Ёж является одушевлённым образом упавшей с неба звезды, так что даже понятия «ёж» и «звезда» в некоторых койсанских языках обозначаются одним и тем же словом.
***
Кирилл Бабаев, один из авторов книги, открыл в Риге музей шляп, экспонаты для которого привёз из путешествий. Список must-see растёт.
***
Кирилл Бабаев, один из авторов книги, открыл в Риге музей шляп, экспонаты для которого привёз из путешествий. Список must-see растёт.
Средневековье крупным планом. Олег Воскобойников. 2020
Финалист премии «Просветитель-2020» в номинации «Гуманитарные науки».
«Тот, для кого настоящее время — единственное, что по-настоящему существует, ничего не знает о времени, в котором живет», - резонно заявлял умница Оскар Уайльд. Советская историография со своим набившим оскомину мифом о феодальной раздробленности и массой других упрощенных схем создавала невероятно искаженное представление об этом периоде, но объективно его влияние огромно: сегодняшний мир — наследник Средневековья. Именно тогда были придуманы многие важнейшие вещи, которыми с успехом пользуются (не)благодарные потомки: от рыцарского мифа до системы кредитования и двойной бухгалтерии для камуфляжа выгоды, получаемой от роста денег.
***
Французский глагол travailler, зафиксированный в конце XI века, – калька с кухонно-латинского tripaliare: пытать с помощью trepalium – рода дыбы. Уже в XIII веке и глагол, и соответствующее существительное стали обозначать не только оскорбления и удары, но и тяготы труда и его продукт. Примерно в VIII–XV веках труд в современном понимании, то есть связь человека и орудия труда, постепенно обрел социальные и материальные формы, унаследованные эпохой фабрик. В XV веке в ряде стран распространяется такой привычный нам феномен, как заработная плата. Работа в воскресенье осуждалась строго, в XIV–XV веках верующих уверяли, что каждый забитый ими гвоздь вонзается в тело Распятого.
#просветитель2020
Финалист премии «Просветитель-2020» в номинации «Гуманитарные науки».
«Тот, для кого настоящее время — единственное, что по-настоящему существует, ничего не знает о времени, в котором живет», - резонно заявлял умница Оскар Уайльд. Советская историография со своим набившим оскомину мифом о феодальной раздробленности и массой других упрощенных схем создавала невероятно искаженное представление об этом периоде, но объективно его влияние огромно: сегодняшний мир — наследник Средневековья. Именно тогда были придуманы многие важнейшие вещи, которыми с успехом пользуются (не)благодарные потомки: от рыцарского мифа до системы кредитования и двойной бухгалтерии для камуфляжа выгоды, получаемой от роста денег.
***
Французский глагол travailler, зафиксированный в конце XI века, – калька с кухонно-латинского tripaliare: пытать с помощью trepalium – рода дыбы. Уже в XIII веке и глагол, и соответствующее существительное стали обозначать не только оскорбления и удары, но и тяготы труда и его продукт. Примерно в VIII–XV веках труд в современном понимании, то есть связь человека и орудия труда, постепенно обрел социальные и материальные формы, унаследованные эпохой фабрик. В XV веке в ряде стран распространяется такой привычный нам феномен, как заработная плата. Работа в воскресенье осуждалась строго, в XIV–XV веках верующих уверяли, что каждый забитый ими гвоздь вонзается в тело Распятого.
#просветитель2020
Ведьмы из Варбойс. Хроники судебного процесса. 2020
Пока льёт дождь, немного мракобесия к чаю: пошаговая инструкция по манипулированию общественным мнением, с небольшими модификациями успешно применяется до сих пор.
***
На рубеже XVI–XVII вв. в Европе можно говорить о настоящей пандемии охоты на ведьм. В Англии эта инфекция имела ряд особенностей: в 1534 г. статуты о супрематии сделали короля единственным земным главой церкви. Потом были попытки католической реакции при королеве Марии (1553–1558) и зыбкая стабильность при Елизавете (1558–1603), когда правоверные католики и страстные пуритане пытались уживаться в одном обществе. В результате конфессиональной турбулентности все жители Англии во второй трети XVI в. успели какое-то время побыть в статусе еретиков. На этом фоне выглядит объяснимым распространение неврозов, связанных с воздействием потусторонних сил, прежде всего инициированных злоумышленниками.
Протестанты всеми силами сторонились наследия римской церкви, однако в борьбе с ведьмами также следовали принципам Malleus Malefci arum («Молот ведьм» 1487), написанному на латыни доминиканцами Генрихом Крамером и Якобом Шпренгером. В 1563 г. Елизавета I возобновила действие акта о колдовстве, волшебстве и ведовстве, который действовал в Англии до 1736 г. На первый раз вред имуществу или скоту карался годичным тюремным заключением с ежеквартальным выставлением у позорного столба, а на второй раз – смертью. К колдовству относилось всё вне обычного порядка вещей, будь то особые знания, внезапный падеж скота или даже удачная карьера. Непокорность также приравнивалась к греху и колдовству. Сверхъестественные способности терминологически ранжировались: ведьма, волшебник, чародей, колдун, знахарка, хитрец, маг, некромант и др. (witch, wizard, sorcerer, conjurer, wise woman, cunning man, magician, necromancer etc.). Английскую ведьму обычно сопровождали демоны в образе животных и духи (spirits, demons, devils, familiars, fairies), которых она могла насылать на своих жертв. В католических странах такое происходило только в монастырях, в основном женских. В Англии же после 1539 г. монахинь не было – их заменили дети. Детское беснование – очень английский феномен, который прежде всего касался отпрысков благочестивых, строго религиозных семейств.
Роберт Трокмортон из Варбойс, отец бесноватых сестрёнок, отправивших на виселицу трёх человек, был троюродным братом супруги Уолтера Рэли, опального королевского фаворита и первого английского колонизатора Северной Америки, и водил знакомство со многими знаковыми фигурами эпохи. Театрализованные постановки подростков убеждают даже судей и присяжных и привлекают толпы зрителей, жадно внимавших бредням экзальтированных девиц, которые открыто увечат прислугу, прикрываясь бесовскими голосами, якобы вселившимися в них.
Хроники процесса очень скоро обрели практическую популярность. В 1598 г. в Оксфордшире во время футбольного матча подрались игроки, потом вмешались зрители. Из-за побоев умерли двое представителей семейства Грегори. Удары им якобы наносил Брайн Гюнтер, один из знатных жителей того городка. В судебном разбирательстве его оправдали, но
история переросла в многолетнюю вражду двух кланов. Летом 1604 г. начались припадки у дочери Брайна. Под подозрение в колдовстве попали три женщины из семейства Грегори. В ходе допросов, в которых иногда принимал участие лично король Яков, выяснилось, что все обвинения подстроены самим Гюнтером, который научил дочь припадкам и давал ей рвотные снадобья. Анна призналась, что для знакомства с правилами имитации отец вручил ей «книгу о ведьмах из Варбойс».
***
Сейчас колдунья в конусообразной шляпе и на метле стала городским логотипом Варбойс, красуясь на значке местной средней школы, на кружках, на тетрадках, на брелоках вперемешку с Гарри Поттером.
Пока льёт дождь, немного мракобесия к чаю: пошаговая инструкция по манипулированию общественным мнением, с небольшими модификациями успешно применяется до сих пор.
***
На рубеже XVI–XVII вв. в Европе можно говорить о настоящей пандемии охоты на ведьм. В Англии эта инфекция имела ряд особенностей: в 1534 г. статуты о супрематии сделали короля единственным земным главой церкви. Потом были попытки католической реакции при королеве Марии (1553–1558) и зыбкая стабильность при Елизавете (1558–1603), когда правоверные католики и страстные пуритане пытались уживаться в одном обществе. В результате конфессиональной турбулентности все жители Англии во второй трети XVI в. успели какое-то время побыть в статусе еретиков. На этом фоне выглядит объяснимым распространение неврозов, связанных с воздействием потусторонних сил, прежде всего инициированных злоумышленниками.
Протестанты всеми силами сторонились наследия римской церкви, однако в борьбе с ведьмами также следовали принципам Malleus Malefci arum («Молот ведьм» 1487), написанному на латыни доминиканцами Генрихом Крамером и Якобом Шпренгером. В 1563 г. Елизавета I возобновила действие акта о колдовстве, волшебстве и ведовстве, который действовал в Англии до 1736 г. На первый раз вред имуществу или скоту карался годичным тюремным заключением с ежеквартальным выставлением у позорного столба, а на второй раз – смертью. К колдовству относилось всё вне обычного порядка вещей, будь то особые знания, внезапный падеж скота или даже удачная карьера. Непокорность также приравнивалась к греху и колдовству. Сверхъестественные способности терминологически ранжировались: ведьма, волшебник, чародей, колдун, знахарка, хитрец, маг, некромант и др. (witch, wizard, sorcerer, conjurer, wise woman, cunning man, magician, necromancer etc.). Английскую ведьму обычно сопровождали демоны в образе животных и духи (spirits, demons, devils, familiars, fairies), которых она могла насылать на своих жертв. В католических странах такое происходило только в монастырях, в основном женских. В Англии же после 1539 г. монахинь не было – их заменили дети. Детское беснование – очень английский феномен, который прежде всего касался отпрысков благочестивых, строго религиозных семейств.
Роберт Трокмортон из Варбойс, отец бесноватых сестрёнок, отправивших на виселицу трёх человек, был троюродным братом супруги Уолтера Рэли, опального королевского фаворита и первого английского колонизатора Северной Америки, и водил знакомство со многими знаковыми фигурами эпохи. Театрализованные постановки подростков убеждают даже судей и присяжных и привлекают толпы зрителей, жадно внимавших бредням экзальтированных девиц, которые открыто увечат прислугу, прикрываясь бесовскими голосами, якобы вселившимися в них.
Хроники процесса очень скоро обрели практическую популярность. В 1598 г. в Оксфордшире во время футбольного матча подрались игроки, потом вмешались зрители. Из-за побоев умерли двое представителей семейства Грегори. Удары им якобы наносил Брайн Гюнтер, один из знатных жителей того городка. В судебном разбирательстве его оправдали, но
история переросла в многолетнюю вражду двух кланов. Летом 1604 г. начались припадки у дочери Брайна. Под подозрение в колдовстве попали три женщины из семейства Грегори. В ходе допросов, в которых иногда принимал участие лично король Яков, выяснилось, что все обвинения подстроены самим Гюнтером, который научил дочь припадкам и давал ей рвотные снадобья. Анна призналась, что для знакомства с правилами имитации отец вручил ей «книгу о ведьмах из Варбойс».
***
Сейчас колдунья в конусообразной шляпе и на метле стала городским логотипом Варбойс, красуясь на значке местной средней школы, на кружках, на тетрадках, на брелоках вперемешку с Гарри Поттером.
Soccer in Sun and Shadow. Eduardo Galeano. 1995
Современные исторические тексты демонстративно избегают любых упоминаний о футболе, хотя на сегодняшний день он является одним из наиболее убедительных символов коллективной идентичности. Выброс тестостерона на футбольных трибунах не меньше, чем на поле, там же находят выход религиозные, патриотические и политические страсти. Футбол — территория суеверий и чёрной магии, большой политики и астрономических прибылей, открытых возможностей и беспощадной эксплуатации.
***
Выбор ответа на вопрос «что такое футбол?» сродни беспроигрышной лотерее:
Опиум для народа? Вполне. И футбол, и религия имеют массу приверженцев и вызывают неприятие у интеллектуалов. Патриотическое рвение у фанат(ик)ов беззастенчиво эксплуатируют политики и диктаторы.
Метафора войны? Безусловно. Более того, футбол может становиться поводом для войн настоящих. В 1970 году во время отборочного этапа на ЧМ между Сальвадором и Гондурасом разразилась the Soccer War, которая длилась неделю и унесла жизни четырёх тысяч человек. Хотя бывает и наоборот: Нигерия и Биафра обьявили перемирие, чтобы посмотреть, как играет Пеле.
Коллективный валиум? Опять в точку. Футбол отвлекает от ненужных раздумий об опасных материях, удерживая народы в состоянии вечного детства.
Коммерческий продукт? Разумеется. Футболисты больше «не владеют мячом». На поле и за его пределами правят бал спонсоры и рекламодатели, и здесь упаковка важнее содержимого. The history of soccer is a sad voyage from beauty to duty.
Сумасшедшие контракты? Бесспорно. Но так было не всегда: в 1918 году Жосеп Самитьер подписал контракт с Барселоной за вознаграждение в виде часов со светящимся циферблатом и костюма-тройки.
Инструмент для вывода активов и уклонения от налогов? Даже не сомневайтесь.
***
Футбол любили серьезные люди: страстным болельщиком был Леонардо да Винчи, с удовольствием гонял мяч Макиавелли, да и в садах Ватикана за этим легкомысленным занятием были замечены Папы Климент VII, Лев IX и Урбан VIII, подоткнувшие роскошно вышитые ризы для пущей точности удара. В 1930 году в Алжире в роли хранителя заветных врат университетской команды выступал Альбер Камю. Голкипером ему пришлось стать поневоле: семья была бедна и маленький Альбер просто не мог себе позволить играть на позиции полевого игрока — слишком быстро снашивалась обувь. Бабушка каждый вечер с пристрастием экзаменовала его ботинки и за малейшую потёртость награждала внука оплеухой.
***
В 1314 году, король Эдуард II издал эдикт, в котором заклеймил футбол игрой простолюдинов и бунтовщиков и запретил это небогоугодное занятие. Действительно, в те неспокойные время воротами могла служить дальняя мельница, матчи длились несколько дней, играли «город на город», и такие «дружеские встречи» не обходились без многочисленных жертв. За первым запретом последовали еще три. Футбол процветал и набирал популярность.
В современном виде футбол оформился после джентельменского соглашения, которое осенью 1863 года в лондонской таверне подписали двенадцать английских клубов, обязуясь соблюдать правила, составленные в университете Кембриджа в 1848 году. Там же футбол окончательно отмежевался от регби. Лондонское соглашение не регламентировало ни количество игроков, ни размер поля, ни высоту ворот. Матчи длились по два-три часа, а пока мяч летал где-то вдалеке, игороки перебрасывались шутками и курили.
Летом 1916 года, в разгар WWI, английский капитан поднял полк в атаку, выбросив мяч из-за бруствера и погнав его в сторону германских окопов. После недолгих колебаний, солдаты последовали за ним. Капитан погиб, но плацдарм был занят англичанами.
Впервые Англия приняла участие в Кубке мира в 1950 году. До этого она считала подобные телодвижения ниже своего достоинства. Испанцы победили англичан, наконец отомстив им за разгром Непобедимой Армады в 1588 году.
***
Современные исторические тексты демонстративно избегают любых упоминаний о футболе, хотя на сегодняшний день он является одним из наиболее убедительных символов коллективной идентичности. Выброс тестостерона на футбольных трибунах не меньше, чем на поле, там же находят выход религиозные, патриотические и политические страсти. Футбол — территория суеверий и чёрной магии, большой политики и астрономических прибылей, открытых возможностей и беспощадной эксплуатации.
***
Выбор ответа на вопрос «что такое футбол?» сродни беспроигрышной лотерее:
Опиум для народа? Вполне. И футбол, и религия имеют массу приверженцев и вызывают неприятие у интеллектуалов. Патриотическое рвение у фанат(ик)ов беззастенчиво эксплуатируют политики и диктаторы.
Метафора войны? Безусловно. Более того, футбол может становиться поводом для войн настоящих. В 1970 году во время отборочного этапа на ЧМ между Сальвадором и Гондурасом разразилась the Soccer War, которая длилась неделю и унесла жизни четырёх тысяч человек. Хотя бывает и наоборот: Нигерия и Биафра обьявили перемирие, чтобы посмотреть, как играет Пеле.
Коллективный валиум? Опять в точку. Футбол отвлекает от ненужных раздумий об опасных материях, удерживая народы в состоянии вечного детства.
Коммерческий продукт? Разумеется. Футболисты больше «не владеют мячом». На поле и за его пределами правят бал спонсоры и рекламодатели, и здесь упаковка важнее содержимого. The history of soccer is a sad voyage from beauty to duty.
Сумасшедшие контракты? Бесспорно. Но так было не всегда: в 1918 году Жосеп Самитьер подписал контракт с Барселоной за вознаграждение в виде часов со светящимся циферблатом и костюма-тройки.
Инструмент для вывода активов и уклонения от налогов? Даже не сомневайтесь.
***
Футбол любили серьезные люди: страстным болельщиком был Леонардо да Винчи, с удовольствием гонял мяч Макиавелли, да и в садах Ватикана за этим легкомысленным занятием были замечены Папы Климент VII, Лев IX и Урбан VIII, подоткнувшие роскошно вышитые ризы для пущей точности удара. В 1930 году в Алжире в роли хранителя заветных врат университетской команды выступал Альбер Камю. Голкипером ему пришлось стать поневоле: семья была бедна и маленький Альбер просто не мог себе позволить играть на позиции полевого игрока — слишком быстро снашивалась обувь. Бабушка каждый вечер с пристрастием экзаменовала его ботинки и за малейшую потёртость награждала внука оплеухой.
***
В 1314 году, король Эдуард II издал эдикт, в котором заклеймил футбол игрой простолюдинов и бунтовщиков и запретил это небогоугодное занятие. Действительно, в те неспокойные время воротами могла служить дальняя мельница, матчи длились несколько дней, играли «город на город», и такие «дружеские встречи» не обходились без многочисленных жертв. За первым запретом последовали еще три. Футбол процветал и набирал популярность.
В современном виде футбол оформился после джентельменского соглашения, которое осенью 1863 года в лондонской таверне подписали двенадцать английских клубов, обязуясь соблюдать правила, составленные в университете Кембриджа в 1848 году. Там же футбол окончательно отмежевался от регби. Лондонское соглашение не регламентировало ни количество игроков, ни размер поля, ни высоту ворот. Матчи длились по два-три часа, а пока мяч летал где-то вдалеке, игороки перебрасывались шутками и курили.
Летом 1916 года, в разгар WWI, английский капитан поднял полк в атаку, выбросив мяч из-за бруствера и погнав его в сторону германских окопов. После недолгих колебаний, солдаты последовали за ним. Капитан погиб, но плацдарм был занят англичанами.
Впервые Англия приняла участие в Кубке мира в 1950 году. До этого она считала подобные телодвижения ниже своего достоинства. Испанцы победили англичан, наконец отомстив им за разгром Непобедимой Армады в 1588 году.
***
Перемахнув через океан, безбашенная игра английских студентов, вобрала в себя элементы танго и капоэйры, боевого танца чёрных рабов, и стала национальной страстью латиноамериканцев, многие из которых не переступали порога школы (в конце ХХ века две трети профессиональных игроков в Бразилии не имели даже начального образования). Существование уругвайца немыслимо вне футбола. В борделях Монтевидео профессионалки завлекают клиентов, надевая на голое тело футболку одной из местных команд: Peñarol или Nacional.
Для бразильцев футбольный мяч — женщина. Они называют ее gorduchinha, «пухляшка», menina, «малышка», или дают имя: Марикота, Леонор или Маргарита. Пеле нежно целовал ее на стадионе Maracanã, забив свой тысячный гол, Ди Стефано поставил ей памятник, бронзовый мяч с табличкой: Thanks, old girl. Она верна возлюбленному. В финале Кубка мира 1930 обе команды непременно хотели играть собственным мячом. Рефери принял соломоново решение: в первом периоде своим мячом играет Аргентина, во втором — Уругвай. Первый период завершился победой аргентинцев, второй остался за уругвайцами.
***
Англичане цепко держались за свое «право первородства»: во время первых международных соревнований в Уругвае и Бразилии повсюду были развешаны огромные портреты королевы Виктории. На заседаниях Футбольной ассоциации Аргентины было запрещено говорить по-испански. Согласно первому своду правил, рефери мог смягчить наказание для проштрафившегося игрока, если «его извинения были искренними и произнесены на хорошем английском языке». В 1921 году президент Бразилии из соображений национального престижа запретил темнокожим игрокам участвовать в кубке Южной Америки в Буэнос Айресе.
Единственный мулат, допущенный на поле, перед матчем густо покрывал лицо рисовой пудрой.
***
В середине 1950-х гг. уругвайская команда Peñarol подписала первый рекламный контракт на футболки. Обдулио Варела продолжил играть в старой майке, заявив, что «прошло то время, когда чернокожих, водили за кольцо в носу». Зато сейчас каждый игрок это ходячий рекламный стенд. Клуб без спонсора — сирота: в 1993 году аргентинский Racing опубликовал в ежедневной газете отчаянное объявление “Wanted: Sponsor…”
Итальянским клубам везёт больше. Когда Сильвио Берлускони купил Milan, находившийся на грани банкротства, он подарил клубу новую жизнь, начав с эффектного выхода команды на поле: игроки спустились на стадион с вертолёта под звуки «Полёта валькирией». Сотворив чудо, Папа Римский превратил Святого духа в финансовую институцию и спонсора Lazio — “Banco di Santo Spirito”. Когда звезда футбола подолгу и со вкусом завязывает шнурки, это не проблемы с мелкой моторикой, а предписано инструкцией: он демонстрирует логотип
Adidas, Nike или Reebok.
***
В 1969 году в разгар торжественной церемонии открытия огромного банкетного зала в Guadarrama Mountains в Испании рухнул пол и обвалилась крыша. Погибли 52 человека. Здание было построено на общественные деньги, без архитектурных расчетов и разрешения на строительство. Jesus Gil y Gil, застройщик и владелец сооружения, отправился в тюрьму, но получил помилование от генералиссимуса Франко. Едва переступив порог исправительного заведения, Хесус вернулся к самоотверженному служению отечеству на ниве строительства. Вскоре бизнесмен и патриот прикупил мадридский Atlético и начал политическую карьеру. В 1991 году он был избран мэром Марбельи.
По всем кадровым вопросам он консультировался со своим любимым жеребцом Imperioso. Конь попался привередливый: менеджеры Atlético
менялись с калейдоскопической быстротой.
***
Цель оправдывает средства: самая невинная махинация это подделка свидетельств о рождении и паспортов. Однажды дело дошло до того, что один близнец оказался старше другого на два года. Впрочем, в футболе можно простить все, кроме поражения. После Кубка-94 разъяренные фанаты дотла сожгли дом камерунского голкипера Джозефа Белла, а колумбиец Андрес Эскобар подписал себе смертный приговор, забив гол в собственные ворота.
Для бразильцев футбольный мяч — женщина. Они называют ее gorduchinha, «пухляшка», menina, «малышка», или дают имя: Марикота, Леонор или Маргарита. Пеле нежно целовал ее на стадионе Maracanã, забив свой тысячный гол, Ди Стефано поставил ей памятник, бронзовый мяч с табличкой: Thanks, old girl. Она верна возлюбленному. В финале Кубка мира 1930 обе команды непременно хотели играть собственным мячом. Рефери принял соломоново решение: в первом периоде своим мячом играет Аргентина, во втором — Уругвай. Первый период завершился победой аргентинцев, второй остался за уругвайцами.
***
Англичане цепко держались за свое «право первородства»: во время первых международных соревнований в Уругвае и Бразилии повсюду были развешаны огромные портреты королевы Виктории. На заседаниях Футбольной ассоциации Аргентины было запрещено говорить по-испански. Согласно первому своду правил, рефери мог смягчить наказание для проштрафившегося игрока, если «его извинения были искренними и произнесены на хорошем английском языке». В 1921 году президент Бразилии из соображений национального престижа запретил темнокожим игрокам участвовать в кубке Южной Америки в Буэнос Айресе.
Единственный мулат, допущенный на поле, перед матчем густо покрывал лицо рисовой пудрой.
***
В середине 1950-х гг. уругвайская команда Peñarol подписала первый рекламный контракт на футболки. Обдулио Варела продолжил играть в старой майке, заявив, что «прошло то время, когда чернокожих, водили за кольцо в носу». Зато сейчас каждый игрок это ходячий рекламный стенд. Клуб без спонсора — сирота: в 1993 году аргентинский Racing опубликовал в ежедневной газете отчаянное объявление “Wanted: Sponsor…”
Итальянским клубам везёт больше. Когда Сильвио Берлускони купил Milan, находившийся на грани банкротства, он подарил клубу новую жизнь, начав с эффектного выхода команды на поле: игроки спустились на стадион с вертолёта под звуки «Полёта валькирией». Сотворив чудо, Папа Римский превратил Святого духа в финансовую институцию и спонсора Lazio — “Banco di Santo Spirito”. Когда звезда футбола подолгу и со вкусом завязывает шнурки, это не проблемы с мелкой моторикой, а предписано инструкцией: он демонстрирует логотип
Adidas, Nike или Reebok.
***
В 1969 году в разгар торжественной церемонии открытия огромного банкетного зала в Guadarrama Mountains в Испании рухнул пол и обвалилась крыша. Погибли 52 человека. Здание было построено на общественные деньги, без архитектурных расчетов и разрешения на строительство. Jesus Gil y Gil, застройщик и владелец сооружения, отправился в тюрьму, но получил помилование от генералиссимуса Франко. Едва переступив порог исправительного заведения, Хесус вернулся к самоотверженному служению отечеству на ниве строительства. Вскоре бизнесмен и патриот прикупил мадридский Atlético и начал политическую карьеру. В 1991 году он был избран мэром Марбельи.
По всем кадровым вопросам он консультировался со своим любимым жеребцом Imperioso. Конь попался привередливый: менеджеры Atlético
менялись с калейдоскопической быстротой.
***
Цель оправдывает средства: самая невинная махинация это подделка свидетельств о рождении и паспортов. Однажды дело дошло до того, что один близнец оказался старше другого на два года. Впрочем, в футболе можно простить все, кроме поражения. После Кубка-94 разъяренные фанаты дотла сожгли дом камерунского голкипера Джозефа Белла, а колумбиец Андрес Эскобар подписал себе смертный приговор, забив гол в собственные ворота.
У толпы от любви до ненависти один шаг: играя за Неаполь, Марадона был Santa Maradonna, на улицах продавали его портреты, где заморское божество в шортах изображалось с нимбом Девы Марии или облачённым в мантию покровителя города святого Януария. Ведь аргентинец помог чёрному югу унизить поражением белый север, всегда презиравший неотесанных южан. В продаже появились гробы для клубов северной Италии и флакончики со слезами Берлускони. Дети и собаки носили парики «под Марадону». Но когда Диего обьявил, что хочет уйти из Napoli, в его окна полетели утыканные булавками восковые куклы.
***
В некоторых странах прямоугольный створ ворот называется arco, «арка», а их защитник arquero, потому что английские студенты приспосабливали для этой цели старинные арки во дворах колледжей.
Акробатический трюк «удар через себя» называют bicycle, но впервые его выполнил чилийский футболист, поэтому кое-где этот фокус с мячом называется chilena.
***
В некоторых странах прямоугольный створ ворот называется arco, «арка», а их защитник arquero, потому что английские студенты приспосабливали для этой цели старинные арки во дворах колледжей.
Акробатический трюк «удар через себя» называют bicycle, но впервые его выполнил чилийский футболист, поэтому кое-где этот фокус с мячом называется chilena.
Как называются женщины. Феминитивы: история, устройство, конкуренция. Ирина Фуфаева. 2020
Финалист премии «Просветитель-2020» в номинации «Гуманитарные науки».
Никак не могу выбросить из головы выражение «членки монашеского ордена», попавшееся на глаза прошлой осенью в путеводителе по Чехии. До сих пор в мозгу не приживается.
***
Авторки, блогерки, лекторки, кураторки фактически являются инославянизмами – полонизмами, болгаризмами и т. п. Для носителей языка ощущать дискомфорт при встрече с такими единицами нормально, поскольку модель словообразования нехарактерна для русского языка. Но дело не только в положении ударного слога. Любая вариативность в языке вызывает вопрос: что скрепа, а что порча?
Надо ли вообще маркировать пол и гендер в профессиональной сфере? Как решать вопросы согласования («Молодая пешеход добежал до переход»)? Повышают ли феминитивы видимость вклада женщин? Почему унизительное и одновременно специфически женское зачастую противопоставляется престижному общечеловеческому? Может, феминитивы – архаика, и в конце концов они вымрут? Или феминитивы – исконная скрепа русского языка? Все сложно, зыбко и отягощено множеством экстралингвистических факторов.
***
Слово машинистка появилось во второй половине XIX века, чтобы назвать новое явление – женщин, зарабатывающих на жизнь шитьем на швейной машинке.
Слово машинист гораздо старше. Немецкое Maschinist было заимствовано в Петровскую эпоху как синоним заимствованного же механик. Позднее так обозначали театрального служащего, управляющего механизмом перемещения декораций, и только потом того, кто управляет паровой машиной — паровозом.
Слово техник (от лат. technicus), попавшее к нам через посредство польского языка, в пушкинскую эпоху употреблялось иначе и могло относиться даже к знатоку литературы: «…в сатирическом роде, называемом техниками комедиею нравов» (1830). А вот техничка, то есть уборщица, – сокращение советской эпохи, от словосочетания «технический персонал». А уборщицей в конце XVIII века называли «славную в Париже девицу Бертень» (а также одевальщицей и продавицей модных товаров для кокет, амурщиц и вертопрашек).
В XVIII веке философка — не женщина-философ, а характеристика умной женщины; демократка — родовитая, но небогатая дворянка. А пионеркой Авдотья Панаева называет театралку, начавшую занимать место в партере, а не в ложе, как повелевал женщинам неписаный закон. Пишущих женщин 200 лет назад называли не писательницами, а сочинительницами. Авторша относится к ещё пушкинской эпохе, а поэтка появилась раньше поэтессы — в 1842 году.
***
Примечательно, что рейтинг ООН, составленный на основе индекса гендерного равенства, возглавляет Словения, а замыкает арабоязычный Йемен. По иронии судьбы как словенский, так и арабский языки представляют собой феминитивное царство.
P.S. Так что же всё-таки делать с «членками»? Предлагается использовать готовые феминитивы от синонимов: участница, сотрудница, активистка. Монашеского ордена?! Опять не то...
Финалист премии «Просветитель-2020» в номинации «Гуманитарные науки».
Никак не могу выбросить из головы выражение «членки монашеского ордена», попавшееся на глаза прошлой осенью в путеводителе по Чехии. До сих пор в мозгу не приживается.
***
Авторки, блогерки, лекторки, кураторки фактически являются инославянизмами – полонизмами, болгаризмами и т. п. Для носителей языка ощущать дискомфорт при встрече с такими единицами нормально, поскольку модель словообразования нехарактерна для русского языка. Но дело не только в положении ударного слога. Любая вариативность в языке вызывает вопрос: что скрепа, а что порча?
Надо ли вообще маркировать пол и гендер в профессиональной сфере? Как решать вопросы согласования («Молодая пешеход добежал до переход»)? Повышают ли феминитивы видимость вклада женщин? Почему унизительное и одновременно специфически женское зачастую противопоставляется престижному общечеловеческому? Может, феминитивы – архаика, и в конце концов они вымрут? Или феминитивы – исконная скрепа русского языка? Все сложно, зыбко и отягощено множеством экстралингвистических факторов.
***
Слово машинистка появилось во второй половине XIX века, чтобы назвать новое явление – женщин, зарабатывающих на жизнь шитьем на швейной машинке.
Слово машинист гораздо старше. Немецкое Maschinist было заимствовано в Петровскую эпоху как синоним заимствованного же механик. Позднее так обозначали театрального служащего, управляющего механизмом перемещения декораций, и только потом того, кто управляет паровой машиной — паровозом.
Слово техник (от лат. technicus), попавшее к нам через посредство польского языка, в пушкинскую эпоху употреблялось иначе и могло относиться даже к знатоку литературы: «…в сатирическом роде, называемом техниками комедиею нравов» (1830). А вот техничка, то есть уборщица, – сокращение советской эпохи, от словосочетания «технический персонал». А уборщицей в конце XVIII века называли «славную в Париже девицу Бертень» (а также одевальщицей и продавицей модных товаров для кокет, амурщиц и вертопрашек).
В XVIII веке философка — не женщина-философ, а характеристика умной женщины; демократка — родовитая, но небогатая дворянка. А пионеркой Авдотья Панаева называет театралку, начавшую занимать место в партере, а не в ложе, как повелевал женщинам неписаный закон. Пишущих женщин 200 лет назад называли не писательницами, а сочинительницами. Авторша относится к ещё пушкинской эпохе, а поэтка появилась раньше поэтессы — в 1842 году.
***
Примечательно, что рейтинг ООН, составленный на основе индекса гендерного равенства, возглавляет Словения, а замыкает арабоязычный Йемен. По иронии судьбы как словенский, так и арабский языки представляют собой феминитивное царство.
P.S. Так что же всё-таки делать с «членками»? Предлагается использовать готовые феминитивы от синонимов: участница, сотрудница, активистка. Монашеского ордена?! Опять не то...
Что читать? Эксперты по данному вопросу числом огромны, страшно компетентны и готовы отстаивать свои убеждения методом уничтожения несогласных.
Итак, однозначно (не) читать:
◊ классику (проверено временем vs старьё, покрытое пылью);
◊ современную литературу (только так можно идти в ногу vs пусть сперва отлежится и войдёт в общий фонд);
◊ фикшн (венец творения vs незачем тратить время на пустые выдумки);
◊ нонфикшн (путь к познанию мира vs опиум для ботанов);
◊ женских авторов (ударим по мужскому шовинизму vs что эти куры вообще могут написать?!);
◊ фантастику, детективы, YA (true релакс vs низкий жанр);
◊ сложные книги (рвотное для мозга нормального человека vs только такое чтение формирует настоящих интеллектуалов);
◊ биографии (дочитаю и стану вторым Гейтсом vs где вы видели второго Гейтса?!);
◊ ...
Дальше идут нюансы:
◊ перечитывать ли книги (обязательно / ни в коем случае / только Набокова);
◊ бумага или электронные книги (традиция и тактильные ощущения vs прогресс и компактность) etc.
Но мы-то с вами знаем, что книги сами нас выбирают.
Итак, однозначно (не) читать:
◊ классику (проверено временем vs старьё, покрытое пылью);
◊ современную литературу (только так можно идти в ногу vs пусть сперва отлежится и войдёт в общий фонд);
◊ фикшн (венец творения vs незачем тратить время на пустые выдумки);
◊ нонфикшн (путь к познанию мира vs опиум для ботанов);
◊ женских авторов (ударим по мужскому шовинизму vs что эти куры вообще могут написать?!);
◊ фантастику, детективы, YA (true релакс vs низкий жанр);
◊ сложные книги (рвотное для мозга нормального человека vs только такое чтение формирует настоящих интеллектуалов);
◊ биографии (дочитаю и стану вторым Гейтсом vs где вы видели второго Гейтса?!);
◊ ...
Дальше идут нюансы:
◊ перечитывать ли книги (обязательно / ни в коем случае / только Набокова);
◊ бумага или электронные книги (традиция и тактильные ощущения vs прогресс и компактность) etc.
Но мы-то с вами знаем, что книги сами нас выбирают.
История чтения. Альберто Мангуэль. 1996, пер.2020, лонглист номинации «Иностранная литература»
«Как хорошо уметь читать!» — вы ознакомились с кратким содержанием книги. Впрочем, она не только об этом, но и о тех, кто книги пишет, публикует, коллекционирует, переводит, ворует, цензурирует, запрещает и сжигает. Сам Альберто Мангуэль учился грамоте по лозунгам типа «Мальвинские острова принадлежат Аргентине», в юности читал вслух ослепшему Борхесу и является одним из тех библиопоклонников, которые выбирают книгу по обложке и ни на что не променяют свою башню из слоновой кости.
***
Древние жители Месопотамии считали птиц священными животными, поскольку их следы на мокром песке напоминали клинопись, и воображали, что смогли бы понять мысли богов, если бы научились читать эти знаки.
Афиняне воздвигли памятник некому Филлатию, который изобрел клей для соединения свитков пергамента или листов папируса.
В X веке Великий визирь Персии Абдул Кассем Исмаил, будучи не в силах расстаться со своим собранием из 117 000 томов на время путешествия, распорядился нагрузить книги на караван верблюдов, обученных следовать в алфавитном порядке.
Уильям Тиндейл, ученый и издатель, которого Генрих VIII осудил как еретика, в 1536 году был повешен, а затем сожжен у столба за перевод Библии с греческого и иврита. Он ввел в английский язык такие слова, как Passover (пасхальная жертва), peacemaker, long-suffering и beautiful. В 1535 году ученый из Кембриджа и монах-августинец Майлс Ковердейл завершил работу Тиндейла, издав первую полную Библию на английском, которую иногда называют «Библия патоки» поскольку строка из Иеремии (8: 22) была переведена как «Разве нет патоки в Галааде?» вместо «бальзама», или «Библией жуков» поскольку в пятом стихе Псалма 91 появилась фраза «Не убоишься ты жуков в ночи», вместо «Не убоишься ужасов в ночи».
В 1660 году Карл II, которого подданные называли «Веселым монархом» за любовь к развлечениям и отвращение к делам, издал указ о том, что Совет по заморским колониям обязан наставлять студентов, слуг и рабов в христианских заповедях. Но британские рабовладельцы понимали, что, если рабы научатся читать Библию, они с тем же успехом могут прочесть воззвания аболиционистов и что даже в Писании есть строки, говорящие о восстании и свободе. Столетие спустя в Южной Каролине был принят закон, строго запрещающий всем черным, все равно, рабам или свободным, учиться читать. По всему Югу обычным делом было повесить раба, который учил читать своих товарищей. Этот закон был отменён только в середине XIX века.
В 1872 году Энтони Комсток — потомок тех колонистов, которые когда-то возражали против образовательных проектов своего монарха, пришел к выводу, что было бы гораздо лучше, если бы чтение вообще не изобрели («Наш праотец Адам в раю не читал», — заявил он однажды), но раз уж это произошло, его следует регламентировать. Он основал в Нью-Йорке Общество искоренения порока, первую цензорскую организацию в США.
***
«Чтение — удел господ!» - заметил Чосер. «Человек читает, чтобы задавать вопросы», — сказал другу Кафка. На демонстрации, организованной правительством Перона в 1950 году против инакомыслящих интеллектуалов, скандировали: «Да — ботинкам, нет — книжкам!» Абсолютная власть требует, чтобы вся доступная литература была официально одобренной; вместо целых библиотек мнений достаточно слова правителя (и немного манной кашки, чтобы спокойно воспринимать свою деградацию). Вольтер писал в сатирическом памфлете под названием «Относительно ужасной опасности чтения», что «столь легкий способ передавать свои мысли, очевидно, имеет целью рассеять невежество, кое составляет охрану и спасение всякого благоустроенного государства».
«Как хорошо уметь читать!» — вы ознакомились с кратким содержанием книги. Впрочем, она не только об этом, но и о тех, кто книги пишет, публикует, коллекционирует, переводит, ворует, цензурирует, запрещает и сжигает. Сам Альберто Мангуэль учился грамоте по лозунгам типа «Мальвинские острова принадлежат Аргентине», в юности читал вслух ослепшему Борхесу и является одним из тех библиопоклонников, которые выбирают книгу по обложке и ни на что не променяют свою башню из слоновой кости.
***
Древние жители Месопотамии считали птиц священными животными, поскольку их следы на мокром песке напоминали клинопись, и воображали, что смогли бы понять мысли богов, если бы научились читать эти знаки.
Афиняне воздвигли памятник некому Филлатию, который изобрел клей для соединения свитков пергамента или листов папируса.
В X веке Великий визирь Персии Абдул Кассем Исмаил, будучи не в силах расстаться со своим собранием из 117 000 томов на время путешествия, распорядился нагрузить книги на караван верблюдов, обученных следовать в алфавитном порядке.
Уильям Тиндейл, ученый и издатель, которого Генрих VIII осудил как еретика, в 1536 году был повешен, а затем сожжен у столба за перевод Библии с греческого и иврита. Он ввел в английский язык такие слова, как Passover (пасхальная жертва), peacemaker, long-suffering и beautiful. В 1535 году ученый из Кембриджа и монах-августинец Майлс Ковердейл завершил работу Тиндейла, издав первую полную Библию на английском, которую иногда называют «Библия патоки» поскольку строка из Иеремии (8: 22) была переведена как «Разве нет патоки в Галааде?» вместо «бальзама», или «Библией жуков» поскольку в пятом стихе Псалма 91 появилась фраза «Не убоишься ты жуков в ночи», вместо «Не убоишься ужасов в ночи».
В 1660 году Карл II, которого подданные называли «Веселым монархом» за любовь к развлечениям и отвращение к делам, издал указ о том, что Совет по заморским колониям обязан наставлять студентов, слуг и рабов в христианских заповедях. Но британские рабовладельцы понимали, что, если рабы научатся читать Библию, они с тем же успехом могут прочесть воззвания аболиционистов и что даже в Писании есть строки, говорящие о восстании и свободе. Столетие спустя в Южной Каролине был принят закон, строго запрещающий всем черным, все равно, рабам или свободным, учиться читать. По всему Югу обычным делом было повесить раба, который учил читать своих товарищей. Этот закон был отменён только в середине XIX века.
В 1872 году Энтони Комсток — потомок тех колонистов, которые когда-то возражали против образовательных проектов своего монарха, пришел к выводу, что было бы гораздо лучше, если бы чтение вообще не изобрели («Наш праотец Адам в раю не читал», — заявил он однажды), но раз уж это произошло, его следует регламентировать. Он основал в Нью-Йорке Общество искоренения порока, первую цензорскую организацию в США.
***
«Чтение — удел господ!» - заметил Чосер. «Человек читает, чтобы задавать вопросы», — сказал другу Кафка. На демонстрации, организованной правительством Перона в 1950 году против инакомыслящих интеллектуалов, скандировали: «Да — ботинкам, нет — книжкам!» Абсолютная власть требует, чтобы вся доступная литература была официально одобренной; вместо целых библиотек мнений достаточно слова правителя (и немного манной кашки, чтобы спокойно воспринимать свою деградацию). Вольтер писал в сатирическом памфлете под названием «Относительно ужасной опасности чтения», что «столь легкий способ передавать свои мысли, очевидно, имеет целью рассеять невежество, кое составляет охрану и спасение всякого благоустроенного государства».
Make Russia Great Again. Christopher Buckley. 2020
Джон Рескин делит все книги на две группы — «для данной минуты и для всех веков», подчёркивая, что в обеих категориях есть как хорошие, так и дурные. Политический роман Бакли не войдёт в золотой фонд литературы — его надо читать сейчас, периодически погугливая. Повествование ведётся от лица не очень добровольного рекрута команды Дональда Трампа, по манерам напоминающего неподражаемого Дживса. Итак, политическая арена и половецкие пляски двух диктаторов, для которых несменяемость власти — самоцель, оправдывающая средства. В США полным ходом идёт предвыборная кампания, а в России выборы неожиданно для всех выигрывает коммунист Anatoli Zitkin (Around the globe could be heard a collective “What? That can’t be right.“). Виновата логическая погрешность американских алгоритмов, созданных секретными службами для контроля за исходом выборов. Перед пацанами неудобно получилось, смущается Трамп и включает режим ‘make Putin happy again.’
There were, of course, alternative explanations for Anatoli’s stunning repeat victory. It was—theoretically—possible that a majority of Russians had decided that two decades of Putin rule were enough; or that Anatoli’s pledge to “hang the oligarchs by their Hermès neckties” appealed to Russians who couldn’t even afford ties made in Bulgaria; that Russia’s youth found Anatoli’s podium-pounding, arms-akimbo, grumpy-old-uncle shtick more authentically Russian than Putin’s cool, Cheshire cat affect. It was possible, too, as Patriarch Kirill was saying on Russian TV, that Zitkin’s victory was the work of Satan, who was furious about the wonderful things “dear Vladimir Vladimirovich” was doing for the Orthodox Church.
Прожекты генерируются в мозгу мистера Трампа так быстро, что он не успевает их фильтровать (He attributed this to his “lightning-fast brain,” not to attention deficit disorder). Один из самых сладких — построить в Москве отель Trump Tower Kremlin, чтобы мавзолей с выпотрошенным тельцем ретровождя украсил лобби. Помимо броманса на высшем уровне, мысли о новом очаге гостеприимства помогают закрывать глаза на рутинные убийства журналистов и диссидентов или бурно имитировать военную помощь Украине (But won’t the Ukies complain? — Fuck ’em. We’ll tell them, ‘I guess you people aren’t sophisticated enough to handle this kind of hardware [antitank missiles]. It is very technical. Maybe you should stick to pitchforks and clubs.’)
Друг моего друга — мой друг: не комильфо, если молибденовый русский олигарх, любезно согласившийся «позаботиться» о строптивой Мисс Украине (difficult people, these Ukrainians), будет проводить отпуск в странах, где его ещё готовы принять, т.е. в Северной Корее. Особенно если у того есть видеозапись, где Президент США в акробатических позах активно «взаимодействует» с участницами конкурса Мисс Мира. И если на пути к счастью стоит дряхлая конституция — fuck the Constitution! (Putin or Attajurk wouldn’t put up with this shit for one minute.)
А в это время где-то в России Mr Putin вынашивает идею по экономии бюджета на отмене устаревших по сути выборов. Его задумку горячо поддерживает партия Putin Forever (ещё недавно United Russia). Ох, нелегкая это работа держать страну в узде методами, унаследованными от крестных отцов мафии. Русские в целом народ недоверчивый, но бывшие офицеры КГБ — профессиональные параноики. Славно, что на подхвате всегда есть друзья юности, которых исключительное деловое чутьё из простых автомехаников превратило в акционеров крупнейших предприятий, чьими талантами интересуются Гарвардская школа бизнеса и Интерпол. Приятно иметь дело с людьми, готовыми ради детской дружбы подсыпать политическим противникам слабительное в водку перед публичным выступлением или точечно применить Novichok. Но если что-то пойдёт не так, долой сантименты — отдан приказ парочке субмарин класса «Акула», и мегаяхта незадачливого олигарха исчезнет с радаров. DASVIDANYA!!! (desperate times call for desperate measures.)
Немного запутано? А когда в политике было иначе? ... it’s a strange world.
Джон Рескин делит все книги на две группы — «для данной минуты и для всех веков», подчёркивая, что в обеих категориях есть как хорошие, так и дурные. Политический роман Бакли не войдёт в золотой фонд литературы — его надо читать сейчас, периодически погугливая. Повествование ведётся от лица не очень добровольного рекрута команды Дональда Трампа, по манерам напоминающего неподражаемого Дживса. Итак, политическая арена и половецкие пляски двух диктаторов, для которых несменяемость власти — самоцель, оправдывающая средства. В США полным ходом идёт предвыборная кампания, а в России выборы неожиданно для всех выигрывает коммунист Anatoli Zitkin (Around the globe could be heard a collective “What? That can’t be right.“). Виновата логическая погрешность американских алгоритмов, созданных секретными службами для контроля за исходом выборов. Перед пацанами неудобно получилось, смущается Трамп и включает режим ‘make Putin happy again.’
There were, of course, alternative explanations for Anatoli’s stunning repeat victory. It was—theoretically—possible that a majority of Russians had decided that two decades of Putin rule were enough; or that Anatoli’s pledge to “hang the oligarchs by their Hermès neckties” appealed to Russians who couldn’t even afford ties made in Bulgaria; that Russia’s youth found Anatoli’s podium-pounding, arms-akimbo, grumpy-old-uncle shtick more authentically Russian than Putin’s cool, Cheshire cat affect. It was possible, too, as Patriarch Kirill was saying on Russian TV, that Zitkin’s victory was the work of Satan, who was furious about the wonderful things “dear Vladimir Vladimirovich” was doing for the Orthodox Church.
Прожекты генерируются в мозгу мистера Трампа так быстро, что он не успевает их фильтровать (He attributed this to his “lightning-fast brain,” not to attention deficit disorder). Один из самых сладких — построить в Москве отель Trump Tower Kremlin, чтобы мавзолей с выпотрошенным тельцем ретровождя украсил лобби. Помимо броманса на высшем уровне, мысли о новом очаге гостеприимства помогают закрывать глаза на рутинные убийства журналистов и диссидентов или бурно имитировать военную помощь Украине (But won’t the Ukies complain? — Fuck ’em. We’ll tell them, ‘I guess you people aren’t sophisticated enough to handle this kind of hardware [antitank missiles]. It is very technical. Maybe you should stick to pitchforks and clubs.’)
Друг моего друга — мой друг: не комильфо, если молибденовый русский олигарх, любезно согласившийся «позаботиться» о строптивой Мисс Украине (difficult people, these Ukrainians), будет проводить отпуск в странах, где его ещё готовы принять, т.е. в Северной Корее. Особенно если у того есть видеозапись, где Президент США в акробатических позах активно «взаимодействует» с участницами конкурса Мисс Мира. И если на пути к счастью стоит дряхлая конституция — fuck the Constitution! (Putin or Attajurk wouldn’t put up with this shit for one minute.)
А в это время где-то в России Mr Putin вынашивает идею по экономии бюджета на отмене устаревших по сути выборов. Его задумку горячо поддерживает партия Putin Forever (ещё недавно United Russia). Ох, нелегкая это работа держать страну в узде методами, унаследованными от крестных отцов мафии. Русские в целом народ недоверчивый, но бывшие офицеры КГБ — профессиональные параноики. Славно, что на подхвате всегда есть друзья юности, которых исключительное деловое чутьё из простых автомехаников превратило в акционеров крупнейших предприятий, чьими талантами интересуются Гарвардская школа бизнеса и Интерпол. Приятно иметь дело с людьми, готовыми ради детской дружбы подсыпать политическим противникам слабительное в водку перед публичным выступлением или точечно применить Novichok. Но если что-то пойдёт не так, долой сантименты — отдан приказ парочке субмарин класса «Акула», и мегаяхта незадачливого олигарха исчезнет с радаров. DASVIDANYA!!! (desperate times call for desperate measures.)
Немного запутано? А когда в политике было иначе? ... it’s a strange world.