⚡️ Внимание! Air Arabia опубликовала расписание рейсов из Абу-Даби до Сокотры. Мы бронируем места, так что присоединяйтесь — и отправимся вместе исследовать Галапагосы Индийского океана. Так называют архипелаг Сокотра за его изолированность и уникальный растительный и животный мир.

Летим 3-10 января, стоимость без билетов — $3200. Программа и запись в группу — на сайте.

Ещё одна хорошая новость: у Egypt Air появились удобные рейсы в Александрию из Москвы с короткой пересадкой в Каире. И как раз 23 ноября стартует наша программа «Александрия. Средиземноморский Рим» с Виктором Сонькиным, писателем, переводчиком и специалистом по языкам и культурам. Виктор — знаток античности и европейской истории, он проведёт нас по следам Птолемеев, Святого Марка и Дарли и расскажет всё о городе Македонского и его окрестностях.

У нас много планов! Увидим бывшую королевскую резиденцию и собор Святого Марка, из которого предприимчивые венецианцы в IX веке вывезли мощи. Побываем в городе Рашид — бывшей Розетте, откуда британцы вывезли на захваченном у французов фрегате знаменитый камень — ключ к дешифровке египетских иероглифов. Посмотрим, что осталось от Александрийской библиотеки и где искать одно из семи «чудес света» — Фаросский маяк.

Даты: 23-26 ноября, стоимость: $1400 (приблизительная сумма в рублях 96 200 руб., точную сумму уточняйте в день оплаты) плюс авиабилеты. Присоединяйтесь!

Самарканд, каким мы его больше не увидим.

Недавно, 26 октября исполнилось 180 лет со дня рождения Василия Верещагина, автора картины «Апофеоз войны» — великого антивоенного гимна. На самом деле, конечно, это уже современная трактовка. Верещагин не был пацифистом, хоть и рисовал войну без прикрас, и однажды сильно поссорился со своим начальником, генералом Кауфманом, когда тот ругал его при всех за непатриотичное отношение к происходящему. Но нет, Верещагин был сыном своего времени: не любил войну, но был уверен в её необходимости.

И, несмотря на знаменитую подпись на раме картины «Посвящается всем великим завоевателям — прошедшим, настоящим и будущим», это никакой не манифест. Просто натуралистичное изображение одного из мифов о Тамерлане — разве что излишне театральное.

В Среднюю Азию молодой Верещагин отправился специально за войной, хотя и быту уделял немало времени. В Самарканде он облазил буквально все углы: ходил в опиумные лавки, спускался в зиндан, даже был свидетелем сцены продажи ребенка в танцовщики-бачи. Когда войска бухарского эмира осадили Самарканд после ухода из него основных русских сил, всё-таки принял участие в бою, получил ранение и орден за оборону города.

В Туркестанской серии Верещагина, кроме ранее упомянутого «Апофеоза войны», есть многочисленные виды Самарканда: непривычно разрушенный Гур-Эмир (на картине — единственный оставшийся минарет), двери несуществующего теперь дворца Тамерлана Куксарай и его резные колонны, вид с него на Регистан и утерявшее своё мозаичное великолепие медресе Шердор. И виды Самаркандской крепости, срытой до основания на рубеже XIX-XX вв., тоже можно найти. В общем, настоящий памятник старого города.

В конечном итоге в серию вошли несколько десятков картин, множество этюдов и более ста рисунков. На выставке в Санкт-Петербурге она произвела фурор в столичном обществе, причём техникой — не меньше, чем «страшными картинами настоящей войны». Серию почти в полном составе купил для своей коллекции Павел Третьяков и даже построил для неё новые залы в своей галерее, поддержав таким образом мнение Крамского, что это — событие, и «завоевание России, гораздо большее, чем завоевание Кауфмана».

«Альмагест» Клавдия Птолемея — это антология знаний по античной астрономии, появившаяся около 140 года н.э. «Альмагест» — название, приклеившееся к труду в процессе перевода с арабского на латынь в эпоху европейского Возрождения, а вообще-то его называли «Величайшим собранием». Это грандиозная научная работа, без которой не было бы труда Коперника «О вращениях», положившего начало современной астрономии.

Птолемей вообще был разносторонним автором: другие его труды, такие как, например, «География», «Оптика» и «Гармоника» оказали не меньшее влияние на развитие соответствующих научных областей; во всяком случае, каждая работа на несколько веков заложила традицию изложения «своей» дисциплины. Он даже написал трактат по астрологии.

При этом о самом авторе мы не знаем практически ничего. Очевидно, Клавдий Птолемей жил (хотя бы какое-то время) в Александрии, поскольку работал в знаменитой Александрийской библиотеке. К правящей династии Птолемеев он, судя по всему, отношения не имел: в то время Птолемеи в Египте были вроде наших Петровых — не каждый первый, конечно, но и не самое редкое имя. Из Александрии же он наблюдал за звёздами, которые включил в свой Каталог.

Труды Птолемея не могли не попасть в собрание Александрийской библиотеки, в которую вообще собирали всё, что плохо лежало: царские служащие обыскивали заходящие в город суда и забирали на перепись все найденные свитки. Причём возвращали, как правило, копии: оригиналы оставались в библиотеке. Благодаря амбициям царственных однофамильцев великого учёного, которые мечтали создать хранилище всех знаний, Александрия с её библиотекой и Мусейоном на некоторое время превратилась в научный центр Средиземноморья — впрочем, это время быстро закончилось.

О том, что случилось с оригинальной библиотекой и какое отношение к ней имеет современная Александрийская библиотека, стоит ли искать драгоценные свитки в Москве, куда они, по одной из версий, могли попасть в качестве приданого бабки Ивана Грозного, Софьи Палеолог — узнаем уже совсем скоро, когда будем гулять с античным историком Виктором Сонькиным по Александрии. Едем 22 ноября, присоединяйтесь!