Why is Q Always Followed by U? Michael Quinion. 2009
Книга приятным образом напоминает, что носители языка тоже могут испытывать трудности с пониманием идиом, а в случаях, когда обнаружить логику затруднительно, стоит держать наготове фразу ‘semantic development is obscure’.
***
Aunt Sally — предмет, событие или человек, на которого валят вину, отвлекая внимание от настоящих проблем. Изначально это была игра, популярная на ярмарках: Aunt Sally, большая чёрная кукла на палке, держала во рту трубку, которую надо было изловчиться выбить палкой, чтобы получить приз — обычно апельсин или игрушку. В игру играют до сих пор, но из расовых соображений вместо куклы используют белую кеглю.
Bells and whistles — лишние «навороты», напр. в современных гаджетах. В эпоху немого кино для имитации клаксонов, сирен, пения птиц (toys) служили театральные органы (toys counters), в 1950-х с появлением звука ставшие ненужными.
Brownie points — набирать очки, аллюзия на юных герл-скаутов в США, названных так в честь эльфов, которые за небольшое вознаграждение помогают по дому. Но что хорошо для девочек и эльфов, взрослым не к лицу. Ещё пара «коричневых» идиом: brown-nose — подхалим, arselicker. Brownie — студент-выскочка, любыми средствами втирается в фавор у учителю, teacher’s pet, apple polisher.
Chequered [past] — «полоска белая, полоска чёрная», уходит корнями в глубь веков к квадратикам двухцветной шахматной доски.
Cockpit — кабина в самолёте действительно имеет в анамнезе яму для петушиных боев — во времена Генриха VIII одна из них располагалась напротив королевского дворца в Уайтхолле. Чуть позже так стали называть задний отсек нижней палубы, где во время сражений располагалась операционная: там было относительно безопасно и меньше качало, хотя место было тесным, вонючим и плохо освещённым. 21 октября 1805 г. на залитом кровью кокпите HMS Victory во время Трафальгарской битвы умер адмирал Нельсон. В XIX в. кокпитом стали называть кабину рулевого на яхте, а там и до летучего корабля один шаг.
Dogsbody — человек на нижней позиции, делающий всю грязную работу. При Нельсоне матросы влачили жалкое существование на диете из солёной говядины, галет, которыми перед употреблением стучали по столу, чтобы из них разбежались долгоносики, и сваренного в мешке сушеного гороха. Официально лакомство называлось pease pudding, но чаще — dog’s body. Так же стали называть тех, кому приходилось делать работу, от которой уклонялись те, что рангом повыше.
Grub for food — глагол grub, родственник grave, «могила», означал «копать», а к еде приблизился в XVII в. через свиней, добывающих пропитание известным образом. Тем не менее Grubstreet, нынче собирательное для бумагомарателей низкого пошиба, а раньше улица в Лондоне, где они базировались, названа в честь не свиней, а некого Grubbe.
Hobson’s choice — выбора нет. Томас Хобсон сдавал в аренду лошадей, в основном студентам Кембриджа, которые вечно торопились в Лондон и лошадкам приходилось туго. Хобсон неизменно ставил уставшую лошадь в дальний угол конюшни и предлагал взять ближнюю к выходу. Если клиенту она не нравилась, приходилось смириться и брать, что дают.
Lipograms — литературные произведения, написанные с намеренным исключением одной буквы, от греч. lipogrammatos, ‘missing a letter’. Первый образец такой языковой игры приписывается Пиндару, сложившему стихотворение без буквы сигма, поскольку ему не нравился шипящий звук. Трифиодорус переписал «Одиссею» без буквы альфа в первой книге, без беты во второй и т.д., благо число книг «Одиссеи» равнялось количеству буку греческого алфавита — 24.
Mortarboard — «академическая» шапочка убор старинный, но это название появилось только в середине XIX в. как сленговое: до этого ее назвали corner-cap, cater-cap (от франц. quatre, «четыре») или trencher-cap «в честь» квадратной деревянной дощечки, на которой сервировали и резали мясо (отсюда trencherman, человек с отменным аппетитом). Mortarboard буквально деревянная дощечка, обычно с ручкой внизу, на которую каменщики накладывают раствор для работы.
Книга приятным образом напоминает, что носители языка тоже могут испытывать трудности с пониманием идиом, а в случаях, когда обнаружить логику затруднительно, стоит держать наготове фразу ‘semantic development is obscure’.
***
Aunt Sally — предмет, событие или человек, на которого валят вину, отвлекая внимание от настоящих проблем. Изначально это была игра, популярная на ярмарках: Aunt Sally, большая чёрная кукла на палке, держала во рту трубку, которую надо было изловчиться выбить палкой, чтобы получить приз — обычно апельсин или игрушку. В игру играют до сих пор, но из расовых соображений вместо куклы используют белую кеглю.
Bells and whistles — лишние «навороты», напр. в современных гаджетах. В эпоху немого кино для имитации клаксонов, сирен, пения птиц (toys) служили театральные органы (toys counters), в 1950-х с появлением звука ставшие ненужными.
Brownie points — набирать очки, аллюзия на юных герл-скаутов в США, названных так в честь эльфов, которые за небольшое вознаграждение помогают по дому. Но что хорошо для девочек и эльфов, взрослым не к лицу. Ещё пара «коричневых» идиом: brown-nose — подхалим, arselicker. Brownie — студент-выскочка, любыми средствами втирается в фавор у учителю, teacher’s pet, apple polisher.
Chequered [past] — «полоска белая, полоска чёрная», уходит корнями в глубь веков к квадратикам двухцветной шахматной доски.
Cockpit — кабина в самолёте действительно имеет в анамнезе яму для петушиных боев — во времена Генриха VIII одна из них располагалась напротив королевского дворца в Уайтхолле. Чуть позже так стали называть задний отсек нижней палубы, где во время сражений располагалась операционная: там было относительно безопасно и меньше качало, хотя место было тесным, вонючим и плохо освещённым. 21 октября 1805 г. на залитом кровью кокпите HMS Victory во время Трафальгарской битвы умер адмирал Нельсон. В XIX в. кокпитом стали называть кабину рулевого на яхте, а там и до летучего корабля один шаг.
Dogsbody — человек на нижней позиции, делающий всю грязную работу. При Нельсоне матросы влачили жалкое существование на диете из солёной говядины, галет, которыми перед употреблением стучали по столу, чтобы из них разбежались долгоносики, и сваренного в мешке сушеного гороха. Официально лакомство называлось pease pudding, но чаще — dog’s body. Так же стали называть тех, кому приходилось делать работу, от которой уклонялись те, что рангом повыше.
Grub for food — глагол grub, родственник grave, «могила», означал «копать», а к еде приблизился в XVII в. через свиней, добывающих пропитание известным образом. Тем не менее Grubstreet, нынче собирательное для бумагомарателей низкого пошиба, а раньше улица в Лондоне, где они базировались, названа в честь не свиней, а некого Grubbe.
Hobson’s choice — выбора нет. Томас Хобсон сдавал в аренду лошадей, в основном студентам Кембриджа, которые вечно торопились в Лондон и лошадкам приходилось туго. Хобсон неизменно ставил уставшую лошадь в дальний угол конюшни и предлагал взять ближнюю к выходу. Если клиенту она не нравилась, приходилось смириться и брать, что дают.
Lipograms — литературные произведения, написанные с намеренным исключением одной буквы, от греч. lipogrammatos, ‘missing a letter’. Первый образец такой языковой игры приписывается Пиндару, сложившему стихотворение без буквы сигма, поскольку ему не нравился шипящий звук. Трифиодорус переписал «Одиссею» без буквы альфа в первой книге, без беты во второй и т.д., благо число книг «Одиссеи» равнялось количеству буку греческого алфавита — 24.
Mortarboard — «академическая» шапочка убор старинный, но это название появилось только в середине XIX в. как сленговое: до этого ее назвали corner-cap, cater-cap (от франц. quatre, «четыре») или trencher-cap «в честь» квадратной деревянной дощечки, на которой сервировали и резали мясо (отсюда trencherman, человек с отменным аппетитом). Mortarboard буквально деревянная дощечка, обычно с ручкой внизу, на которую каменщики накладывают раствор для работы.
Ровно такое же приспособление штукатуры называют hawk (даже не спрашивайте).
Mufti — это не только муфтий, но и военные в штатском, in plain clothes. В наши дни слову нашлось применение получше: mufti day — день, когда школьники, внеся умеренную сумму в кассу благотворительности, могут придти в класс без формы.
Plonk — пренебрежительное британское прозвище дешевого алкогольного напитка, особенно красного вина, пришло в Европу через Австралию: во время WWI подразделения из разных частей Британской империи, сражались во Франции, где нацепляли множество французских слов. Plonk это искаженное [vin] blanc, белое вино. В то время в Британии вино пили только аристократы и космополиты и новое слово там было без надобности, а в винодельческой Австралии прижилось. Слово для пойла добралось до острова только в 1950-х вместе с модой на вино.
Stationery — канцелярские товары, как и stationary, «неподвижный», имеют общий источник: лат. stationarius, «караульный», который в Средние века превратился в лавочника, в отличие от бродячего коробейника. Стационарными торговцами были в основном продавцы книг: из-за тяжести и громоздкости товара и привязки к университетам, поэтому в XIV в. книготорговцев стали называть stationer. Они также переписывали и переплетали книги и продавали сопутствующие товары: бумагу, перья и чернила. После изобретения книгопечатания термин bookseller закрепился за продавцами готовых книг, а торговцам канцелярией остался stationer, а вслед за ним в XVIII в. появилось слово stationery.
Stool pigeon — шпион, информатор. Впервые значение «приманка для преступника», agent provocateur, появилось в 1830-х в США. Словари утверждают, что в лексическое развитие получило название охотничьей практики, когда голубя привязывали к стулу, чтобы приманить уток на расстояние выстрела. Представили охотника, бодро шатающего по болоту с голубем на плече и стулом в руках? В XV в. stale, от франц. estale, означал голубя, заманивающего ястреба в сеть. Вскоре на воровском жаргоне так стали называть подельника карманного вора, отвлекающего внимание жертвы. Не позже XVI в. словом pigeon стали называть простофилю, позволяющего себя надуть. К 1840-м приманка превратилась в стукача.
Tattoo — не только долгосрочная модификация кожных покровов с учётом художественных и политических предпочтений, но и барабанный сигнал, которым солдат выманивали к отбою из питейных заведений. Впервые зафиксировано в начале Гражданской войны в Англии.
***
А ещё оказывается:
*помимо «облачной» идиомы cloud nine, есть cloud eight, «одурманенный алкоголем»;
*у идиомы more than one way to skin a cat, «всегда есть другой способ добиться желаемого», есть продолжение ...than choking her with cream;
*в переводе строчки из патриотической песни про американских лётчиков ‘On a wing and a prayer‘ (декабрь 1942), немедленно ставшей хитом по обе стороны Атлантики, произведена замена «молитвы» на «честное слово»;
* в XVIII в словом kettle называли любой большой бак для кипячения. Так kettle of hats было профессиональным термином для партии шляп, выкрашенных вместе. Отсюда идиома that’s a different/another kettle of fish — «совсем другое дело»;
* tycoon, обращение к сёгуну, крупному наследственному феодалу в Японии до 1868, было заимствовано как личное прозвище Линкольна и только потом распространилось на всех влиятельных бизнесменов и промышленных воротил;
* мужской эквивалент first lady, супруг губернатора США — не first gentleman, а first dude.
Mufti — это не только муфтий, но и военные в штатском, in plain clothes. В наши дни слову нашлось применение получше: mufti day — день, когда школьники, внеся умеренную сумму в кассу благотворительности, могут придти в класс без формы.
Plonk — пренебрежительное британское прозвище дешевого алкогольного напитка, особенно красного вина, пришло в Европу через Австралию: во время WWI подразделения из разных частей Британской империи, сражались во Франции, где нацепляли множество французских слов. Plonk это искаженное [vin] blanc, белое вино. В то время в Британии вино пили только аристократы и космополиты и новое слово там было без надобности, а в винодельческой Австралии прижилось. Слово для пойла добралось до острова только в 1950-х вместе с модой на вино.
Stationery — канцелярские товары, как и stationary, «неподвижный», имеют общий источник: лат. stationarius, «караульный», который в Средние века превратился в лавочника, в отличие от бродячего коробейника. Стационарными торговцами были в основном продавцы книг: из-за тяжести и громоздкости товара и привязки к университетам, поэтому в XIV в. книготорговцев стали называть stationer. Они также переписывали и переплетали книги и продавали сопутствующие товары: бумагу, перья и чернила. После изобретения книгопечатания термин bookseller закрепился за продавцами готовых книг, а торговцам канцелярией остался stationer, а вслед за ним в XVIII в. появилось слово stationery.
Stool pigeon — шпион, информатор. Впервые значение «приманка для преступника», agent provocateur, появилось в 1830-х в США. Словари утверждают, что в лексическое развитие получило название охотничьей практики, когда голубя привязывали к стулу, чтобы приманить уток на расстояние выстрела. Представили охотника, бодро шатающего по болоту с голубем на плече и стулом в руках? В XV в. stale, от франц. estale, означал голубя, заманивающего ястреба в сеть. Вскоре на воровском жаргоне так стали называть подельника карманного вора, отвлекающего внимание жертвы. Не позже XVI в. словом pigeon стали называть простофилю, позволяющего себя надуть. К 1840-м приманка превратилась в стукача.
Tattoo — не только долгосрочная модификация кожных покровов с учётом художественных и политических предпочтений, но и барабанный сигнал, которым солдат выманивали к отбою из питейных заведений. Впервые зафиксировано в начале Гражданской войны в Англии.
***
А ещё оказывается:
*помимо «облачной» идиомы cloud nine, есть cloud eight, «одурманенный алкоголем»;
*у идиомы more than one way to skin a cat, «всегда есть другой способ добиться желаемого», есть продолжение ...than choking her with cream;
*в переводе строчки из патриотической песни про американских лётчиков ‘On a wing and a prayer‘ (декабрь 1942), немедленно ставшей хитом по обе стороны Атлантики, произведена замена «молитвы» на «честное слово»;
* в XVIII в словом kettle называли любой большой бак для кипячения. Так kettle of hats было профессиональным термином для партии шляп, выкрашенных вместе. Отсюда идиома that’s a different/another kettle of fish — «совсем другое дело»;
* tycoon, обращение к сёгуну, крупному наследственному феодалу в Японии до 1868, было заимствовано как личное прозвище Линкольна и только потом распространилось на всех влиятельных бизнесменов и промышленных воротил;
* мужской эквивалент first lady, супруг губернатора США — не first gentleman, а first dude.
Сосновые острова. Марион Пошманн. 2017, пер. 2020
Преподавателю-неудачнику из Германии, слишком поздно обнаружившему, что в университетской системе наука даже не на втором месте, а вовсе на третьем (в приоритете — власть и иерархия, если у кого до сих пор иллюзии) приснился дурной сон, и он неожиданно для себя самого рванул в Японию — в поисках древней героики и романтики в суперсовременной, сплошь забетонированной стране, помешанной на порядке и чистоте. Восстановление душевного равновесия серьезно затрудняет подвернувшийся под руку инфантильный японский студент-самоубийца, которому для сведения счетов с жизнью то освещение неподходящее, то вид, то место самым пошлым образом затоптано любителями пикников. С «Полным путеводителем по самоубийствам» наперевес, два неврастеника — западного и восточного толка — таскаются по стране, сочиняя хайку и вежливо друг друга подбешивая. Европейский скептицизм, преломляясь через японскую культуру, даёт в сухом остатке тот факт, что девятихвостая лисица живет в голове, а бранденбургские сосны на поверку не так уж плохи. Саркастично и местами смешно, хотя понятно, что избыточная рефлексия — побочный эффект отсутствия досадной необходимости вкалывать за бутылку кефира, полбатона. В общем, надо бы пожалеть бездарно утративших путеводную звезду, но не получается — ни у автора, ни у нас.
Шорт-лист 2019 International Booker
***
Европейская часть России, Сибирь, Монголия, Китай, Япония — маршрут проходит исключительно над чайными странами. Гильберт Сильвестер прежде всегда категорически не принимал страны с повышенным потреблением чая. Он путешествовал в страны кофейные — Францию, Италию; после посещения очередного музея баловал себя чашкой кофе с молоком в каком-нибудь парижском кафе или в Цюрихе заказывал себе кофе со взбитыми сливками; он любил венские кофейни и все культурные традиции, с ними связанные. Традиции ясности, четкости, присутствия, различимости. В кофейных странах все ясно и очевидно. А в чайных — сплошь туман и мистика. В кофейных странах так: заплати немного денег — получишь что хотел, даже немного скромной роскоши, если приплатишь сверху; в чайных странах, чтобы получить то же самое, приходится изрядно напрягать воображение. Никогда бы не поехал по своей воле в Россию, в страну, где ты вынужден задействовать фантазию для самых банальных повседневных вещей, даже если речь идет всего лишь о чашке нормального зернового кофе.
Преподавателю-неудачнику из Германии, слишком поздно обнаружившему, что в университетской системе наука даже не на втором месте, а вовсе на третьем (в приоритете — власть и иерархия, если у кого до сих пор иллюзии) приснился дурной сон, и он неожиданно для себя самого рванул в Японию — в поисках древней героики и романтики в суперсовременной, сплошь забетонированной стране, помешанной на порядке и чистоте. Восстановление душевного равновесия серьезно затрудняет подвернувшийся под руку инфантильный японский студент-самоубийца, которому для сведения счетов с жизнью то освещение неподходящее, то вид, то место самым пошлым образом затоптано любителями пикников. С «Полным путеводителем по самоубийствам» наперевес, два неврастеника — западного и восточного толка — таскаются по стране, сочиняя хайку и вежливо друг друга подбешивая. Европейский скептицизм, преломляясь через японскую культуру, даёт в сухом остатке тот факт, что девятихвостая лисица живет в голове, а бранденбургские сосны на поверку не так уж плохи. Саркастично и местами смешно, хотя понятно, что избыточная рефлексия — побочный эффект отсутствия досадной необходимости вкалывать за бутылку кефира, полбатона. В общем, надо бы пожалеть бездарно утративших путеводную звезду, но не получается — ни у автора, ни у нас.
Шорт-лист 2019 International Booker
***
Европейская часть России, Сибирь, Монголия, Китай, Япония — маршрут проходит исключительно над чайными странами. Гильберт Сильвестер прежде всегда категорически не принимал страны с повышенным потреблением чая. Он путешествовал в страны кофейные — Францию, Италию; после посещения очередного музея баловал себя чашкой кофе с молоком в каком-нибудь парижском кафе или в Цюрихе заказывал себе кофе со взбитыми сливками; он любил венские кофейни и все культурные традиции, с ними связанные. Традиции ясности, четкости, присутствия, различимости. В кофейных странах все ясно и очевидно. А в чайных — сплошь туман и мистика. В кофейных странах так: заплати немного денег — получишь что хотел, даже немного скромной роскоши, если приплатишь сверху; в чайных странах, чтобы получить то же самое, приходится изрядно напрягать воображение. Никогда бы не поехал по своей воле в Россию, в страну, где ты вынужден задействовать фантазию для самых банальных повседневных вещей, даже если речь идет всего лишь о чашке нормального зернового кофе.
Blackberry wine. Joanne Harris. 2000; Verity. Colleen Hoover. 2018
Казалось бы, эти книги объединяет только то, что они попали мне в руки одновременно и случайно, но нет: по сути обе конструкторы для чтения. Возьмите автора, испытывающего творческий/финансовый кризис и психологический надлом; вырвите его/ее из привычной обстановки; вверните текст, существующий в одном экземпляре и способный разрушить чью-то жизнь вопреки намерениям его создателя; присвойте персонажам эмоционально отстраненных родителей и/или детскую травму (с этим переборщить невозможно); убедитесь, что в сюжете так или иначе присутствуют сталкеры, шизофреники, лунатики или синдром Аспергера, а также женщина, притворяющая не тем, кто она есть на самом деле; для мимимишности пририсуйте ребёнка, которому ещё далеко до подростковых гормонов, но и пелёнки менять не надо; добавьте саспенса и гранулу лунного камня в одном случае, шесть бутылок говорящего вина и щепотку вишнёвого сада — в другом. Лав стори с эмоциональным ретардом. Пару-тройку трупов. Талант рассказчика по вкусу. Читать подано.
***
Jack apple — так в XIX в. британские моряки называли яблоки, которые во время плавания сохраняли в бочках с ромом. Если моряк съедал больше одного яблока в день, он становился jack appled. В современном сленге — dottering fool. Правило ‘an apple a day’ работает!
***
Название «петрихор» для запаха, вызываемого дождем, было предложено в 1964 г. в статье, опубликованной в журнале Nature: от греч. «петра» (камень) и «ихор» – небесная жидкость, которая текла вместо крови в жилах богов.
“What do I smell like?”
“Petrichor.” <...>
“I don’t even know what that means.” <...>
“It’s a word that describes the smell of fresh rain after warm weather.” <...>
“I had no idea there was a word for that.”
“There’s a word for everything.”
***
Справедливости ради, если книга заставляет погуглить новенькое или припомнить старенькое, не все потеряно. А ещё Blackberry Wine можно использовать как элемент посткоронавирусной ароматерапии.
Казалось бы, эти книги объединяет только то, что они попали мне в руки одновременно и случайно, но нет: по сути обе конструкторы для чтения. Возьмите автора, испытывающего творческий/финансовый кризис и психологический надлом; вырвите его/ее из привычной обстановки; вверните текст, существующий в одном экземпляре и способный разрушить чью-то жизнь вопреки намерениям его создателя; присвойте персонажам эмоционально отстраненных родителей и/или детскую травму (с этим переборщить невозможно); убедитесь, что в сюжете так или иначе присутствуют сталкеры, шизофреники, лунатики или синдром Аспергера, а также женщина, притворяющая не тем, кто она есть на самом деле; для мимимишности пририсуйте ребёнка, которому ещё далеко до подростковых гормонов, но и пелёнки менять не надо; добавьте саспенса и гранулу лунного камня в одном случае, шесть бутылок говорящего вина и щепотку вишнёвого сада — в другом. Лав стори с эмоциональным ретардом. Пару-тройку трупов. Талант рассказчика по вкусу. Читать подано.
***
Jack apple — так в XIX в. британские моряки называли яблоки, которые во время плавания сохраняли в бочках с ромом. Если моряк съедал больше одного яблока в день, он становился jack appled. В современном сленге — dottering fool. Правило ‘an apple a day’ работает!
***
Название «петрихор» для запаха, вызываемого дождем, было предложено в 1964 г. в статье, опубликованной в журнале Nature: от греч. «петра» (камень) и «ихор» – небесная жидкость, которая текла вместо крови в жилах богов.
“What do I smell like?”
“Petrichor.” <...>
“I don’t even know what that means.” <...>
“It’s a word that describes the smell of fresh rain after warm weather.” <...>
“I had no idea there was a word for that.”
“There’s a word for everything.”
***
Справедливости ради, если книга заставляет погуглить новенькое или припомнить старенькое, не все потеряно. А ещё Blackberry Wine можно использовать как элемент посткоронавирусной ароматерапии.
Владимир Набоков, отец Владимира Набокова. Григорий Аросев, 2021
Набоков-старший по человеческим качествам стоит значительно выше сына. Он не пытался понравиться властям; отказался присоединяться к тосту за императора, предложенному «в холопских выражениях»; после увольнения в 1905 г демонстративно поместил в одной из газет объявление о продаже мундира; выступал против смертной казни и дуэлей, предупреждая о прогрессирующем обесценении человеческой жизни; писал о ненормальности существующего порядка, при котором бюрократический строй создает почву для административного произвола; до конца был равен сам себе и вполне мог бы возглавить партию порядочных людей, но желающих делом поддержать ее программу не набралось бы ни тогда, ни теперь.
***
В.Д. был аристократом, самую малость снобом, эстетом-англофилом (в доме многие товары заказывались прямиком из Англии, включая еду, мыло и игрушки), не хотел в простоте называть сына Вовой или Володей: для отца он был Lody. Его внешний вид – ухоженный, даже холеный – вызывал раздражение у многих. Среди разных думских зрелищ одним из развлечений были набоковские галстуки.
***
Набоковская библиотека была огромной настолько, что в 1904 г пришлось нанять библиотекаря и издать ее систематический каталог, который занимал 117 страниц мелким шрифтом: русский, французский, английский, немецкий и «другiя иностранныя литературы». Среди тысяч книг в библиотеке были такие наименования, как «Алкоголизм и питейное дело», «Самоубийство с древнейших времен до наших дней», «Борьба с Западом в нашей литературе», «О роли микробов в общем круговороте жизни», – было что почитать! Судьба библиотеки оказалась печальной: в 1917 г большевики ее почти полностью уничтожили, и только считаные единицы выжили: Набоков-младший рассказывал, что в 1920-х гг обнаружил «Войну миров» Уэллса из отцовской библиотеки на уличном лотке в Берлине.
***
В.Д. выиграл соревнование с Чуковским по перечислению героев Диккенса: всего персонажей около 300, а Чуковский «был измотан уже после первой сотни». Тот же Чуковский, от которого доброго слова не дождёшься, удостоил Набокова звания «человека, который умудрился остаться русским интеллигентом и при миллионном состоянии».
***
Штрихи к портрету времени: единая форма для студентов была введена с целью вычислять пришлых провокаторов во время восстаний, случавшихся почти ежегодно.
Ящики для шаров, которыми тогда голосовали, были окрашены в белый и черный цвета, и, когда кого-то не избирали, т.е. шаров оказывалось больше в черной части, это называлось «прокатить на вороных».
Набоков-старший по человеческим качествам стоит значительно выше сына. Он не пытался понравиться властям; отказался присоединяться к тосту за императора, предложенному «в холопских выражениях»; после увольнения в 1905 г демонстративно поместил в одной из газет объявление о продаже мундира; выступал против смертной казни и дуэлей, предупреждая о прогрессирующем обесценении человеческой жизни; писал о ненормальности существующего порядка, при котором бюрократический строй создает почву для административного произвола; до конца был равен сам себе и вполне мог бы возглавить партию порядочных людей, но желающих делом поддержать ее программу не набралось бы ни тогда, ни теперь.
***
В.Д. был аристократом, самую малость снобом, эстетом-англофилом (в доме многие товары заказывались прямиком из Англии, включая еду, мыло и игрушки), не хотел в простоте называть сына Вовой или Володей: для отца он был Lody. Его внешний вид – ухоженный, даже холеный – вызывал раздражение у многих. Среди разных думских зрелищ одним из развлечений были набоковские галстуки.
***
Набоковская библиотека была огромной настолько, что в 1904 г пришлось нанять библиотекаря и издать ее систематический каталог, который занимал 117 страниц мелким шрифтом: русский, французский, английский, немецкий и «другiя иностранныя литературы». Среди тысяч книг в библиотеке были такие наименования, как «Алкоголизм и питейное дело», «Самоубийство с древнейших времен до наших дней», «Борьба с Западом в нашей литературе», «О роли микробов в общем круговороте жизни», – было что почитать! Судьба библиотеки оказалась печальной: в 1917 г большевики ее почти полностью уничтожили, и только считаные единицы выжили: Набоков-младший рассказывал, что в 1920-х гг обнаружил «Войну миров» Уэллса из отцовской библиотеки на уличном лотке в Берлине.
***
В.Д. выиграл соревнование с Чуковским по перечислению героев Диккенса: всего персонажей около 300, а Чуковский «был измотан уже после первой сотни». Тот же Чуковский, от которого доброго слова не дождёшься, удостоил Набокова звания «человека, который умудрился остаться русским интеллигентом и при миллионном состоянии».
***
Штрихи к портрету времени: единая форма для студентов была введена с целью вычислять пришлых провокаторов во время восстаний, случавшихся почти ежегодно.
Ящики для шаров, которыми тогда голосовали, были окрашены в белый и черный цвета, и, когда кого-то не избирали, т.е. шаров оказывалось больше в черной части, это называлось «прокатить на вороных».
Тонкости перевода. Как язык влияет на нашу жизнь и преобразует мир. Натали Келле и Йост Цетше 2012, пер. 2020
Лютер попросил городского мясника зарезать овцу специально для того, чтобы изучить ее внутренности и лучше перевести разделы, посвященные ритуалу жертвоприношения по закону Моисееву. Такое отношение к делу достойно уважения, ведь ошибка переводчика может обрушить курс доллара, свести на нет «правила виноделов», убавить глянца глянцевым журналам или развязать WWIII. А ещё перевод — это отрасль с оценочной стоимостью 33 млрд долларов (2012). Btw, cреди возможных областей применения перевода в будущем рассматривают, в частности, программу перевода разговоров между представителями разных поколений, или выявляющую и устраняющую высказывания, которые могут показаться слушателю культурно неприемлемыми.
***
Для обозначения интернета на инуктитутском языке взяли слово традиционное слово ikiaqqivik, описывающее «путешествия по слоям» – перемещения шамана по времени и пространству в поисках сведений о живых или мертвых родственниках.
***
Шведская IKEA сводит исторические счёты с Данией, называя дешевые изделия компании, вроде ковриков для ног, в честь датских местностей: Helsingör, Köge, Nivå, Roskilde, Sindal и Strib. Сиденье для унитазов Öresund названо в честь пролива, отделяющего Швецию от Дании.
***
Гигант банковско-финансового сектора HSBC провел кампанию под лозунгом Assume Nothing, но в некоторых странах эту фразу перевели как Do Nothing — ребрендинг обошелся в 10 млн долларов.
***
Когда в Шанхае вышел вышел пиратский диск эпизода Star Wars ‘Revenge of the Sith’, в результате обратного перевода с китайского в нем появилась масса забавных ошибок: название фильма стало звучать как Backstroke of the West, «Совет джедаев» превратился в «пресвитерианскую церковь», а само слово «джедай» перевели как «безнадежная ситуация».
***
Многие международные компании дают неправильные называния свои брендам, становясь посмешищем и неся убытки: польский сок Fart, шведское пиво Fat, безалкогольный напиток из Ганы Pee Cola, немецкий питьевой йогурт Dickmilch, мексиканский хлеб для сэндвичей Bimbo, финские булочки JuicyPussy и китайский перекус Only Puke лишь некоторые из них. Ford выпустил в продажу в Европе модель Kuga, что на сербско-хорватском означает «чума». Mitsubishi назвала свой внедорожник Pajero – обозначение онанистов в некоторых испаноговорящих странах. Модель Honda Fitta на рынок североевропейских стран поступила под именем Honda Jazz, потому что fitta – нецензурное название женских гениталий.
***
В Японии день святого Валентина был введен в 1936 г. универмагом Morozoff Ltd. в расчёте на иностранцев. К 1953-му Morozoff, а вслед за ним и кондитеры, стали всех призывать к покупке шоколадок в форме сердца, но в какой-то момент обращение главы шоколадной компании было неправильно переведено и стало считаться, что женщины должны дарить шоколадки мужчинам. В Японии есть отдельный праздник для женщин 14 марта, когда мужчины им дарят белый шоколад, драгоценности и белье. Но 14 февраля шоколад покупают японки.
P.S. Опять интриги-расследования: написано, что слово pumpkin (pôhpukun) пришло из индейского языка вампаноаг, а LDOCE даёт от франц. pompon, ‘melon’, «дыня», от лат. pepo. Кто кого сборет?
Лютер попросил городского мясника зарезать овцу специально для того, чтобы изучить ее внутренности и лучше перевести разделы, посвященные ритуалу жертвоприношения по закону Моисееву. Такое отношение к делу достойно уважения, ведь ошибка переводчика может обрушить курс доллара, свести на нет «правила виноделов», убавить глянца глянцевым журналам или развязать WWIII. А ещё перевод — это отрасль с оценочной стоимостью 33 млрд долларов (2012). Btw, cреди возможных областей применения перевода в будущем рассматривают, в частности, программу перевода разговоров между представителями разных поколений, или выявляющую и устраняющую высказывания, которые могут показаться слушателю культурно неприемлемыми.
***
Для обозначения интернета на инуктитутском языке взяли слово традиционное слово ikiaqqivik, описывающее «путешествия по слоям» – перемещения шамана по времени и пространству в поисках сведений о живых или мертвых родственниках.
***
Шведская IKEA сводит исторические счёты с Данией, называя дешевые изделия компании, вроде ковриков для ног, в честь датских местностей: Helsingör, Köge, Nivå, Roskilde, Sindal и Strib. Сиденье для унитазов Öresund названо в честь пролива, отделяющего Швецию от Дании.
***
Гигант банковско-финансового сектора HSBC провел кампанию под лозунгом Assume Nothing, но в некоторых странах эту фразу перевели как Do Nothing — ребрендинг обошелся в 10 млн долларов.
***
Когда в Шанхае вышел вышел пиратский диск эпизода Star Wars ‘Revenge of the Sith’, в результате обратного перевода с китайского в нем появилась масса забавных ошибок: название фильма стало звучать как Backstroke of the West, «Совет джедаев» превратился в «пресвитерианскую церковь», а само слово «джедай» перевели как «безнадежная ситуация».
***
Многие международные компании дают неправильные называния свои брендам, становясь посмешищем и неся убытки: польский сок Fart, шведское пиво Fat, безалкогольный напиток из Ганы Pee Cola, немецкий питьевой йогурт Dickmilch, мексиканский хлеб для сэндвичей Bimbo, финские булочки JuicyPussy и китайский перекус Only Puke лишь некоторые из них. Ford выпустил в продажу в Европе модель Kuga, что на сербско-хорватском означает «чума». Mitsubishi назвала свой внедорожник Pajero – обозначение онанистов в некоторых испаноговорящих странах. Модель Honda Fitta на рынок североевропейских стран поступила под именем Honda Jazz, потому что fitta – нецензурное название женских гениталий.
***
В Японии день святого Валентина был введен в 1936 г. универмагом Morozoff Ltd. в расчёте на иностранцев. К 1953-му Morozoff, а вслед за ним и кондитеры, стали всех призывать к покупке шоколадок в форме сердца, но в какой-то момент обращение главы шоколадной компании было неправильно переведено и стало считаться, что женщины должны дарить шоколадки мужчинам. В Японии есть отдельный праздник для женщин 14 марта, когда мужчины им дарят белый шоколад, драгоценности и белье. Но 14 февраля шоколад покупают японки.
P.S. Опять интриги-расследования: написано, что слово pumpkin (pôhpukun) пришло из индейского языка вампаноаг, а LDOCE даёт от франц. pompon, ‘melon’, «дыня», от лат. pepo. Кто кого сборет?
Тот самый парфюм. Завораживающие истории культовых ароматов ХХ века. Елена Селестин. 2021
Суперлайт о том, кто кому кем приходится в мире ароматов и причём тут Наполеон и русский балет.
***
Основателями Lancôme и Sisley являются прямые потомки прекрасной польки графини Марии Валевской, любовницы Наполеона.
***
Аромат от Ралле Bouquet de Napoleon (1912) был вдохновлен Бородинской битвой: внук наполеоновского солдата, парфюмер Эрнест Бо испытывал особую симпатию к личности французского императора. Парный женский аромат, Bouquet de Catherine, созданный к 300-летию Дома Романовых, не имел успеха из-за того, что был посвящён императрице-немке и был переименован в духи «Ралле № 1», модификацией которых стали Chanel № 5.
***
После обвала нью-йоркской фондовой биржи 24 октября 1929 года Жан Пату назвал свои новые духи Joy, заявив: «с помощью этих духов мы будем изгонять дьявола мировой депрессии». В 2000 г. премию FiFi Awards «Запах века» отдали духам Joy Jean Patou, обогнавшим в финале Chanel № 5.
***
В 1981г. в парижском театре Гранд-Опера состоялась презентация Kouros YSL: в честь нового аромата Рудольф Нуреев танцевал в «Послеполуденном отдыхе фавна» в хореографии Нижинского, который поставил этот балет в 1912 г.
***
В мае 1946 г. тысячи флаконов духов Ma Griffe от Carven были сброшены с самолета на игрушечных парашютах — к рекламной кампании были привлечены связи в верхах и в армии.
***
15 октября 2010 г., рассказывая на канале France 2 о том, как создавались духи Samsara, 73-летний Жан-Поль Герлен сказал: «Я работал тогда, как негр, не знаю даже, приходилось ли неграм так тяжело…» . Посыпались иски от организаций, защищающих права афрофранцузов, активисты пикетировали магазин Guerlain на Елисейских Полях, а неполиткорректный парфюмер в четвёртом поколении был отстранен от связей с семейным брендом. Btw, Жан-Поль Герлен в юности хотел стать филологом, но из-за плохого зрения не смог продолжить образование. В 2000 г. он утвердил собственную литературную премию. #nonfiction #perfume
Суперлайт о том, кто кому кем приходится в мире ароматов и причём тут Наполеон и русский балет.
***
Основателями Lancôme и Sisley являются прямые потомки прекрасной польки графини Марии Валевской, любовницы Наполеона.
***
Аромат от Ралле Bouquet de Napoleon (1912) был вдохновлен Бородинской битвой: внук наполеоновского солдата, парфюмер Эрнест Бо испытывал особую симпатию к личности французского императора. Парный женский аромат, Bouquet de Catherine, созданный к 300-летию Дома Романовых, не имел успеха из-за того, что был посвящён императрице-немке и был переименован в духи «Ралле № 1», модификацией которых стали Chanel № 5.
***
После обвала нью-йоркской фондовой биржи 24 октября 1929 года Жан Пату назвал свои новые духи Joy, заявив: «с помощью этих духов мы будем изгонять дьявола мировой депрессии». В 2000 г. премию FiFi Awards «Запах века» отдали духам Joy Jean Patou, обогнавшим в финале Chanel № 5.
***
В 1981г. в парижском театре Гранд-Опера состоялась презентация Kouros YSL: в честь нового аромата Рудольф Нуреев танцевал в «Послеполуденном отдыхе фавна» в хореографии Нижинского, который поставил этот балет в 1912 г.
***
В мае 1946 г. тысячи флаконов духов Ma Griffe от Carven были сброшены с самолета на игрушечных парашютах — к рекламной кампании были привлечены связи в верхах и в армии.
***
15 октября 2010 г., рассказывая на канале France 2 о том, как создавались духи Samsara, 73-летний Жан-Поль Герлен сказал: «Я работал тогда, как негр, не знаю даже, приходилось ли неграм так тяжело…» . Посыпались иски от организаций, защищающих права афрофранцузов, активисты пикетировали магазин Guerlain на Елисейских Полях, а неполиткорректный парфюмер в четвёртом поколении был отстранен от связей с семейным брендом. Btw, Жан-Поль Герлен в юности хотел стать филологом, но из-за плохого зрения не смог продолжить образование. В 2000 г. он утвердил собственную литературную премию. #nonfiction #perfume
Давным-давно, когда деревья были большими, а экраны компьютеров синими и токсично мерцающими, мне случилось разбирать и перепечатывать рукопись этой книги, переизданной под потрясающе оригинальной обложкой (великие художники воруют). Почерк у старейшего оперирующего хирурга был «классический докторский», т.е. приравнивался к дилетантской шифровке. После осознания, что глаза активно вытекают, а жизнь ещё долгая, включился режим самосохранения: общая канва повествования авторская, но все, что не удалось понять, дописывалось от себя — для сохранения объёма. Поначалу было ощущение, что разоблачение и наказание неминуемы и меня, конечно же, уволят (что даже казалось предпочтительным вариантом развития событий), но все сходило с рук и постепенно правки становились агрессивнее и нахальнее, так что в сухом остатке миру достался текст-химера, а мне — разбитые юношеские иллюзии о trustworthiness печатного слова. Btw, вместо заслуженного увольнения мне дали премию, а сам автор рукописи-пазла ручку поцеловал.
Утопия для реалистов: Как построить идеальный мир Рутгер Брегман. 2016, пер. 2019. Финалист премии «Просветитель. Перевод -2020» в номинации «Гуманитарные науки».
«Бедность — великий враг человеческого счастья; она определенно уничтожает свободу и одни добродетели делает непрактичными, а другие — почти невозможными», — писал британский лексикограф Сэмюэл Джонсон в 1782 г.
Брегман бросает вызов мифу о лености бедняка и догме, будто жизнь без бедности — это привилегия, которую нужно заработать, а не право, которого заслуживают все (на американском материале, но идея понятна).
***
В XIX в. неравенство являлось классовой проблемой; в наши дни это вопрос местожительства. Человек, живущий за чертой бедности в США, принадлежит к богатейшим 14 % мирового населения; имеющий средний доход американец — к богатейшим 4 %. Недавний опрос показал: имей бедняки такую возможность, 700 млн предпочли бы переехать в другую страну.
Почему же с 1980-х американцы работают все больше, хотя зажиточны как никогда прежде? В 1300 г. праздничные дни составляли не менее одной трети года: в Испании целых пять месяцев, а во Франции — почти шесть. Но в конце XIX в. 70-часовая рабочая неделя — без отпусков и выходных — была нормой даже для детей. «Зачем беднякам выходные? Им следует работать!». Создатель конвейера, Генри Форд первым ввел пятидневную рабочую неделю, обнаружив, что сокращение рабочей недели повышает производительность. Человек, который постоянно задействует свои творческие способности, в среднем может быть продуктивен не более шести часов в день.
Идея, будто ВВП является точной мерой общественного благосостояния, — один из самых распространенных мифов нашего времени. Саймон Кузнец, который в 1932 г. измерил американский ВВП, за что получил Нобелевскую премию, призывал не учитывать расходы на вооруженные силы, рекламу и финансовый сектор, но его совет не был услышан. Психические заболевания, ожирение, загрязнение, преступность — для ВВП чем их больше, тем лучше. Нобелевский лауреат Джеймс Тобин сказал: «все больше наших ресурсов, включая лучших представителей молодежи, мы бросаем в финансовую деятельность, далекую от производства товаров и услуг, — деятельность, приносящую большую личную прибыль, несоотносимую с ее общественной пользой». В начале XX в. правительство США наняло одного единственного «экономиста-орнитолога», чья работа заключалась в изучении птиц. Спустя 40 лет в Национальном бюро экономических исследований было 5000 экономистов в современном смысле этого термина. Распространение высокооплачиваемой бесполезной работы совпало с бумом высшего образования и развитием экономики знаний. Btw, в 1972 г. король Бутана предложил перейти к измерению «валового национального счастья», поскольку ВВП игнорирует важнейшие аспекты культуры и благополучия (прежде всего знание народных песен и танцев).
Молодежь Запада в большинстве своем выросла во времена аполитичной технократии. Культурным архетипом поколения является Nerd, ориентированный на экономический рост. В результате завышенных ожиданий и их несоответствию реальности ребенок в США начала 1990-х был в среднем тревожнее, чем пациенты психиатров в начале 1950-х. В академической среде все слишком заняты сочинением собственных трудов, чтобы читать, и слишком озабочены их изданием, чтобы дебатировать. Университеты в XXI веке больше всего похожи на заводы — как и больницы, школы и телевидение. Качество становится менее значимым, чем количество, в процессе роста экономики, доли аудитории и числа публикаций. Страны с большей численностью менеджеров на деле менее производительны и инновационны.
***
Идея безусловного базового дохода актуальна, но не нова: римское государство установило зерновое пособие в 123 году до н. э. 200–250 тысяч взрослых мужчин, имевших на него право, получали 33 килограмма пшеницы в месяц без проверки на нуждаемость. Сегодня идея базового дохода для всех американцев «немыслима», как в прошлом право голосовать для женщин и равные права расовых меньшинств.
«Бедность — великий враг человеческого счастья; она определенно уничтожает свободу и одни добродетели делает непрактичными, а другие — почти невозможными», — писал британский лексикограф Сэмюэл Джонсон в 1782 г.
Брегман бросает вызов мифу о лености бедняка и догме, будто жизнь без бедности — это привилегия, которую нужно заработать, а не право, которого заслуживают все (на американском материале, но идея понятна).
***
В XIX в. неравенство являлось классовой проблемой; в наши дни это вопрос местожительства. Человек, живущий за чертой бедности в США, принадлежит к богатейшим 14 % мирового населения; имеющий средний доход американец — к богатейшим 4 %. Недавний опрос показал: имей бедняки такую возможность, 700 млн предпочли бы переехать в другую страну.
Почему же с 1980-х американцы работают все больше, хотя зажиточны как никогда прежде? В 1300 г. праздничные дни составляли не менее одной трети года: в Испании целых пять месяцев, а во Франции — почти шесть. Но в конце XIX в. 70-часовая рабочая неделя — без отпусков и выходных — была нормой даже для детей. «Зачем беднякам выходные? Им следует работать!». Создатель конвейера, Генри Форд первым ввел пятидневную рабочую неделю, обнаружив, что сокращение рабочей недели повышает производительность. Человек, который постоянно задействует свои творческие способности, в среднем может быть продуктивен не более шести часов в день.
Идея, будто ВВП является точной мерой общественного благосостояния, — один из самых распространенных мифов нашего времени. Саймон Кузнец, который в 1932 г. измерил американский ВВП, за что получил Нобелевскую премию, призывал не учитывать расходы на вооруженные силы, рекламу и финансовый сектор, но его совет не был услышан. Психические заболевания, ожирение, загрязнение, преступность — для ВВП чем их больше, тем лучше. Нобелевский лауреат Джеймс Тобин сказал: «все больше наших ресурсов, включая лучших представителей молодежи, мы бросаем в финансовую деятельность, далекую от производства товаров и услуг, — деятельность, приносящую большую личную прибыль, несоотносимую с ее общественной пользой». В начале XX в. правительство США наняло одного единственного «экономиста-орнитолога», чья работа заключалась в изучении птиц. Спустя 40 лет в Национальном бюро экономических исследований было 5000 экономистов в современном смысле этого термина. Распространение высокооплачиваемой бесполезной работы совпало с бумом высшего образования и развитием экономики знаний. Btw, в 1972 г. король Бутана предложил перейти к измерению «валового национального счастья», поскольку ВВП игнорирует важнейшие аспекты культуры и благополучия (прежде всего знание народных песен и танцев).
Молодежь Запада в большинстве своем выросла во времена аполитичной технократии. Культурным архетипом поколения является Nerd, ориентированный на экономический рост. В результате завышенных ожиданий и их несоответствию реальности ребенок в США начала 1990-х был в среднем тревожнее, чем пациенты психиатров в начале 1950-х. В академической среде все слишком заняты сочинением собственных трудов, чтобы читать, и слишком озабочены их изданием, чтобы дебатировать. Университеты в XXI веке больше всего похожи на заводы — как и больницы, школы и телевидение. Качество становится менее значимым, чем количество, в процессе роста экономики, доли аудитории и числа публикаций. Страны с большей численностью менеджеров на деле менее производительны и инновационны.
***
Идея безусловного базового дохода актуальна, но не нова: римское государство установило зерновое пособие в 123 году до н. э. 200–250 тысяч взрослых мужчин, имевших на него право, получали 33 килограмма пшеницы в месяц без проверки на нуждаемость. Сегодня идея базового дохода для всех американцев «немыслима», как в прошлом право голосовать для женщин и равные права расовых меньшинств.
Пятнадцатичасовая рабочая неделя, безусловный базовый доход, мир без границ - чтобы создавать подобные вещи, нужно обладать особым видом креативности. Для того чтобы способность к инновациям и творчеству не пропала зря, экономику, налоги и университеты Брегман предлагает изобрести заново.
The Dust That Falls from оf Dreams, 2015; So Much Life Left Over, 2018. Louis de Bernières
Эти книги можно читать как семейную сагу, любовный/(анти)военный/колониальный/антирелигиозный роман, социальную сатиру или краткое пособие по эксплуатации самолётов. Скажи, кто из персонажей тебя бесит, и я скажу тебе, кто ты.
В одном почтенном английском семействе, где отец патриотично играет в гольф, а чудаковатая мать строчит письма королю, растут четыре дочери. Жизнь обещает счастливую праздность, но WWI — великий уравнитель, и вот мальчики из лучших семей меняют сигареты на письма от чужих возлюбленных, чтобы воспользоваться ими как туалетной бумагой, охотятся на крыс и воруют салат у кроликов. Одна сестра потеряет на войне жениха, вторая заведёт слишком тесную дружбу с зеленоглазой художницей, третья выйдет замуж за капеллана, не верящего в Бога, четвёртая останется старой девой, безответно влюблённой в брата мужчины, за которого после тяжких раздумий выйдет первая. Не все делает нас сильнее, и не каждому удастся заново обрести смысл бытия в межвоенной реальности. Автор слегка измывается над читателем, припугнув возможностью безоблачного семейного счастья на фоне романтических закатов, но чувство меры Берньеру не изменяет, и это наш шанс получить эстетическое удовольствие от созерцания процесса разрушения социальных, классовых и гендерных стереотипов на фоне превосходно рассказанной истории.
***
Swearing had become taboo in polite society, and aristocratic men no longer got so drunk at dinner parties that ladies had to make their escape through the windows. <...> Many had electric light, and there was clean water laid on in the working-class districts for half an hour every day, except for Sundays, causing an awful elbowing on Saturdays. Motor cars no longer caught fire when you started them up. <...> Fast girls smoked, and wore the most shocking bloomers when they went out on their bicycles. Businesswomen of dubious morality were getting jobs in the City. Saddlers who specialised in sidesaddles found their orders drying up.
***
‘Shall we get on with it?’ said Christabel. ‘All I need to know is that Mama will be well taken care of.’
‘My dear,’ protested Mrs McCosh, ‘you really should not conclude a sentence with a preposition.’
‘It’s something one has to put up with. And be ready for,’ said Sophie.
‘And you shouldn’t start a sentence with a conjunction,’ declared Mrs McCosh.
***
‘And I was frightfully good at French at school. I got the prize for dictée and conversation. I could be an interrupter. I shall wax Molièresque.’
‘Interrupter?’
‘You know, French into English and English into French, that kind of thing.’
‘Oh, you mean an interpreter!’
‘Do I? Silly me.’
***
‘I am hardly naive.’
‘Philosophically malnourished, perhaps’. #fiction
Эти книги можно читать как семейную сагу, любовный/(анти)военный/колониальный/антирелигиозный роман, социальную сатиру или краткое пособие по эксплуатации самолётов. Скажи, кто из персонажей тебя бесит, и я скажу тебе, кто ты.
В одном почтенном английском семействе, где отец патриотично играет в гольф, а чудаковатая мать строчит письма королю, растут четыре дочери. Жизнь обещает счастливую праздность, но WWI — великий уравнитель, и вот мальчики из лучших семей меняют сигареты на письма от чужих возлюбленных, чтобы воспользоваться ими как туалетной бумагой, охотятся на крыс и воруют салат у кроликов. Одна сестра потеряет на войне жениха, вторая заведёт слишком тесную дружбу с зеленоглазой художницей, третья выйдет замуж за капеллана, не верящего в Бога, четвёртая останется старой девой, безответно влюблённой в брата мужчины, за которого после тяжких раздумий выйдет первая. Не все делает нас сильнее, и не каждому удастся заново обрести смысл бытия в межвоенной реальности. Автор слегка измывается над читателем, припугнув возможностью безоблачного семейного счастья на фоне романтических закатов, но чувство меры Берньеру не изменяет, и это наш шанс получить эстетическое удовольствие от созерцания процесса разрушения социальных, классовых и гендерных стереотипов на фоне превосходно рассказанной истории.
***
Swearing had become taboo in polite society, and aristocratic men no longer got so drunk at dinner parties that ladies had to make their escape through the windows. <...> Many had electric light, and there was clean water laid on in the working-class districts for half an hour every day, except for Sundays, causing an awful elbowing on Saturdays. Motor cars no longer caught fire when you started them up. <...> Fast girls smoked, and wore the most shocking bloomers when they went out on their bicycles. Businesswomen of dubious morality were getting jobs in the City. Saddlers who specialised in sidesaddles found their orders drying up.
***
‘Shall we get on with it?’ said Christabel. ‘All I need to know is that Mama will be well taken care of.’
‘My dear,’ protested Mrs McCosh, ‘you really should not conclude a sentence with a preposition.’
‘It’s something one has to put up with. And be ready for,’ said Sophie.
‘And you shouldn’t start a sentence with a conjunction,’ declared Mrs McCosh.
***
‘And I was frightfully good at French at school. I got the prize for dictée and conversation. I could be an interrupter. I shall wax Molièresque.’
‘Interrupter?’
‘You know, French into English and English into French, that kind of thing.’
‘Oh, you mean an interpreter!’
‘Do I? Silly me.’
***
‘I am hardly naive.’
‘Philosophically malnourished, perhaps’. #fiction
В 2020 был опубликован и сразу же переведён на русский «Факультет выноса мозга», сборник научных комиксов, которые Том Голд пишет для New Scientist. Сборник посвящён его дедушке д-ру Дэвиду Голду. Почему-то приятно узнать, что язва Том Голд любящий внук.