В одном из древних синтоистских мифов богиня солнца Аматэрасу освещает мир как сила, удерживающая его связность - ритмы роста, чередование дня и ночи, способность живого откликаться друг на друга, не распадаясь на изолированные фрагменты.

Ее брат, бурный и неустойчивый бог Сусаноо, вторгается в это пространство как сила, нарушающая соразмерность: разоренные поля, разрушенные границы священного, тревожное смещение, в котором форма перестает удерживаться, постепенно переводят мир в состояние разлада.

В какой-то момент Аматэрасу не отвечает на это разрушение прямым действием и отступает, скрываясь в пещере Амано-Ивато; вместе с этим жестом мир теряет свет и способность продолжаться - рост прерывается, ритуалы обрываются, пространство перестает удерживать присутствие.

Боги собираются у входа, и их усилие направлено на то, чтобы вновь собрать пространство: его украшают, перед входом возникает подобие сцены, появляется зеркало и драгоценности, и в этой плотности внимания возникает движение - богиня Аме-но-Удзумэ начинает танцевать, ее тело задает ритм, смех распространяется среди богов, и вместе с ним возвращается ощущение связности, в котором снова возможно совместное присутствие.

Изнутри пещеры Аматэрасу слышит этот звук, и именно он - как знак ожившего мира - побуждает ее приоткрыть вход; взгляд, направленный наружу, встречается с зеркалом, где свет оказывается уже отраженным и удержанным в пространстве, и в этом едва заметном сдвиге она выходит, камень отодвигается, и миру возвращается его непрерывность.

В этой истории движение складывается как постепенное собирание условий, внутри которых проявленность становится возможной, и потому свет появляется как отклик на пространство, способное его удержать.