Мы увидим нетипичный Узбекистан — то, что обычно не попадает в фокус внимания тех, кто приезжает увидеть Ташкент и Самарканд и редко добирается до Приаралья.
Но нетипичный — не значит неинтересный. Наоборот, захватывающий:
– побываем в пустыне Аралкум на месте исчезающего Аральского моря
– увидим остатки Хорезмского царства, могущественной империи, которую с каждым годом все больше засыпает песком
– будем спать в юрте
– гулять по марсианским пейзажам плато Устюрт
– исследовать оазисы и глинобитные крепости
– проведем день в древней Хиве с сокровищами средневековой архитектуры
– увидим кладбище кораблей и бескрайний солончак Барсакельмес
– искупаемся в Арале
– завершим исследованием уникальной коллекции советского авангарда в Нукусе — самой большой в мире.
Это история древнего Востока, Шелкового пути и Средней Азии — страны оазисов, древних астрономов и математиков, поэтов и философов.
Едем в редко посещаемый западный Узбекистан 4-9 мая, стоимость: $1100
Осталось 2 места Присоединяйтесь на fram.club!
Но нетипичный — не значит неинтересный. Наоборот, захватывающий:
– побываем в пустыне Аралкум на месте исчезающего Аральского моря
– увидим остатки Хорезмского царства, могущественной империи, которую с каждым годом все больше засыпает песком
– будем спать в юрте
– гулять по марсианским пейзажам плато Устюрт
– исследовать оазисы и глинобитные крепости
– проведем день в древней Хиве с сокровищами средневековой архитектуры
– увидим кладбище кораблей и бескрайний солончак Барсакельмес
– искупаемся в Арале
– завершим исследованием уникальной коллекции советского авангарда в Нукусе — самой большой в мире.
Это история древнего Востока, Шелкового пути и Средней Азии — страны оазисов, древних астрономов и математиков, поэтов и философов.
Едем в редко посещаемый западный Узбекистан 4-9 мая, стоимость: $1100
Осталось 2 места Присоединяйтесь на fram.club!
❤3
Наш эксперт в экспедиции по Приаралью — Вадим Ягодин, и это невероятное везение.
Вадим Вадимович — археолог, реставратор, научный сотрудник Каракалпакского отделения Академии наук Узбекистана, автор множества научных работ по археологии Приаралья. Кто уже ездил с нами по крепостям Хорезма, помнит его реставрационную мастерскую в Нукусе.
Археология — семейное дело Вадима Вадимовича. Его отец, Вадим Николаевич Ягодин, доктор исторических наук, бывший директор Института истории, археологии и этнографии. Всю жизнь занимался научной деятельностью в исследовательском институте Каракалпакстана; был одним из основных исследователей археологии и истории Центральной Азии.
В общем, Вадим Ягодин — это именно тот человек, с которым нужно осматривать крепости Хорезма. Присоединяйтесь на сайте fram.club!
Вадим Вадимович — археолог, реставратор, научный сотрудник Каракалпакского отделения Академии наук Узбекистана, автор множества научных работ по археологии Приаралья. Кто уже ездил с нами по крепостям Хорезма, помнит его реставрационную мастерскую в Нукусе.
Археология — семейное дело Вадима Вадимовича. Его отец, Вадим Николаевич Ягодин, доктор исторических наук, бывший директор Института истории, археологии и этнографии. Всю жизнь занимался научной деятельностью в исследовательском институте Каракалпакстана; был одним из основных исследователей археологии и истории Центральной Азии.
В общем, Вадим Ягодин — это именно тот человек, с которым нужно осматривать крепости Хорезма. Присоединяйтесь на сайте fram.club!
❤4
Хорезмский оазис, запертый между Каракумами, Кызылкумом и плато Устюрт, стал родиной одного из древнейших государств Центральной Азии, сформировавшегося уже в VII веке до н.э. Это было могущественное, хорошо укреплённое государство — настолько хорошо, что арабские завоеватели назвали его «страной тысячи крепостей».
Вместе с тем Хорезму, в отличие от соседней Согдианы, категорически не везло на письменные памятники. Он упоминается в Авесте, в персидских надписях, античных и китайских источниках, но описания, по которым можно составить впечатления о государстве, появляются уже после X века. Между тем Хорезм имел собственную письменность — но с приходом арабов в обиход в принудительном порядке вошли арабское письмо и арабский язык.
Персидский учёный аль-Бируни так пишет в «Хрониках минувших поколений» об арабском завоевателе Хорезма: «И всеми способами рассеял и уничтожил Кутейба всех, кто знал письменность хорезмийцев, кто хранил их предания, всех учёных, что были среди них, так что покрылось всё это мраком и нет истинных знаний о том, что было известно из их истории во время пришествия к ним ислама».
Свидетелями могущества Хорезма остались древние крепости — их было, правда, всё же не тысяча, а несколько десятков, и до наших времён сохранилось меньше половины. Изучать их взялись уже в XX веке — в 1937 году первую археологическую экспедицию к ним организовал молодой археолог Сергей Толстов.
Хорезмская экспедиция работала до 1991 года — она была одной из самых продолжительных в СССР, на ней выросло несколько поколений советских учёных, — и фактически открыла заново цивилизацию Хорезма для науки.
В ней работал и Игорь Савицкий — создатель коллекции Музея искусств в Нукусе, бесстрашный коллекционер советского авангарда.
Кстати, об экспедиции. Мало кто из неспециалистов задумывается о том, как вывозить находки, особенно мелкие. Из сопредельных республик в места раскопок собирали упаковки из-под всего, что можно вообразить — конфет, сигарет, будильников, — и уже в них везли в Москву древние сокровища. Знатоки называют это «культом коробочек»; особенно в цене были спичечные коробки. Подробнее об этом рекомендуем послушать интервью Ирины Аркадьевны Аржанцевой на Youtube.
https://www.youtube.com/watch?v=WpRP0Fp6Ql8
Вместе с тем Хорезму, в отличие от соседней Согдианы, категорически не везло на письменные памятники. Он упоминается в Авесте, в персидских надписях, античных и китайских источниках, но описания, по которым можно составить впечатления о государстве, появляются уже после X века. Между тем Хорезм имел собственную письменность — но с приходом арабов в обиход в принудительном порядке вошли арабское письмо и арабский язык.
Персидский учёный аль-Бируни так пишет в «Хрониках минувших поколений» об арабском завоевателе Хорезма: «И всеми способами рассеял и уничтожил Кутейба всех, кто знал письменность хорезмийцев, кто хранил их предания, всех учёных, что были среди них, так что покрылось всё это мраком и нет истинных знаний о том, что было известно из их истории во время пришествия к ним ислама».
Свидетелями могущества Хорезма остались древние крепости — их было, правда, всё же не тысяча, а несколько десятков, и до наших времён сохранилось меньше половины. Изучать их взялись уже в XX веке — в 1937 году первую археологическую экспедицию к ним организовал молодой археолог Сергей Толстов.
Хорезмская экспедиция работала до 1991 года — она была одной из самых продолжительных в СССР, на ней выросло несколько поколений советских учёных, — и фактически открыла заново цивилизацию Хорезма для науки.
В ней работал и Игорь Савицкий — создатель коллекции Музея искусств в Нукусе, бесстрашный коллекционер советского авангарда.
Кстати, об экспедиции. Мало кто из неспециалистов задумывается о том, как вывозить находки, особенно мелкие. Из сопредельных республик в места раскопок собирали упаковки из-под всего, что можно вообразить — конфет, сигарет, будильников, — и уже в них везли в Москву древние сокровища. Знатоки называют это «культом коробочек»; особенно в цене были спичечные коробки. Подробнее об этом рекомендуем послушать интервью Ирины Аркадьевны Аржанцевой на Youtube.
https://www.youtube.com/watch?v=WpRP0Fp6Ql8
❤2
Пушкин много раз бывал в Пскове, но восторженных строк (или даже героической поэмы, на которую, видимо, надеялись первые лица города) ему так и не посвятил, зато в письме отзывался о нём не слишком лестно. Новгород же вспомнил не один раз — он упоминается и в «Борисе Годунове», и в пропущенной главе «Евгения Онегина»:
– «Смирились площади – средь них
Мятежный колокол утих,
Но бродят тени великанов:
Завоеватель Скандинав,
Законодатель Ярослав
С четою грозных Иоаннов,
И вкруг поникнувших церквей
Кипит народ минувших дней».
С тех пор Новгород мы представляем себе по пушкинским строкам, Псков — по тому, что он мог бы написать, и весь русский Северо-Запад — по «Борису Годунову», который был создан под впечатлением от «Истории государства Российского» Карамзина и посещений Святогорского монастыря во время ссылки поэта в Михайловском.
В конце июля поедем в эти края — сравнивать наши школьные впечатления с реальностью.
Проедем от Великого Новгорода до Великих Лук, побываем Изборске и Пскове. Заглянем в музей загадочных «полуверцев» сето, выпьем у них чаю с пирогами, поужинаем в старом амбаре 1901 года постройки и проведём ночь в купеческих палатах XVII века.
Обязательная остановка в Пушкинских горах — Михайловское, Тригорское, Воронич, вставший на пути Стефана Батория и разрушенный им до основания, и домик Довлатова. И в конце путешествия — усадьба Ореховно с настоящим европейским садом, одним из лучших частных садов в мире по версии Forbes Life.
Наши проводники по средневековой русской псковско-новгородской вольнице — Мария Седова и Николай Лупанднин. Мария — искусствовед и автор путеводителей по Новгороду; работает в Третьяковке, читала свой курс на Arzamas, прекрасно разбирается в архитектуре.
Николай Лупандин, историк и журналист, читал курс отечественной истории в университете, работает над просветительскими циклами «Кто мы?» и «Рассказы из русской истории».
С ними будет интересно и неожиданно, присоединяйтесь!
Даты: 26-30 июля, стоимость: 80 000 рублей.
Подробности и запись на fram.club.
– «Смирились площади – средь них
Мятежный колокол утих,
Но бродят тени великанов:
Завоеватель Скандинав,
Законодатель Ярослав
С четою грозных Иоаннов,
И вкруг поникнувших церквей
Кипит народ минувших дней».
С тех пор Новгород мы представляем себе по пушкинским строкам, Псков — по тому, что он мог бы написать, и весь русский Северо-Запад — по «Борису Годунову», который был создан под впечатлением от «Истории государства Российского» Карамзина и посещений Святогорского монастыря во время ссылки поэта в Михайловском.
В конце июля поедем в эти края — сравнивать наши школьные впечатления с реальностью.
Проедем от Великого Новгорода до Великих Лук, побываем Изборске и Пскове. Заглянем в музей загадочных «полуверцев» сето, выпьем у них чаю с пирогами, поужинаем в старом амбаре 1901 года постройки и проведём ночь в купеческих палатах XVII века.
Обязательная остановка в Пушкинских горах — Михайловское, Тригорское, Воронич, вставший на пути Стефана Батория и разрушенный им до основания, и домик Довлатова. И в конце путешествия — усадьба Ореховно с настоящим европейским садом, одним из лучших частных садов в мире по версии Forbes Life.
Наши проводники по средневековой русской псковско-новгородской вольнице — Мария Седова и Николай Лупанднин. Мария — искусствовед и автор путеводителей по Новгороду; работает в Третьяковке, читала свой курс на Arzamas, прекрасно разбирается в архитектуре.
Николай Лупандин, историк и журналист, читал курс отечественной истории в университете, работает над просветительскими циклами «Кто мы?» и «Рассказы из русской истории».
С ними будет интересно и неожиданно, присоединяйтесь!
Даты: 26-30 июля, стоимость: 80 000 рублей.
Подробности и запись на fram.club.
❤4
Индейские деревни Амазонии
Индейская деревня в Южной Америке часто состоит из пары общинных домов, называемых молока (исп. Maloca). У каждого племени свой вид малоки. Обычно такие хижины строятся из грубой древесины (или вообще из подручных природных материалов); форма — прямоугольная, овальная или круглая. Двускатная или конусная крыша покрыта пальмовыми листьями или травой. Единственная дверь смотрит в сторону восхода солнца.
В малоке живут семьями; в одной такой хижине может пройти жизнь несколько поколений. Оно и понятно: строительство малоки — занятие долгое и трудоёмкое, имеющиеся хижины берегут, в них проходит вся жизнь группы.
В «нашей» деревне в Колумбийской Амазонии малока была круглой; пустое здание, по периметру — скамейки, с краю — кухня с обеденным столом. Нас позвали к обеду, на столе были лепёшки с жуками и рыба. Жуки — это деликатес (хорошо, что мы уже привыкли). Между прочим, в ресторане один такой жук стоит доллар, а нам их выдали целую миску.
Другая амазонская деревня в Колумбии, в которой мы побывали, вполне обычная с виду: нет малоки, но есть школа, спортивная площадка и небольшой костёл. Домики простые, собраны чуть ли не из картонок, но довольно стандартные. Всё это нам показали местные детишки; за экскурсию мы расплатились конфетами, купленными здесь же, в местном магазинчике, очень похожем на наши сельпо.
Третья деревня Амазонии была уже на территории Перу, на другой стороне Амазонки. В перуанской деревне те же простые домики, зелень сельвы и загорелые детишки, но вовсю играет весёлая музыка, под которую пританцовывает большой ярко-красный ара.
Индейская деревня в Южной Америке часто состоит из пары общинных домов, называемых молока (исп. Maloca). У каждого племени свой вид малоки. Обычно такие хижины строятся из грубой древесины (или вообще из подручных природных материалов); форма — прямоугольная, овальная или круглая. Двускатная или конусная крыша покрыта пальмовыми листьями или травой. Единственная дверь смотрит в сторону восхода солнца.
В малоке живут семьями; в одной такой хижине может пройти жизнь несколько поколений. Оно и понятно: строительство малоки — занятие долгое и трудоёмкое, имеющиеся хижины берегут, в них проходит вся жизнь группы.
В «нашей» деревне в Колумбийской Амазонии малока была круглой; пустое здание, по периметру — скамейки, с краю — кухня с обеденным столом. Нас позвали к обеду, на столе были лепёшки с жуками и рыба. Жуки — это деликатес (хорошо, что мы уже привыкли). Между прочим, в ресторане один такой жук стоит доллар, а нам их выдали целую миску.
Другая амазонская деревня в Колумбии, в которой мы побывали, вполне обычная с виду: нет малоки, но есть школа, спортивная площадка и небольшой костёл. Домики простые, собраны чуть ли не из картонок, но довольно стандартные. Всё это нам показали местные детишки; за экскурсию мы расплатились конфетами, купленными здесь же, в местном магазинчике, очень похожем на наши сельпо.
Третья деревня Амазонии была уже на территории Перу, на другой стороне Амазонки. В перуанской деревне те же простые домики, зелень сельвы и загорелые детишки, но вовсю играет весёлая музыка, под которую пританцовывает большой ярко-красный ара.
❤7
Антилопы, зебры, бородавочники, вся Большая африканская пятёрка, огромные национальные парки, отдых на побережье Индийского океана и шанс застать Великую миграцию на землях африканских племён масаи — это то, зачем обычно едут в Кению.
Ещё Кения — рай для бёрдвотчера: здесь больше тысячи видов птиц, 11 из них — эндемики. Есть фламинго, страусы, дрофы, ибисы, страусы, цапли, секретари, скворцы невозможных цветов и щурки размером с домового воробья. Больше пернатых можно встретить разве что в куда менее доступном Конго.
Мы уже были в Кении и успели соскучиться, поэтому в августе возвращаемся. И в этот раз едем с профессиональным орнитологом: Елена Шнайдер — кандидат биологических наук, сотрудник Сибирского Экологического центра; ведёт совместный проект с WWF по сохранению балобана и степного орла, в свободное время работает волонтёром на станциях кольцевания. Автор канала «Экспедиционные картинки» в Телеграм. Лена давно занимается организацией и сопровождением бёрдвотчерских туров и успела «подсадить на птичек» не один десяток человек — с ней путешествие станет настоящей орнитологической экспедицией с полным погружением.
Что ещё будет? Переезды на джипах, львы на обочинах дороги и жирафы на фоне самого высокого вулкана Африки, ночёвки в национальных парках, визит в деревню африканских кочевников масаи, сохранивших свой уклад вопреки нашествию цивилизации, и Великая рифтовая долина.
Если повезёт, увидим Великую Миграцию — главное событие животного мира в Африке. Каждый год сотни тысяч копытных переходят бурное течение реки в парке Масаи-Мара, за ними идут хищники, для которых наступает время настоящего пира. Переход растянут по времени, животные передвигаются с пастбища на пастбище весь год, и желающие увидеть этот бесконечный поток жизни собираются в кенийском парке с июля по октябрь. Увидеть его вживую — настоящая удача.
Это будет отличное приключение, всего десять дней — а впечатлений хватит на всю жизнь.
Присоединяйтесь!
Даты: 15-25 августа. Стоимость участия: $3400 плюс авиабилеты. Подробный маршрут и запись здесь: https://fram.club/kenya
Ещё Кения — рай для бёрдвотчера: здесь больше тысячи видов птиц, 11 из них — эндемики. Есть фламинго, страусы, дрофы, ибисы, страусы, цапли, секретари, скворцы невозможных цветов и щурки размером с домового воробья. Больше пернатых можно встретить разве что в куда менее доступном Конго.
Мы уже были в Кении и успели соскучиться, поэтому в августе возвращаемся. И в этот раз едем с профессиональным орнитологом: Елена Шнайдер — кандидат биологических наук, сотрудник Сибирского Экологического центра; ведёт совместный проект с WWF по сохранению балобана и степного орла, в свободное время работает волонтёром на станциях кольцевания. Автор канала «Экспедиционные картинки» в Телеграм. Лена давно занимается организацией и сопровождением бёрдвотчерских туров и успела «подсадить на птичек» не один десяток человек — с ней путешествие станет настоящей орнитологической экспедицией с полным погружением.
Что ещё будет? Переезды на джипах, львы на обочинах дороги и жирафы на фоне самого высокого вулкана Африки, ночёвки в национальных парках, визит в деревню африканских кочевников масаи, сохранивших свой уклад вопреки нашествию цивилизации, и Великая рифтовая долина.
Если повезёт, увидим Великую Миграцию — главное событие животного мира в Африке. Каждый год сотни тысяч копытных переходят бурное течение реки в парке Масаи-Мара, за ними идут хищники, для которых наступает время настоящего пира. Переход растянут по времени, животные передвигаются с пастбища на пастбище весь год, и желающие увидеть этот бесконечный поток жизни собираются в кенийском парке с июля по октябрь. Увидеть его вживую — настоящая удача.
Это будет отличное приключение, всего десять дней — а впечатлений хватит на всю жизнь.
Присоединяйтесь!
Даты: 15-25 августа. Стоимость участия: $3400 плюс авиабилеты. Подробный маршрут и запись здесь: https://fram.club/kenya
fram.club
Кения | ФРАМ — клуб путешественников
Наша десятидневная поездка по шести заповедникам и национальным паркам Кении — ваш шанс увидеть Килиманджаро, всю большую африканскую пятерку, побывать в деревне племени масаи и искупаться в океане.
🔥2❤1
Для тех, кто быстро принимает решения: вот несколько направлений, в которые можно успеть заскочить прямо сейчас.
12-16 мая — Ливан: портовые города финикийцев, загадочные мегалиты Баальбека и контрасты Бейрута; https://fram.club/lebanon
23-29 мая — классический Узбекистан: город торговцев Бухара и центр империи Тамерлана Самарканд, традиционные мастерские и ночь под звёздами; https://fram.club/classic_uzbekistan
25-28 мая и 8-11 июня — Армения: каменное кружево хачкаров, вырезанные в скале монастыри, горные тропы и античный храм на краю ущелья; https://fram.club/armeniya
9-12 июня — Касимов: русское средневековое пограничье, уездные городки, усадьбы и пейзажи Мещёрского края; https://fram.club/kasimov
9-12 июня — Бурятия: легенды седого Байкала, буддийские храмы, горячие источники и бархан посреди Сибири; https://fram.club/buryatia
10-12 июня — детский Петербург: путешествие по крышам, каналы, парки и первый подход к коллекции Эрмитажа для участников 6-12 лет и их родителей. https://fram.club/spb_for_kids
Всего несколько дней — а впечатлений хватит на всю жизнь. Присоединяйтесь!
12-16 мая — Ливан: портовые города финикийцев, загадочные мегалиты Баальбека и контрасты Бейрута; https://fram.club/lebanon
23-29 мая — классический Узбекистан: город торговцев Бухара и центр империи Тамерлана Самарканд, традиционные мастерские и ночь под звёздами; https://fram.club/classic_uzbekistan
25-28 мая и 8-11 июня — Армения: каменное кружево хачкаров, вырезанные в скале монастыри, горные тропы и античный храм на краю ущелья; https://fram.club/armeniya
9-12 июня — Касимов: русское средневековое пограничье, уездные городки, усадьбы и пейзажи Мещёрского края; https://fram.club/kasimov
9-12 июня — Бурятия: легенды седого Байкала, буддийские храмы, горячие источники и бархан посреди Сибири; https://fram.club/buryatia
10-12 июня — детский Петербург: путешествие по крышам, каналы, парки и первый подход к коллекции Эрмитажа для участников 6-12 лет и их родителей. https://fram.club/spb_for_kids
Всего несколько дней — а впечатлений хватит на всю жизнь. Присоединяйтесь!
❤5