Название: Эхо приема наркотиков

Дата написания: 18/01/25

Автор: Алексеев Борис Андреевич



Я здесь, я настоящий,
и кривляться я люблю.
На этом месте я без фальши,
для вас пишу, для вас стою.

Меня не выдумали книги,
догматы ушлых впредь людей.
Меня не воспитал учитель,
а мать с отцом — и быть добрей

всегда глаголили родные,
всегда держать зло при себе,
не множить, как бы ни просили
недобрые отцов сыны.

Меня опорожнили знатно
аффекты и сказанья о них,
яды, что варились разно,
впредь добрый лик во мне притих.

Название: В 16:00 я умру за мечту

Дата написания: 18/01/25

Автор: Алексеев Борис
Андреевич



Кто был ноктюрн, кто есть ноктюрн,
кто падал на прохожих в избах,
зубами клацал, вожделея блеск купюр,
и кто забыл всю прелесть жизни?

Я опрокину все часы,
ведь времени боюсь, дрожа.
Напав на то, что называется весы,
отрину всё, чем дорожа,

в конвульсиях я трясся
и был таков — не знаю, буду ли
я дальше. И пусть мне неизвестно,
какой я повидаю грязи.

Утону, пока есть шанс,
во всех немыслимых фрагментах
памяти и чистоты
незабываемого детства.

Оставь меня, мой ангел сизый,
и, став спокойным, дальше мле́й.
Ты падал на прохожих в избах,
ты был ноктюрн и есть теперь.

Название: Шепот, но не после расставания с Елизаветой.

Дата написания: 18/01/25

Автор: Алексеев Борис Андреевич



Мне Ива шепчет, что пора ей уходить,
что врут мне все и всех забыть.
Мне хочется убрать друзей родных,
чтоб не было опоры.

Я волком вою, я один.
В займы, в займы, Господь, мне сил!
Отдай, ты ж можешь всё аль нет?
Я ведь хотел твой трафарет,

а не иконы, что висят везде.
Я вою волком в честь луне,
забери хоть жир, хоть мясо,
кости мне одни оставь.

Позволь мне блеск последний яств
чревом как следует впитать.

И я боюсь, что моё древо
плакучим будет навсегда,
что не родить мне с ним детей
и жить судьбою подлеца.

И оставил всё как есть —
дом из стекла, дом из стекла
догнивает. Такова уж весть.

Я был
и не был
вне себя.

я буду читать стихи своим братьям

почему безголовые туши висят на крюках в вашем коридоре? что пролилось на пол напомнив мне красное море? в чем была ваша проблема, когда в кирзовых сапогах вы младенцев топтали? быть может вы хотите сказать, что никогда никого не обижали? а каких масштабов проблема была, что вы пили так яростно?
сколько умерло людей от ваших рук, они мешали вам? говорили гадости? вы упали на колени простив себя за выдуманные деяния, вы видали волков, что едят волчат, вы терпеть не могли покаяния, сколько стен вы возвели и сколько обратили в прах? это все для того, что бы доказать, что вы не дурак? немерено было пролито крокодиловых горестных слез, они пролились в молоко и конвой обстоятельств их дальше увёз, каких вам не хватало слов, что бы сказать все о чем думали? привлекательных или мерзких, суть не в том где их взять, а просто от куда они, мясистая ругань однажды разрешила вам поножовщину, вы тот час же согласились, в руках блеснуло железо безбожно, вы криками однажды решили проблему, вот только катализатор проблемы оглох, вы думайте о цинизме, распутстве и всяком разбое, но для вас существует Бог, каким то доспехом себя наградили, вроде из чугуна, вы не знаете что такое легко, тяжести грудина полна, я могу описать вас как циничную похоть, как шлейф настолько рвотный, что хочется сдохнуть, что не было никаких в вас прикрас, что зря выдуманные идеи просили встать вас в анфас, что дома из стекол дрожащие выдумка, что ковры из рабочих перстов чушь, что скупой почти мёртвой молитвою, вы вьетесь на сковородке жизни как уж, но каких мне стоит сил описать вас, как самого нелюдимого негодяя, я знаете вижу в вас столько прикрас, что не могу ругаться это я знаю, я оставлю вас с братьями, вы им пишите, они вас точно поймут, это было письмо из ниоткуда в мир настоящий, а теперь наложите жгут.

бронетранспортер из ткани

от отца пахнет морозом, табаком
он принес с собой улицу и продукты
я взял на себя то, что называют виной
кого же хотел обмануть ты

я желал убрать все фаланги
я очень хотел инвалидность
что бы не лить в себя тонны браги
оправдать свою деструктивность

по этому случаю я и волосы сбрил
и уши сломал я не пискнув
ты спросишь как таких как я носит мир
а я очень хотел инвалидность

готовы?

небольшая саморецензия:

позитивнее стихотворения у меня не было

если было поправьте

о чем вы думаете, когда мне снитесь?

кровавые подношения

я чувствую яму на поверхностях разных
в комнате пыльных цветов я один
розоватый блеск солнца ужасен
меня рвет желтым, почти золотым

я укрыл шторами окоченелые ноги
открыл для глаз я неведомый свет
жаль что не мил мне лучистый о Боги
споткнуться в убогий мой лазарет

он на отшибе мира, он идеальный
там думать не надо, там надо пить
игры где на кон жизнь ты поставил
победы не ждут, лишь проигрыша прыть

я исчезну, вернусь с поэмой

я вернулся и соврал

Считаю, но вспомнил, что в арифметике не силён.

Сборник стихотворений «Поэзия троих»
является частым гостем моей головы и родителем идей в ней же.

Такая практика, как рефлексия, присуща человеку внимательному к деталям и старающемуся разобраться с бардаком познания самого себя, а в моём случае — ещё и взросления.

Все эти три произведения — это ничто иное, как выдуманные проблемы без возможности решения, задачи без условия, ведь изначальным концептом была неиссякаемая тревога и деструктивные (почти девиантные) мысли.

Эта выдуманная структура — лишь жалкая попытка обозначить важность собственных действий и мира вокруг, но путём нехитрых умозаключений вскоре становится понятно, что обесценивание, сатира, издевательство над прекрасным вгоняют тебя либо во мрак, из которого трудно выбираться, ведь ты сам придумал себе среду обитания, в которой тебе комфортно, либо в безудержную рефлексию.

Второй вариант мне всегда нравился больше: я хотел творить, хотел уродство, а оно хотело меня.

Единственное, я не учёл, что всё вокруг не черно-белое.

Цитата небезразличного мне человека:

«любая крайность — это хуйня».

Отсюда последовал скоропостижный вывод: относиться к тому, что любишь, с должным вниманием, уделяя анализу собственных действий внутри обожаемого дела больше времени.

«Поэзия троих» — это апогей безумства, которым я хочу поделиться с вами, поэтому надеюсь, эти стишки найдут отклик в читателях, а эти слова — в сердцах людей, у кого был похожий или смежный опыт.

За идею анализа собственного творчества не могу не отблагодарить своего, многоуважаемого друга Руслана.

Я тебя люблю.