Еще один сильный фильм Канн — французский Notre salut про коллаборационизм и обыкновенный фашизм
Утром я побежал на громкую французскую премьеру — первую часть эпохального проекта «Битва де Голля» про то, как закалялась сталь генерала и будущего президента. Это фильм про Сопротивление и его борьбу вопреки за France Libre. Уже следом я оказался в зале с другой стороны – на фильме Эмманюэля Марра Notre salut, где показана Франция под режимом Виши.
В этом году в Каннах эта тема широко представлена в разных секциях, с разными акцентами. В конкурсной программе она уже затрагивалась в фильмах «Fatherland» Павликовского и «Мулен» Немеша.
Недавно я рассказывал вам про хит французского проката – Les rayons et les ombres («Лучи и тени»), где Жан Дюжарден играет журналиста Жана Люшера, который стал коллаборационистом. Здесь Сванн Арло безупречно, тихо и на полутонах играет амбициозного функционера, который хочет сделать карьеру в этой лицемерной системе. Это очень точное высказывание про типичного конформиста, который встает на рельсы зла ради тщеславия и начинает свой процесс отказа от человеческого ради общественного.
Кстати, тема дегуманизации здесь созвучна «Минотавру». Если у Звягинцева система ставит героя перед вызовом отправить на войну своих сотрудников, то здесь коллаборационист, занимающийся безработицей в министерстве труда, в какой-то момент должен будет решать вопрос с депортацией евреев. Количество и квоты оговариваются в обоих фильмах.
Этот конформист – Анри Марр, образ тусклой фигуры, жаждущей признания, как будто сошедшей со страниц Гоголя. Он приспосабливается, стремится занять положение в режиме Виши, а выглядит это максимально нелепо.
Типичная проблема ретивого конформиста – рвение и сервильность не работают. Он так и не становится своим в этой иерархии власти: его книгу о том, что «новая Франция защитит каждого француза» (если тольк он не еврей ) никто не читает, маршал Петен не жмет руку и не приглашает даже на обед во время визита, а команды выполнять приходится. Он остается пешкой, теряя человеческий облик, жену и семью. Он становится тенью человеконенавистнического режима, стирая себя на неведомой скорости. А все ради чего? Ради официальной фотографии, титра, упоминания.
В какой-то момент он восторженно учит сотрудников громко кричать «Vive le Maréchal» (не путать с Vive la République), готовя их к визиту Петена. Но не понимает, что чем громче он продает себя злу, тем меньше доверия к нему со стороны родных, которых бесит теперь даже стук каблуков его ботинок.
Трагедия в том, что они даже боятся признаться в этой сделке с дьяволом. Коллаборационизм они называют «кооперацией», а отправку евреев в лагеря – «ramassage», что значит буквально «сбор». Даже секретарша героя вопрошает в итоге: а что это значит? Сам же он считает, что делает это ради Франции и её свободы от Германии. Такое снова жертвоприношение. Но процесс подписания талонов на топливо, чтобы грузовики везли евреев в лагеря, выглядит максимально цинично, но практично для него. Так он проходит путь от ложного идеализма к моральной катастрофе.
Вот и Le Monde сравнивает недавний хит и этот фильм:
Ну а прошлое проявляется в настоящем. Этот фильм много говорит о дне сегодняшнем, о заигрывании со злом, с драконами. Иногда таким банальным и обыкновенным, что еще страшнее. Поэтому в фильме на архивных кадрах зигования и приветствия Петена наложена знаменитая песня Life is Life. И это один из самых сильных моментов. Музыкальные сцены – режиссерская находка.
Не мы такие – жизнь такая.И ничего не меняется. Герой оказался реальным: это прадед режиссера. Чтобы помнили.
Утром я побежал на громкую французскую премьеру — первую часть эпохального проекта «Битва де Голля» про то, как закалялась сталь генерала и будущего президента. Это фильм про Сопротивление и его борьбу вопреки за France Libre. Уже следом я оказался в зале с другой стороны – на фильме Эмманюэля Марра Notre salut, где показана Франция под режимом Виши.
В этом году в Каннах эта тема широко представлена в разных секциях, с разными акцентами. В конкурсной программе она уже затрагивалась в фильмах «Fatherland» Павликовского и «Мулен» Немеша.
Недавно я рассказывал вам про хит французского проката – Les rayons et les ombres («Лучи и тени»), где Жан Дюжарден играет журналиста Жана Люшера, который стал коллаборационистом. Здесь Сванн Арло безупречно, тихо и на полутонах играет амбициозного функционера, который хочет сделать карьеру в этой лицемерной системе. Это очень точное высказывание про типичного конформиста, который встает на рельсы зла ради тщеславия и начинает свой процесс отказа от человеческого ради общественного.
Кстати, тема дегуманизации здесь созвучна «Минотавру». Если у Звягинцева система ставит героя перед вызовом отправить на войну своих сотрудников, то здесь коллаборационист, занимающийся безработицей в министерстве труда, в какой-то момент должен будет решать вопрос с депортацией евреев. Количество и квоты оговариваются в обоих фильмах.
Этот конформист – Анри Марр, образ тусклой фигуры, жаждущей признания, как будто сошедшей со страниц Гоголя. Он приспосабливается, стремится занять положение в режиме Виши, а выглядит это максимально нелепо.
Типичная проблема ретивого конформиста – рвение и сервильность не работают. Он так и не становится своим в этой иерархии власти: его книгу о том, что «новая Франция защитит каждого француза» (
В какой-то момент он восторженно учит сотрудников громко кричать «Vive le Maréchal» (не путать с Vive la République), готовя их к визиту Петена. Но не понимает, что чем громче он продает себя злу, тем меньше доверия к нему со стороны родных, которых бесит теперь даже стук каблуков его ботинок.
Трагедия в том, что они даже боятся признаться в этой сделке с дьяволом. Коллаборационизм они называют «кооперацией», а отправку евреев в лагеря – «ramassage», что значит буквально «сбор». Даже секретарша героя вопрошает в итоге: а что это значит? Сам же он считает, что делает это ради Франции и её свободы от Германии. Такое снова жертвоприношение. Но процесс подписания талонов на топливо, чтобы грузовики везли евреев в лагеря, выглядит максимально цинично, но практично для него. Так он проходит путь от ложного идеализма к моральной катастрофе.
Вот и Le Monde сравнивает недавний хит и этот фильм:
«Поражает сходство между Жаном Люшером, недавним героем фильма «Лучи и тени», и антигероем Эмманюэля Марра. Оба верят в идею (франко-германское примирение для первого, прогресс для Франции для второго), прежде чем поддаться на почве оккупации своему карьеризму. До полного бесчестия».
Ну а прошлое проявляется в настоящем. Этот фильм много говорит о дне сегодняшнем, о заигрывании со злом, с драконами. Иногда таким банальным и обыкновенным, что еще страшнее. Поэтому в фильме на архивных кадрах зигования и приветствия Петена наложена знаменитая песня Life is Life. И это один из самых сильных моментов. Музыкальные сцены – режиссерская находка.
Не мы такие – жизнь такая.И ничего не меняется. Герой оказался реальным: это прадед режиссера. Чтобы помнили.
👏23❤19✍7👍4🥴2🤔1
«Горько!» по-французски!
Прекрасный и нежный, грустный и смешной, такой французский и человечный
Меланхоличная ретро-комедия от Кристофа Оноре освежила слишком серьезные Канны.
Кристоф Оноре показал вне конкурса фильм «Свадьба со вкусом апельсина» про свадьбу в конце 70-х в Бретани. Слезы, драки, выяснение отношений и будущее, которое тоже тревожно. Но все же это свадьба. И потому это мне напомнило «Горько!» по-французски.
Благодаря мастерству Оноре герои не только погружаются в трагическую историю семьи, но и полностью проживают праздник, который мог бы стать их собственным. А мы оказываемся гостями этой вечеринки. Неврозы не за горами, и насилие вспыхивает по мере развития свадебной церемонии.
Адель Экзаркопулос, Венсан Лакост, Поль Киршер и многие другие популярные французские актеры устроили удивительно нежный аттракцион, на котором невозможно не пустить слезу. Это такой французский La La Land. Очень тонкое кино, которое заряжает и потрясает. Всем советую!
Прекрасный и нежный, грустный и смешной, такой французский и человечный
Меланхоличная ретро-комедия от Кристофа Оноре освежила слишком серьезные Канны.
Кристоф Оноре показал вне конкурса фильм «Свадьба со вкусом апельсина» про свадьбу в конце 70-х в Бретани. Слезы, драки, выяснение отношений и будущее, которое тоже тревожно. Но все же это свадьба. И потому это мне напомнило «Горько!» по-французски.
Благодаря мастерству Оноре герои не только погружаются в трагическую историю семьи, но и полностью проживают праздник, который мог бы стать их собственным. А мы оказываемся гостями этой вечеринки. Неврозы не за горами, и насилие вспыхивает по мере развития свадебной церемонии.
Адель Экзаркопулос, Венсан Лакост, Поль Киршер и многие другие популярные французские актеры устроили удивительно нежный аттракцион, на котором невозможно не пустить слезу. Это такой французский La La Land. Очень тонкое кино, которое заряжает и потрясает. Всем советую!
❤48👍8🔥4🥴4
Газета Libération вынесла фильм Notre Salut про коллабрациониста эпохи Виши и мягкотелость посредственности на обложку с подписью «шедевр». Это большая заявка на успех и еще один претендент на высокую награду фестиваля:
«Тик-так, тик-так - пришло время шедевра. На девятый день конкурса «Наше спасение» обнуляет все счетчики. Легким движением фильм словно спасает фестиваль и, кто знает, возможно, и страну – за год до президентских выборов, – рассекая своим ясным и беспощадным лезвием как посредственность неровной программы, так и трясину компромиссов эпохи, все больше напоминающей нашу собственную. Звучит пафосно, но фильм совсем не таков: выходя ошеломленными из кинозала, зрители поражены гениальной экономией формы и повествования, тем кошачьим способом, которым картина втягивает нас в себя и уже не отпускает, пока мы наблюдаем, как ее антигерой, почти не веря в это сам, шаг за шагом поднимается по ступеням политической и моральной коррупции в годы коллаборационизма».
❤28👍6🥱5👎2🔥2
Их не догонят
В Каннах показали самый нежный и необычный фильм о войне. Молодой и дерзкий режиссер Лукас Дон привез на Круазетт свой третий фильм – жизнеутверждающую драму «Трус» про смелую любовь вдоль линии фронта
Война – это смерть, безумие, кровь и трупы. Все это мы видим и в этом кино, как и в антивоенном манифесте «На Западном фронте без перемен». Но здесь же режиссер, нисколько не приукрашивая мрак, показывает и совсем другую сторону – романтичную, развлекательную, в чем-то даже оптимистичную.
Действие картины разворачивается на бельгийском фронте во время Grande Guerre, Первой мировой войны. В центре внимания – малоизвестный сюжет фронтовых драг-театров, которые были созданы для поднятия боевого духа солдат. Это любительская театральная труппа полка, где солдаты исполняют как мужские, так и женские роли. Есть там и звезда – Франсис, сын портного, который нашел свой откровенно манерный сценический образ и лучше всего выглядит в женских платьях. Он очаровывает сослуживцев, генералов и скромного и застенчивого Пьера по прозвищу «Тихая мышь» из семьи фермеров.
Между парнями вспыхивает моментальная страсть, сильное взаимное притяжение, и в промежутках между спектаклями они начинают тайный роман. Кстати, сами номера и выступления достойны отдельного упоминания. Этого свежего дыхания и какой-то безграничной свободы неровной конкурсной программе в этом году как-то не хватало. Лукас Дон точно встряхнул уставших за 10 дней зрителей и заставил даже на квир-драму смотреть под другим углом.
Так как война дала возможность этим людям встретиться, то и на нее они теперь смотрят по-другому. Кажется, они обретают связь, невозможную за пределами поля боя. А потому один из них даже сожалеет, что война всё-таки однажды закончится и ему придется вернуться к скучной жизни, где, возможно, им придется расстаться, хотя так и хочется сбежаьт в горы вдвоем, дальше от них. Их не догонят.
Ради друг друга они совершают поступки, а Пьер даже примыкает к труппе, из-за чего его называют трусом. Ведь пока они танцуют – другие умирают. Но любовь важнее, и в ней как раз главный герой совсем не трусит, а даже идет напролом, не боясь быть раскрытым.
Дон создает более сложный портрет войны, солдат и любовников: дебютанты Эммануэль Маккиа и Валентен Кампань создают потрясающий чувственный симбиоз, который напоминает дуэт Адель Экзаркопулос и Леа Сейду в «Жизни Адель» Кешиша. Они вполне вдвоем могут разделить актерский приз. То есть снова получается деконструкция маскулинности, тон которой задал в начале смотра Кантимир Балагов: здесь сила солдат показана не угрожающей, а мягкой и неуверенной.
Их союз, конечно, эфемерен и случаен, но он имеет большое и взрывоопасное значение для душ героев на фоне разрушительной войны. Это и есть их союз спасения на фоне сбора тел погибших. А кино получилось и правда слишком свободным, без стереотипов о войне и отношениях между солдатами. Главное – поверить, почувствовать и открыть сердце, а также добавить чуть-чуть юмора и самоиронии. И тогда этот маловероятный роман становится возможным. А если это было сто лет назад, то, возможно, стоит по-другому относиться к жизни сегодня.
В Каннах показали самый нежный и необычный фильм о войне. Молодой и дерзкий режиссер Лукас Дон привез на Круазетт свой третий фильм – жизнеутверждающую драму «Трус» про смелую любовь вдоль линии фронта
Война – это смерть, безумие, кровь и трупы. Все это мы видим и в этом кино, как и в антивоенном манифесте «На Западном фронте без перемен». Но здесь же режиссер, нисколько не приукрашивая мрак, показывает и совсем другую сторону – романтичную, развлекательную, в чем-то даже оптимистичную.
Действие картины разворачивается на бельгийском фронте во время Grande Guerre, Первой мировой войны. В центре внимания – малоизвестный сюжет фронтовых драг-театров, которые были созданы для поднятия боевого духа солдат. Это любительская театральная труппа полка, где солдаты исполняют как мужские, так и женские роли. Есть там и звезда – Франсис, сын портного, который нашел свой откровенно манерный сценический образ и лучше всего выглядит в женских платьях. Он очаровывает сослуживцев, генералов и скромного и застенчивого Пьера по прозвищу «Тихая мышь» из семьи фермеров.
Между парнями вспыхивает моментальная страсть, сильное взаимное притяжение, и в промежутках между спектаклями они начинают тайный роман. Кстати, сами номера и выступления достойны отдельного упоминания. Этого свежего дыхания и какой-то безграничной свободы неровной конкурсной программе в этом году как-то не хватало. Лукас Дон точно встряхнул уставших за 10 дней зрителей и заставил даже на квир-драму смотреть под другим углом.
Так как война дала возможность этим людям встретиться, то и на нее они теперь смотрят по-другому. Кажется, они обретают связь, невозможную за пределами поля боя. А потому один из них даже сожалеет, что война всё-таки однажды закончится и ему придется вернуться к скучной жизни, где, возможно, им придется расстаться, хотя так и хочется сбежаьт в горы вдвоем, дальше от них. Их не догонят.
Ради друг друга они совершают поступки, а Пьер даже примыкает к труппе, из-за чего его называют трусом. Ведь пока они танцуют – другие умирают. Но любовь важнее, и в ней как раз главный герой совсем не трусит, а даже идет напролом, не боясь быть раскрытым.
Дон создает более сложный портрет войны, солдат и любовников: дебютанты Эммануэль Маккиа и Валентен Кампань создают потрясающий чувственный симбиоз, который напоминает дуэт Адель Экзаркопулос и Леа Сейду в «Жизни Адель» Кешиша. Они вполне вдвоем могут разделить актерский приз. То есть снова получается деконструкция маскулинности, тон которой задал в начале смотра Кантимир Балагов: здесь сила солдат показана не угрожающей, а мягкой и неуверенной.
Их союз, конечно, эфемерен и случаен, но он имеет большое и взрывоопасное значение для душ героев на фоне разрушительной войны. Это и есть их союз спасения на фоне сбора тел погибших. А кино получилось и правда слишком свободным, без стереотипов о войне и отношениях между солдатами. Главное – поверить, почувствовать и открыть сердце, а также добавить чуть-чуть юмора и самоиронии. И тогда этот маловероятный роман становится возможным. А если это было сто лет назад, то, возможно, стоит по-другому относиться к жизни сегодня.
❤54👍10😁3🥱3🌭2😐1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
⚡️ Габриэль Атталь объявил о своем выдвижении в президенты Франции
«Я баллотируюсь на пост президента!
Потому что я хочу предложить французам проект будущего и надежды.
Потому что я хочу, чтобы каждое поколение жило лучше, чем поколение его родителей и дедушек с бабушками».
«Я баллотируюсь на пост президента!
Потому что я хочу предложить французам проект будущего и надежды.
Потому что я хочу, чтобы каждое поколение жило лучше, чем поколение его родителей и дедушек с бабушками».
❤127🤣24🔥12🥱8❤🔥3👍2
Мое интервью с Андреем Звягинцевым на Дожде про фильм «Минотавр». Награждение через 3 часа!
YouTube
Звягинцев — о «Минотавре», моральном выборе и фильмах о России в эмиграции
🩷 ПОДДЕРЖИТЕ НАС ДОНАТОМ, ЕСЛИ ВЫ НЕ В РОССИИ: https://e.tvrain.tv/donate_newscut
___________________________
👉 Новый выпуск программы Надежды Метальниковой: https://youtu.be/zwqfSFY9v9I
👉 Психология на Дожде. Конфликты и обиды: https://youtu.be/ZSdm0nrnWJQ…
___________________________
👉 Новый выпуск программы Надежды Метальниковой: https://youtu.be/zwqfSFY9v9I
👉 Психология на Дожде. Конфликты и обиды: https://youtu.be/ZSdm0nrnWJQ…
1❤46🔥7👎2❤🔥1👍1
Forwarded from Телеканал Дождь
Об этом Звягинцев заявил в интервью Дождю.
«Мне интересно, как отреагирует Министерство культуры. Дадут ли они прокатное удостоверение фильму или нет? Я прекрасно понимаю все резоны, по которым они скажут „нет“. Но я бы попробовал это сделать. Даже интересно пройти этот путь. Интересны формулировки, что люди ответят», — сказал режиссер.
Он добавил, что уверен, что люди в России увидят фильм.
«По крайней мере, все те, кто умеют нажать кнопку VPN — они точно увидят, потому что у пиратов эта картина будет. Я совсем не против (того, чтобы картину посмотрели нелегально — прим. ред.). Другого пути у нее нет», — отметил Звягинцев.
Целиком интервью можно посмотреть по ссылке.
Фото: Festival de Cannes
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍40❤15🔥4🤔2🥴1
Перед церемонией награждения посетил в Каннах могилу Клауса Манна, который в 1949 году отказался с отцом, писателем Томасом Манном, и сестрой Фридой возвращаться на родину, в Германию. Он не мог вернуться в эту страну, никогда.
Клаус Манн застрелился в Каннах во время того визита его папы, он похоронен на местном кладбище. Фильм «Fatherland» открывается именно сценой из Канн, где его играет Август Диль. Вот так символично я завершил фестиваль. И желаю Павлу Павликовскому успехов сегодня!
Клаус Манн застрелился в Каннах во время того визита его папы, он похоронен на местном кладбище. Фильм «Fatherland» открывается именно сценой из Канн, где его играет Август Диль. Вот так символично я завершил фестиваль. И желаю Павлу Павликовскому успехов сегодня!
❤56👍19😢9💔7❤🔥4😐3😁2
И я должен сказать о моей личной Пальме. Это испанский фильм «La Bola negra» (Черный шар) молодого дуэта режиссеров Хавьера Калво и Амбросси. Ребята сняли очень красивое кино с красивыми людьми, где история непосредственно соединяется с современностью.
Это удивительная фреска поколенческого покаяния. Через три эпохи на наших глазах оживает незавершенный роман Федерико Гарсиа Лорки, убитого фашистами на фоне Гражданской войны в Испании. Его гомосексуальность стала с начала 30-х годов объектом самых отвратительных нападок и, вероятно, одной из причин его убийства. Это стало и поводом для посвящения ему жизнеутверждающего фильма.
Это нежное и амбициозное полотно рассказывает о становлении и формировании Испании. Песни, фламенко вперемешку с войной, бомбежками и перестрелками – вот начинка кино. Драматургия и лирика Испании XX века здесь идут рука об руку. Это их Novecento, как завещал Бертолуччи. А еще это манифест освобождения, кино об эмансипации гомосексуалов на протяжении трех поколений. Карлоса, героя рассказа Лорки, не принимают из-за этого в знаменитое казино Гранады; знаменитый футболист становится любовником Лорки, попадает в плен, где в него фатально и запретно влюбляется охраняющий его солдат Себастьян. В данном случае фильм также сильно пересекается эмоционально и по сюжету с картиной Лукаса Дона о нежности в полку времен Первой мировой. Здесь тоже мы видим безусловную любовь на фоне революции, стремление солдат к морю и свободе.
«Это также внутренняя война, внутренняя боль, внутренний стыд – тот самый “черный шар”, который мы все еще чувствуем внутри себя», – так говорят авторы о своем кино.
В этой постановке, свободно смешивающей все жанры – от военного кино до комедии, не говоря уже о сценах, балансирующих между сновидением и фантастикой, – фильм визуализирует и одновременно отдает дань поэзии Лорки. Но главное его достоинство – это безумный актерский состав, сочетающий международных звезд (Пенелопа Крус, Гленн Клоуз), знаковых испанских актеров, например Лолу Дуэньяс, постоянную актрису фильмов Альмодовара, а также новые открытия, такие как Guitarricadelafuente, очень убедительный в роли Себастьяна. С ним я и познакомился вчера на фестивале (на фото).
В общем, отличное и умное кино – одновременно зрелищное и глубокое, подкрепленное блестящей режиссурой и роскошным кастингом, — вполне может завоевать «Золотую пальмовую ветвь» 79-го Каннского фестиваля.
Это удивительная фреска поколенческого покаяния. Через три эпохи на наших глазах оживает незавершенный роман Федерико Гарсиа Лорки, убитого фашистами на фоне Гражданской войны в Испании. Его гомосексуальность стала с начала 30-х годов объектом самых отвратительных нападок и, вероятно, одной из причин его убийства. Это стало и поводом для посвящения ему жизнеутверждающего фильма.
Это нежное и амбициозное полотно рассказывает о становлении и формировании Испании. Песни, фламенко вперемешку с войной, бомбежками и перестрелками – вот начинка кино. Драматургия и лирика Испании XX века здесь идут рука об руку. Это их Novecento, как завещал Бертолуччи. А еще это манифест освобождения, кино об эмансипации гомосексуалов на протяжении трех поколений. Карлоса, героя рассказа Лорки, не принимают из-за этого в знаменитое казино Гранады; знаменитый футболист становится любовником Лорки, попадает в плен, где в него фатально и запретно влюбляется охраняющий его солдат Себастьян. В данном случае фильм также сильно пересекается эмоционально и по сюжету с картиной Лукаса Дона о нежности в полку времен Первой мировой. Здесь тоже мы видим безусловную любовь на фоне революции, стремление солдат к морю и свободе.
«Это также внутренняя война, внутренняя боль, внутренний стыд – тот самый “черный шар”, который мы все еще чувствуем внутри себя», – так говорят авторы о своем кино.
В этой постановке, свободно смешивающей все жанры – от военного кино до комедии, не говоря уже о сценах, балансирующих между сновидением и фантастикой, – фильм визуализирует и одновременно отдает дань поэзии Лорки. Но главное его достоинство – это безумный актерский состав, сочетающий международных звезд (Пенелопа Крус, Гленн Клоуз), знаковых испанских актеров, например Лолу Дуэньяс, постоянную актрису фильмов Альмодовара, а также новые открытия, такие как Guitarricadelafuente, очень убедительный в роли Себастьяна. С ним я и познакомился вчера на фестивале (на фото).
В общем, отличное и умное кино – одновременно зрелищное и глубокое, подкрепленное блестящей режиссурой и роскошным кастингом, — вполне может завоевать «Золотую пальмовую ветвь» 79-го Каннского фестиваля.
❤45👍14👎8😁2🥱1
Звягинцев, Павликовский, испанцы, Лукас Дон – все наши в зале, значит получат награды
❤51🔥12