестокости, как бедного Тома.
***
Мать автора «Воспоминаний. От крепостного права до большевиков» Н. Е. Врангеля, отца «черного барона», приходилась троюродной сестрой А.С. Пушкину, и своим «негритянским» происхождением Врангели только гордились.
Воспоминания. От крепостного права до большевиков. Н. Е. Врангель, 2003
Смешно, трагично, актуально: впервые мемуары отца «черного барона» были опубликованы в 1922 году на финском языке.
***
О том, что у человека помимо его тела есть и душа, он [отец] не догадывался, а если и подозревал, то, вероятно, смотрел на это как на «дурь», на «блажь», на «фанаберию», как на что-то запретное и вредное, чему потакать не следует и с чем нужно бороться. Но вернее всего, что он над «такими пустяками» не задумывался. <…> Однажды старшая сестра <…>, выждав удобную минуту, просила его разрешить одному из наших лакеев жениться не на «девке», ему в жены отцом предназначенной, а на другой, в которую он, по словам сестры, был влюблен. «Федька влюблен! Федька поэтическая натура!» — закатываясь от смеха, повторял отец. Это невероятное событие так ему пришлось по сердцу, благодаря его нелепости, что не только разрешение было дано, но Федька под венец был отправлен в карете самого отца с его личным камердинером вместо выездного. «Поэтам, — пояснил отец, — подобает достойная обстановка».
Однажды мне предложили картину Рафаэля, и мой торговец уверял меня, что на ней стоит подпись самого мастера. На картине было изображено маловыразительное лицо какой-то женщины, в углу русскими буквами подпись «Б.Р.С.».
— Отчего вы решили, что это Рафаэль? Даже подпись здесь русская.
— Что же тут решать, побойтесь Бога! Ясно же подписано: «Божественный Рафаэль Санти». Тут и сомневаться не в чем.
В бытность мировым судьей в Литве в первом доносе было сообщено, что я хожу по городу в белье, чтобы продемонстрировать свое презрение к обществу. Бельем они называли белые лосины, бывшие в то время модными в Москве и Петербурге.
Если вам не повезет в жизни и вам придется работать на благо империи, <…> то тогда первое, что вы должны сделать, это обзавестись хорошим специалистом по питью. <…> Он должен быть способен пить сколько нужно, есть, когда того желают интенданты, дружить с кем нужно, ходить в такого рода заведения, куда люди, ценящие свое положение, никогда не заглядывают, давать взятки умело и тактично и никогда не уставать. <…> От постоянного и чрезмерного потребления всего большинство людей этой профессии умирают в молодости.
Некто Никита Всеволожский послал на Пасху министру двора Фредериксу следующую телеграмму: «Христос Воскрес! Подробности в письме».
***
На вопрос «Как могло многомиллионное население подпасть под иго ничтожного меньшинства, даже не меньшинства, а горсти негодяев?» можно ответить коротко: благодаря равнодушию большинства и темноте остальных.
Праведные люди встречаются редко, праведных стран на свете не бывает. #nonfiction #memoir #russia
Смешно, трагично, актуально: впервые мемуары отца «черного барона» были опубликованы в 1922 году на финском языке.
***
О том, что у человека помимо его тела есть и душа, он [отец] не догадывался, а если и подозревал, то, вероятно, смотрел на это как на «дурь», на «блажь», на «фанаберию», как на что-то запретное и вредное, чему потакать не следует и с чем нужно бороться. Но вернее всего, что он над «такими пустяками» не задумывался. <…> Однажды старшая сестра <…>, выждав удобную минуту, просила его разрешить одному из наших лакеев жениться не на «девке», ему в жены отцом предназначенной, а на другой, в которую он, по словам сестры, был влюблен. «Федька влюблен! Федька поэтическая натура!» — закатываясь от смеха, повторял отец. Это невероятное событие так ему пришлось по сердцу, благодаря его нелепости, что не только разрешение было дано, но Федька под венец был отправлен в карете самого отца с его личным камердинером вместо выездного. «Поэтам, — пояснил отец, — подобает достойная обстановка».
Однажды мне предложили картину Рафаэля, и мой торговец уверял меня, что на ней стоит подпись самого мастера. На картине было изображено маловыразительное лицо какой-то женщины, в углу русскими буквами подпись «Б.Р.С.».
— Отчего вы решили, что это Рафаэль? Даже подпись здесь русская.
— Что же тут решать, побойтесь Бога! Ясно же подписано: «Божественный Рафаэль Санти». Тут и сомневаться не в чем.
В бытность мировым судьей в Литве в первом доносе было сообщено, что я хожу по городу в белье, чтобы продемонстрировать свое презрение к обществу. Бельем они называли белые лосины, бывшие в то время модными в Москве и Петербурге.
Если вам не повезет в жизни и вам придется работать на благо империи, <…> то тогда первое, что вы должны сделать, это обзавестись хорошим специалистом по питью. <…> Он должен быть способен пить сколько нужно, есть, когда того желают интенданты, дружить с кем нужно, ходить в такого рода заведения, куда люди, ценящие свое положение, никогда не заглядывают, давать взятки умело и тактично и никогда не уставать. <…> От постоянного и чрезмерного потребления всего большинство людей этой профессии умирают в молодости.
Некто Никита Всеволожский послал на Пасху министру двора Фредериксу следующую телеграмму: «Христос Воскрес! Подробности в письме».
***
На вопрос «Как могло многомиллионное население подпасть под иго ничтожного меньшинства, даже не меньшинства, а горсти негодяев?» можно ответить коротко: благодаря равнодушию большинства и темноте остальных.
Праведные люди встречаются редко, праведных стран на свете не бывает. #nonfiction #memoir #russia
The Secret Lives of Booksellers and Librarians. James Patterson, 2024
С 2021 года в США ширится беспрецедентная кампания по удалению из школ и библиотек книг на острые темы: diversity and equality, расизм, секс, гендерная идентичность, пубертат, беременность и аборты. Консерваторы настаивают на запрете для средней школы любых книг, содержащих иллюстрации человеческого тела. А как же репродукции работ Микеланджело? How could you have an art book in the library? The answer is, you couldn’t. В категорию «запретных» также попадают книги, чье содержание может вызвать «дискомфорт» в отношении исторических событий: зачем несмышленышам знать про Холокост или японские лагеря для интернированных?
В феврале 2022, вскоре после запрета графического романа о Холокосте Maus, пастор в Теннесси устроил livestream публичного сожжения книг — в костер летели серии Harry Potter и Twilight. Мятежные библиотекари разместили слоган We put the “lit” in literature и список запрещенных книг на страничке библиотеки в Facebook (в т.ч. To Kill a Mockingbird и Fahrenheit 451). Немедленно поступило распоряжение удалить крамолу.
Btw, библиотеки снабжают не только книгами: в некоторых есть tiebrary, где можно одолжить галстук, e.g. для job interview.
С 2021 года в США ширится беспрецедентная кампания по удалению из школ и библиотек книг на острые темы: diversity and equality, расизм, секс, гендерная идентичность, пубертат, беременность и аборты. Консерваторы настаивают на запрете для средней школы любых книг, содержащих иллюстрации человеческого тела. А как же репродукции работ Микеланджело? How could you have an art book in the library? The answer is, you couldn’t. В категорию «запретных» также попадают книги, чье содержание может вызвать «дискомфорт» в отношении исторических событий: зачем несмышленышам знать про Холокост или японские лагеря для интернированных?
В феврале 2022, вскоре после запрета графического романа о Холокосте Maus, пастор в Теннесси устроил livestream публичного сожжения книг — в костер летели серии Harry Potter и Twilight. Мятежные библиотекари разместили слоган We put the “lit” in literature и список запрещенных книг на страничке библиотеки в Facebook (в т.ч. To Kill a Mockingbird и Fahrenheit 451). Немедленно поступило распоряжение удалить крамолу.
Btw, библиотеки снабжают не только книгами: в некоторых есть tiebrary, где можно одолжить галстук, e.g. для job interview.
Праздник 1 мая 1920 года коммунисты постановили превратить в „Первомайский всероссийский субботник": в 9 ч. утра грохнул пушечный выстрел, что знаменовало начать всякие работы, в 3 ч. дня другой выстрел; значит, кончай и получай каждый подарок от попечительного правительства: хлеб, сало и 3 конфетки, а в придачу бумажный „жетон", дающий право получить из советской столовой бесплатный обед и посетить какой-нибудь театр — тоже бесплатно. <…> надо было для получения обеда простоять в очереди часа три, а право на театральное удовольствие выиграть или купить. <…> А дальше... началась „неделя труда": добавочно и безвозмездно 3 часа работ.
Так же умилительно пишут об участии в физических работах самого Ленина, тащившего на плече в компании с семью товарищами толстое бревно, как в свое время писали о десятиверстном походе царя Николая Второго в солдатском походном снаряжении.
«Люди 1920-х годов. Вопреки утопии». А. Кобеляцкий, М. Шиц, 2024
Так же умилительно пишут об участии в физических работах самого Ленина, тащившего на плече в компании с семью товарищами толстое бревно, как в свое время писали о десятиверстном походе царя Николая Второго в солдатском походном снаряжении.
«Люди 1920-х годов. Вопреки утопии». А. Кобеляцкий, М. Шиц, 2024
Люди 1920-х годов. Вопреки утопии. Александр Кобеляцкий, Маргарита Шиц, 2024
Троцкий позирует кузине Уинстона Черчилля; дочь Льва Толстого Александру отправляют в концлагерь за то, что поила чаем не тех людей; Шухова приговаривают к условному расстрелу; а Пришвин размышляет о власти и картошке: «Будем полагать, что наша власть приносит в жертву народ свой ради идеи полного социального обновления всего мира, что ей хорошо известно о какой-нибудь близкой мировой войне, во время которой нам удастся разложить строй войск, смешать все карты и вызвать стихийного духа обновления всех народов, который прекратит войну и материальное насилие людей. Словом, власть имеет в виду какое-нибудь ею ясно сознаваемое благо, напр., картофель, который приходилось тоже заставлять сажать силой оружия, а теперь все благодарят за картошку, все ею живут и считают тех расстрелянных мужиков жертвами собственного недомыслия».
В 1925 году английский экономист Джон Мейнард Кейнс беседует с Зиновьевым.
Зиновьев: Вы рисуете чересчур мрачные картины. Мы, думаю, справимся и не дойдем до краха.
Кейнс: Только в том случае, если у вас в стране рабочие будут получать за труд значительно меньше, чем получают рабочие за границей. Или если у вас будет почти бесплатный и принудительный труд.
В 1926 году нарком здравоохранения Николай Семашко в брошюре «На борьбу с пьянством» заявляет: «Царь выпускал водку для наживы, мы выпускаем для вытеснения самогона». В 1930 году Сталин пишет Молотову: «Нужно отбросить ложный стыд и прямо, открыто пойти на максимальное увеличение производства водки на предмет обеспечения действительной и серьезной обороны страны... Имей в виду, что серьезное развитие гражданской авиации тоже потребует уйму денег, для чего опять же придется апеллировать к водке».
В 1929 году председатель калужского совхоза выражает общественные настроения: «Буржуазные специалисты нам нужны, говорить не приходится, но только до поры до времени. Как только наши партийцы от них научатся всей премудрости, мы их выведем в расход. Теперь мы поступаем с ними подобно коровам, предназначенным на убой: хорошо обращаемся, лучше кормим и содержим, а когда будет надо, то расправимся с ними, как и с другими буржуями».
В 1929 Иван Шитц записывает в дневнике запретную сказку: «Жил-был царь Совдеп. Царь свирепой и весь ушел в декреты. Утром пишет, до полудни не хватает. В полдень пишет, до вечера не хватает. И был у царя слуга, по прозванью Луначар. Царь как декрет напишет, фукнет, а Луначар подхватит декрет и полетит. И все у Совдепа не выходило, и стал он тогда беситься: не может белого цвета видеть. <…> И вот зовет он ученых и велит им весь народ окрасить в красную краску. Ученые отговаривают: как же ты не понимаешь, царь Совдеп; вот ты сам от красного цвета какой стал, а если весь народ перекрасить, все заболеют. Знать ничего не хочет царь, требует, чтобы всех перекрасили. Попался тогда ученым мужичонка. Они к нему: Мужичок, мужичок, всегда ты нас выручал, что нам делать? <…> А мужичонка им и говорит: эх вы, глупые люди; а вы возьмите, да на царя на дурака наденьте красные очки...» К сожалению, сказка записана не полностью. #nonfiction #history #russia
Троцкий позирует кузине Уинстона Черчилля; дочь Льва Толстого Александру отправляют в концлагерь за то, что поила чаем не тех людей; Шухова приговаривают к условному расстрелу; а Пришвин размышляет о власти и картошке: «Будем полагать, что наша власть приносит в жертву народ свой ради идеи полного социального обновления всего мира, что ей хорошо известно о какой-нибудь близкой мировой войне, во время которой нам удастся разложить строй войск, смешать все карты и вызвать стихийного духа обновления всех народов, который прекратит войну и материальное насилие людей. Словом, власть имеет в виду какое-нибудь ею ясно сознаваемое благо, напр., картофель, который приходилось тоже заставлять сажать силой оружия, а теперь все благодарят за картошку, все ею живут и считают тех расстрелянных мужиков жертвами собственного недомыслия».
В 1925 году английский экономист Джон Мейнард Кейнс беседует с Зиновьевым.
Зиновьев: Вы рисуете чересчур мрачные картины. Мы, думаю, справимся и не дойдем до краха.
Кейнс: Только в том случае, если у вас в стране рабочие будут получать за труд значительно меньше, чем получают рабочие за границей. Или если у вас будет почти бесплатный и принудительный труд.
В 1926 году нарком здравоохранения Николай Семашко в брошюре «На борьбу с пьянством» заявляет: «Царь выпускал водку для наживы, мы выпускаем для вытеснения самогона». В 1930 году Сталин пишет Молотову: «Нужно отбросить ложный стыд и прямо, открыто пойти на максимальное увеличение производства водки на предмет обеспечения действительной и серьезной обороны страны... Имей в виду, что серьезное развитие гражданской авиации тоже потребует уйму денег, для чего опять же придется апеллировать к водке».
В 1929 году председатель калужского совхоза выражает общественные настроения: «Буржуазные специалисты нам нужны, говорить не приходится, но только до поры до времени. Как только наши партийцы от них научатся всей премудрости, мы их выведем в расход. Теперь мы поступаем с ними подобно коровам, предназначенным на убой: хорошо обращаемся, лучше кормим и содержим, а когда будет надо, то расправимся с ними, как и с другими буржуями».
В 1929 Иван Шитц записывает в дневнике запретную сказку: «Жил-был царь Совдеп. Царь свирепой и весь ушел в декреты. Утром пишет, до полудни не хватает. В полдень пишет, до вечера не хватает. И был у царя слуга, по прозванью Луначар. Царь как декрет напишет, фукнет, а Луначар подхватит декрет и полетит. И все у Совдепа не выходило, и стал он тогда беситься: не может белого цвета видеть. <…> И вот зовет он ученых и велит им весь народ окрасить в красную краску. Ученые отговаривают: как же ты не понимаешь, царь Совдеп; вот ты сам от красного цвета какой стал, а если весь народ перекрасить, все заболеют. Знать ничего не хочет царь, требует, чтобы всех перекрасили. Попался тогда ученым мужичонка. Они к нему: Мужичок, мужичок, всегда ты нас выручал, что нам делать? <…> А мужичонка им и говорит: эх вы, глупые люди; а вы возьмите, да на царя на дурака наденьте красные очки...» К сожалению, сказка записана не полностью. #nonfiction #history #russia
5 мая 1818 года родился Карл Маркс. В бесчисленных сувенирных лавках Трира с винных этикеток сурово взирает его лик — и бутылки местного специалитета разлетаются, как горячие пирожки. Туристы с любым политическим кредо с интересом поглядывают на тесный чердак, где прошла юность классика, сумевшего произвести Das Kapital и лозунг «Пролетариям нечего терять, кроме своих цепей». Нюанс заключается в том, что потеря цепей оказалась непосильной задачей. Иначе, согласно социальной теории Маркса, народ страны победившей революции давно бы переместился из царства необходимости в царство свободы; памятники религиозного культа остались бы лишь в музеях; воцарилось безграничное развитие науки и полное господство над природой, далее по списку. Уже в 1920-х Герберт Уэльс («Россия во мгле») заметил, что «марксистский коммунизм всегда являлся теорией подготовки революции, не только лишенной созидательных, творческих идей, но прямо враждебной им», а «пророк Маркс и его Священное писание не дают никаких наставлений по вопросам сохранения научной жизни, мысли и обмена мнениями, содействия художественному творчеству». Зато в 1920-х, в эпоху «голода и уличных карнавалов», лозунг «Насилие — повивальная бабка каждого старого общества, беременного новым» имел почти терапевтический эффект — рядом с апостолом Павлом: «Кто не работает, тот не ест». А еще Маркс в два счета доказал, что Петербург — не Монте-Карло: ведь на Ривьере нет никаких «народных масс», кроме домашней прислуги и персонала отелей и кафе, начисто лишенных классового сознания, а само место — ‘lair of idleness and adventurers… a hole’. Остается только посочувствовать монегаскам и примкнуть к компании Анни Эрно («Годы»), еще в 1980-х шутившей: «Бог умер, Маркс тоже, да и я не в лучшей форме». А лучше махнуть в Трир и раскошелиться на бутылочку заветной кислятины.
Еще в не таком далеком 2018-м Русский музей позволял себе подобные выходки выставки