Моя любимая Башня представила два новых выставочных проекта в честь Дня города. На лестничных пролетах — инсталляции о любви к Левобережью, «воспоминания» о знаковых зданиях и сооружениях Кировского и Ленинского районов (ДК им. Клары Цеткин, кинотеатр «Металлист», ДК «Сибсельмаш», Расточка и др.), сохранившихся и уже утраченных. Как уроженец и житель левого берега, я всячески разделяю стремление хранителей Башни его популяризировать: тут хорошо и, кстати, давно не так, как привыкли думать правобережные. На шестом этаже Башни — «Шире рамки», выставка работ (картины и фотографии, коллажи и постеры) авторов, «которых вы знаете не за это», с гуманистическим посылом о том, что каждый из нас художник и не важно, в скорой помощи или в деловом журнале вы работаете. Не могу не похвастаться, что там есть и мои творения. Сходите заценить, и мне приятно будет, и вы в Башню наверняка влюбитесь.
ашдщдщпштщаа
Моя любимая Башня представила два новых выставочных проекта в честь Дня города. На лестничных пролетах — инсталляции о любви к Левобережью, «воспоминания» о знаковых зданиях и сооружениях Кировского и Ленинского районов (ДК им. Клары Цеткин, кинотеатр «Металлист»…
«Панк-самиздат-пранк-дизайн» — обозвал свою часть выставки на шестом этаже Башни именно так. В общем, я и придумал идею всей выставки и предложил ее команде Башни, чтобы выставиться с этими плакатами за компанию, а они всё сделали сами (отличное название «Шире рамки» — не моё!) и хотят еще опен-колл сделать, чтобы те, кто занимается искусством себе в удовольствие (и у них получается хорошо) и нигде не выставляется (потому что не думает, например, что это кому-то интересно), тоже могли принять участие в проекте. Потому что Башне это интересно.
Да, архитектура родилась как инструмент продвижения веры. Это стало возможным, потому что мы способны удивляться. Нас можно не то чтобы обмануть, но впечатлить, скажем так. Кстати, это безумное увлечение искусственным интеллектом — тоже проявление нашего желания удивляться и, может быть, даже обманываться. Это игра на тех же струнах, на которых играет религия. Точно так же неотъемлемой частью генезиса архитектуры является постоянное воспроизводство чуда.
https://www.sobaka.ru/city/urbanistics/215845
Ждал от паблик-тока большего, но хорошие цитаты есть. Например, про «Зарядье», который Сергей Кузнецов выделяет как один из своих главных проектов: «Город определяется количеством мест, которые известны миру помимо его названия. Мне кажется, нам удалось создать такое место».
https://www.sobaka.ru/city/urbanistics/215845
Ждал от паблик-тока большего, но хорошие цитаты есть. Например, про «Зарядье», который Сергей Кузнецов выделяет как один из своих главных проектов: «Город определяется количеством мест, которые известны миру помимо его названия. Мне кажется, нам удалось создать такое место».
Вход в «Карту мира», как известно, мне заказан, потому что, цитируя директрису, «нихуя это не общественное пространство, тут могут и нахуй послать», одними читай-городами сыт не будешь, в Москве, Питере, Екатеринбурге и Красноярске бываю не так часто, как хочется, а заходить в книжные, чтобы видеть, ТРОГАТЬ и иногда даже покупать книги, мне нужно и важно, пардон за пафос. Я за это фаустовские ярмарки и люблю.
Заценил в субботу два магазина, о которых не раз слышал, но ни разу в них не был. Первый — «Сибирь на страницах», он же «Книжное пространство "Бюро №13"», на углу Потанинской и Красного, одна дверь с галереей «Че». Уютный и симпатичный, но для меня очень краеведческий: книги про Сибирь и/или сибирских авторов, уважаю, но не горю (потому и в их трамвае за оперным тоже не был). Второй — «Книжный бункер» на минус втором этаже «Амстердама» на «Студенческой». Просторный и симпатичный, с вайбом «Плиния» и «Капитала» со всеми плюсами и минусами покойных. Вряд ли смог бы его полюбить, но рад, что он такой есть.
Заценил в субботу два магазина, о которых не раз слышал, но ни разу в них не был. Первый — «Сибирь на страницах», он же «Книжное пространство "Бюро №13"», на углу Потанинской и Красного, одна дверь с галереей «Че». Уютный и симпатичный, но для меня очень краеведческий: книги про Сибирь и/или сибирских авторов, уважаю, но не горю (потому и в их трамвае за оперным тоже не был). Второй — «Книжный бункер» на минус втором этаже «Амстердама» на «Студенческой». Просторный и симпатичный, с вайбом «Плиния» и «Капитала» со всеми плюсами и минусами покойных. Вряд ли смог бы его полюбить, но рад, что он такой есть.
«Понятие крутости, как многие изобретения человечества, зародилось в Африке. <…> На языке йоруба enun tutu означает «крутой рот», в то время как на языке кикуйю kanua kohoro означает «крутой язык» — оба понятия описывают силу умения промолчать вместо того, чтобы разевать свой глупый рот», — сообщает Гэвин Эдвардс на первых страницах, и тебе сразу понятно, что следующие тебя не разочаруют. Автор книг о Билле Мюррее, Ривере Фениксе и Томе Хэнксе рассказывает и о жизни (интереснейшей) «самого крутого человека в Голливуде», и обо всех его киноролях на момент выхода этой биографии (2021) — перед каждой мини-рецензией указаны имя персонажа, количество минут до его появления, «не вырезанные ругательства», ключевая цитата и, самое главное, Коэффициент SLJ, измеряющий «развлекательную ценность Сэмюэла Л. Джексона в конкретном фильме, учитывая качество его игры и количество экранного времени»: у «Чтива» и «Долгого поцелуя на ночь» 10/10, «Формула 51» — 9/10, «Мстители» — 8/10 и т.д. Идея крутая, а книжка — суперкрутая.