В Пушкинском музее стоит огромная очередь на Климта и Шиле (при том, что показывают только рисунки), а рядом без всякого ажиотажа идет отличная выставка Хаима Сутина. Сутин — он как Шагал, только недобрый и совсем несчастный: из местечка под Минском сбежал в Париж, жил в артистических общагах на Монпарнасе, дружил с Модильяни, более-менее нищенствовал, пока в 20-е его не начали оптом скупать американцы. Впоследствии его определили в предшественники абстрактного экспрессионизма — дескать, он тоже понимал живопись как чистое движение, энергию мускульного действия, но Сутин до окончательного триумфа не дожил — умер в 43-м (как сообщает музейная экспликация, "на его похоронах присутствовали ВСЕГО ЛИШЬ Пабло Пикассо и Макс Жакоб"). На примере Сутина хорошо объяснять, что значит "художник так видит" и почему у него "все не так, как на самом деле": его портреты с корявыми фигурами еще можно принять за карикатуру, но дальше начинаются натюрморты с разделанными тушами, и это прямо ох. Сутин писал куски мяса с натуры, дождавшись, пока они начнут гнить и разлагаться, и так у него все: дома, деревья, плоды, звери и птицы — плавятся, деформируются и гнутся в дугу, как будто их поместили в ядерный реактор. Везде резким акцентом присутствует красное — это могут быть помидоры, или крыши, или драпировка, или просто подпись художника, но выглядит все равно, будто пустили кровь. Такая оптика: мир, вывернутый кишками наружу, бойня номер пять (и с этим видением он в 30-е, конечно, был ближе к правде, чем записные реалисты). На выставке еще показывают работы Ротко и де Кунинга, на которых Сутин как бы повлиял (а также Фрагонара и Шардена, которые повлияли на него), и в том же ряду - мощнейшую "Лежащую фигуру" Фрэнсиса Бэкона (если дойдете, не пропустите табличку с цитатой из Делеза рядом). И еще потрясающая картина "Свиньи" — там нет ни крови, ни особой деформированности, но она как-то сразу про всё.

InLiberty сделали специальный юбилейный журнал — шесть текстов о том, что было бы, если бы революции не было, или если бы революция была другой. Россия победившего Антоновского восстания, красная власть без большевиков, страна, которая не вступила в Первую мировую, "Аврора", которая стреляла не туда. Есть и моя статья — о том, что с любым альтернативным вариантом истории есть одна проблема: он отменяет нынешних нас. Посмотрите, в общем http://100.inliberty.ru/

Пишут, что в "Фаланстере" уже продается новый роман Марии Степановой "Памяти памяти" — удивительная книга, роман(с)-рассуждение о свойствах памяти, о том, как в нас и вокруг нас сохраняется (и одновременно исчезает) прошлое наших родителей, и родителей наших родителей, о том, что как бы мы ни хотели удержать все уходящее, ничего нельзя вернуть, восстановить или окончательно починить. Степанова — поэт, который пишет сейчас лучшую прозу на русском, готов повторять это бесконечно, и новый роман — самое веское тому подтверждение. Все в книжный.

Друзья! У меня тут важный дебют - цикл интервью о духе времени прямо сейчас. И первое интервью - с Татьяна Левина, хранителем в Третьяковской галерее:

"– А вы можете согласиться с тем, что искусство и политика были тогда неразрывно связаны? Знаете, вот как Бунин ругался, что всюду были авангардисты и символисты – и все закончилось революцией.

– Нет-нет, это совсем не так! Вот с этим совсем не соглашусь. Вы видели выставку в Третьяковке «Некто 1917»? Там очень хорошо видно, чем на самом деле было занято искусство в это время, мои коллеги хорошо это показали.

А Бунин хотел вечно рассказывать, как славно, так сказать, любилось на полянке и в аллеях, на пароходе и на сеновале, и больше ничего и не происходит – в то время как открылась-бездна-звезд-полна-звездам-числа-нет-бездне-дна, и новое искусство – вот это, а он все причитает, что ему помешали, не видя, что полянка, сеновал и аллеи висят – или даже летят – в бездне. Шарик улетел, и мы все на этом шарике.

В общем, на мой взгляд, художнику состояться в искусстве ХХ века, не пройдя так или иначе, не осознав опыт авангарда, было невозможно. Иначе он так и сидел бы на полянке."

Ваши репосты важны как никогда, так что не сдерживайте себя!

https://republic.ru/posts/87656

Книга переводчика Норы Галь "Слово живое и мертвое " впервые вышла в 1972 году, с тех пор она стабильно переиздается раз в 2-3 года: Галь живо и не без юмора бьется с иноязычными заимствованиями, зашищая чистоту русского языка. Под девятью десятыми ее примеров можно подписаться и сегодня, но интереснее КЕЙСЫ (за это слово Галь убила бы на месте), по которым видно, что жизнь за 45 лет все же уехала вперед и утянула за собой язык. Очевидный пример — гастрономия: Галь не одобряет слово "фондю" (которого нет даже во французско-русском словаре) и советует переводчикам заменять "стейки" прекрасно прижившимися у нас "бифштексами". "Не обязательно же нам разбираться во всех тонкостях кухни всех стран!" Но тут все очевидно, интереснее описания человеческих переживаний. "Право же, — пишет Галь, — трудно сочувствовать героине современного романа, если, огорченная неладами с любимым человеком, она не "пытается понять, что произошло", а "анализирует ситуацию". Или: "Она прекрасно видела все возможные ходы, все соблазны или альтернативы. Интуиция подсказывала ей..." Неужели не лучше сказать: она видела все соблазны и распутья, чутье подсказывало ей..." И уж совсем удивительное: "И очень плохо — "он ощутил глубокую депрессию". В подлиннике-то depression, но по-русски все-таки "уныние", а еще лучше "он совсем пал духом". Конец цитаты. Все так — но мы-то знаем, что многие нынешние героини именно что "анализируют ситуацию", и разница между "видеть альтернативы" и "видеть распутья" — как между Кудриным и Глазьевым, а уж "ощутить депрессию" — это совсем не то же самое, что "пасть духом". Так или иначе, сегодня ни одно из этих выражений не выглядит дикостью, это точные и не терпящие АЛЬТЕРНАТИВ описания состояний психики (или, как сказали бы во времена, Галь, движений души). Не знаю, какой из этого вывод — то ли мы за четыре десятка лет отрастили новые разновидности душевного опыта, для которых потребовались заимствованные слова, то ли отсекли опыт, который язык умел передавать когда-то #faceofdepression

Кстати, о "face of depression": про сетевые флэшмобы типа недавнего обсуждения депрессии часто говорят, что они позволяют начать обсуждать вещи, о которых раньше было говорить не принято, найти для них подходящие слова. А что если наоборот? Можно ли предположить, что душевные состояния во все времена более-менее одинаковы, но каждая культура находит для них свое объяснение и через это проводит их тонкую настройку? Ну то есть — человеку, где и когда бы он ни жил, бывает плохо. Скучно, тошно, уныло. Но объясняется это по-разному — разлитием черной желчи, порчей и сглазом, буржуазными пережитками, эдиповым комплексом. Или, как сейчас — тем, что кто-то тридцать лет назад нанес тебе непоправимую психотравму или тридцать минут назад оскорбил твои сакральные чувства. Культура как бы отправляет человека искать внутри себя именно эту сегодняшнюю причину; желчь, комплекс или психотравму — и конечно же, ее находить. Ну и само название симптома — "хандра", "меланхолия" и "депрессия" — тоже предполагает разные оттенки мрачно-серого, а уж диагностировать их у себя, как в книжке Джером Джерома — дело пяти минут, особенно когда весь фейсбук этим болеет. Вся разница — в прошлом этот симптом и способ его объяснения предлагал врач, мудрец или парторг, сейчас это делает хэштег: фигура мудреца и вообще авторитета себя дискредитировала, а коллективный разум не может ошибаться.

Вот ещё хорошая песня про хандру // запись с великого концерта Бирна в Горбушке; не знал, что она существует https://youtu.be/F0Z5a73k3P0

Во второй раз в жизни решил прочитать книгу по self-help. Первая называлась "Как работать 4 часа в неделю и все успевать"; не помогло. У новой книжки не менее заманчивое название — "Как перестать себя совершенствовать", написал какой-то датчанин. Пока прочитал три главы, в них есть три умных мысли: 1) Все считают, что нужно постоянно "личностно расти" и "учиться новому", но это чушь. Если повезло чему-то научиться, сиди и занимайся тем, что получается. Все остальное — легковесное верхоглядство. 2) Не надо по любому поводу "прислушиваться к себе" и "доверять своей интуиции". Ни на один серьезный вопрос интуиция не ответит. Если тебе говорят, что надо сходить в консерваторию или прочитать Витгенштейна, лучше послушай умных людей, а не жди, что скажет по этому поводу внутренний голос. И вообще, все сидят в депрессии, потому что постоянно вслушиваются в себя, а там пустота и банька с пауками. 3) Не стоит постоянно "настраиваться на лучшее" и "мыслить позитивно"; от этого одни разочарования. Брюзжать и постоянно ждать подвоха — куда более конструктивная позиция. И вообще, ничто не мобилизует лучше, чем мысль "мы все умрем". В общем, интересное (и главное, полезное) пособие. Буду сообщать о развитии событий.

Хороший клип англичанки Джейн Уивер - посвящение бруталистской архитектуре 70-х, и музыка с этой холодной шершавой фактурой как-то совпадает. Вообще, весь ее последний альбом "Modern Kosmology" очень неплох, это музыка как бы из времен, когда синтезаторы были большими, но не буквоедски-ностальгическая, а живая и бодрая. А песня "Slow Motion" (см. ниже) так просто прелесть https://youtu.be/keXHh0lr2y8

Наконец позвали прочитать лекцию на действительно интересную для меня тему - про смерть. В пятницу, в 9 утра (!!!), в Мультимедиа арт музее, по предварительной регистрации https://creativemornings.com/talks/199-2479

"Передо мною лежит убитый мною человек. За что я его убил?
Он лежит здесь мертвый, окровавленный. Зачем судьба пригнала его сюда? Кто он? Быть может, и у него, как у меня, есть старая мать. Долго она будет по вечерам сидеть у дверей своей убогой мазанки да поглядывать на далекий север: не идет ли ее ненаглядный сын, ее работник и кормилец?..
А я? И я также... Я бы даже поменялся с ним. Как он счастлив: он не слышит ничего, не чувствует ни боли от ран, ни смертельной тоски, ни жажды... Штык вошел ему прямо в сердце... Вот на мундире большая черная дыра; вокруг нее кровь. Это сделал я.
Я не хотел этого. Я не хотел зла никому, когда шел драться. Мысль о том, что и мне придется убивать людей, как-то уходила от меня. Я представлял себе только, как я буду подставлять свою грудь под пули, И я пошел и подставил.
Ну и что же? Глупец, глупец! А этот несчастный феллах (на нем египетский мундир) - он виноват еще меньше. Прежде чем их посадили, как сельдей в бочку, на пароход и повезли в Константинополь, он и не слышал ни о России, ни о Болгарии. Ему велели идти, он и пошел. Если бы он не пошел, его стали бы бить палками, а то, быть может, какой-нибудь паша всадил бы в него пулю из револьвера. Он шел длинным, трудным походом от Стамбула до Рущука. Мы напали, он защищался. Но видя, что мы, страшные люди, не боящиеся его патентованной английской винтовки Пибоди и Мартини, все лезем и лезем вперед, он пришел в ужас. Когда он хотел уйти, какой-то маленький человечек, которого он мог бы убить одним ударом своего черного кулака, подскочил и воткнул ему штык в сердце.
Чем же он виноват?
И чем виноват я, хотя я и убил его?" // Всеволод Гаршин, "Четыре дня"

Девушка за соседним столиком возмущённо размахивает в воздухе палочками для еды:

- Я вот считаю, что фильм дольше полутора часов - это неуважение к зрителю, это.. это харрасмент какой-то!

Ее подруги согласно кивают.

Ответы Летова на вопросы пользователей сайта "ГО" изданы отдельной книжкой с предисловием Семеляка, презентация на ярмарке non fiction