Привет! Меня зовут Лиза Кузина. Я художница и искусствовед, и я влюблена в Индию: стажировалась в делийской Национальной галерее современного искусства, проехала всю страну в поисках племенных и авангардных художников, изучала языки и философию разных регионов.

Моя любовь к этой стране началась с кухни, её экзотических вкусов и непредставимых сочетаний: мягкой остроты различных соусов с молотым кешью, оттенков кардамона и шафрана в сладостях и напитках, очарования самой культурой еды. В ресторанах, где ваши руки омывают розовой водой, приём пищи становится настоящим ритуалом. Это может быть ритуал очищения, когда меняется обыденное восприятие и сознание наполняется новыми впечатлениями.

Именно в кафе и ресторанах открывается настоящая, изысканная, гедонистическая Индия — изюминка этой культуры и её внутреннее наполнение. Затихает внешний шум, и тишина позволяет сконцентрироваться на полифонии вкусов.

Индийским философам древности было хорошо известно, что пища, её состав и вкусовые характеристики меняют состояние сознания. Именно поэтому ключевое эстетическое понятие в Индии, «раса» (ударение на первый слог) означает буквально «вкус». Например, шрингара-раса — это вкус любви в радости или разлуке. Расы возникают не только непосредственно в момент переживаемых эмоций, но и от искусства — это наши впечатления от музыки, театрального перформанса или картины. Ярче всего расы проявляются вместе с употреблением того или иного блюда или напитка, которые способны усилить или, напротив, усмирить чувства.

Еда, как считают жители Индии, обладает разными качествами. Раджас, тамас и саттва — это три гуны, три качества Вселенной, каждый из которых что-то символизирует. Например, саттвическая — это лёгкая вегетарианская еда, йогурт, ласси, творог, свежие фрукты и овощи. Она дарит умиротворение и счастье. Раджас — это страсть, огонь желания. Поэтому такая пища нагревает тело, возбуждает ум и усиливает работу пищеварения: рыба, острая еда, пряное и горячее. Инертность и сонливость появляется во время употребления продуктов качества тамас — чай, кофе, алкоголь, сахар, шоколад, мясо.

Это не значит, что есть «плохие» или «хорошие» гуны. Наоборот, все эти качества должны гармонично сочетаться в организме человека. Таким идеальным блюдом является индийское тхали (с хинди «тхали» переводится как «тарелка», «поднос»), которое на юге страны подаётся на банановом листе, а в северной части — на железном подносе. На лист или поднос выкладывают рис, а также набор из шести горсток или мисочек с разными соусами. Идеальная количество еды, комбинация всех вкусов и необходимых веществ для усвоения организмом.

Кстати, вы можете попробовать настоящее индийское тхали в ближайшей экспедиции Фрама, в которую я тоже еду. Вас ждут новые гастрономические измерения и гурманские радости, знакомство с древней архитектурой и живописью, а также полное погружение в жизнь и традиции Раджастхана!

Место дня: Дарваза

«Врата Ада» — такое пугающее название носит газовый кратер Дарваза в Туркменистане. Однако за громким именем стоит довольно прозаичная история. Кратер появился в XX веке (по разным данным, в 1960-х — 1970-х годах) из-за обвала во время разработки месторождения. Вся буровая установка провалилась под землю в каверну: грубо говоря, в пустоту в горной породе. Оттуда стал поступать газ. На этом ошибки не закончились. Учёные решили всё это поджечь — в надежде, что газ выгорит. Но недооценили объёмы подземных запасов, потушить огонь никак не получалось. В итоге Дарваза горит по сей день. И виден даже из космоса!

А что же там внутри? Этим вопросом задался известный исследователь и путешественник Джордж Коронис из Канады. В 2013 году он спустился на дно кратера. Кстати, чтобы осуществить задумку, Джордж готовился к экспедиции где-то 1,5 года. Как позже признался исследователь, ему пришлось нанять специального каскадера из Голливуда, чтобы тот поджигал его. Так Коронис привыкал к пламени вокруг него, вырабатывая привычку не паниковать при виде большого количества огня.

Эта авантюра закончилась большой удачей. Путешественнику удалось собрать образцы грунта, в которых позже нашли уникальные бактерии — они живут на дне кратера при очень высоких температурах и не встречаются нигде на поверхности земли. Для учёных это было важным открытием, поскольку условия Дарваза схожи с условиями на многих планетах за пределами Солнечной системы.

Спуск в кратер мы не обещаем, но увидеть его — да! В апреле мы отправляемся в экспедицию по Туркменистану — одной из самых закрытых стран в мире.

Правящая династия Омана, аль Саиды, находится у руля уже почти три столетия: они пришли к власти в 1746 году, выгнали персидских интервентов, потеряли и отвоевали у ваххабитов Пиратский берег (который затем уступили англичанам), перенесли столицу на Занзибар и обратно, поделили страну на две части и вновь объединили её — уже в XX веке.

К аль Саидам принадлежит и нынешний правитель Омана, Хейсам бен Тарик, и его сын Тейязин, первый в истории страны наследный принц, и предшественник, любимец всей нации Кабус. Основал же династию Ахмед ибн Саид: как раз ему достался разгром персов, а затем и трон, поскольку все претенденты-йарубиты, наследники предыдущей династии, полегли в междоусобной бойне.

Именно воюющие наследники привели в страну персидские войска, сговорившись с Надир-шахом о военной помощи. И как-то само собой вышло, что во время очередного вторжения армия не ушла, а заняла побережье, взяла Маскат и осадила Сухар, где как раз губернаторствовал Ахмед ибн Саид. Тот продержался в осаде девять месяцев, затем выторговал у персов почётную капитуляцию и власть над городом в обмен на дань, объединил под собой изнурённые войной племена и был избран новым имамом Омана.

Персидское войско к тому времени сильно поредело, истощённое грабежами и стычками с местными. Его остатки Ахмед позвал на пир в свой форт в Барке и там же истребил.

Под конец жизни Ахмед был вынужден разбираться с сыновьями, захватившими в плен наследника престола, для чего ему пришлось на старости лет организовать осаду крепостей Аль-Мирани и Аль-Джалали, в которых засели бунтари. Всё закончилось благополучно, а при сыне одного из бунтовщиков династия достигла наивысшего расцвета, однако бардак с престолонаследием так ничему и не научил оманских правителей — иначе как объяснить, что должность наследного принца была введена всего два года назад?

Увидеть Маскат и его героические крепости Аль-Мирани и Аль-Джалали, а также португальский форт и улицы, которые помнят борьбу с персами, можно будет уже через месяц. Едем в Оман с 13 по 18 февраля, присоединяйтесь на fram.club!

Друзья, у нас в марте планируется десятидневная экспедиция на Мадагаскар — в страну лемуров и хамелеонов, огромных бабочек и гигантских баобабов. Последние, кстати, для жителей Мадагаскара — священные.

Как гласит легенда, миллионы лет назад, когда началось заселение острова, деревни строили в районах с довольно сухим климатом, где редко выпадают осадки, а рек почти нет. Источником питьевой воды для только прибывших стали баобабы. В период дождей рыхлая и пористая древесина этих растений впитывает воду. Словно губка! Чтобы «вытащить» накопленные запасы из дерева, люди вырезали сердцевину баобабов и отжимали её.

Казалось бы, из-за постоянной добычи воды баобабы должны были исчезнуть, но нет. Они продолжали восстанавливаться и расти! Жители острова с уважением отнеслись к такому дару природы: баобабы не вырубали и все поселения строили исключительно вокруг растения.

До сих пор для малагасийцев, коренного населения Мадагаскара, баобабы — священные растения, которые не только дарят жизнь, но и забирают души умерших. В знак уважения каждый месяц на Мадагаскаре проводится ритуал подношений — люди благодарят растение за хорошую жизнь и даже загадывают желание. Помогают «общаться» с баобабами потомственные хранители, они же — медиумы.

Если вы хотите увидеть, как живут малагасийцы, познакомиться с их ритуалами или загадать желание у гигантского баобаба, тогда ждём вас в нашей экспедиции. Сопровождать будет Алексей Чернов — географ и путешественник, который жил на Мадагаскаре и делал проект с Николаем Дроздовым.

Место дня: Такцанг-лакханг

«Гнездо тигрицы» — так переводится название знаменитого бутанского монастыря Такцанг-лакханг. По легенде, в VIII веке в долину Паро прилетел гуру Падмасамбхава на спине тигрицы-демоницы, чтобы укротить её в месте, которое специально освятили для приручения демона. Спойлер: у Падмасамбхава всё получилось.

Однако существует и другая версия легенды: жена гуру, добровольно став его ученицей, превратилась в тигрицу и перенесла учителя из Тибета в пещеру Такцанг Сенге Самдуп. Здесь же Падмасамбхава остался медитировать. Когда прошло три года, три месяца, три дня и три ночи, гуру проявил восемь воплощённых форм и основал в скалах долины Паро буддийскую школу Нингмапа.

Официально комплекс Такцанг-лакханг построен в 1692 году. Он находится недалеко от города Паро, на высоте 3120 метров. Увидеть одно из священных мест Бутана и познакомиться с его историей можно в нашей экспедиции. Она пройдёт с 16 по 22 марта.

Всего 7 дней, а впечатлений хватит на всю жизнь. Присоединяйтесь!

В 1950-х годах крупнейший мастер модернизма, известный архитектор Клориндо Теста берётся за строительство сразу двух зданий в Буэнос-Айресе. Одно из них — Банк Лондона. Какой он должен быть? Фактурный и обтекаемый, словно продолжение центральной узкой городской улицы. Он должен визуально расширить пространство. Архитектор решается на отважный поступок: выполнить работу в стиле мрачного английского брутализма. Его главная особенность — незакрашенный бетон и чётко видимая кострукция. Словно Эйфелева башня, мозолившая глаза парижанам, здание банка досаждало аргентинцам после завершения строительства. А что теперь? Его считают чуть ли не одним из шедевров местной архитектуры!

Всем привет! Меня зовут Лев Масиель, я — искусствовед, историк и исследователь архитектуры. Уже в конце февраля я отправляюсь в экспедицию по Латинской Америке вместе с Фрамом, чтобы научить участников разбираться в архитектуре региона, а главное — не бояться о ней говорить. Мы отправимся в Аргентину, Чили и Уругвай, где пройдём по пути истории формирования культурного наследия Южной Америки.

В XVI-XVII веках очень важную роль в жизни Южной Америки играли иезуиты. Этому ордену удалось обособить на стыке территорий нынешних Бразилии, Аргентины и Парагвая владения, которые не зависели от испанских и португальских колониальных властей. Они подчинялись лишь римскому папе (и то формально). Этим «государством» управляли монахи-иеузиты, приезжавшие из самых разных стран Европы. Такой «интернационал» отразился и на иезуитской архитектуре других районов Южной Америки.

Например, в городе Кордове, когда-то важнейшем иезуитском центре, находится старейший храм Аргентины — Кафедральный собор Кордовы. Большая роль в его работах отводилась не испанцам (хотя они тоже принимали участие), а итальянцам. Весь фасад здания выполнен именно итальянским мастером. Многие считают, что собор стал пророчеством, «накаркав» большую миграцию итальянцев и испанцев в регион.

Уже к XIX столетию Аргентина становится самой богатой страной Южной Америки. Она смело соревнуется с США в буйном росте городов и притягательности для мигрантов. Чили тоже не отстаёт и решает сыграть на главном архитектурном стремлении стран того времени — быть Парижем! Создаются роскошные здания в стиле бозар, что на французском означает «изящные искусства». Так, к 100-летию республики и провозглашению Чили независимым государством в Сантьяго строится огромный Дворец изящных искусств — воплощение Прекрасной эпохи Франции. Подражание. Но качественное и с большим размахом!

Эпоха пышного бозар быстро завершилась и к началу XX века сменилась более сдержанными современными веяниями ар-деко. Например, в Мендосе — одном из крупнейших городов Аргентины в 1930-х годах появляется очень редкое здание для Латинской Америки — Плайяс Серранас. Здесь есть элементы, типичные для немецкого баухауса, американского стримлайна (он создавался на базе первого стиля) и французского ар-деко. Все три стиля накладываются друг на друга! Кстати, раньше стримлайн использовался только в дизайне кораблей, самолётов — всего, что обтекается водой или воздухом, а потом перекочевал в архитектуру.

Как вы, наверное, уже поняли, Южная Америка предельно восприимчива. В течение нескольких столетий она впитывала в себя самые претенциозные стили Италии, Франции, Испании, США, Великобритании и даже Германии, чтобы потом, несмотря на подражание, бросить вызов всему миру и заявить: «А у нас получился свой классный продукт!»

Представьте себе квест в древнем аравийском городе: нужно будет собрать подсказки у местных жителей и с их помощью добраться до цели, то есть, до главного приза. Полное ощущение, что ты внутри игры «Принц Персии», только вместо того, чтобы перелезать через стены, придётся двигаться по маршруту в удобном и экологичном электрокаре.

Из всех арабских стран лишь в Омане, хранителе традиций Древней Аравии, и можно представить себе такое приключение. Во-первых, хорошие дороги, но архитектура сплошь традиционная, без кричащих отелей и неуместных здесь небоскрёбов. Во-вторых, спокойная доброжелательность оманцев, которые рады поучаствовать в любой забаве, искренне готовы помочь и не станут недовольно коситься на слишком короткие шорты приезжих — в отличие от соседей, жителей ОАЭ или Саудовской Аравии, в странах которых действуют строгие правила дресс-кода.

Как ни странно, такая терпимость связана с верностью традициям. Мы не устанем повторять: Оман — это законсервированная Древняя Аравия, где современные дороги и отличная медицина живут бок о бок с бережным отношением к своему наследию, традиционной одеждой и местной архитектурой. Свою роль сыграла осторожная политика ныне покойного султана Кабуса, который во внешней политике предпочитал позицию наблюдателя и посредника, а также местное направление ислама — ибадизм.

В общем, если вам кажется, что настоящий Восток — это суровые воины, нетерпимые к иноверцам, отказ от инноваций и кричащая роскошь, то приезжайте в Оман: настоящий Восток — здесь.

Хотите убедиться — поехали с нами!