Не могу не пошутить про напрашивающуюся аналогию: пока смотрела «Заводной апельсин» для нашего марафона #100великихфильмов, чувствовала себя как Алекс на сеансах отвратительной кинотерапии и также кричала про себя: Нет, только не Стэнли ван!

Это очень пессимистичный фильм. Он не даёт ответов, надежды или хотя бы однозначности. Показывает насилие притягательным и заряженным драйвом и обаянием главного героя. Ведёт рассказ от лица садиста, давая нам с ним идентифицироваться, сочувствовать и жалеть.

Люди, которые любят Заводной апельсин, расскажите, за что? Я могу понять признание его особенным, важным, новаторским, но как это холодное, антиутопичное пессимистичное кино можно любить?

Прочитала в учебнике по истории киноязыка, что с конца 60-х годов многие американские режиссеры обратились к теме насилия, что связывают с уходом его из реальной жизни людей: первым был фильм «Бонни и Клайд», который мы уже обсуждали в марафоне. Ещё из значимых фильмов, исследующих эту тему, можно назвать «Апокалипсис сегодня» и «Крестного отца» Копполы, «Таксиста» и «Бешеного быка» Скорсезе, «Пролетая над гнездом кукушки» Формана.

Но даже в этом списке «Заводной апельсин» как будто стоит особняком: он гораздо жестче названных фильмов и вышел раньше их, в 1971 году. Если в 1967 году «Бонни и Клайд» шокировал общественность сценами перестрелки, которая сейчас для нас абсолютно привычны, то что говорить про «Заводной апельсин», который шокирует меня немотивированным и сексуализированным насилием даже в 2025 году.

Кто посмотрел «Заводной апельсин» или смотрел раньше, какие у вас чувства по поводу фильма? А еще хотелось бы обсудить идею фильма, в чем она для вас? Кубрик умеет быть неопределенным и допускающим множество смыслов, и в «Космической одиссеи» с его метафизической темой мне это кажется классным, но в «Заводном апельсине» с его противоречивым сюжетом — сбивает с толку.

На следующей неделе обсуждаем не менее скандальный фильм (рандомайзер любит паттерны) — «Виридиана» (1960) Луиса Бунюэля.