В игре «Объяснярий», где нужно объяснить слово, пользуясь словами исключительно на заданную букву, подсознание выдает перлы, e.g. «Прекрасный Плавающий Петух» (лебедь );«На Носке Ноги Носорога» (Сицилия ); «Ласковый Лох Лопочущий Ложно» (джентльмен ); «Лошади Легионов Летят Любуясь Луцием» (колесница ). Идеально для веселой компании гуманитариев по духу.
Из дворцовых кладовых — в собрание музея. История коллекции «Гардероб Петра I». Изд-во Эрмитажа, 2022
В 1930-х коллекция предметов, «бывших в личном употреблении Великого Преобразователя», была признана «совершенно непревзойденным образцом музейного недомыслия», а памятники петровского времени стали трактовать как «бытовой материал», направленный на «вскрытие на нем истоков и причин классовой борьбы и формирование идеологии». Покрывало для кровати и табакерки Петра поместили в витрине как образцы импорта. Мебель, токарные станки, посуду, часы отнесли в раздел экспозиции, воссоздающий «комнату служилого дворянина первой четверти XVIII в.». Советские чиновники «от культуры» поделили коллекции между Москвой и Ленинградом; часть фондов осталась в подвалах Русского музея, часть — в Зимнем дворце и храме Спас-на-Крови: «ценнейшие материалы были размещены в 14 случайных помещениях, и сохранность их не была обеспечена». В 1953 г. в Зоологический музей было передано «чучело лошади „Лизетта", принадлежавшей Петру I и бывшей под ним в Полтавском сражении, светло-гнедой масти» вместе с двумя чучелами его собак, причем седло осталось в фонде тканей и костюма.
Сейчас, чтобы увидеть петровские «мемории», нужно блохой скакать по стране (Полтава, Вологда, Сергиев Посад), поэтому особым везением можно считать временную выставку в фондохранилище Эрмитажа, где экспонируется гардероб Петра после юбилейной реставрации: до нее кондиции некоторых камзолов бросали вызов рубищу суриковского нищего из «Боярыни Морозовой». Вопреки образу царя-плотника и воина, гардероб самодержца весьма внушителен и отнюдь не соответствует мифу, созданному для «поддержки отечественного производителя», что Петр I носил одежду только из российских тканей. На шитой серебром орденской звезде на кафтане голубого бархата, который Петр надевал на коронацию Екатерины I, девиз ордена ZA ВЪРУ I BEPNOST исполнил известный французский вышивальщик Эли Палли, работавший при дворе прусских королей. Орфографическое недоразумение «с царского плеча» причудливо резонирует со стилистикой другого исторического контекста.
#nonfiction #museum
В 1930-х коллекция предметов, «бывших в личном употреблении Великого Преобразователя», была признана «совершенно непревзойденным образцом музейного недомыслия», а памятники петровского времени стали трактовать как «бытовой материал», направленный на «вскрытие на нем истоков и причин классовой борьбы и формирование идеологии». Покрывало для кровати и табакерки Петра поместили в витрине как образцы импорта. Мебель, токарные станки, посуду, часы отнесли в раздел экспозиции, воссоздающий «комнату служилого дворянина первой четверти XVIII в.». Советские чиновники «от культуры» поделили коллекции между Москвой и Ленинградом; часть фондов осталась в подвалах Русского музея, часть — в Зимнем дворце и храме Спас-на-Крови: «ценнейшие материалы были размещены в 14 случайных помещениях, и сохранность их не была обеспечена». В 1953 г. в Зоологический музей было передано «чучело лошади „Лизетта", принадлежавшей Петру I и бывшей под ним в Полтавском сражении, светло-гнедой масти» вместе с двумя чучелами его собак, причем седло осталось в фонде тканей и костюма.
Сейчас, чтобы увидеть петровские «мемории», нужно блохой скакать по стране (Полтава, Вологда, Сергиев Посад), поэтому особым везением можно считать временную выставку в фондохранилище Эрмитажа, где экспонируется гардероб Петра после юбилейной реставрации: до нее кондиции некоторых камзолов бросали вызов рубищу суриковского нищего из «Боярыни Морозовой». Вопреки образу царя-плотника и воина, гардероб самодержца весьма внушителен и отнюдь не соответствует мифу, созданному для «поддержки отечественного производителя», что Петр I носил одежду только из российских тканей. На шитой серебром орденской звезде на кафтане голубого бархата, который Петр надевал на коронацию Екатерины I, девиз ордена ZA ВЪРУ I BEPNOST исполнил известный французский вышивальщик Эли Палли, работавший при дворе прусских королей. Орфографическое недоразумение «с царского плеча» причудливо резонирует со стилистикой другого исторического контекста.
#nonfiction #museum
О причудах культурного обмена. В арабском языке универсальным словом иншалла إن شاء الله — «если пожелает Бог», встречавшимся уже в Коране, могут ответить на вопрос, идет ли данный автобус в какое-то место, или тактично отказать, пообещать, но не сделать: in šāʾ aḷḷāh bukra — «даст Бог, завтра», равносильно поговорке bukra fi l-mišmiš — «завтра, в сезон абрикосов», «после дождичка в четверг». Однако, уповая на милость судьбы, потомки подданных католических королей Изабеллы Кастильской и Фердинанда Арагонского также поминают всуе бога своих завоевателей: испанское ojalá — «хоть бы, дай бог» — образец арабского языкового влияния из речи жителей Аль-Андалуса. Мавры ушли, но осадочек остался.
1 марта — в день покровителя Уэльса святого Давида (Dewi Sant) — принято носить в петлице национальную эмблему — cennin [ˈкеннин]. Этимологический родственник русского чеснока в валлийском обозначает два луковичных растения семейства амариллисовых — лук-порей и нарцисс (cennin Pedr). Школьникам милее порей, причем особым шиком считается его изгрызть: нарцисс — для эстетов и слабаков, а кому не нравится запах изо рта — не патриот.
Уэльс в целом англоязычен, но для одержимой идеей самосохранения миноритарной культуры язык является главной культурной скрепой: рефрен валлийского гимна заканчивается строчкой O bydded i’r hen iaith barhau («Да пребудет древний язык»). Впрочем, валлийцам пришлось на практике убедиться, что реконструирование прошлого дело скользкое. В 1950-х годах на флаге Уэльса была фраза: Y ddraig goch ddyry gychwyn — «Красный дракон дает старт». Под драконом сражался в битве при Босворте потомок знатного валлийского рода Генрих Тюдор, а вот с надписью вышел конфуз: она оказалась строчкой из стихотворения поэта XV века Дейо ап Иейан Ди и в оригинале относилась к пенису быка, готового к спариванию.
Надпись экстренно убрали.
Бурное чествование с горячительными напитками святой Давид вряд ли одобрил бы: сам он пил только воду, и его примером укоряли паству нонконформистские проповедники трезвости. А вот его завет подойдет каждому: Gwnewch y pethau bychein — «Творите малые дела».
Уэльс в целом англоязычен, но для одержимой идеей самосохранения миноритарной культуры язык является главной культурной скрепой: рефрен валлийского гимна заканчивается строчкой O bydded i’r hen iaith barhau («Да пребудет древний язык»). Впрочем, валлийцам пришлось на практике убедиться, что реконструирование прошлого дело скользкое. В 1950-х годах на флаге Уэльса была фраза: Y ddraig goch ddyry gychwyn — «Красный дракон дает старт». Под драконом сражался в битве при Босворте потомок знатного валлийского рода Генрих Тюдор, а вот с надписью вышел конфуз: она оказалась строчкой из стихотворения поэта XV века Дейо ап Иейан Ди и в оригинале относилась к пенису быка, готового к спариванию.
Надпись экстренно убрали.
Бурное чествование с горячительными напитками святой Давид вряд ли одобрил бы: сам он пил только воду, и его примером укоряли паству нонконформистские проповедники трезвости. А вот его завет подойдет каждому: Gwnewch y pethau bychein — «Творите малые дела».
С выставок книжной графики «Это моя книга» и «Жизнь пиратская в полоску» (Антон Ломаев) хочется унести трофеев в виде книг и открыток сказочной красоты. Союз Художников, до 10 марта.
Сегодня — Всемирный день кошек.
Занявпочту, телеграф и вокзалы соцсети, подиумы и кинематограф, пушистые бестии беззастенчиво заполонили холсты. Впрочем, кому китч, а кому дырку на обоях загораживает (все фото сделаны вчера в Союзе Художников). Btw, для скопления котиков в английском есть особое слово — clowder.
Заняв