«Клео от 5 до 7»: модернисткое обнажение приема
Предшествующее новой волне классическое повествовательное кино стремилось спрятать прием: монтаж должен был быть незаметным, движение камеры — мотивированным, чтобы зритель следил прежде всего за историей, а не за устройством фильма. Новая волна, наоборот, охотно показывает швы фильма: резкие склейки, скачки времени, работу с цветом, звуком и монтажом.
Хотя Варда не относила себя ни к какому движению, эти приметы нововолновости заметны в «Клео от 5 до 7», особенно в самом начале фильма:
1. Цвет демонстративно сменяется черно-белым изображением (видео 1).
2. В сцене спуска Клео по лестнице после гадалки один момент ее движения утроен монтажом, а весь проход выстроен в точном ритме музыки (видео 2).
3. Первые слова, открывающие фильм: «Coupez, mademoiselle» — «Снимите [колоду], мадемуазель». И это то же самое слово «Coupez!» — «Снято!», которое произносят на съемочной площадке, заканчивая дубль (видео 3).
Интересно, что в финале Варда снова делает видимой саму конструкцию фильма, теперь уже через время. Название обещает нам «Клео от 5 до 7», но действие заканчивается в 6:30. И делает это подчеркнуто резко — финальный кадр обрывается чернотой без привычных титров. Внутреннее движение Клео завершено и оставшиеся полчаса принадлежат только ей и Антуану))
Предшествующее новой волне классическое повествовательное кино стремилось спрятать прием: монтаж должен был быть незаметным, движение камеры — мотивированным, чтобы зритель следил прежде всего за историей, а не за устройством фильма. Новая волна, наоборот, охотно показывает швы фильма: резкие склейки, скачки времени, работу с цветом, звуком и монтажом.
Хотя Варда не относила себя ни к какому движению, эти приметы нововолновости заметны в «Клео от 5 до 7», особенно в самом начале фильма:
1. Цвет демонстративно сменяется черно-белым изображением (видео 1).
2. В сцене спуска Клео по лестнице после гадалки один момент ее движения утроен монтажом, а весь проход выстроен в точном ритме музыки (видео 2).
3. Первые слова, открывающие фильм: «Coupez, mademoiselle» — «Снимите [колоду], мадемуазель». И это то же самое слово «Coupez!» — «Снято!», которое произносят на съемочной площадке, заканчивая дубль (видео 3).
Интересно, что в финале Варда снова делает видимой саму конструкцию фильма, теперь уже через время. Название обещает нам «Клео от 5 до 7», но действие заканчивается в 6:30. И делает это подчеркнуто резко — финальный кадр обрывается чернотой без привычных титров. Внутреннее движение Клео завершено и оставшиеся полчаса принадлежат только ей и Антуану))
❤11👍4
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
В качестве перебивочки к циклу постов про «Клео» — уморительно смешной кусочек из фильма «Кин: гений и беспутство», снятого в 1924 году русской эмигрантской студией Альбатрос в Париже. Главного героя играет Иван Мозжухин.
Контекст: Кин — великий английский актер первой половины 19 века. Его одолевают кредиторы, и он придумывает способ, как от них избавиться.
Контекст: Кин — великий английский актер первой половины 19 века. Его одолевают кредиторы, и он придумывает способ, как от них избавиться.
😁13❤4🔥2
«Клео от 5 до 7»: черный
Помимо линии с отражениями драматургически в фильме развивается и линия черного цвета.
Фильм начинается цветной сценой гадания, но очень быстро в цвет вмешиваются черно-белые кадры. И происходит это в момент первого упоминания болезни Клео: вопрос гадалки «Вы больны?» меняет визуальный режим фильма (фото 1 и 2).
Дальше — тот самый перелом во время исполнения песни «Без тебя», когда камера объезжает Клео, пока не поместит ее на полностью черный фон: тут песня выводит наружу ее страх. Образ Клео во время исполнения впервые становится равен ей самой (фото 3 и 4).
После этого Клео уходит за черную ширму, и Варда на секунду дает полностью черный кадр — как точку в прежней жизни Клео. А затем героиня выходит из-за ширмы уже в черном платье, снимает парик, надевает черную шляпу (фото 5–8).
Черный цвет расползается по фильму, становясь синонимом болезни и страха Клео. Во второй половине фильма несколько раз возникают черные пространства — в том числе там, где снова звучит разговор о болезни (фото 9 и 10). А в виде оппозиции черному, Варда дает пространство парка, где Клео беседует с Антуаном, — очень светлым, иногда почти белым.
Помимо линии с отражениями драматургически в фильме развивается и линия черного цвета.
Фильм начинается цветной сценой гадания, но очень быстро в цвет вмешиваются черно-белые кадры. И происходит это в момент первого упоминания болезни Клео: вопрос гадалки «Вы больны?» меняет визуальный режим фильма (фото 1 и 2).
Дальше — тот самый перелом во время исполнения песни «Без тебя», когда камера объезжает Клео, пока не поместит ее на полностью черный фон: тут песня выводит наружу ее страх. Образ Клео во время исполнения впервые становится равен ей самой (фото 3 и 4).
После этого Клео уходит за черную ширму, и Варда на секунду дает полностью черный кадр — как точку в прежней жизни Клео. А затем героиня выходит из-за ширмы уже в черном платье, снимает парик, надевает черную шляпу (фото 5–8).
Черный цвет расползается по фильму, становясь синонимом болезни и страха Клео. Во второй половине фильма несколько раз возникают черные пространства — в том числе там, где снова звучит разговор о болезни (фото 9 и 10). А в виде оппозиции черному, Варда дает пространство парка, где Клео беседует с Антуаном, — очень светлым, иногда почти белым.
❤12💔5
Lola_1961_720p_Criterion_Bluray_DTS_x264_GCJM_mkv_20260630_233438.gif
22.1 MB
А это Коринн Маршан в эпизодической роли в фильме «Лола» Жака Деми (1961), на площадке которого ее и заметила Аньес Варда и позвала в «Клео».
❤5😍3👍1
Lola_1961_720p_Criterion_Bluray_DTS_x264_GCJM_mkv_20260630_233743.gif
27.1 MB
Анук Эме там тоже совершенно шикарная, хотя где она не.
Тем сильнее было мое удивление, когда я узнала, что Деми пришлось настаивать на том, чтобы именно Эме сыграла главную роль в «Лоле» (хотя уже была ее роль у Феллини):
«Лола» — прекрасная, если после «Клео от 5 до 7» хочется продолжить небанальной новой волной, рекомендую!
Тем сильнее было мое удивление, когда я узнала, что Деми пришлось настаивать на том, чтобы именно Эме сыграла главную роль в «Лоле» (хотя уже была ее роль у Феллини):
«Продюсеры сочли меня недостаточно сексуальной. Несмотря на успех «Сладкой жизни», я не соответствовала канонам красоты того времени»
«Лола» — прекрасная, если после «Клео от 5 до 7» хочется продолжить небанальной новой волной, рекомендую!
❤11😍2
Пошла восполнять пробелы по французской новой волне (нужно признать, что в пробелах там у меня — чуть более чем все фильмы).
Годар с «На последнем дыхании» ожидаемого восторга не вызвал, зато Трюффо, от которого я после «Жюля и Джима» ничего не ждала, внезапно очаровал «400 ударами». Очень лиричный, тонкий, местами очень смешной, но, в основном, разрывающий сердце фильм.
Заодно узнала, что по смыслу фильму ближе было бы название вроде «Во все тяжкие».
И еще новость для меня, что Трюффо потом снял несколько фильмов в продолжение истории Дуанеля. Знатоки, что скажете, стоит их смотреть? Когда Ромер, Шаброль, Риветт и Маль еще почти не смотрены.
«Четыреста ударов», Франсуа Трюффо (1959)
Годар с «На последнем дыхании» ожидаемого восторга не вызвал, зато Трюффо, от которого я после «Жюля и Джима» ничего не ждала, внезапно очаровал «400 ударами». Очень лиричный, тонкий, местами очень смешной, но, в основном, разрывающий сердце фильм.
Заодно узнала, что по смыслу фильму ближе было бы название вроде «Во все тяжкие».
«Faire les quatre cents coups» — устойчивое французское выражение со значением «пуститься вразнос», «нарушать правила». Оно связано с осадой протестантского Монтобана в 1621 году во время гугенотских восстаний: Людовик XIII, который был католиком, велел выпустить по городу 400 пушечных залпов, чтобы запугать жителей.
И еще новость для меня, что Трюффо потом снял несколько фильмов в продолжение истории Дуанеля. Знатоки, что скажете, стоит их смотреть? Когда Ромер, Шаброль, Риветт и Маль еще почти не смотрены.
«Четыреста ударов», Франсуа Трюффо (1959)
❤12