Приказано забыть. Как вторжение банд из Ингушетии в Осетию постепенно превращается в обезличенный «конфликт»

Текст, написанный в 2020 году, но особенно актуальный сегодня.

К сожалению, политическим балом нынче правит стыдливый политес, и отцы осетинской нации, в отличие от своих коллег из Магаса, неуклюже скрывают свое отношение к войне 1992 года, камуфлируя его в лексические одеяния сколь бесформенные, столь и бессмысленные.

Репортажи государственных СМИ об очередной годовщине вторжения ингушских бандформирований на территорию Северной Осетии изобилует чудесными эвфемизмами (в скобках – мои комментарии):

«Трагические события осени 1992 года» (Что именно произошло? Какая трагедия?)

«Вооруженное столкновение в Пригородном районе Республики Северная Осетия-Алания» (Да вы что, издеваетесь? Столкновение кого с кем? И только в Пригородном, да? А во Владикавказе?)

«Конфликт сопровождался многочисленными жертвами среди мирных жителей, по сей день сотни осетин, жителей Пригородного района, считаются пропавшими без вести» (В конце концов, что за конфликт? Кто убивал и похищал осетин? Другие осетины или, может, марсиане? Что, черт вас побери, происходило в республике осенью 1992 года?)

А в это самое время в Ингушетии в самых обычных общеобразовательных школах детям на «Уроке Памяти» рассказывают:

«Руководство Северной Осетии с помощью российских войск, спланировало и осуществило геноцид и этническую чистку 70-тысячного населения ингушской национальности Пригородного района и Владикавказа. Массовый террор, учиненный российскими и осетинскими вооруженными формированиями над ингушским населением г.Владикавказ и Пригородного района, не имеет прецедента в мировой практике».

Не только рядовой житель России не в состоянии в двух словах описать суть войны 92-го. Растет новое поколение осетинских детей, которое уже имеет такое же смутное представление о вторжении головорезов из Ингушетии в Осетию, как многие в республике о противостоянии народа и армии в 1981.

"Мы всегда проигрываем информационную войну" - часто сетуют наши соотечественники. Конечно, проигрываем, если осетинские информационные ресурсы стыдливо штампуют иезуитские формулировки, опасаясь, что могут обидеть ненароком соседских притязателей на Пригородный район или, не приведи господь, разозлить больших начальников в федеральном центре.

Где теперь осетинские государственные мужи, никогда не боявшиеся говорить правду о вторжении? Например, первый президент Ахсарбек Галазов или министр внутренних дел Георгий Кантемиров.

Глядя на тех, кто пришел им на смену, сложно поверить, что осетинские депутаты в ноябре 1992 года на 18 сессии Верховного Совета СОАССР дали официальную и совершенно бескомпромиссную оценку кровавым событиям:

«Заранее подготовленная, тщательно спланированная, технически оснащенная, поддержанная большей частью ингушского населения Северной Осетии вероломная агрессия бандитских формирований ингушей против суверенной Северо‑Осетинской ССР».

За нейтральными, малодушными и даже предательскими по отношению к памяти формулировками мы и не заметим, как поверим в то, что и не хозяева мы вовсе на своей собственной земле. И это будет игра уже не в миротворцев, а в идиотов, как минимум.

http://telegra.ph/Prikazano-zabyt-Kak-vtorzhenie-band-iz-Ingushetii-v-Osetiyu-postepenno-prevrashchaetsya-v-obezlichennyj-konflikt-10-31?r=40893285

Семь лет назад полицаи из Иристонского ОВД Владикавказа прямо у себя в околотке запытали до смерти жителя Северной Осетии Владимира Цкаева.

Шесть лет его вдова Земфира и все мы бились за то, чтобы восторжествовало правосудие. Восторжествовало хоть как, вопреки усилиям полицейских, следователей и суда.

Сегодня, семь лет спустя, просто вспоминаем Владимира — мужа и отца, который, я хочу верить, видит сейчас, какими прекрасными растут его дети и как отдала себя всю борьбе за правду каноническая осетинская женщина Зифа.

Николай Жуков, журналист издания «Такие дела», написал один из главных текстов о «деле Цкаева» осенью прошлого года.

Обязательно прочитайте этот очень важный материал.

#нампишут

@Rooslan Totrov поделился с нами историей своего деда Хадзыбатыра Эльмурзаевича Тотрова.

Хадзыбатыр Эльмурзаевич Тотров был осетинским просветителем, литературным редактором, писателем. Тотров известен изданием сокровищницы мировой литературы на осетинском языке. Кроме того, он был заместителем главного редактора основной осетинской газеты "Социалистическая Осетия" и положил начало существованию изданий для детей, будучи редактором такого журнала. Однако просветительская деятельность оборвалась с наступлением "Большого террора".

"В 1937 году вместе с более чем дюжиной таких же выдающихся представителей осетинской интеллигенции дед был арестован и приговорен к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение очень быстро, в течение нескольких месяцев Хадзыбатыр Эльмурзаевич Тотров был расстрелян красными террористами", - рассказывает Руслан Тотров.

Не забывайте делиться историями репрессированных родственников, присылая информацию через чат-бот. Давайте вместе вспомним о них.

Земфира Цкаева и её дети имеют безоговорочное право требовать у государства любую, абсолютно любую компенсацию за то, что Система и её верные псы сделали с Владимиром Цкаевым.

При этом я опасаюсь, что иск может спровоцировать волну нападок на Зифу и детей.

Армия информационных ботов, сочувствующих министерству внутренних дел, начнет делать то, что уже неоднократно проворачивала все эти годы: в различных социальных сетях атаковать Цкаевых, выставляя их замечательную семью рвачами и хапугами, желающими нажиться на смерти мужа и отца.

Давайте не забывать ещё и то, что убийство Владимира, конечно, нанесло сильнейший удар по МВД как институции.

Пытки в околотке — это не что-то сверхъестественное для Северной Осетии, как и, в принципе, для любого российского региона. История страшна не только тем, что произошло, а и обыденностью того, как это случилось, и своей, с позволения, «конвейерностью».

Когда я свои материалы по этому делу записывал и общался с бывшими силовиками, рефреном звучала фраза, что по большому счету убийцы Цкаева ничего из ряда вон выходящего для полицейских практик современной России не делали.

Другое дело, что огромная медийность трагедии какое-то количество садистов в погонах, возможно, отвадила от того, чтобы в лобовую пытать людей. Или мне просто хочется в это верить?

https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/382695/

Вместе с @rajdian прокомментировали «Эху Кавказа»* тектонические изменения в информационном поле Северной Осетии.

Для меня, да и для всех, кто в теме, было совершенно очевидно, что власти включат печатный станок, тиражирующий административные, ну а потом, как мы все понимаем, и уголовные дела.

Теперь возник уже третий протокол о так называемой дискредитации использования российской армии. Я категорически отрицаю любые обвинения по этому поводу в свой адрес — абсолютно нелигитимные нападки.

Обвиняя меня и других журналистов, которые смеют иметь альтернативную точку зрения на трагедию в Украине, эти государственные господа обвиняют здравый смысл в его присутствии. На сотрудников ЦПЭ я не злюсь и, тем более, не обижаюсь. Они, как люди подневольные, вынуждены это делать, мне их жаль.

По имеющейся информации, в моем случае речь идет, условно говоря, о государственном заказе, потому как в последнее время я довольно отчетливо критиковал попытки осетинских так называемых государственных деятелей высшей категории привязать нашу нацию к концепции русского мира. Есть сведения, что это небольшая месть за мои коммуникационные медиапотуги.

Как это изменило жизнь, планы? Смотрите, какая штука, я ведь уже более года назад уехал из России. Это был довольно прозорливый шаг, как я теперь понимаю, поскольку, останься я в России, уже томился бы в узилище. Никакой пользы это никому бы не принесло, поскольку журналист по определению должен находиться на свободе.

Поэтому жизнь моя вряд ли сильно изменится. Я не планирую ничего модифицировать в своей работе. Более того, не просто останусь в информационном поле Осетии, но усилю свое присутствие в нем.

Единственное, что меня тяготит в этой истории — мы ведь понимаем, что административные протоколы очень скоро сменятся уголовным делом, значит, в течение какого-то времени я не смогу вернуться в Осетию, поскольку там будет и федеральный розыск, и все остальные церемонии, положенные по статусу.

* по версии Роскомнадзора — СМИ-иноагент

http://telegra.ph/Kak-vojna-v-Ukraine-suzila-predely-dopustimogo-i-izmenila-status-kvo-v-Severnoj-Osetii-10-29

ПЛОЩАДЬ СВОБОДЫ. 1992: ПРИКАЗАНО ЗАБЫТЬ

Тридцать лет назад в этот день осетины окончательно вышвырнули из пределов республики ингушских интервентов.

Осенью 2020-го мы выпустили специальный выпуск «Площади Свободы», чтобы наглядно объяснить, почему вторжение банд из Ингушетии в Осетию в 1992 году силами властей превращается в обезличенный «конфликт».

Сейчас самое время пересмотреть это видео ещё раз.

Главное:

❗️Как и почему чиновники в Северной Осетии замалчивают детали войны 1992 года.

❗️Кто стоит за всеми страшными терактами на территории Осетии.

❗️Кто такие Мовсар Темирбиев и Зелимхан Батаев.

❗️Стыдливые эвфемизмы о вторжении банд из Ингушетии от осетинских СМИ.

❗️Что рассказывают о войне 1992 года школьникам в Ингушетии.

❗️Алихан Харсиев - один из главных идеологов ингушских претензий на Пригородный район Северной Осетии.

❗️Новая национальная идея для осетин.

https://youtu.be/jMGd7U2bJP8

Мало было бестолкового арта на месте гибели людей, поверх памятных табличек.

Мало было эксплуатации памяти Бодрова для пропагандонских целей.

Теперь, значит, у тоннеля в Кармадоне псевдопатриотические вакханальские акции будут проводиться. С подсветочкой.

Желаю организаторам приложиться головой к чему-нибудь твёрдому, чтобы шарики и подшипники встали на место. Хватит развлекаться и пиарить себя на кладбищах. Хватит использовать покойного Сергея для лозунгов войны. Вы понятия не имеете, что это был за человек и что он сказал бы, глядя на то, что происходит сегодня.

Но главное: ОСТАВЬТЕ, НАКОНЕЦ, В ПОКОЕ МЕСТО СКОРБИ ОСЕТИНСКОГО НАРОДА.

Тоннель в Кармадоне — МЕСТО СКОРБИ, а не туристическая точка и не площадка для вашей рекламы.

https://t.me/KremlinRussian/4848

Судебное заседание по моему делу (первому из трех о «дискредитации армии РФ за рубежом») перенесли на 16 ноября.

Рассмотрение второго дела начнётся 17 ноября. По третьему дата пока не определена, но за государственными многостаночниками ведь не заржавеет.

Свою официальную позицию мы с адвокатом выразим публично ближе к дате заседаний.

Из десяти убийц Владимира Цкаева действительно сидят только четверо.

Двух намедни освободили, а ещё четверо и вовсе избежали наказания.

Один из этого квартета, бывший полицейский Азамат Цугкиев, уже успел пополнить ряды осетинских американцев вместе со всей семьёй (см. фото).

Флорида, пивас, все как подобает. Правосудие в России дегенеративно до безобразия, в чем никто и не сомневался.

Клоуны обоссанные. У меня всё.

@batrazt, дополню твой пассаж.

В ситуации с Херсоном русские пропагандисты и так называемые «военкоры», среди которых, увы, есть и люди с осетинскими фамилиями, оказались на том же безнадежном распутье, что и вновь прибывшие в камеру арестанты: выбирать им теперь придётся либо пики точеные, либо, простите, хуи дроченые. А вероятнее всего — и то, и другое.

В разгар моих заочных пикировок с бывшим президентом Государства Алания Анатолием Бибиловым внезапно получаю сообщение от антикоронавирусного активиста Фидара Хубаева.

Надо, говорит, консолидироваться всем здоровым силам Осетии, помогая друг другу в борьбе с Системой. И вообще, резюмировал он, поддержите меня всем своим кругом информационно, вы же можете.

Не буду сейчас бравировать проскопией и утверждать, что мы все сразу почуяли подвох, но уж и в «здоровые силы» Фидара Х. записать не позволил бы никакой аванс.

Махнули рукой и забыли, в общем. А тут вот, что получилось. Коллизия!

https://youtu.be/p7IzkCOO5HA

Заседание по моему «делу» о так называемой «дискредитации армии РФ», назначенное на сегодня, опять перенесено, сообщают знающие люди.

Процесс по второму «делу» запланирован на завтра, как писали коллеги-журналисты. Лично я никакого официального уведомления не получал, как и в первом случае.

По третьему эпизоду, судя по всему, дату судебного заседания ещё не определили.

Так и живем во всепоглощающей бутафории.

Решение по первому из трех дел против меня оказалось совершенно ожидаемым. Правовое шапито в исполнении обвинителей (ЦПЭ) и исполнителя (судья Аликов) сработало четко по лекалам государственного спрута.
 
Публикую мою официальную письменную позицию целиком по ссылке внизу. Дело в том, что суд отказался принимать ее с формулировкой «мы же не знаем, это точно сам Тотров подписал или нет». Говорю же, шапито.
 
Самое главное из моего заявления:
 
Категорически не признаю вину, считаю эти дела политически мотивированным преследованием осетинского и российского журналиста
 
Закон содержит понятия «дискредитация» и «призыв», оценка которых требует специальных познаний в области лингвистики. Таким образом, передача материала в суд и оценка его судом невозможна без лингвистического исследования.
 
Обвинение не доказало «насущной общественной потребности» в преследовании меня, т. е. инкриминируемые высказывания не являются выражением ненависти, призывами к насилию и/или дискриминации. В данном случае не я, а обвинение должно представить убедительные доказательства необходимости привлечения к административной ответственности за выражение мнения.
 
Критика НЕ РАВНА дискредитации, а вооруженные силы, как один из институтов государства и Минобороны, как орган власти могут подвергаться критике, в том числе жесткой, и должны быть терпимы к ней.
 
Мирным образом выражал и буду выражать свое мнение, в том числе, о присутствии и действиях российских вооруженных сил в Украине. Вооруженные силы, как один из институтов государства и Минобороны РФ, как орган власти, могут подвергаться критике, в том числе жесткой, в связи со своими действиями и решениями и должны быть терпимы к ней.
 
Гражданское общество имеет право на участие в обсуждении государственной политики, а также на критику и предложения. Самое главное – это дать людям возможность высказаться и выразить свое мнение, в том числе выступать за или против определенной политики или практики.
 
Привлечение меня к административной ответственности за так называемую «дискредитацию Вооруженных сил РФ» не преследует правомерной цели и не является необходимым в демократическом обществе.

Мы, естественно, будем обжаловать решение суда, если этот самый суд удосужится каким-то образом представить мне свое постановление.
 
И самое главное. Я продолжаю журналистскую деятельность как ни в чем не бывало и буду все так же писать о политике, людях и людях в политике.

https://telegra.ph/Ruslan-Totrov-poziciya-po-delu-o-diskreditacii-armii-RF-11-17

И ещё немного чудесных подробностей по моему так называемому «делу».

Оказывается, помимо прочего судья Аликов просто не мог меня осудить, потому что с июня 2021 года я не живу в Российской Федерации.

Как сообщил мой адвокат Андрей Сабинин,  «ст. 1.8 КоАП РФ не позволяет привлекать к ответственности по ст.20.3.3 КоАП РФ граждан России и других стран за действия, совершенные за пределами РФ. Ст. 20.3.3. КоАП РФ  введена Федеральным законом от 04.03.2022 г. № 31-ФЗ, то есть позже отъезда Руслана Тотрова из РФ».

То ли судья Аликов не знает очевидных нюансов, то ли мы имеем дело с таким всеобъемлющим государственным шапито, по-другому назвать не могу, составными частями которого стали мои обвинители.

То есть Центр по противодействию экстремизму с одной стороны, а с другой – судья Аликов, который вынес совершенно нелигитимное решение единым росчерком пера без всякой лингвистической экспертизы и даже без какой-то видимой попытки продемонстрировать более-менее пристойную мину при плохой игре, и провести справедливый суд.

Эти господа крепко повязаны государственным спрутом, и ни о каких девиациях в сторону правосудия с их стороны и говорить не приходится, потому что иначе собственные головы полетят.

https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/383140/

Вот именно так дело и обстоит. Я уже несколько лет говорю о том, что Киселев, Соловьев и прочая шваль из российского телеящика — это проводники нового фашистского режима. В России будущего (надеюсь, ближайшего) всю эту публику будут денацифицировать по примеру послевоенной Германии.

https://t.me/Sidaemon/1936?single

Три подряд административных дела о так называемой «дискредитации вооруженных сил России» несомненно связаны с моей  профессиональной деятельностью.

С одной стороны, разномастным силовикам в Осетии нужно показать какую-то имитацию бурной деятельности и то, что они, если уж не в авангарде преследования инакомыслящих журналистов, то, по крайней мере, что называется, отслеживают тренды - тут я им очень кстати.

А со стороны другой есть информация, что мои многократные и категоричные высказывания относительно того, что осетины не имеют никакого отношения к так называемому русскому миру, задевают и раздражают ещё и чиновничье сословие.

Мы, безусловно, будем оспаривать решение суда, потому что оно нелегитимно и противоречит не только букве закона, но и здравому смыслу.

Судья Аликов вынес ожидаемо абсурдное решение без лингвистической экспертизы, а заодно, цитируя юристов, лишил меня возможности защищать себя и свои права, что само по себе является серьёзным аргументом для отмены вердикта.

https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/383146/

Такое ощущение, что комментарии для злополучного МИДа Южной Осетии пишет пресс-алкаше российского внешнеполитического ведомства.

Тональность, обороты, междустрочье — всё прямиком оттуда.

Государственные осетины перенимают и повадки, и лексикон своих сюзеренов.

https://t.me/iron_bonvarnon/8896

Попы в погонах под рясами — отличительная черта РПЦ. Секулярностью там и не пахнет.

Другое дело, что очень жалко православных нашей Осетии, которым из раза в раз приходится мириться с этими заезжими крестовыми чекистами.

А осетинских священнослужителей, того же отца Савву, РПЦ отправляет куда угодно, но только не в Осетию. Чтобы, не приведи Господь, не укрепить национальное самосознание нашего народа посредством религии.

Ну, понятное дело, ничего удивительного. Осетины ведь должны жить исключительно чаяниями так называемого «русского мира».

https://t.me/iron_bonvarnon/8900