Друзья, пока готовимся к новогодним праздникам на Сокотре — вот несколько фактов о том, что всех волнует: как летим, штампы, прививки, обстановка в Йемене. Итак,

1. Каким рейсом лететь на Сокотру?

До «Острова счастья» есть прямые рейсы компании Air Arabia из Абу-Даби. В ближайшее время появится расписание на Новый год, и мы сразу забронируем билеты на всю группу.

2. Где будем жить?

Сокотра — райский остров, до которого ещё не добрались все блага цивилизации. Кемпинговые лагеря здесь самые простые, поэтому ночевать по большей части будем в палатках (современных и комфортных, спальники-коврики-подушки также предоставляют). В последнюю ночь перед вылетом обратно — ночёвка в отеле в городе.

Отдельно стоит сказать про еду. Готовить нам в поездке будет свой повар из качественных местных продуктов. В течение дня — вода, напитки и натуральные соки без ограничений.

3. На чём будем ездить?

Перемещение по острову на внедорожниках Toyota Landcruiser (3 человека в машине).

4. Йемен — это не опасно?

В Йемене сейчас не самая спокойная обстановка (хотя и сейчас там вполне безболезненно путешествуют туристы). Но в материковый Йемен мы не попадаем, а на Сокотре очень спокойно последние несколько сотен лет: здесь даже не заметили захвата города в 2019 году (город потом отдали обратно).

5. Пустят ли после Йемена в Израиль/Саудовскую Аравию/куда угодно?

Штампа в паспорте не будет, на границе штампуют отдельную бумажку. Поэтому после Сокотры можно смело лететь куда угодно. В обратную сторону это тоже работает: на границе не смотрят, где вы были до этого. Приехали — и молодцы!

6. Нужны ли какие-то специальные прививки?

Ничего не нужно. Даже тест на COVID не потребуется.

LAST CALL! Друзья, у нас осталось два места в группе, которая уже 29 октября отправляется в Восточный Узбекистан по маршруту Бухара-Самарканд-Ташкент. Тем, кто быстро принимает решения, дарим скидку: участие будет стоить 83 000 руб. плюс авиабилеты.

Едем изучать сказочный Восток, где бродил Ходжа Насреддин и учился врачебному делу Омар Хайям. Увидим древние города, которые помнят Александра Македонского и Чингисхана. Нас ждут узбекская кухня, ночёвка в юртах, пение акына под звёздным небом, старые кварталы, восточные базары и фамильные мастерские — в общем, настоящая экспедиция, но с хорошими отелями и множеством интересных историй по дороге

Кстати, об историях Рассказчиком едет Эшкуват Холмурадов — филолог и профессиональный гид, заслуженный преподаватель Узбекистана, способный интересно объяснить всё на свете. Эшкуват не читает лекций по истории и культуре региона — он делится его дружбой и мудростью, а о родном Самарканде рассказывает так, что невозможно не полюбить его всей душой.

Присоединяйтесь! Даты: 29 октября – 4 ноября, подробный маршрут и запись — на сайте.

⚡️ Внимание! Air Arabia опубликовала расписание рейсов из Абу-Даби до Сокотры. Мы бронируем места, так что присоединяйтесь — и отправимся вместе исследовать Галапагосы Индийского океана. Так называют архипелаг Сокотра за его изолированность и уникальный растительный и животный мир.

Летим 3-10 января, стоимость без билетов — $3200. Программа и запись в группу — на сайте.

Ещё одна хорошая новость: у Egypt Air появились удобные рейсы в Александрию из Москвы с короткой пересадкой в Каире. И как раз 23 ноября стартует наша программа «Александрия. Средиземноморский Рим» с Виктором Сонькиным, писателем, переводчиком и специалистом по языкам и культурам. Виктор — знаток античности и европейской истории, он проведёт нас по следам Птолемеев, Святого Марка и Дарли и расскажет всё о городе Македонского и его окрестностях.

У нас много планов! Увидим бывшую королевскую резиденцию и собор Святого Марка, из которого предприимчивые венецианцы в IX веке вывезли мощи. Побываем в городе Рашид — бывшей Розетте, откуда британцы вывезли на захваченном у французов фрегате знаменитый камень — ключ к дешифровке египетских иероглифов. Посмотрим, что осталось от Александрийской библиотеки и где искать одно из семи «чудес света» — Фаросский маяк.

Даты: 23-26 ноября, стоимость: $1400 (приблизительная сумма в рублях 96 200 руб., точную сумму уточняйте в день оплаты) плюс авиабилеты. Присоединяйтесь!

Самарканд, каким мы его больше не увидим.

Недавно, 26 октября исполнилось 180 лет со дня рождения Василия Верещагина, автора картины «Апофеоз войны» — великого антивоенного гимна. На самом деле, конечно, это уже современная трактовка. Верещагин не был пацифистом, хоть и рисовал войну без прикрас, и однажды сильно поссорился со своим начальником, генералом Кауфманом, когда тот ругал его при всех за непатриотичное отношение к происходящему. Но нет, Верещагин был сыном своего времени: не любил войну, но был уверен в её необходимости.

И, несмотря на знаменитую подпись на раме картины «Посвящается всем великим завоевателям — прошедшим, настоящим и будущим», это никакой не манифест. Просто натуралистичное изображение одного из мифов о Тамерлане — разве что излишне театральное.

В Среднюю Азию молодой Верещагин отправился специально за войной, хотя и быту уделял немало времени. В Самарканде он облазил буквально все углы: ходил в опиумные лавки, спускался в зиндан, даже был свидетелем сцены продажи ребенка в танцовщики-бачи. Когда войска бухарского эмира осадили Самарканд после ухода из него основных русских сил, всё-таки принял участие в бою, получил ранение и орден за оборону города.

В Туркестанской серии Верещагина, кроме ранее упомянутого «Апофеоза войны», есть многочисленные виды Самарканда: непривычно разрушенный Гур-Эмир (на картине — единственный оставшийся минарет), двери несуществующего теперь дворца Тамерлана Куксарай и его резные колонны, вид с него на Регистан и утерявшее своё мозаичное великолепие медресе Шердор. И виды Самаркандской крепости, срытой до основания на рубеже XIX-XX вв., тоже можно найти. В общем, настоящий памятник старого города.

В конечном итоге в серию вошли несколько десятков картин, множество этюдов и более ста рисунков. На выставке в Санкт-Петербурге она произвела фурор в столичном обществе, причём техникой — не меньше, чем «страшными картинами настоящей войны». Серию почти в полном составе купил для своей коллекции Павел Третьяков и даже построил для неё новые залы в своей галерее, поддержав таким образом мнение Крамского, что это — событие, и «завоевание России, гораздо большее, чем завоевание Кауфмана».