В 2022 большинство читающей братии жаловалось на разные виды reading disorders. За собой наблюдаю увеличение числа не дочитанных книг. Конечно, такое случалось и раньше: вот и в «Сергей Дягилев. “Русские сезоны” навсегда» Шенга Схейена (2016) обнаружилась программка «Щелкунчика» от 29 декабря 2017. О самой книге это не говорит ровным счетом ничего — она по-прежнему отличная, но, с учетом прогрессирующего тоннельного сознания, простое упоминание, что в 2013 Схейен был куратором Года Нидерландов в России, стало причинять ноющую боль.
***
Уже сто с лишним лет назад в России было принято верить, что «славянская культура» положит конец господству немецкой культуры в Европе. Однако бумагу для качественных журналов возили из Финляндии, а дорогие носки ярких расцветок покупали в Лондоне. После того, как Россия в одночасье стала изгоем в международном сообществе, труппа Дягилева, как корабль Тесея, становилась все менее русской, а на каком-то этапе ее спонсировал лорд Ротермер, в будущем фанатичный сторонник Гитлера.
В 1908 Ида-Pussy Riot-Рубинштейн обнажилась в Большом зале консерватории в процессе танца семи вуалей из «Саломеи». Но скандал вызвал не стриптиз, а изображение на сцене библейского сюжета, что было строжайше запрещено Православной Церковью. Прибывшая полиция героически конфисковала голову Иоанна Крестителя из папье-маше. В свободное от изъятия крамольного реквизита время службы безопасности без дела тоже не сидели: в «черном кабинете» на Петербургском главпочтамте вскрывали с помощью пара и копировали до пятисот писем в час. С сургучных печатей снимались копии, чтобы с их помощью снова запечатывать конверты. Контроль за мыслями населения всегда был тяжелым бременем для казны.
***
После Февральской революции «декадентского старосту» и «толстого паука» Дягилева прочили на пост министра культуры: будь у истории сослагательное наклонение, мы бы жили между проспектами Дягилева и Бенуа, а не Луначарского и имени населенного пункта неясных достоинств.
В первые дни нового 1917 года Дягилев послал телеграмму любимой мачехе: «Обнимаю всех вас надеюсь что этот год нас объединит и наконец принесет удачу». Что этим хотел сказать автор? Составлять списки на 2023 — только смешить книжного бога.
***
Уже сто с лишним лет назад в России было принято верить, что «славянская культура» положит конец господству немецкой культуры в Европе. Однако бумагу для качественных журналов возили из Финляндии, а дорогие носки ярких расцветок покупали в Лондоне. После того, как Россия в одночасье стала изгоем в международном сообществе, труппа Дягилева, как корабль Тесея, становилась все менее русской, а на каком-то этапе ее спонсировал лорд Ротермер, в будущем фанатичный сторонник Гитлера.
В 1908 Ида-Pussy Riot-Рубинштейн обнажилась в Большом зале консерватории в процессе танца семи вуалей из «Саломеи». Но скандал вызвал не стриптиз, а изображение на сцене библейского сюжета, что было строжайше запрещено Православной Церковью. Прибывшая полиция героически конфисковала голову Иоанна Крестителя из папье-маше. В свободное от изъятия крамольного реквизита время службы безопасности без дела тоже не сидели: в «черном кабинете» на Петербургском главпочтамте вскрывали с помощью пара и копировали до пятисот писем в час. С сургучных печатей снимались копии, чтобы с их помощью снова запечатывать конверты. Контроль за мыслями населения всегда был тяжелым бременем для казны.
***
После Февральской революции «декадентского старосту» и «толстого паука» Дягилева прочили на пост министра культуры: будь у истории сослагательное наклонение, мы бы жили между проспектами Дягилева и Бенуа, а не Луначарского и имени населенного пункта неясных достоинств.
В первые дни нового 1917 года Дягилев послал телеграмму любимой мачехе: «Обнимаю всех вас надеюсь что этот год нас объединит и наконец принесет удачу». Что этим хотел сказать автор? Составлять списки на 2023 — только смешить книжного бога.
Лексикографическое hangover 2022: по версии словаря Merriam-Webster словом года стало gaslighting, в честном (who knows?) бою победив fake news, conspiracy theories, deepfakes и Twitter trolls. Термин появился еще в 1938 в названии пьесы, где по сюжету «любящий» муж химичит на чердаке, из-за чего газовые фонари в доме тускнеют, и пытается убедить жену, что та сходит с ума и не должна верить собственным глазам. Вытеснение критического мышления пропагандой привело к дезориентации и недоверию в обществе — значение термина расширяется и приобретает политический подтекст: “the act or practice of grossly misleading someone, especially for a personal advantage”. Английский язык богат на лексику для лжи, “lie” — от нейтральных falsehood и untruth до прямолинейного deceitfulness, от формальных эвфемизмов prevarication и dissemble до беззубого fib, — но в эпоху взрывообразного развития технологий обмана примета времени gaslighting.
Из-за украинских событий выросло число запросов на термины sanction, Armageddon, conscript и oligarch (от греч. «власть немногих»), в который истории про яхты вхожих в ближний круг привнесли российский флер.
ВОЗ называет варианты вируса COVID буквами греческого алфавита. В ноябре 2021 очередь дошла до 15-й буквы: в 2022 доминирующей формой вируса стал omicron.
К набившим оскомину LGBT и LGBTQ прибавился акроним LGBTQIA — “lesbian, gay, bisexual, transgender, queer/questioning (one's sexual or gender identity), intersex, and asexual/aromantic/agender.” Не до романтики сейчас миру…
Летом из Google просочилась информация, что чатбот с искусственным интеллектом обрел человеческое сознание — компания энергично отрицала подобные домыслы, возмутителя спокойствия отправили в оплачиваемый отпуск, но всплеск интереса к слову sentient, «чувствующий», словарем зафиксирован.
Смерть Елизаветы II подогрела интерес к монархии и ее ритуалам: pomp and circumstance. Американцы (спасибо Камилле) массово бросились прояснять значение слов monarch и Queen Consort: в тридесятом королевстве короля в помине не было с 1952 года, а Филипп носил титул Prince Consort.
Из-за украинских событий выросло число запросов на термины sanction, Armageddon, conscript и oligarch (от греч. «власть немногих»), в который истории про яхты вхожих в ближний круг привнесли российский флер.
ВОЗ называет варианты вируса COVID буквами греческого алфавита. В ноябре 2021 очередь дошла до 15-й буквы: в 2022 доминирующей формой вируса стал omicron.
К набившим оскомину LGBT и LGBTQ прибавился акроним LGBTQIA — “lesbian, gay, bisexual, transgender, queer/questioning (one's sexual or gender identity), intersex, and asexual/aromantic/agender.” Не до романтики сейчас миру…
Летом из Google просочилась информация, что чатбот с искусственным интеллектом обрел человеческое сознание — компания энергично отрицала подобные домыслы, возмутителя спокойствия отправили в оплачиваемый отпуск, но всплеск интереса к слову sentient, «чувствующий», словарем зафиксирован.
Смерть Елизаветы II подогрела интерес к монархии и ее ритуалам: pomp and circumstance. Американцы (спасибо Камилле) массово бросились прояснять значение слов monarch и Queen Consort: в тридесятом королевстве короля в помине не было с 1952 года, а Филипп носил титул Prince Consort.
The King. The Life of Charles III. Christopher Andersen. 2022
Весь мир с азартом обсуждает отмороженный пенис Гарри, но Spare попросту носитель гена нытья во втором поколении: не зря ведь Чарльза прозвали Принцем Иа — в честь депрессивного ослика. “It is so frustrating,” — не выдерживала даже Камилла, — “when he does his Eeyore thing: You know, ‘Oh, poor, pathetic me.’ Sometimes I just want to scream.”
***
Карл III, самый терпеливый наследник престола в мировой истории, стал первым британским монархом с высшим образованием. Прямой потомок Альфреда Великого, Вильгельма Завоевателя, королевы Виктории, Роберта Брюса и Марии Стюарт, Чарльз был единственным мальчиком на острове, которому отец, тевтонец Филипп Mountbatten не мог дать свою фамилию (технически, он был даже не Battenberg, а Schleswig-Holstein-Sonderburg-Glücksburg). Его родителями были помешанная на этикете помазанница божья, через слугу передавшая сыну даже приглашение на свою коронацию, и альфа-самец, открыто выражавший беспокойство, что сын вырастет тряпкой или, того хуже, геем, и предпочитавший общаться с ним с помощью записок. We all have problem parents, Charles!
С самого детства наследного принца изводила пресса: даже украденные школьные эссе Чарльза были проданы немецкому журналу Der Stern. Зато привилегированность меняла правила пикапа: для плотских утех ассистенты поставляли Чарльзу несовершеннолетних фермерских дочек, в случае отказа угрожая выгнать их семьи с арендованной земли. Даже в пароксизме страсти все подружки должны были обращаться к Чарльзу Sir и называть его Артуром в честь легендарного короля. Когда пришло время предъявить народу наследника, жену Чарльзу методом подбора нашли две его самые «серьезные» mistresses, одной из них была Камилла, тоже прямой потомок Вильгельма Завоевателя (впрочем, даже Уильям и Кейт считаются родственниками в пятнадцатом колене — у отца Кейт Майкла Мидлтона в предках нашелся некто Сэр Томас Фэрфакс, член королевской семьи XVII века).
Особо доверенный лакей выдавливает Чарльзу зубную пасту из серебряного диспенсера, помогает справиться с брюками и завязывает шнурки. Он же отвечает за пресловутого плюшевого мишку, с которым Чарльз не расстается с детства (для его починки экстренно вызывали с заслуженного отдыха старенькую няню), и пакует для поездок сделанный на заказ белый кожаный стульчак. На завтрак подается вареное яйцо правильной консистенции — для этого даже опытному шефу ежедневно требуется 3-6 попыток, но злить босса нельзя. Чарльз известен приступами ярости и с прислугой церемониться не привык: неподатливое окно может высадить стулом, а, уронив запонку в сток, в сердцах оторвать раковину от стены и придушить лакея.
Родившись наследником престола, можно сэкономить на визитах к консультантам по профориентации, однако бередит отсутствие ясности по времени вступления в должность. Чарльз коротал время, строча в адрес правительства свои печально знаменитые Black Spider Memos, рекомендации по спасению мира под слоганом “Let’s put the ‘Great’ back into Great Britain,” на что получал отповедь от лейбористов — if he wants to be involved in politics, then he should stand for election. Эко-принц пишет ручкой с органическими чернилами, но путешествует на частных самолетах, без сожаления жертвуя окружающей средой ради статуса и комфорта, за что пресс-службе Дворца постоянно приходилось оправдываться — как и за многое другое, включая яйца на завтрак. Не самый харизматичный на свете принц даже не мог приструнить младшего сына из-за неблагоприятного для себя соотношения их рейтингов популярности: в первую очередь, монархия должна нравиться — в этом залог ее существования в XXI веке.
***
Биография «их нравы» написана без заискиваний и злобы, а признание слабостей и несовершенств очеловечивает сильных мира сего, в отличие от герметичной секретности, окружающей правителя одной восточной деспотии.
#nonfiction #biography #royals
Весь мир с азартом обсуждает отмороженный пенис Гарри, но Spare попросту носитель гена нытья во втором поколении: не зря ведь Чарльза прозвали Принцем Иа — в честь депрессивного ослика. “It is so frustrating,” — не выдерживала даже Камилла, — “when he does his Eeyore thing: You know, ‘Oh, poor, pathetic me.’ Sometimes I just want to scream.”
***
Карл III, самый терпеливый наследник престола в мировой истории, стал первым британским монархом с высшим образованием. Прямой потомок Альфреда Великого, Вильгельма Завоевателя, королевы Виктории, Роберта Брюса и Марии Стюарт, Чарльз был единственным мальчиком на острове, которому отец, тевтонец Филипп Mountbatten не мог дать свою фамилию (технически, он был даже не Battenberg, а Schleswig-Holstein-Sonderburg-Glücksburg). Его родителями были помешанная на этикете помазанница божья, через слугу передавшая сыну даже приглашение на свою коронацию, и альфа-самец, открыто выражавший беспокойство, что сын вырастет тряпкой или, того хуже, геем, и предпочитавший общаться с ним с помощью записок. We all have problem parents, Charles!
С самого детства наследного принца изводила пресса: даже украденные школьные эссе Чарльза были проданы немецкому журналу Der Stern. Зато привилегированность меняла правила пикапа: для плотских утех ассистенты поставляли Чарльзу несовершеннолетних фермерских дочек, в случае отказа угрожая выгнать их семьи с арендованной земли. Даже в пароксизме страсти все подружки должны были обращаться к Чарльзу Sir и называть его Артуром в честь легендарного короля. Когда пришло время предъявить народу наследника, жену Чарльзу методом подбора нашли две его самые «серьезные» mistresses, одной из них была Камилла, тоже прямой потомок Вильгельма Завоевателя (впрочем, даже Уильям и Кейт считаются родственниками в пятнадцатом колене — у отца Кейт Майкла Мидлтона в предках нашелся некто Сэр Томас Фэрфакс, член королевской семьи XVII века).
Особо доверенный лакей выдавливает Чарльзу зубную пасту из серебряного диспенсера, помогает справиться с брюками и завязывает шнурки. Он же отвечает за пресловутого плюшевого мишку, с которым Чарльз не расстается с детства (для его починки экстренно вызывали с заслуженного отдыха старенькую няню), и пакует для поездок сделанный на заказ белый кожаный стульчак. На завтрак подается вареное яйцо правильной консистенции — для этого даже опытному шефу ежедневно требуется 3-6 попыток, но злить босса нельзя. Чарльз известен приступами ярости и с прислугой церемониться не привык: неподатливое окно может высадить стулом, а, уронив запонку в сток, в сердцах оторвать раковину от стены и придушить лакея.
Родившись наследником престола, можно сэкономить на визитах к консультантам по профориентации, однако бередит отсутствие ясности по времени вступления в должность. Чарльз коротал время, строча в адрес правительства свои печально знаменитые Black Spider Memos, рекомендации по спасению мира под слоганом “Let’s put the ‘Great’ back into Great Britain,” на что получал отповедь от лейбористов — if he wants to be involved in politics, then he should stand for election. Эко-принц пишет ручкой с органическими чернилами, но путешествует на частных самолетах, без сожаления жертвуя окружающей средой ради статуса и комфорта, за что пресс-службе Дворца постоянно приходилось оправдываться — как и за многое другое, включая яйца на завтрак. Не самый харизматичный на свете принц даже не мог приструнить младшего сына из-за неблагоприятного для себя соотношения их рейтингов популярности: в первую очередь, монархия должна нравиться — в этом залог ее существования в XXI веке.
***
Биография «их нравы» написана без заискиваний и злобы, а признание слабостей и несовершенств очеловечивает сильных мира сего, в отличие от герметичной секретности, окружающей правителя одной восточной деспотии.
#nonfiction #biography #royals
Бремя белого человека: Чарльз во время визита в Мехико и в канадскую Альберту, где ему дали племенное имя Red Crow
Код цвета. Небесный голубой, газетный желтый, королевский фиолетовый и другие оттенки в культурной истории цвета. Пол Симпсон, 2022
Книга под завязку напичкана «цветными» фактами разной степени занимательности и новизны: «патриотичный» красный присутствует на 155 национальных флагах, а в ЮАР обозначает скорбь; красную дорожку впервые расстелили в 1900-х для пассажиров
I класса на вокзале в Нью-Йорке; футбольная команда Бразилии играет в форме цвета династии Габсбургов (желтый); в США дома с желтой дверью продаются дольше и стоят дешевле; в Новой Англии XVIII века be blue означало «быть пуританином», а сейчас синий часто связан с идеей греха (blue language — мат, blue movies — порнофильмы, blue humour —юмор «ниже пояса»); в картине «Свобода, ведущая народ» Эжен Делакруа использовал пигмент «мумия натуральная», точно зная, из какого сырья он сделан (будем в Лувре, присмотримся повнимательнее).
***
В 1814 году эдинбургский художник-флорист Патрик Сайм опубликовал «Цветовую номенклатуру Вернера», основанную на разработке немецкого геолога, ботаника и поэта Абраама Готлоба Вернера — предшественницу каталога Pantone. Названия цветов были снабжены описаниями, e.g. «аурипигмент оранжевый — цвет живота бородавчатого тритона». Определив 1867 цветов типографской краски, Pantone часто дает им названия в стиле Вернера: «упавший камень», «танцующий на облаках» и «бабушкин свитер».
Помимо Красного барона Манфреда фон Рихтхофена, звезды первой величины, в истории есть другие «красные», e.g. Красный принц (Вильгельм фон Габсбург aka Василь Вышиваный, кандидат на престол Украины после WWI) и Красный декан (Хьюлетт Джонсон, настоятель Кентерберийского собора, за поддержку Советского Союза награжденный орденом Трудового Красного Знамени).
Малиновка, или зарянка воспета Уильямом Блейком (A robin redbreast in a cage / Puts all nature in a rage) и с XIX века является атрибутом рождественских открыток. Это довольно злобные птицы — каждая десятая взрослая зарянка погибает от перелома черепа во время битв по защите территории. Красный цвет так раздражает их, что в отсутствие живых противников они могут атаковать мертвых зарянок, собственное отражение и рыжебородых мужчин (годный твист для продолжения мемуаров принца Гарри).
Из-за паники, вызванной «красной угрозой» во многих американских штатах была запрещена публичная демонстрация красного флага. «Штат землезахватчиков» Оклахома в 1925 году, вместо красного с белой звездой, принял синий флаг, хотя название штата происходит от фразы, на языке местных индейцев чокто означающей «красные люди».
В елизаветинской Англии слово pink иногда употреблялось как синоним слова «цветок» в смысле «лучший в своем роде». Меркуцио говорит Ромео: “Nay, I am the very pink of courtesy” (1597).
В 2017 году в Германии были арестованы два австрийца, отец и сын, имевших при себе пять пакетов с таблетками экстази морковного цвета в форме лица Дональда Трампа, которые продавались под слоганом Trump makes parties great again.
У китайцев, индейцев навахо и турок север ассоциируется с черным цветом. Турецкое название Черного моря — Карадениз — объясняется его расположением к северу от Турции. Примерно в 500 году до н.э. персы описывали Понт Эвксинский словом axsaina («темный» на фарси), которое греки неверно переводили как axeinos («негостеприимный») и которое позже превратилось в euxinos («гостеприимный»).
#nonfiction #colourmatters
Книга под завязку напичкана «цветными» фактами разной степени занимательности и новизны: «патриотичный» красный присутствует на 155 национальных флагах, а в ЮАР обозначает скорбь; красную дорожку впервые расстелили в 1900-х для пассажиров
I класса на вокзале в Нью-Йорке; футбольная команда Бразилии играет в форме цвета династии Габсбургов (желтый); в США дома с желтой дверью продаются дольше и стоят дешевле; в Новой Англии XVIII века be blue означало «быть пуританином», а сейчас синий часто связан с идеей греха (blue language — мат, blue movies — порнофильмы, blue humour —юмор «ниже пояса»); в картине «Свобода, ведущая народ» Эжен Делакруа использовал пигмент «мумия натуральная», точно зная, из какого сырья он сделан (будем в Лувре, присмотримся повнимательнее).
***
В 1814 году эдинбургский художник-флорист Патрик Сайм опубликовал «Цветовую номенклатуру Вернера», основанную на разработке немецкого геолога, ботаника и поэта Абраама Готлоба Вернера — предшественницу каталога Pantone. Названия цветов были снабжены описаниями, e.g. «аурипигмент оранжевый — цвет живота бородавчатого тритона». Определив 1867 цветов типографской краски, Pantone часто дает им названия в стиле Вернера: «упавший камень», «танцующий на облаках» и «бабушкин свитер».
Помимо Красного барона Манфреда фон Рихтхофена, звезды первой величины, в истории есть другие «красные», e.g. Красный принц (Вильгельм фон Габсбург aka Василь Вышиваный, кандидат на престол Украины после WWI) и Красный декан (Хьюлетт Джонсон, настоятель Кентерберийского собора, за поддержку Советского Союза награжденный орденом Трудового Красного Знамени).
Малиновка, или зарянка воспета Уильямом Блейком (A robin redbreast in a cage / Puts all nature in a rage) и с XIX века является атрибутом рождественских открыток. Это довольно злобные птицы — каждая десятая взрослая зарянка погибает от перелома черепа во время битв по защите территории. Красный цвет так раздражает их, что в отсутствие живых противников они могут атаковать мертвых зарянок, собственное отражение и рыжебородых мужчин (годный твист для продолжения мемуаров принца Гарри).
Из-за паники, вызванной «красной угрозой» во многих американских штатах была запрещена публичная демонстрация красного флага. «Штат землезахватчиков» Оклахома в 1925 году, вместо красного с белой звездой, принял синий флаг, хотя название штата происходит от фразы, на языке местных индейцев чокто означающей «красные люди».
В елизаветинской Англии слово pink иногда употреблялось как синоним слова «цветок» в смысле «лучший в своем роде». Меркуцио говорит Ромео: “Nay, I am the very pink of courtesy” (1597).
В 2017 году в Германии были арестованы два австрийца, отец и сын, имевших при себе пять пакетов с таблетками экстази морковного цвета в форме лица Дональда Трампа, которые продавались под слоганом Trump makes parties great again.
У китайцев, индейцев навахо и турок север ассоциируется с черным цветом. Турецкое название Черного моря — Карадениз — объясняется его расположением к северу от Турции. Примерно в 500 году до н.э. персы описывали Понт Эвксинский словом axsaina («темный» на фарси), которое греки неверно переводили как axeinos («негостеприимный») и которое позже превратилось в euxinos («гостеприимный»).
#nonfiction #colourmatters
Spare. Prince Harry, 2023
За первый же день было продано 1.43 млн экземпляров вредных советов «Как из любимца публики превратиться в просто Гарри». С учетом доходности проекта не удается посочувствовать гострайтеру, которому пришлось выслушивать нескладную исповедь скорбного главою принца. The New Yorker пишет, что с «книгой откровений» стоит ознакомиться из-за ее потенциального исторического резонанса. Не стреляйте в пианиста: история рассудит.
***
Диана поучала Гарри: “You can be as naughty as you want, just don’t get caught.” Надо было слушать маму: надеть на вечеринку Natives and colonials нацистскую униформу — это не на свадьбе у няни на спор золотых рыбок глотать. Зато потом чистосердечная обида за клеймо complete thicko — бедняга ведь даже не подозревал о символике свастики и верил, что усы Гитлера просто усы. Дело-то житейское, а публике давно пора забыть, что сестра принца Филиппа Софи обожала фюрера и даже назвала сына, кузена Чарльза, Карлом Адольфом, а самого Филиппа в бытность женихом ксенофобы британцы называли the hun или Charlie Kraut. Но британцы проявили неделикатность: “What the hell did they teach him during his five years at Eton?”
Замечательна выморочность представления Гарри о нормальной жизни: в gap year он вкалывал на австралийской ферме за скромные $160 в неделю, в то время как расходы на его безопасность обошлись налогоплательщикам в >$1 млн. Справедливости ради, когда в 2008 Granny отпустила Уильяма послужить в британских ВВС в Афганистане — его сверхсекретная миссия длилась целых 30 часов, — цена вопроса осталась государственной тайной.
Все отравляют Гарри жизнь: Papa нечутко поливается Eau Sauvage — надпись на флаконе made in Paris напоминает о Mummy. Телохранители не позволяют сделать на пятке тату с картой Ботсваны. Пресса улюлюкает (btw, принц Филипп сам водил чёрное такси, которое приобрёл, чтобы тайком удирать от прессы, но не написал об этом книгу).
Встретив Меган, «голубой воришка», которому все время мучительно стыдно, на глазах преображается и начинает искать виноватых, старательно пересказывая газетные сплетни: тиара, расизм, авокадо, Кейт без восторга одолжила блеск для губ, бездушная Камилла послала на… Бермуды. Понятно, что Гарри не собирался побеждать в University Challenge, но будь он не писателем, а хоть немного читателем, он не обнародовал бы постулат о высочайшем культурном уровне Меган на том основании, что она прочитала Eat Pray Love, и не описывал бы свой роман цитатами из пошаговой инструкции «как подцепить парня» из Cosmopolitan (вероятно, пулитцероносный highbrow хострайтер тоже игнорировал журнал для девчонок-тинейджеров, и в данном случае очень зря).
У Гарри есть удивительная способность два раза подрываться на одной мине. Интеллектуалы возмущены комментарием к взятой с сайта цитатой “The past is never dead. It’s not even past” — “Who the fook is Faulkner? And how’s he related to us Windsors?” Активисты же пришли в ярость из-за Фолкнера, который не ратовал за отмену сегрегации и законов Джима Кроу.
Текст показательно шизофренический: Гарри наслышан про причуды отца королевы Виктории — садиста, возбуждавшегося от порки солдат, — и тут же поднимает бровки домиком: принцессе Маргарет не позволили выйти за разведенного? Вы серьезно? Настоящими выходят только считанные абзацы о том, что бабушкины корги не выносят сквозняков, гостей Балморала пугает идет коричневая торфяная вода из крана, а волынка похожа на пьяного осьминога.
По иронии судьбы, одним из немногих союзников Гарри можно считать Хилари Мантел, на которую он обрушился за сравнение монаршей семьи с пандами, не дочитав абзац до конца (много букв): ‘It may be that the whole phenomenon of monarchy is irrational, but that doesn’t mean that when we look at it we should behave like spectators at Bedlam.’
***
В обозримом будущем осчастливить мир своими мемуарами собирается очередной Etonian Борис Джонсон. No rest for the wicked.
#nonfiction #memoir #royals
За первый же день было продано 1.43 млн экземпляров вредных советов «Как из любимца публики превратиться в просто Гарри». С учетом доходности проекта не удается посочувствовать гострайтеру, которому пришлось выслушивать нескладную исповедь скорбного главою принца. The New Yorker пишет, что с «книгой откровений» стоит ознакомиться из-за ее потенциального исторического резонанса. Не стреляйте в пианиста: история рассудит.
***
Диана поучала Гарри: “You can be as naughty as you want, just don’t get caught.” Надо было слушать маму: надеть на вечеринку Natives and colonials нацистскую униформу — это не на свадьбе у няни на спор золотых рыбок глотать. Зато потом чистосердечная обида за клеймо complete thicko — бедняга ведь даже не подозревал о символике свастики и верил, что усы Гитлера просто усы. Дело-то житейское, а публике давно пора забыть, что сестра принца Филиппа Софи обожала фюрера и даже назвала сына, кузена Чарльза, Карлом Адольфом, а самого Филиппа в бытность женихом ксенофобы британцы называли the hun или Charlie Kraut. Но британцы проявили неделикатность: “What the hell did they teach him during his five years at Eton?”
Замечательна выморочность представления Гарри о нормальной жизни: в gap year он вкалывал на австралийской ферме за скромные $160 в неделю, в то время как расходы на его безопасность обошлись налогоплательщикам в >$1 млн. Справедливости ради, когда в 2008 Granny отпустила Уильяма послужить в британских ВВС в Афганистане — его сверхсекретная миссия длилась целых 30 часов, — цена вопроса осталась государственной тайной.
Все отравляют Гарри жизнь: Papa нечутко поливается Eau Sauvage — надпись на флаконе made in Paris напоминает о Mummy. Телохранители не позволяют сделать на пятке тату с картой Ботсваны. Пресса улюлюкает (btw, принц Филипп сам водил чёрное такси, которое приобрёл, чтобы тайком удирать от прессы, но не написал об этом книгу).
Встретив Меган, «голубой воришка», которому все время мучительно стыдно, на глазах преображается и начинает искать виноватых, старательно пересказывая газетные сплетни: тиара, расизм, авокадо, Кейт без восторга одолжила блеск для губ, бездушная Камилла послала на… Бермуды. Понятно, что Гарри не собирался побеждать в University Challenge, но будь он не писателем, а хоть немного читателем, он не обнародовал бы постулат о высочайшем культурном уровне Меган на том основании, что она прочитала Eat Pray Love, и не описывал бы свой роман цитатами из пошаговой инструкции «как подцепить парня» из Cosmopolitan (вероятно, пулитцероносный highbrow хострайтер тоже игнорировал журнал для девчонок-тинейджеров, и в данном случае очень зря).
У Гарри есть удивительная способность два раза подрываться на одной мине. Интеллектуалы возмущены комментарием к взятой с сайта цитатой “The past is never dead. It’s not even past” — “Who the fook is Faulkner? And how’s he related to us Windsors?” Активисты же пришли в ярость из-за Фолкнера, который не ратовал за отмену сегрегации и законов Джима Кроу.
Текст показательно шизофренический: Гарри наслышан про причуды отца королевы Виктории — садиста, возбуждавшегося от порки солдат, — и тут же поднимает бровки домиком: принцессе Маргарет не позволили выйти за разведенного? Вы серьезно? Настоящими выходят только считанные абзацы о том, что бабушкины корги не выносят сквозняков, гостей Балморала пугает идет коричневая торфяная вода из крана, а волынка похожа на пьяного осьминога.
По иронии судьбы, одним из немногих союзников Гарри можно считать Хилари Мантел, на которую он обрушился за сравнение монаршей семьи с пандами, не дочитав абзац до конца (много букв): ‘It may be that the whole phenomenon of monarchy is irrational, but that doesn’t mean that when we look at it we should behave like spectators at Bedlam.’
***
В обозримом будущем осчастливить мир своими мемуарами собирается очередной Etonian Борис Джонсон. No rest for the wicked.
#nonfiction #memoir #royals
По тесным стандартам политкорректности опера Моцарта «Волшебная флейта» в М-2 видится образчиком расизма и сексизма, хотя на ее премьере в 1791 вряд ли кто усомнился бы, что без мужского контроля женщины неизбежно преступят границы дозволенного, а мавр по природе похотлив, сервилен и чёрен душой, как его блэкфейс. Вполне прогрессивный деятель Бенджамин Раш — один из 56 подписантов Декларации независимости, противник смертной казни, основатель публичных школ и приютов для бедных, сторонник женского образования и отмены рабства — был убежден, что blackness это болезнь, вызываемая сексуальной разнузданностью. Она якобы делает африканцев особо восприимчивыми к проказе, которая увеличивает губы, уплощает нос, кудрявит волосы и чернит кожу. В качестве средства от «черной напасти» Раш предлагал страх, воздержание, притирания, соляную кислоту и сок неспелых персиков.
***
Давая определение расы, Карл Линней в Systema naturae (1758-59) назвал американцев красными (rufus), азиатов желтыми (luridus), африканцев черными (niger), а европейцев белыми (albus). В Америке N-word употребляли как универсальный термин для иностранцев всех рас, кроме белой. На рубеже XX века, подавляя движение за независимость на Филиппинах, американские солдаты писали домой: «Кровь закипела в наших жилах, и мы все хотели убивать негров». В 1930 году слово Negro, написанное с заглавной буквы, вошло в руководство по языку и стилю газеты New York Times: в ходе переписи населения всех чернокожих просили называть себя неграми. В 2003 году почти 50% чернокожих американцев предпочли термин «афроамериканец», пока не выяснилось, что их схожесть с африканцами заканчивается на цвете кожи. Переехавших в США 20-30 лет назад и позже попытались называть «континентальными» африканцами, но было непонятно, что делать с остальными. На волне BLM термин Black считается приемлемым, но неуклюжесть номинации осталась: «черный человек» в русской культуре — это про поэзию Блока, Вив Гроскоп величает арапа Петра Великого the Negro of Peter the Great, Аркадий Ипполитов задумчиво предлагает «афроевропеец» (правда, имея в виду не Ганнибала, а «нового итальянца» в автобусе). Итого: негр — колониально, мавр — театрально, арап — чересчур эпично, афроsomeone заводит в дебри словообразования.
***
Давая определение расы, Карл Линней в Systema naturae (1758-59) назвал американцев красными (rufus), азиатов желтыми (luridus), африканцев черными (niger), а европейцев белыми (albus). В Америке N-word употребляли как универсальный термин для иностранцев всех рас, кроме белой. На рубеже XX века, подавляя движение за независимость на Филиппинах, американские солдаты писали домой: «Кровь закипела в наших жилах, и мы все хотели убивать негров». В 1930 году слово Negro, написанное с заглавной буквы, вошло в руководство по языку и стилю газеты New York Times: в ходе переписи населения всех чернокожих просили называть себя неграми. В 2003 году почти 50% чернокожих американцев предпочли термин «афроамериканец», пока не выяснилось, что их схожесть с африканцами заканчивается на цвете кожи. Переехавших в США 20-30 лет назад и позже попытались называть «континентальными» африканцами, но было непонятно, что делать с остальными. На волне BLM термин Black считается приемлемым, но неуклюжесть номинации осталась: «черный человек» в русской культуре — это про поэзию Блока, Вив Гроскоп величает арапа Петра Великого the Negro of Peter the Great, Аркадий Ипполитов задумчиво предлагает «афроевропеец» (правда, имея в виду не Ганнибала, а «нового итальянца» в автобусе). Итого: негр — колониально, мавр — театрально, арап — чересчур эпично, афроsomeone заводит в дебри словообразования.
«Коро написал 3 тысячи картин. 10 тысяч из них были проданы в Америке» — бывший куратор Лувра Рене Юиг не шутил.
Con/Artist. The Life and Crimes of the World’s Greatest Art Forger. Tony Tetro. 2022
Добро пожаловать в эпицентр мира жуликоватых галеристов, тщеславных миллионеров, алчных адвокатов и двурушных полицейских, описанного от первого лица обаятельным мошенником от искусства.
Кумирами Тони Тетро, росшего в 1950-х в Фултоне (asshole of NY) в эмигрантском районе Little Chicago, печально знаменитом убийствами в стиле Аль Капоне, были не гангстеры или, на худой конец, Уолт Дисней, а Энцо Феррари и Леонардо да Винчи. Любителю рассматривать библиотечные альбомы по искусству мама купила набор масляных красок, а в 16 лет он уже был… отцом семейства и водил грузовик. С деньгами было настолько туго, что Тони добывал бумагу для рисования, вырывая чистые страницы из книг в библиотеке Art Deco. По иронии судьбы, нечистого на руку арт-дилера, с которого началась карьера будущего миллионера из трущоб, звали Карлус Маркус.
Дали оценивал знаменитых художников по шкале от 1 до 20 по категориям рисунок, техника, композиция, цвет etc. В топе его рейтинга оказался Вермеер: 20 за все, кроме оригинальности. Мондриан получил 0 по всем параметрам, кроме оригинальности (½), цвета (1) и аутентичности (3½). Тетро был согласен с оценкой, однако Вермеером, чьи работы можно пересчитать по пальцам, сыт не будешь, поэтому бекон в дом приносили литографии под Дали, Шагала, Миро и Пикассо — для удобствам их называли «тетрографиями». Через неделю после смерти Шагала Тони пересел на Роллс Ройс.
В те былинные времена, когда самым крутым компьютером был Tandy с памятью 4 KB, а о радиоуглеродном датировании, спектроскопии и прочей дендрохронологии даже не слыхивали, Тетро удавалось все — от серографий Эрте до больших голландцев, правда заманчивое предложение на фабрикацию долларов он благоразумно отклонил. Зеленых бумажек у Тони и так хватало: это была безумная эпоха шальных денег, клубов с голливудскими селебами, кокаина и опасных связей. Поспорив, что подделать можно абсолютно все, Тони выиграл пари, собрав с нуля редкую модель Феррари Testa Rossa 1958 года. Было выпущено всего 19 таких машин, и следы одной из них затерялись на просторах вселенной. На создание идеальной подделки потребовалось пять лет, огромная сумма денег и усилия команды легендарных мастеров, у одного из которых было прозвище «Бернини кузовных работ».
У каждого волшебника должна быть своя тайная комната с инструментами и портретом Уинстона Черчилля на стене — главное, чтобы ее не нашли при обыске. Но профессиональные риски никто не отменял: не успев натешиться сбывшейся американской мечтой, бонвиван Тони уже малюет в тюремной студии плакаты по безопасности дорожного движения — пристегнутую Мона Лизу на Феррари, а конфискованный у него товар украшает кабинеты в судах штата. Концепцию «жизнь одним днем» придется пересмотреть, но старого пса не научишь новым трюкам: поздние шедевры от Тони Тетро побывают даже в коллекции принца Чарльза.
Местонахождение «чудесно открытого» Караваджо с весьма складным провенансом, которым Тони очень гордится, неизвестно до сих пор.
#nonfiction #memoir #art #жадор
Con/Artist. The Life and Crimes of the World’s Greatest Art Forger. Tony Tetro. 2022
Добро пожаловать в эпицентр мира жуликоватых галеристов, тщеславных миллионеров, алчных адвокатов и двурушных полицейских, описанного от первого лица обаятельным мошенником от искусства.
Кумирами Тони Тетро, росшего в 1950-х в Фултоне (asshole of NY) в эмигрантском районе Little Chicago, печально знаменитом убийствами в стиле Аль Капоне, были не гангстеры или, на худой конец, Уолт Дисней, а Энцо Феррари и Леонардо да Винчи. Любителю рассматривать библиотечные альбомы по искусству мама купила набор масляных красок, а в 16 лет он уже был… отцом семейства и водил грузовик. С деньгами было настолько туго, что Тони добывал бумагу для рисования, вырывая чистые страницы из книг в библиотеке Art Deco. По иронии судьбы, нечистого на руку арт-дилера, с которого началась карьера будущего миллионера из трущоб, звали Карлус Маркус.
Дали оценивал знаменитых художников по шкале от 1 до 20 по категориям рисунок, техника, композиция, цвет etc. В топе его рейтинга оказался Вермеер: 20 за все, кроме оригинальности. Мондриан получил 0 по всем параметрам, кроме оригинальности (½), цвета (1) и аутентичности (3½). Тетро был согласен с оценкой, однако Вермеером, чьи работы можно пересчитать по пальцам, сыт не будешь, поэтому бекон в дом приносили литографии под Дали, Шагала, Миро и Пикассо — для удобствам их называли «тетрографиями». Через неделю после смерти Шагала Тони пересел на Роллс Ройс.
В те былинные времена, когда самым крутым компьютером был Tandy с памятью 4 KB, а о радиоуглеродном датировании, спектроскопии и прочей дендрохронологии даже не слыхивали, Тетро удавалось все — от серографий Эрте до больших голландцев, правда заманчивое предложение на фабрикацию долларов он благоразумно отклонил. Зеленых бумажек у Тони и так хватало: это была безумная эпоха шальных денег, клубов с голливудскими селебами, кокаина и опасных связей. Поспорив, что подделать можно абсолютно все, Тони выиграл пари, собрав с нуля редкую модель Феррари Testa Rossa 1958 года. Было выпущено всего 19 таких машин, и следы одной из них затерялись на просторах вселенной. На создание идеальной подделки потребовалось пять лет, огромная сумма денег и усилия команды легендарных мастеров, у одного из которых было прозвище «Бернини кузовных работ».
У каждого волшебника должна быть своя тайная комната с инструментами и портретом Уинстона Черчилля на стене — главное, чтобы ее не нашли при обыске. Но профессиональные риски никто не отменял: не успев натешиться сбывшейся американской мечтой, бонвиван Тони уже малюет в тюремной студии плакаты по безопасности дорожного движения — пристегнутую Мона Лизу на Феррари, а конфискованный у него товар украшает кабинеты в судах штата. Концепцию «жизнь одним днем» придется пересмотреть, но старого пса не научишь новым трюкам: поздние шедевры от Тони Тетро побывают даже в коллекции принца Чарльза.
Местонахождение «чудесно открытого» Караваджо с весьма складным провенансом, которым Тони очень гордится, неизвестно до сих пор.
#nonfiction #memoir #art #жадор
Веселье безумное, беспредельное — девиз Татьянина дня. Этот день — праздник безудержного, своевольного духа, сбросившего повседневную оболочку… Забыть обычную жизнь мелких забот и умственного напряжения. Забыться. Отуманить голову. Опьянить себя и веселиться, веселиться, веселиться... <…> Этот день всеобщего безумия бывает раз в году. Это сверхпраздник.
Нет денег, чтобы опьянить себя благородным шампанским. Пьяная водка и мутное пиво — два напитка Татьянина дня. <…> Из залы выносится <…> все, что только можно вынести. Фарфоровая посуда заменяется глиняной. <…> Каждый хочет превзойти другого в безумии. Один едет на плечах товарища к стойке, выпивает рюмку водки и отъезжает в сторону. Другие лезут на декоративные растения. Третьи взбираются по столбам аквариума вверх. Кто-то купается в аквариуме.
Нас Лев Толстой бранит, бранит
И пить нам не велит, не велит, не велит
И в пьянстве обличает!..
— А кто виноват? Разве мы?
— Нет! Татьяна!
Да здравствует Татьяна!
Студенты в Москве. Быт, нравы, типы. Очерки. Иванов П. 1903
P.S. Лексика столетней давности — отдельный плезир: «членская» комната, «обезстуденчиваться», «замарьяжить студентика»
Нет денег, чтобы опьянить себя благородным шампанским. Пьяная водка и мутное пиво — два напитка Татьянина дня. <…> Из залы выносится <…> все, что только можно вынести. Фарфоровая посуда заменяется глиняной. <…> Каждый хочет превзойти другого в безумии. Один едет на плечах товарища к стойке, выпивает рюмку водки и отъезжает в сторону. Другие лезут на декоративные растения. Третьи взбираются по столбам аквариума вверх. Кто-то купается в аквариуме.
Нас Лев Толстой бранит, бранит
И пить нам не велит, не велит, не велит
И в пьянстве обличает!..
— А кто виноват? Разве мы?
— Нет! Татьяна!
Да здравствует Татьяна!
Студенты в Москве. Быт, нравы, типы. Очерки. Иванов П. 1903
P.S. Лексика столетней давности — отдельный плезир: «членская» комната, «обезстуденчиваться», «замарьяжить студентика»
The Secret Language of Flowers. Liz Dobbs, 2023
Love-lies-bleeding, black-eyed Susan, devil-in-the-bush — от народных названий цветов вкусно пахнет бесовщиной. Римляне верили, что по весне погодой управляют ведьмы, поэтому первого марта мужчины дарили всем женщинам (you never know) подснежники (snowdrops), чтобы гарантировать хорошуюрыбалку весну. Идиомой shrinking violet описывают робкого человека, а у древних греков фиалка (sweet violet) ассоциировалась с Афродитой и входила в состав любовных зелий.
***
Красные гвоздики (carnation) были любимыми цветами при дворе Короля-Солнце и стали эмблемой монархистов, а сейчас их возлагают к мемориалам жертв революции. Гвоздику сорта Lamborn Red считал своим талисманом президент США Уильям МакКинли и неизменно носил ее в петлице. Во время выставки МакКинли открепил цветок от лацкана, чтобы подарить юной поклоннице — и был застрелен.
В средневековой Европе васильки (cornflower) считались вредным растением: они снижали урожай и тупили лезвия серпов, заслужив прозвище hurt-sickle. Репутации цветка помогло несчастье: спасаясь от наполеоновской армии, Луиза Прусская спрятала детей в васильковом поле, и ее сын, став императором Вильгельмом I, сделал василек национальным символом — в память о матери.
На Балканах ветки сирени (lilac) выдалбливали для изготовления курительных трубок. Карл Линней присвоил растению название Syringa, от греч. syrinx, «трубка»: нимфа Сиринга упросила речных нимф помочь ей отделаться от домогательств Пана, и те превратили ее в тростник, а назойливый сатир вырезал из него свирель (panpipe). От syrinx также произошло англ. syringe, «шприц», неожиданный этимологический родственник сирени.
Стилизованный цветок ириса (iris) на стяге французских королей символизировал веру, мудрость и отвагу их предка, первого христианского короля франков Хлодвига. По легенде, оказавшись зажатым в ловушке между Рейном и неприятелем, Хлодвиг заметил желтые ирисы, растущие посередине реки, и смекнул, что, раз они обычно растут в заболоченной местности, перед ним брод, где его армия может безопасно переправиться. Готы были разгромлены, а золотой fleur-de-lys обосновался на королевском гербе.
Легенда связывает скромный цветок чернушку (nigella) с нелепой смертью императора Священной Римской империи Фридриха I, который во время III крестового похода утонул в мелкой речке на территории современной Турции. В потере предводителя упавшие духом войска обвинили духа воды, соблазнившую и погубившую их императора: струящиеся стебли чернушки напоминают ее зеленые волосы.
Ацтеки считали бархатцы (marigold) священным цветком — напоминая солнце, они ассоциировались с войной, кровью и достойной смертью. Во время человеческих жертвоприношений их лепестки бросали в лицо будущих жертв, что должно было оказать на них успокаивающий эффект. В el Día de los Muertos бархатцы помогают мертвым найти дорогу в мир живых.
Золотые яблоки Гесперид, вероятнее всего, плоды айвы (quince) — во времена Геракла желтых яблок еще не было.
***
Пара лайфхаков от предков: в Средневековье свадебный букет частично съедали, чтобы помочь невесте зачать, а из гибискуса делали что-то вроде гуталина, за что ему досталось прозвище shoe-black flower.
Love-lies-bleeding, black-eyed Susan, devil-in-the-bush — от народных названий цветов вкусно пахнет бесовщиной. Римляне верили, что по весне погодой управляют ведьмы, поэтому первого марта мужчины дарили всем женщинам (you never know) подснежники (snowdrops), чтобы гарантировать хорошую
***
Красные гвоздики (carnation) были любимыми цветами при дворе Короля-Солнце и стали эмблемой монархистов, а сейчас их возлагают к мемориалам жертв революции. Гвоздику сорта Lamborn Red считал своим талисманом президент США Уильям МакКинли и неизменно носил ее в петлице. Во время выставки МакКинли открепил цветок от лацкана, чтобы подарить юной поклоннице — и был застрелен.
В средневековой Европе васильки (cornflower) считались вредным растением: они снижали урожай и тупили лезвия серпов, заслужив прозвище hurt-sickle. Репутации цветка помогло несчастье: спасаясь от наполеоновской армии, Луиза Прусская спрятала детей в васильковом поле, и ее сын, став императором Вильгельмом I, сделал василек национальным символом — в память о матери.
На Балканах ветки сирени (lilac) выдалбливали для изготовления курительных трубок. Карл Линней присвоил растению название Syringa, от греч. syrinx, «трубка»: нимфа Сиринга упросила речных нимф помочь ей отделаться от домогательств Пана, и те превратили ее в тростник, а назойливый сатир вырезал из него свирель (panpipe). От syrinx также произошло англ. syringe, «шприц», неожиданный этимологический родственник сирени.
Стилизованный цветок ириса (iris) на стяге французских королей символизировал веру, мудрость и отвагу их предка, первого христианского короля франков Хлодвига. По легенде, оказавшись зажатым в ловушке между Рейном и неприятелем, Хлодвиг заметил желтые ирисы, растущие посередине реки, и смекнул, что, раз они обычно растут в заболоченной местности, перед ним брод, где его армия может безопасно переправиться. Готы были разгромлены, а золотой fleur-de-lys обосновался на королевском гербе.
Легенда связывает скромный цветок чернушку (nigella) с нелепой смертью императора Священной Римской империи Фридриха I, который во время III крестового похода утонул в мелкой речке на территории современной Турции. В потере предводителя упавшие духом войска обвинили духа воды, соблазнившую и погубившую их императора: струящиеся стебли чернушки напоминают ее зеленые волосы.
Ацтеки считали бархатцы (marigold) священным цветком — напоминая солнце, они ассоциировались с войной, кровью и достойной смертью. Во время человеческих жертвоприношений их лепестки бросали в лицо будущих жертв, что должно было оказать на них успокаивающий эффект. В el Día de los Muertos бархатцы помогают мертвым найти дорогу в мир живых.
Золотые яблоки Гесперид, вероятнее всего, плоды айвы (quince) — во времена Геракла желтых яблок еще не было.
***
Пара лайфхаков от предков: в Средневековье свадебный букет частично съедали, чтобы помочь невесте зачать, а из гибискуса делали что-то вроде гуталина, за что ему досталось прозвище shoe-black flower.
Перепробовали все легальные способы заставить соседа замолчать и из последних сил боретесь с искушением подсыпать яду в его pinot noir? Time International пишет, что talkaholism — нездоровая предрасположенность к экстремальной болтливости — имеет биологическую природу (it’s all nature, not nurture) и развивается пренатально. Проснувшись поутру, talkaholic не может принять волевое решение вещать меньше: он продолжает генерировать речь, невзирая на антураж, контекст и эксплицитное неодобрение окружающих, прекрасно осознавая, что является находкой для шпиона и пилит сук, на котором сидит. «Болтомания» обусловлена нарушением баланса между активностью нейронов правой и левой долей префронтальной области коры головного мозга. Существует целая область науки — communibiology, изучающая коммуникацию как биологический феномен, а в 1993 была создана Talkaholic Scale, в основе которой лежит измерение волновой активности мозга, Хотя пилюлю от talkaholism’а, как и от алкоголизма, не изобрели, обе аддикции можно держать под контролем. Справляются не все, подчеркивает злопамятный Time, кивая в сторону одного британского принца, который, перещеголяв в одержимости Катона Старшего, занудно и многословно призывает унять беспардонную прессу. Грешно смеяться над больным человеком, господа журналисты.
Not Quite What I Was Planning. Larry Smith, 2008
По легенде, Хемингуэй на спор написал рассказ из шести слов: For sale: baby shoes, never worn. Опус стал культовым и дал начало новому жанру сторителлинга. В 2006 SMITH Magazine запустил открытый онлайн челлендж с личным твистом “What would a six-word memoir look like?” Краткостью жизнеописаний померялись как безвестные авторы, так и литературные светила: This Tolstoy gets no Oprah promotion (Виктор Пелевин); Secret of life: marry an Italian (Нора Эфрон). Самый юный мемуарист — девятилетняя девочка: Cursed with cancer. Blessed with friends. В народном творчестве заметное место занимают страдания разного генезиса: One tooth, one cavity, life’s cruel; I still make coffee for two; Next time — better parents, better hair.
Когда граффити love me or leave me alone появилось в общественном туалете, стало ясно — это знак свыше. Так родилась идея опубликовать «избранные сочинения». В любом случае, наномемуары — неплохая идея для компании из людей, которые в состоянии связать шесть слов.
Barrister, barista, what’s the diff, Mom?
Aspiring lady pirate, disillusioned, sells boat.
Students laughed appreciatively. The professor relaxed.
Mistook streetlight for the moon. Climbed.
Wanted to live forever, died trying.
To paraphrase William Faulkner: I endured (точно не принц Гарри).
Can’t read all the time. Bummer.
…exalted philanderer of the English language…
Nobel dad; tough act to follow!
Climbing, porn, crack, science. Still bored.
I’m the fine print; read closely.
#nonfiction #memoir
По легенде, Хемингуэй на спор написал рассказ из шести слов: For sale: baby shoes, never worn. Опус стал культовым и дал начало новому жанру сторителлинга. В 2006 SMITH Magazine запустил открытый онлайн челлендж с личным твистом “What would a six-word memoir look like?” Краткостью жизнеописаний померялись как безвестные авторы, так и литературные светила: This Tolstoy gets no Oprah promotion (Виктор Пелевин); Secret of life: marry an Italian (Нора Эфрон). Самый юный мемуарист — девятилетняя девочка: Cursed with cancer. Blessed with friends. В народном творчестве заметное место занимают страдания разного генезиса: One tooth, one cavity, life’s cruel; I still make coffee for two; Next time — better parents, better hair.
Когда граффити love me or leave me alone появилось в общественном туалете, стало ясно — это знак свыше. Так родилась идея опубликовать «избранные сочинения». В любом случае, наномемуары — неплохая идея для компании из людей, которые в состоянии связать шесть слов.
Barrister, barista, what’s the diff, Mom?
Aspiring lady pirate, disillusioned, sells boat.
Students laughed appreciatively. The professor relaxed.
Mistook streetlight for the moon. Climbed.
Wanted to live forever, died trying.
To paraphrase William Faulkner: I endured (точно не принц Гарри).
Can’t read all the time. Bummer.
…exalted philanderer of the English language…
Nobel dad; tough act to follow!
Climbing, porn, crack, science. Still bored.
I’m the fine print; read closely.
#nonfiction #memoir