К платиновому юбилею Елизаветы II жюри из библиотекарей, книгоиздателей и литературных экспертов из 31 страны представило список из 70 знаковых книг, изданных в Commonwealth за последние 70 лет — по десять на каждое десятилетие правления ее Величества. Список получился небесспорный, впрочем, как и любой другой: коллективный разум не включил в Big Jubilee Read «Властелина колец» и книги о Гарри Поттере (Роулинг припомнили обвинения в трансфобии, хотя официальной была версия, что «детские книги не рассматриваются»), зато отметил тексты, которые в противном случае читатели пропустили бы вовсе — с выраженным акцентом на diversity. #reading_lists #BigJubileeRead
Исчезнувший музей. История хищения шедевров мирового искусства. Гектора Фелисиано (1997, пер. 2021, СЛОВО) деловитостью и ч/б иллюстрациями напоминает материал обвинительного заключения. Впервые опубликованная во Франции, эта книга произвела в мире искусства и прессе эффект разорвавшейся бомбы, сдвинув с мёртвой точки процесс возврата художественных ценностей наследникам их владельцев и подсыпав соли на рану коллаборационизма, до сих пор разъедающую французское общество. После успеха в Европе права на издание книги в США купило HarperCollins, одно из 30 американских издательств, которые первоначально отказались её печатать.
***
Организованное нацистами разграбление культурного наследия было тщательно продуманным проектом, в котором был задействован мощный административный ресурс: от дипломатической почты до самолетов люфтваффе. Фюрер планировал вернуть на родину все произведения германского искусства, вывезенные из Германии, начиная с XVI в., и создать грандиозный художественный музей в Линце путём массовых приобретений, конфискаций или обмена произведений искусства из собраний оккупированных стран. В Нойшванштайне было устроено хранилище для конфиската, работала бартерная система для модернизма и «дегенеративного искусства», ценности вывозили тоннами, жадность торговцев и посредников приняла космические масштабы. Только во Франции около 16 тыс возвращённых произведений так и не были востребованы и тайком продавались на аукционах. Музеи считаются временными хранителями и явно не желают расставаться с экспонатами: даже у Лувра рыльце в пушку, а невостребованная скульптура украшает Елисейский дворец.
Если французскую культурные ценности подлежали присвоению, то славянские народы не должны были претендовать на собственную культуру: гитлеровский проект предусматривал полное уничтожение их самобытности, фольклора и языка. Россия в свою очередь до сих пор отказывается вернуть законным владельцам украденные произведения искусства, найденные в Германии в конце WWII. Так наличие в России трофейной «Площади Согласия» Дега признали только в 1995, выставив её в Эрмитаже. Неизвестна судьба многих библиотек и архивов, которые оказались по восточную сторону железного занавеса.
Нейтральная Швейцария оказалась ещё одной «чёрной дырой». Получив огромную финансовую выгоду от перевооружения Германии, эта страна разработала законодательство для защиты банковской тайны, работавшее на благо нацистского режима, а не его жертв: учитывались перспективы бизнеса, а не эфемерная мораль или политические симпатии. После войны Швейцария стала возводить правовые барьеры, отказав союзникам в доступе к реестру немецкой собственности, наживаясь на невостребованных вкладах и сделок наличными и золотом в партнёрстве с Третьим рейхом. Срок давности для подачи иска о краже был ограничен пятью годами.
***
В книгу вошли не все «обстоятельства дела». Погуглим: в 1999 году французский суд отклонил иск французско-еврейской семьи Вильденштейнов о возмещении ущерба в размере $1 млн против Феличиано, который в своей книге предположил, что во время оккупации семья вела дела с нацистскими властями. В 2001 уже Фелисиано подал в суд на семью Розенбергов, утверждая, что с ним был заключён устный договор на выплату компенсации за отслеживание возвращённых семье картин в размере 17,5% от оценочной стоимости картин в $39 млн. В 2003 дело было прекращено Верховным судом Манхэттена. To be continued? #nonfiction #WWII #art
***
Организованное нацистами разграбление культурного наследия было тщательно продуманным проектом, в котором был задействован мощный административный ресурс: от дипломатической почты до самолетов люфтваффе. Фюрер планировал вернуть на родину все произведения германского искусства, вывезенные из Германии, начиная с XVI в., и создать грандиозный художественный музей в Линце путём массовых приобретений, конфискаций или обмена произведений искусства из собраний оккупированных стран. В Нойшванштайне было устроено хранилище для конфиската, работала бартерная система для модернизма и «дегенеративного искусства», ценности вывозили тоннами, жадность торговцев и посредников приняла космические масштабы. Только во Франции около 16 тыс возвращённых произведений так и не были востребованы и тайком продавались на аукционах. Музеи считаются временными хранителями и явно не желают расставаться с экспонатами: даже у Лувра рыльце в пушку, а невостребованная скульптура украшает Елисейский дворец.
Если французскую культурные ценности подлежали присвоению, то славянские народы не должны были претендовать на собственную культуру: гитлеровский проект предусматривал полное уничтожение их самобытности, фольклора и языка. Россия в свою очередь до сих пор отказывается вернуть законным владельцам украденные произведения искусства, найденные в Германии в конце WWII. Так наличие в России трофейной «Площади Согласия» Дега признали только в 1995, выставив её в Эрмитаже. Неизвестна судьба многих библиотек и архивов, которые оказались по восточную сторону железного занавеса.
Нейтральная Швейцария оказалась ещё одной «чёрной дырой». Получив огромную финансовую выгоду от перевооружения Германии, эта страна разработала законодательство для защиты банковской тайны, работавшее на благо нацистского режима, а не его жертв: учитывались перспективы бизнеса, а не эфемерная мораль или политические симпатии. После войны Швейцария стала возводить правовые барьеры, отказав союзникам в доступе к реестру немецкой собственности, наживаясь на невостребованных вкладах и сделок наличными и золотом в партнёрстве с Третьим рейхом. Срок давности для подачи иска о краже был ограничен пятью годами.
***
В книгу вошли не все «обстоятельства дела». Погуглим: в 1999 году французский суд отклонил иск французско-еврейской семьи Вильденштейнов о возмещении ущерба в размере $1 млн против Феличиано, который в своей книге предположил, что во время оккупации семья вела дела с нацистскими властями. В 2001 уже Фелисиано подал в суд на семью Розенбергов, утверждая, что с ним был заключён устный договор на выплату компенсации за отслеживание возвращённых семье картин в размере 17,5% от оценочной стоимости картин в $39 млн. В 2003 дело было прекращено Верховным судом Манхэттена. To be continued? #nonfiction #WWII #art
Made in America. An Informal History of the English Language in the United States. Bill Bryson. 1994
Язык, в отличие от его носителей, не врет и может рассказать об истории и идентичности нации больше, чем тоскливые учебники, которые пишутся людьми ангажированными и, по большей части, беспринципными.
***
В основе детской считалки ‘Eenie, meenie, minie, mo’ лежит система счисления древнее римского вторжения в Британию. Частотное во времена Чосера выражение to be in hide and hair, «потеряться без шансов на обнаружение», испарилось из письменных источников, а в 1857 всплыло в Америке в варианте neither hide nor hair. Где оно было четыреста лет и почему вернулось на другом конце света — науке неизвестно.
***
Первые переселенцы, которых экипаж Mayflower элегантно прозвал puke stockings, величали себя просто и скромно — Saints. Слово Pilgrims прилипло к ним только спустя двести лет, а Founding Fathers и того позже. Остальных людей «новые святые» называли Strangers. Практичные ребята, они погрузили на корабль солнечные часы, барабан иТургенева восемь томов полную историю Турции, но не озаботились найти на борту место для коровы, лошади, плуга или удочки. Зато некто Уильям Маллинс захватил с собой 126 пар туфель и 13 пар сапог (предок Кэрри Брэдшоу?).
***
Изобретатель громоотвода Бенджамин Франклин в свободное от опытов с электричеством время строчил эссе на темы от «как выбрать любовницу» (ищите женщину постарше) до «как избавиться от метеоризма» (пейте парфюм). Он же составил первый список американских сленговых выражений для обозначения опьянения (из 228 пунктов) и выдвинул Proposal for a Reformed Alphabet, в котором было на шесть букв и тонну несуразностей больше: changes — ‘tseendsez’, Chinese — ‘Tsuiniiz’. С таким-то опытом сострогать текст Декларации независимости не затруднило. Франклина не называли scientist только потому, что слово ещё не изобрели, но наш натурфилософ не обиделся и оставил потомкам массу научных терминов: battery, armature, condenser etc. И у парня ещё оставалась энергия, чтобы поражать современников неуемным либидо (закэнселить без права переписки).
***
Молодой нации отчаянно не хватало собственной языковой традиции. Члены Конгресса долго не могли определиться с обращением к главе государства: His Highness, His Mightiness, His Supremacy etc., но оставили это варварство англичанам. Рабов в Декларации называли all other persons, имея ввиду «все, кроме свободных и индейцев». Было предложение составлять федеральные законы также на немецком, но его отвергли в пользу ‘language of the United States.’ Единодушия в выборе названия для страны тоже не было. Возникли сложности с прилагательным:
United Statesian звучало неуклюже, а American было напрочь лишено эксклюзивности. Предлагались версии Appalachia, Alleghania, Freedonia и даже неожиданное United States of Columbia — о старике Колумбе лет на 250 забыли: потомкам британцев было приятно думать, что их родину открыл не какой-то гишпанец, а «свой» Джон Кабот. Однако после Revolutionary war понадобилось вытащить на свет персонажей, не запятнанных связью с Британской империей.
***
Плотнее всего откушивали в полдень (midday), отсюда dinner. Supper (иногда писали souper) обязан названием жидкому супчику, который хлебали перед сном. Snack в значении «перекус» был неизвестен: под этим словом первые колонисты понимали укус собаки. Слово lunch, «комок еды», появилось в Англии, где считалось чудовищным вульгаризмом, в Америке же быстро прижилось и обросло уважением. В ресторане на ланч заказывали Noah’s boy (=slice of ham, ведь Хам один из сыновей Ноя), burn one, он же grease spot (=hamburger) и Pepsi-Cola, изобретения для борьбы с диспепсией, откуда и название.
***
В XVIII в политкорректность ещё не придумали (славное было времечко!): врача называли pisspot, нонконформиста — shitsack, слабовидящего — groper, а лакея — fartcatcher (держался позади). Но счастье было недолгим: так в 1993 внезапно обнаружилось, что старинный девиз штата Мэриленд ‘Fatti maschii, parole femine’ (‘Manly deeds, womanly words’) не только дурацкий, но и сексистский.
Язык, в отличие от его носителей, не врет и может рассказать об истории и идентичности нации больше, чем тоскливые учебники, которые пишутся людьми ангажированными и, по большей части, беспринципными.
***
В основе детской считалки ‘Eenie, meenie, minie, mo’ лежит система счисления древнее римского вторжения в Британию. Частотное во времена Чосера выражение to be in hide and hair, «потеряться без шансов на обнаружение», испарилось из письменных источников, а в 1857 всплыло в Америке в варианте neither hide nor hair. Где оно было четыреста лет и почему вернулось на другом конце света — науке неизвестно.
***
Первые переселенцы, которых экипаж Mayflower элегантно прозвал puke stockings, величали себя просто и скромно — Saints. Слово Pilgrims прилипло к ним только спустя двести лет, а Founding Fathers и того позже. Остальных людей «новые святые» называли Strangers. Практичные ребята, они погрузили на корабль солнечные часы, барабан и
***
Изобретатель громоотвода Бенджамин Франклин в свободное от опытов с электричеством время строчил эссе на темы от «как выбрать любовницу» (ищите женщину постарше) до «как избавиться от метеоризма» (пейте парфюм). Он же составил первый список американских сленговых выражений для обозначения опьянения (из 228 пунктов) и выдвинул Proposal for a Reformed Alphabet, в котором было на шесть букв и тонну несуразностей больше: changes — ‘tseendsez’, Chinese — ‘Tsuiniiz’. С таким-то опытом сострогать текст Декларации независимости не затруднило. Франклина не называли scientist только потому, что слово ещё не изобрели, но наш натурфилософ не обиделся и оставил потомкам массу научных терминов: battery, armature, condenser etc. И у парня ещё оставалась энергия, чтобы поражать современников неуемным либидо (закэнселить без права переписки).
***
Молодой нации отчаянно не хватало собственной языковой традиции. Члены Конгресса долго не могли определиться с обращением к главе государства: His Highness, His Mightiness, His Supremacy etc., но оставили это варварство англичанам. Рабов в Декларации называли all other persons, имея ввиду «все, кроме свободных и индейцев». Было предложение составлять федеральные законы также на немецком, но его отвергли в пользу ‘language of the United States.’ Единодушия в выборе названия для страны тоже не было. Возникли сложности с прилагательным:
United Statesian звучало неуклюже, а American было напрочь лишено эксклюзивности. Предлагались версии Appalachia, Alleghania, Freedonia и даже неожиданное United States of Columbia — о старике Колумбе лет на 250 забыли: потомкам британцев было приятно думать, что их родину открыл не какой-то гишпанец, а «свой» Джон Кабот. Однако после Revolutionary war понадобилось вытащить на свет персонажей, не запятнанных связью с Британской империей.
***
Плотнее всего откушивали в полдень (midday), отсюда dinner. Supper (иногда писали souper) обязан названием жидкому супчику, который хлебали перед сном. Snack в значении «перекус» был неизвестен: под этим словом первые колонисты понимали укус собаки. Слово lunch, «комок еды», появилось в Англии, где считалось чудовищным вульгаризмом, в Америке же быстро прижилось и обросло уважением. В ресторане на ланч заказывали Noah’s boy (=slice of ham, ведь Хам один из сыновей Ноя), burn one, он же grease spot (=hamburger) и Pepsi-Cola, изобретения для борьбы с диспепсией, откуда и название.
***
В XVIII в политкорректность ещё не придумали (славное было времечко!): врача называли pisspot, нонконформиста — shitsack, слабовидящего — groper, а лакея — fartcatcher (держался позади). Но счастье было недолгим: так в 1993 внезапно обнаружилось, что старинный девиз штата Мэриленд ‘Fatti maschii, parole femine’ (‘Manly deeds, womanly words’) не только дурацкий, но и сексистский.
Чёртово изречение было повсюду: на дорогостоящей канцелярии, зданиях, монументах etc. Денег на смену декораций пожалели и нашли гениальный компромисс: отредактировать перевод! С девизом ‘Strong deeds, gentle words’ и волки сыты, и овцы целы.
***
Брайсон большой молодец: и развлечет, и просветит. Вестерн недолго носил «лошадиную фамилию» oats opera, штат Вирджиния вначале назывался Windganson, ‘what gay clothes you wear’, — так аборигены отвечали на вопрос о названии местности, а brainwash — калька с мандаринского hsi nao. #nonfiction #oldies #english
***
Брайсон большой молодец: и развлечет, и просветит. Вестерн недолго носил «лошадиную фамилию» oats opera, штат Вирджиния вначале назывался Windganson, ‘what gay clothes you wear’, — так аборигены отвечали на вопрос о названии местности, а brainwash — калька с мандаринского hsi nao. #nonfiction #oldies #english
Ещё немного Брайсона.
Причуды дилетантов-фанатиков меняют лицо планеты: богатому немецкому эмигранту по имени Eugene Schieffelin пришла в голову блажь завезти в Америку все виды птиц, упоминавшихся у Шекспира. Большинству пернатых эта идея пришлась не по душе, но скворцы (starlings) прижились, даже слишком. Потомство тех сорока пар, которых весной 1890 выпустили в Сентрал Парк в NY, через сто лет стало самым многочисленным видом птиц на американском континенте.
***
Хобби без отягчающих: родившийся в Англии Harwood Thornton, юрист по профессии, проводил все свободное время, роясь в книгах, журналах и манускриптах начала колониального периода в поисках свидетельств первого появления американских терминов. В 1912 он составил двухтомный American Glossary, но ни один американский издатель не согласился его напечатать. В итоге словарь был опубликован в Лондоне.
***
Пятого октября 1957 нацию потрясло сообщение об успешном запуске советского космического аппарата Sputnik. После четырёх месяцев судорожных поисков козла отпущения и пламенных обвинений в адрес американской системы образования на скорую руку был запущен аппарат Vanguard. Едва оторвавшись от земли, он загорелся — и удостоился прозвища Kaputnik.
Причуды дилетантов-фанатиков меняют лицо планеты: богатому немецкому эмигранту по имени Eugene Schieffelin пришла в голову блажь завезти в Америку все виды птиц, упоминавшихся у Шекспира. Большинству пернатых эта идея пришлась не по душе, но скворцы (starlings) прижились, даже слишком. Потомство тех сорока пар, которых весной 1890 выпустили в Сентрал Парк в NY, через сто лет стало самым многочисленным видом птиц на американском континенте.
***
Хобби без отягчающих: родившийся в Англии Harwood Thornton, юрист по профессии, проводил все свободное время, роясь в книгах, журналах и манускриптах начала колониального периода в поисках свидетельств первого появления американских терминов. В 1912 он составил двухтомный American Glossary, но ни один американский издатель не согласился его напечатать. В итоге словарь был опубликован в Лондоне.
***
Пятого октября 1957 нацию потрясло сообщение об успешном запуске советского космического аппарата Sputnik. После четырёх месяцев судорожных поисков козла отпущения и пламенных обвинений в адрес американской системы образования на скорую руку был запущен аппарат Vanguard. Едва оторвавшись от земли, он загорелся — и удостоился прозвища Kaputnik.
Мир! Труд! Май!
На секундочку, слово «мир» здесь обозначает не «мирное время», а «мировое объединение рабочих». 🎧 Праздничный подкаст о том, под какими лозунгами мы докатились до жизни такой.
UPD На Дворцовом мосту первомайские лозунги, попахивающие крамолой, оперативно заменили на «Победа!»
На секундочку, слово «мир» здесь обозначает не «мирное время», а «мировое объединение рабочих». 🎧 Праздничный подкаст о том, под какими лозунгами мы докатились до жизни такой.
UPD На Дворцовом мосту первомайские лозунги, попахивающие крамолой, оперативно заменили на «Победа!»
Apple Podcasts
«Как это по-русски»: ««Мир! Труд! Май!» Как создавались знаменитые лозунги» в Apple Podcasts
Шоу «Как это по-русски», выпуск ««Мир! Труд! Май!» Как создавались знаменитые лозунги» от 1 мая 2022 г.
A History of the World in 100 Limericks. There was an Old Geezer called Caesar. Mick Twister. 2022
Затея, конечно, невыполнимая, но по законам жанра вышло забавно, и никто не остался не обиженным, особенно диктаторы всех времен и народов. А Юра Гагарин молодец!
***
Charlemagne, the King of the Franks,
Conquered Europe to earn the Pope’s thanks.
His men used their muscles
Where nowadays Brussels
Holds sway through the power of banks.
***
George Washington? Helluva guy,
They say that the man couldn’t lie
‘Who cut down the tree?’
Asked his pop. ‘It was me.’
(You’re in politics, George — at least try!) (байку про дерево и кристальную честность выдумал биограф, а на самом деле Вашингтон до сих пор не вернул две книги в библиотеку).
Затея, конечно, невыполнимая, но по законам жанра вышло забавно, и никто не остался не обиженным, особенно диктаторы всех времен и народов. А Юра Гагарин молодец!
***
Charlemagne, the King of the Franks,
Conquered Europe to earn the Pope’s thanks.
His men used their muscles
Where nowadays Brussels
Holds sway through the power of banks.
***
George Washington? Helluva guy,
They say that the man couldn’t lie
‘Who cut down the tree?’
Asked his pop. ‘It was me.’
(You’re in politics, George — at least try!) (байку про дерево и кристальную честность выдумал биограф, а на самом деле Вашингтон до сих пор не вернул две книги в библиотеку).
«Парфюмер, твое имя – никто», сказал Юрий Гутзац, русский эмигрант, много лет трудившийся на парфюмерно-химической фабрике, исполняющей заказы Домов моды. Но в XXI веке имена авторов ароматов стали появляться рядом с названием духов. Об этих выдающихся носах и изнанке ароматного бизнеса и рассказывает новая книга Елены Селестин «Композиторы ароматов. Легендарные парфюмеры ХХ и XXI веков и их лучшие произведения» (2021). Сегодня в тренде многообразие, андрогинность, винтажи: с 1995 по 2015 потребление парфюмерии в мире возросло в 30 раз.
***
В конце 90-х корпорация IFF совместно с фирмой Yves Roche провела единственный в своем роде эксперимент, организовав экспедицию на гору Неблина на юге Венесуэлы, где флора и фауна уникальны. Поднимаясь от подножия к вершине, специалисты IFF дважды в день записывали все запахи с помощью аппаратуры, которая позволяет передать химический состав аромата. Они составили основу духов Night of Neblina, Dawn of Neblina и Esprit of Neblina Yves Roche.
***
Шелдрейк интегрировал ароматы в объекты искусства. Для итальянской экспозиции архитектора Филиппа Рама он сочинил аромат «благоухание Христа», где присутствовали не только запахи кумина, мирры, нарда, но и эманации боли.
***
В 2010 англичанин Роджа Дав выпустил парфюм-легенду Diaghilev к открытию выставки в V&A, посвященной юбилею выступлений труппы Русских балетов в Лондоне. В детстве, начитавшись шпионских романов Кима Филби, маэстро три года учил русский язык — безуспешно, зато у него есть ещё ароматы по «русским мотивам» – «Олигарх» и «Каренина». «Каренина» посвящен не тому, что мы подумали, а поезду, который привозит с Лазурного Берега прекрасные цветы в Северную Пальмиру.
***
В 2009 Гёза Шон придумал серию ароматов Beautiful Mind Series. Intelligence & Fantasy. Реклама утверждала, что в состав формулы включены нейрометаболические стимуляторы — ноотропы. Духи Feminista (2017) были официально объявлены явлением политическим — ароматом гендерной свободы.
***
В конце 90-х корпорация IFF совместно с фирмой Yves Roche провела единственный в своем роде эксперимент, организовав экспедицию на гору Неблина на юге Венесуэлы, где флора и фауна уникальны. Поднимаясь от подножия к вершине, специалисты IFF дважды в день записывали все запахи с помощью аппаратуры, которая позволяет передать химический состав аромата. Они составили основу духов Night of Neblina, Dawn of Neblina и Esprit of Neblina Yves Roche.
***
Шелдрейк интегрировал ароматы в объекты искусства. Для итальянской экспозиции архитектора Филиппа Рама он сочинил аромат «благоухание Христа», где присутствовали не только запахи кумина, мирры, нарда, но и эманации боли.
***
В 2010 англичанин Роджа Дав выпустил парфюм-легенду Diaghilev к открытию выставки в V&A, посвященной юбилею выступлений труппы Русских балетов в Лондоне. В детстве, начитавшись шпионских романов Кима Филби, маэстро три года учил русский язык — безуспешно, зато у него есть ещё ароматы по «русским мотивам» – «Олигарх» и «Каренина». «Каренина» посвящен не тому, что мы подумали, а поезду, который привозит с Лазурного Берега прекрасные цветы в Северную Пальмиру.
***
В 2009 Гёза Шон придумал серию ароматов Beautiful Mind Series. Intelligence & Fantasy. Реклама утверждала, что в состав формулы включены нейрометаболические стимуляторы — ноотропы. Духи Feminista (2017) были официально объявлены явлением политическим — ароматом гендерной свободы.
The Rape of Nanking. The Forgotten Holocaust of World War II. Iris Chang. 1997
Резня в Нанкине — очередной случай коллективной амнезии, хотя жертв там было больше, чем после бомбардировок Хиросимы и Нагасаки вместе взятых:
And maps can really point to places
Where life is evil now:
Nanking; Dachau.
***
Ещё Гораций говорил о долге юношей перед своими правителями: Dulce et decorum est pro patria mori. Но в Японии безоговорочное подчинение власти и верность императору были возведены в государственный культ. Текст соответствующего предписания (Imperial Rescript on Education, 1890) зачитывали в школах каждое утро. Запнувшемуся при чтении святыни учителю следовало убить себя, чтобы кровью смыть невольное оскорбление. Насилие, муштра и индоктринация делали своё дело: смерти от переутомления и суициды были почти нормой, зато выжившие становились исправными винтиками машины. Японцев изображали сверхнацией, и в 1930-х военные лидеры всерьёз полагали, что весь материковый Китай может быть завоёван за три месяца.
***
Для Азии WWII началась в 1931 с японской оккупации Манчжурии. Япония представляла этот конфликт как дело семейное: старший брат перевоспитывает заблудшего младшего, принуждая его к исправлению. Китайцев обязали получить новые паспорта (“good citizen’s papers”) и выполнять ряд условий: You must not study English or go to theatres. China and Japan must be one. На деле китайско-японское братство осуществлялось так: Нанкин, столица Китая с 1928, был залит кровью и завален трупами, которые не разрешалось убирать. Мужчины служили реквизитом для штыковых тренировок и конкурсов на отрубание голов. Десятки тысяч китаянок были зверски изнасилованы. Солдаты верили, что насилие над девственницами делает их неуязвимыми в бою, а официальные запреты только способствовали росту убийств ради сокрытия насилия. Чтобы смягчить реакцию Запада, верховное командование распорядилось создать грандиозную по размаху подпольную систему «домов утешения», куда насильственно свозили тысячи женщин со всей Азии. Позже все спишут на «проявления частной инициативы». Награбленное вывозили в Японию: вплоть до ручек, фонариков и постельного белья. Китайскими иероглифами рекламировали опиум (“Official Earth”), им же расчитывались с местными. В апреле 1939 японцы открыли центр по проведению опытов на людях — подопытных называли zaimoku, «бревно», — в частности, на них испытывали действие отравляющих веществ.
***
В начале оккупации японские газеты десятками печатали фотографии трупов и казней. Япония ликовала, в Токио готовили особую праздничную лапшу, детишки по всей стране вышли с круглыми бумажными фонариками, символами восходящего солнца. Только после того, как международное сообщества вознегодовало (главным образом, из-за воздушной атаки на судно Panay, эвакуировавшего иностранцев), пропагандистская риторика изменилась: в ход пошли гала-концерты с гейшами в поддержку армии, раздача конфет детям на камеру, насильно согнанные гражданские, с радостными криками Banzai встречавшие «освободителей».
***
Дальневосточный военный трибунал aka Tokyo War Crimes Trial начался в мае 1946. «Процесс века» длился два с половиной года — в три раза дольше Нюрнбергского трибунала, став самым долгим процессом подобного рода в истории. Военные репарации не были востребованы — после коммунистической революции 1949 два конкурирующих китайских правительства боролись за торговые связи и политическое признание. В противостоянии с СССР и материковым Китаем США также предпочли заручиться поддержкой бывшего врага. Нанкин исчез с радаров мировой политики. Были «забыты» не только преступники, но и герои. Подданый Германии Джон Рабе, глава представительства Siemens, лидер нацистской партии Нанкина, создал зону безопасности, где нашли укрытие тысячи мирных жителей. После WWII китайского Шиндлера, которого считали живым Буддой, коммунисты изгнали из Китая как иностранца, а в Германии он подвергся денацификации, лишившись всех средств к существованию. Спасённые Рабе китайцы регулярно высылали ему продуктовые посылки.
***
Резня в Нанкине — очередной случай коллективной амнезии, хотя жертв там было больше, чем после бомбардировок Хиросимы и Нагасаки вместе взятых:
And maps can really point to places
Where life is evil now:
Nanking; Dachau.
***
Ещё Гораций говорил о долге юношей перед своими правителями: Dulce et decorum est pro patria mori. Но в Японии безоговорочное подчинение власти и верность императору были возведены в государственный культ. Текст соответствующего предписания (Imperial Rescript on Education, 1890) зачитывали в школах каждое утро. Запнувшемуся при чтении святыни учителю следовало убить себя, чтобы кровью смыть невольное оскорбление. Насилие, муштра и индоктринация делали своё дело: смерти от переутомления и суициды были почти нормой, зато выжившие становились исправными винтиками машины. Японцев изображали сверхнацией, и в 1930-х военные лидеры всерьёз полагали, что весь материковый Китай может быть завоёван за три месяца.
***
Для Азии WWII началась в 1931 с японской оккупации Манчжурии. Япония представляла этот конфликт как дело семейное: старший брат перевоспитывает заблудшего младшего, принуждая его к исправлению. Китайцев обязали получить новые паспорта (“good citizen’s papers”) и выполнять ряд условий: You must not study English or go to theatres. China and Japan must be one. На деле китайско-японское братство осуществлялось так: Нанкин, столица Китая с 1928, был залит кровью и завален трупами, которые не разрешалось убирать. Мужчины служили реквизитом для штыковых тренировок и конкурсов на отрубание голов. Десятки тысяч китаянок были зверски изнасилованы. Солдаты верили, что насилие над девственницами делает их неуязвимыми в бою, а официальные запреты только способствовали росту убийств ради сокрытия насилия. Чтобы смягчить реакцию Запада, верховное командование распорядилось создать грандиозную по размаху подпольную систему «домов утешения», куда насильственно свозили тысячи женщин со всей Азии. Позже все спишут на «проявления частной инициативы». Награбленное вывозили в Японию: вплоть до ручек, фонариков и постельного белья. Китайскими иероглифами рекламировали опиум (“Official Earth”), им же расчитывались с местными. В апреле 1939 японцы открыли центр по проведению опытов на людях — подопытных называли zaimoku, «бревно», — в частности, на них испытывали действие отравляющих веществ.
***
В начале оккупации японские газеты десятками печатали фотографии трупов и казней. Япония ликовала, в Токио готовили особую праздничную лапшу, детишки по всей стране вышли с круглыми бумажными фонариками, символами восходящего солнца. Только после того, как международное сообщества вознегодовало (главным образом, из-за воздушной атаки на судно Panay, эвакуировавшего иностранцев), пропагандистская риторика изменилась: в ход пошли гала-концерты с гейшами в поддержку армии, раздача конфет детям на камеру, насильно согнанные гражданские, с радостными криками Banzai встречавшие «освободителей».
***
Дальневосточный военный трибунал aka Tokyo War Crimes Trial начался в мае 1946. «Процесс века» длился два с половиной года — в три раза дольше Нюрнбергского трибунала, став самым долгим процессом подобного рода в истории. Военные репарации не были востребованы — после коммунистической революции 1949 два конкурирующих китайских правительства боролись за торговые связи и политическое признание. В противостоянии с СССР и материковым Китаем США также предпочли заручиться поддержкой бывшего врага. Нанкин исчез с радаров мировой политики. Были «забыты» не только преступники, но и герои. Подданый Германии Джон Рабе, глава представительства Siemens, лидер нацистской партии Нанкина, создал зону безопасности, где нашли укрытие тысячи мирных жителей. После WWII китайского Шиндлера, которого считали живым Буддой, коммунисты изгнали из Китая как иностранца, а в Германии он подвергся денацификации, лишившись всех средств к существованию. Спасённые Рабе китайцы регулярно высылали ему продуктовые посылки.
***
В 1957 премьер-министром Японии стал осуждённый за военные преступления Class A. Бывший шеф военной разведки стал министром образования. Токио чтит военных преступников как героев, а страну представляет невинной жертвой международного заговора. Выражение мнений, «дискредитирующих» действия Японии, опасно не только для карьеры, но и для жизни: в 1990 был застрелен мэр Нагасаки, заявивший, что на императоре Хирохито лежит доля ответственности за WWII.
***
Прошлое меняет будущее: избирательность правосудия сделала возможными события в Руанде, Боснии,«гуманитарные» бомбардировки Косово etc.
#nonfiction #WWII
***
Прошлое меняет будущее: избирательность правосудия сделала возможными события в Руанде, Боснии,«гуманитарные» бомбардировки Косово etc.
#nonfiction #WWII
The Time Traveler's Guide to Regency Britain. A Handbook for Visitors to 1789-1830. Ian Mortimer. 2022
В своей свежей книге Ян Мортимер своевременно предлагает отвлечься от нынешних напастей и рвануть в Британию периода Регенства по программе «все включено».
***
Несмотря на респектабельное название эпохи, поэты отнюдь не воспевали растущую промышленную мощь и ускоряющуюся урбанизацию. Они оплакивали уходящую буколическую Британию, в то время как разъярённые ткачи крушили станки и поджигали фабрики. К 1831 Лондон стал самым большим городом в мире, обогнав Пекин. В британской столице были лучшие мостовые и уличное освещение в Европе: князь Монако был польщен, вообразив, что иллюминацию во всем городе включили в честь его визита. Впрочем, прогресс не мешал сооружать «удобства во дворе» без дверей: все равно их порубят на дрова.
***
Традиции продолжали чтить: в основе чудесного свадебного обычая smock wedding лежало поверье, что если невеста выходит замуж в чем мать родила, будущий муж не будет отвечать за долги супруги. Продажа жены была самым простым и часто единственным способом избавиться от опостылевших семейных уз — с согласия живого товара и на радость всем причастным. Правосудие вершили по освященным временем законам: на виселицу или в Австралию (по тем временам это было примерно то же самое) могли отправить даже восьмилетнего мелкого воришку, зато похищение ребёнка до 1814 не считалось противозаконным деянием. Однако нравы постепенно смягчались: преступники уже не ехали на казнь, сидя на собственных гробах, что практиковалось в Глостере до 1792.
***
В области сленга упражнялись не только низы, верхи тоже изобретали способы выражения для своих надобностей: так термин crim. con., сокр. от ‘criminal conversation’, обозначал любовную интрижку. Прозвище snyder давали портному, который, любезно соглашаясь обшить клиента в кредит, потом обдирал его как липку. Забавно, что леди in ‘full dress’ (одетая на вечерний выход) демонстрировала гораздо больше обнаженного тела, чем будучи in ‘undress’ (в утреннем платье).
***
В общем, жили-не тужили: огонь разводили с помощью самовозгорающихся от прямых солнечных лучей спичек Lucifers. Псевдочерепаший суп (‘mock turtle soup’) варили из головы телёнка, название ликёра Urine d’élephant стыдливо переводили как Elephant’s milk. Здоровье укрепляли, вдыхая угольный дым, зубные протезы делали из человеческих зубов — они назывались Waterloo teeth и стоили целое состояние. Сырье добывали либо у висельников, либо от добровольных доноров, обычно нищих бродяжек-подростков.
***
О развлечениях не забывали: русалки, «живые скелеты», публичные музеи, опиум и веселящий газ. Создавались клубы по интересам, вроде gentlemen’s sex clubs, где участники сооружали храмы Венеры в форме гигантских вагин, в стельку напивались из фаллических кубков и предавались излишествам, у непосвящённых совсем не ассоциирующихся с образом джентельмена. Соревновательный дух нации искал выход в заключении всевозможных пари: в 1790 в Виндзоре мужик на спор съел кошку живьём, и об этом написали в The Sporting Magazine. В 1817 Николай I, в бытность великим князем, посетил в Лондоне петушиные бои и остался крайне доволен, несмотря на вонь, жару и очевидную жестокость происходящего. Что касается вегетарианских хобби, даже принц-регент был фанатом романов Джейн Остен и Вальтера Скотта. Horror fiction тоже был невероятно популярен, но нам пора возвращаться к своим кошмарам. Развеялись и славно. На всякий случай, не кладите никаких книг поверх Библии — все беды от этого!
В своей свежей книге Ян Мортимер своевременно предлагает отвлечься от нынешних напастей и рвануть в Британию периода Регенства по программе «все включено».
***
Несмотря на респектабельное название эпохи, поэты отнюдь не воспевали растущую промышленную мощь и ускоряющуюся урбанизацию. Они оплакивали уходящую буколическую Британию, в то время как разъярённые ткачи крушили станки и поджигали фабрики. К 1831 Лондон стал самым большим городом в мире, обогнав Пекин. В британской столице были лучшие мостовые и уличное освещение в Европе: князь Монако был польщен, вообразив, что иллюминацию во всем городе включили в честь его визита. Впрочем, прогресс не мешал сооружать «удобства во дворе» без дверей: все равно их порубят на дрова.
***
Традиции продолжали чтить: в основе чудесного свадебного обычая smock wedding лежало поверье, что если невеста выходит замуж в чем мать родила, будущий муж не будет отвечать за долги супруги. Продажа жены была самым простым и часто единственным способом избавиться от опостылевших семейных уз — с согласия живого товара и на радость всем причастным. Правосудие вершили по освященным временем законам: на виселицу или в Австралию (по тем временам это было примерно то же самое) могли отправить даже восьмилетнего мелкого воришку, зато похищение ребёнка до 1814 не считалось противозаконным деянием. Однако нравы постепенно смягчались: преступники уже не ехали на казнь, сидя на собственных гробах, что практиковалось в Глостере до 1792.
***
В области сленга упражнялись не только низы, верхи тоже изобретали способы выражения для своих надобностей: так термин crim. con., сокр. от ‘criminal conversation’, обозначал любовную интрижку. Прозвище snyder давали портному, который, любезно соглашаясь обшить клиента в кредит, потом обдирал его как липку. Забавно, что леди in ‘full dress’ (одетая на вечерний выход) демонстрировала гораздо больше обнаженного тела, чем будучи in ‘undress’ (в утреннем платье).
***
В общем, жили-не тужили: огонь разводили с помощью самовозгорающихся от прямых солнечных лучей спичек Lucifers. Псевдочерепаший суп (‘mock turtle soup’) варили из головы телёнка, название ликёра Urine d’élephant стыдливо переводили как Elephant’s milk. Здоровье укрепляли, вдыхая угольный дым, зубные протезы делали из человеческих зубов — они назывались Waterloo teeth и стоили целое состояние. Сырье добывали либо у висельников, либо от добровольных доноров, обычно нищих бродяжек-подростков.
***
О развлечениях не забывали: русалки, «живые скелеты», публичные музеи, опиум и веселящий газ. Создавались клубы по интересам, вроде gentlemen’s sex clubs, где участники сооружали храмы Венеры в форме гигантских вагин, в стельку напивались из фаллических кубков и предавались излишествам, у непосвящённых совсем не ассоциирующихся с образом джентельмена. Соревновательный дух нации искал выход в заключении всевозможных пари: в 1790 в Виндзоре мужик на спор съел кошку живьём, и об этом написали в The Sporting Magazine. В 1817 Николай I, в бытность великим князем, посетил в Лондоне петушиные бои и остался крайне доволен, несмотря на вонь, жару и очевидную жестокость происходящего. Что касается вегетарианских хобби, даже принц-регент был фанатом романов Джейн Остен и Вальтера Скотта. Horror fiction тоже был невероятно популярен, но нам пора возвращаться к своим кошмарам. Развеялись и славно. На всякий случай, не кладите никаких книг поверх Библии — все беды от этого!
Музей. Архитектурная история. Ксения Сурикова. 2021
За несколько веков музей эволюционировал от шкафчика с выдвижными ящичками до комплекса размером с посёлок городского типа. Протомузейными формами были ренессансные шкафы-кабинеты и студиоло. В Италии к концу XVI в. галереи, произошедшие от парадных залов французских средневековых дворцов, вырастают в полноценную музейную форму. В XVIII в. появляется собственно музейная архитектура. В первой половине XIX в. музей приобрёл статус храма искусства и науки и превратился из места получения эстетического удовольствия в дисциплинарное пространство. К середине XIX в. искусство становится «светской религией».
Во второй половине XIX в. история становится мифом о великом государстве, а музей – средством патриотического воспитания, что стимулировало «открытие» неклассического художественного наследия (средневековой Европы, Древней Руси, Востока) и возникновение публичных музеев по всей Европе. Еще одним нововведением во второй половине XIX в. стал принцип «периодических залов» (period rooms), представлявших собой стилевые интерьеры.
В XX в. музей воспринимается как инструмент для реформирования общества. Однако именно тогда Филиппо Маринетти назвал музеи кладбищами и призвал уничтожать их, а Эль Лисицкий сравнил их с раскрашенными гробами для живых тел произведений искусства. В Германии и СССР музей превратили в политический инструмент. В Советской России вся музейная работа была направлена на репрезентацию идеи господства марксистско-ленинского мировоззрения, был объявлен перевод экспозиций «из стадии статики в стадию динамики»: в Этнографическом отделе Русского музея был создан театр, где с использованием подлинных вещей – костюмов, утвари, культовых предметов, обстановки – устраивались инсценировки старых обрядов и обычаев, народных пьес в классовом освещении. В Германии 30-х музеи использовали для продвижения национал-социалистической идеологии.
В XXI веке музеи стали развлекательными центрами, местом необременительного городского досуга. В случае отсутствия у музея коллекции экспонаты заменила высококачественная архитектура. Идея музея «белого куба» как сакрального пространства позволяет любой объект превратить в шедевр. Важным требованием к архитектуре современных музеев является то, чтобы постройка считывалась на скорости 90 км в час. Магазины и рестораны выполняют роль акробатов и жонглеров, потешавших народ на средневековых религиозных фестивалях: «не верьте в великие идеи, наслаждайтесь жизнью, будьте внимательны к себе». На фронтах «гедонистического цинизма» финны впереди планеты всей: публичная сауна в Хельсинки Kultuurisauna должна стать местом, где люди, обнажаясь, очищаются духовно и физически и обмениваются спокойствием друг с другом. В музейной парной таится опасность похлеще целлюлита или нержавеющих экспонатов: принудительность процедуры возвращает к советской, тоталитарной концепции публичного досуга под постоянным наблюдением, когда перенесение культурной деятельности в приватную сферу рассматривалось как подрыв господствующей идеологии. С чем я всех нас и поздравляю в Международный день музеев на заре грядущей культурной дезинтеграции.
#nonfiction #museums
За несколько веков музей эволюционировал от шкафчика с выдвижными ящичками до комплекса размером с посёлок городского типа. Протомузейными формами были ренессансные шкафы-кабинеты и студиоло. В Италии к концу XVI в. галереи, произошедшие от парадных залов французских средневековых дворцов, вырастают в полноценную музейную форму. В XVIII в. появляется собственно музейная архитектура. В первой половине XIX в. музей приобрёл статус храма искусства и науки и превратился из места получения эстетического удовольствия в дисциплинарное пространство. К середине XIX в. искусство становится «светской религией».
Во второй половине XIX в. история становится мифом о великом государстве, а музей – средством патриотического воспитания, что стимулировало «открытие» неклассического художественного наследия (средневековой Европы, Древней Руси, Востока) и возникновение публичных музеев по всей Европе. Еще одним нововведением во второй половине XIX в. стал принцип «периодических залов» (period rooms), представлявших собой стилевые интерьеры.
В XX в. музей воспринимается как инструмент для реформирования общества. Однако именно тогда Филиппо Маринетти назвал музеи кладбищами и призвал уничтожать их, а Эль Лисицкий сравнил их с раскрашенными гробами для живых тел произведений искусства. В Германии и СССР музей превратили в политический инструмент. В Советской России вся музейная работа была направлена на репрезентацию идеи господства марксистско-ленинского мировоззрения, был объявлен перевод экспозиций «из стадии статики в стадию динамики»: в Этнографическом отделе Русского музея был создан театр, где с использованием подлинных вещей – костюмов, утвари, культовых предметов, обстановки – устраивались инсценировки старых обрядов и обычаев, народных пьес в классовом освещении. В Германии 30-х музеи использовали для продвижения национал-социалистической идеологии.
В XXI веке музеи стали развлекательными центрами, местом необременительного городского досуга. В случае отсутствия у музея коллекции экспонаты заменила высококачественная архитектура. Идея музея «белого куба» как сакрального пространства позволяет любой объект превратить в шедевр. Важным требованием к архитектуре современных музеев является то, чтобы постройка считывалась на скорости 90 км в час. Магазины и рестораны выполняют роль акробатов и жонглеров, потешавших народ на средневековых религиозных фестивалях: «не верьте в великие идеи, наслаждайтесь жизнью, будьте внимательны к себе». На фронтах «гедонистического цинизма» финны впереди планеты всей: публичная сауна в Хельсинки Kultuurisauna должна стать местом, где люди, обнажаясь, очищаются духовно и физически и обмениваются спокойствием друг с другом. В музейной парной таится опасность похлеще целлюлита или нержавеющих экспонатов: принудительность процедуры возвращает к советской, тоталитарной концепции публичного досуга под постоянным наблюдением, когда перенесение культурной деятельности в приватную сферу рассматривалось как подрыв господствующей идеологии. С чем я всех нас и поздравляю в Международный день музеев на заре грядущей культурной дезинтеграции.
#nonfiction #museums