Конторское здание АМО (в будущем ЗиС/ЗиЛ) - дебют Мельникова в архитектуре, ещё не индивидуальный проект, а реализация эскиза архитектора Кузнецова, в котором юный зодчий реализует фасады. Есть сообщения о том, что это его преддипломный проект.
АМО - крупнейшее прожект Рябушинских, единственный законченный до Революции автомобильный завод, успевший даже выпустит порядка 1000 грузовиков до своей национализации.
АМО - крупнейшее прожект Рябушинских, единственный законченный до Революции автомобильный завод, успевший даже выпустит порядка 1000 грузовиков до своей национализации.
👍6❤2🔥2
К вопросу о названии канала. Пятый корпус ЛЭТИ - одно из самых ярких зданий ленинградского послевоенного модернизма, сложная история плотной работы с фактурой кирпича, формой и инженерными ходами, которые сами архитекторы рассматривали в плотной взаимосвязи с эстетическими задачами института. Архитектор Матусевич впоследствии писал об этой работе: "Инженерная инфраструктура превратилась в скульптуру. И ее размеры часто диктовали функциональные параметры вентиляционных каналов. Таким образом, форма приобретала такую же значимость, как и функция". Его соавтор по этому проекту архитектор Левиаш придумал название стиля, в котором здание выполнено, максимально ёмкое: "Неортодоксальный эмоциональный функционализм".
👍8❤5🔥2
Одна из моих самых любимых историй в долгой хронологии модернизма - рецепция нового языка в Японии.
Традиционная восточная архитектура во многом сходна по основным принципам - это и свободная планировка внутри традиции деревянного зодчества и вынос части объема на подобие консоли, подъем здания на опоры вместо глухого фундамента и так далее. Райт часть этих ходов в рамках строительства отеля в Токио подглядел и дальше уже сложно отследить хвосты.
Но интересно другое. В рамках модернизации Мейдзи японское правительство приветствовало отправку молодых и талантливых по лучшим европейским школам, несколько студентов поехали в Баухаус, но самые-самые значимые для будущей японской послевоенной архитектуры оказались в бюро у Ле Корбюзье. Их имена - Кунио Маэкава и Дзюндзо Сакакура. Сегодня я хотел бы подробней остановиться на втором.
Традиционная восточная архитектура во многом сходна по основным принципам - это и свободная планировка внутри традиции деревянного зодчества и вынос части объема на подобие консоли, подъем здания на опоры вместо глухого фундамента и так далее. Райт часть этих ходов в рамках строительства отеля в Токио подглядел и дальше уже сложно отследить хвосты.
Но интересно другое. В рамках модернизации Мейдзи японское правительство приветствовало отправку молодых и талантливых по лучшим европейским школам, несколько студентов поехали в Баухаус, но самые-самые значимые для будущей японской послевоенной архитектуры оказались в бюро у Ле Корбюзье. Их имена - Кунио Маэкава и Дзюндзо Сакакура. Сегодня я хотел бы подробней остановиться на втором.
👍6⚡1
В приложенных фотографиях довольно поздняя постройка, дом для господина К в Осаке, 1963 год. Сакакура стажировался у Корбю довольно успешно - из архивных документов видно, что в начале тридцатых он вёл свои проекты внутри бюро, отвечал за ряд операционных вопросов и вообще был на хорошем счету.
Погорел (и преуспел!) на желании создать новую национальную архитектуру, что обеспечило ему значительную славу в моменте и сегодняшнюю относительную безвестность. Об этом в следующем посте.
Погорел (и преуспел!) на желании создать новую национальную архитектуру, что обеспечило ему значительную славу в моменте и сегодняшнюю относительную безвестность. Об этом в следующем посте.
❤7👍1
Пока, для затравки, дом Fujiyama Aiichirō 1957 года в Минато, Токио. Обратите внимание на вынос на консоль части дома и нарочито "естественный" камень под домом, а также площадь на обратной стороне дома. Это к тому, что Аалто с его "обращенной к природе" архитектурой внутри модернизма не один такой.
❤8👍3
Пока пишется пост про японский павильон Всемирной выставки в Париже , покажу одно из моих любимых зданий у Сакакуры - БЕЗ ФАСАДА. В целом главная тема японской архитектуры - это незаметность/прозрачность, что у мастеров вроде Араты Исодзаки дорастает до антиархитектуры, но на то последний и главный историк во всей плеяде талантливых зодчих страны Аматэрасу.
Дом без фасада, он же дом H построен в 1962 году как апофеоз идеи приватности - предельно чистый в плане, открытый небу и солнечному свету, такой эксперимент свободы мысли, но комфортный в рамках японского представления о жилом пространстве.
Дом без фасада, он же дом H построен в 1962 году как апофеоз идеи приватности - предельно чистый в плане, открытый небу и солнечному свету, такой эксперимент свободы мысли, но комфортный в рамках японского представления о жилом пространстве.
❤7
Известность Сакакуре принёс павильон на Всемирной выставке в Париже 1937 года, той самой, где "Рабочий и Колхозница" Мухиной-Иофана были противопоставлены хищному орлу Шпеера и взирали с вызовом друг на друга. История увода, по другому и не сказать, этого заказа амбициозными японскими архитекторами друг у друга примечательна.
Первоначально дизайном павильона должен был заниматься другой ученик Ле Корбюзье, Кунио Маэкава (между прочим, учитель Кензо Танге), но его проект был отклонен как слишком правительственной комиссией «модернистский» (Арата Исодзаки как главный историк японской архитектуры в целом отмечает, что, «из-за своих связей с интернационализмом, модернистская архитектура притеснялась и преследовалась в Японии 30-х годов»).
Восточная империя к тому времени уже втянута в войну в Манчжурии и это сказывается на росте националистических настроений, к тому моменту и так уже сильных. Поэтому неудивительно, что вместо проекта Маэкавы был выбран выполненный в традиционном стиле проект Маеды Кендзиро.
Первоначально дизайном павильона должен был заниматься другой ученик Ле Корбюзье, Кунио Маэкава (между прочим, учитель Кензо Танге), но его проект был отклонен как слишком правительственной комиссией «модернистский» (Арата Исодзаки как главный историк японской архитектуры в целом отмечает, что, «из-за своих связей с интернационализмом, модернистская архитектура притеснялась и преследовалась в Японии 30-х годов»).
Восточная империя к тому времени уже втянута в войну в Манчжурии и это сказывается на росте националистических настроений, к тому моменту и так уже сильных. Поэтому неудивительно, что вместо проекта Маэкавы был выбран выполненный в традиционном стиле проект Маеды Кендзиро.
👏3