Фирменный фокус Уилсона в том, чтобы отвязать знаки от привычных смыслов и подвесить в стерильной пустоте, поместить на голой сцене как аппликацию — этим обеспечивается странность, сюрреальность и абстрактность его постановок: вот, скажем, Пушкин на супрематическом дубе – сам себе и кот (ученый), и русалка (на ветвях сидит). В отношения в постановках Уилсона вступают не персонажи, а свет, звук и ритм. Актеры превращены в марионеток с набеленными лицами, строгой партитурой движений и аффектированной мимикой, которая может быть совершенно оторвана от сути произносимых слов. Акценты ставятся резкой переменой света — заливкой фона красным, превращением сценической картинки в контрастную черно-белую и т. д. Как будто перед нами вживую работают инструменты программы Photoshop.

Олег Зинцов
The Blueprint