Вы, прибегая к молитве, видите ее нечистой и говорите: какая это молитва? Правда, что худая, однако ж не фарисейская, но, кажется, хотя не совершенно мытарева, но ближе к ней. И не должно ее оставлять, укоряя себя за скверну ее и стараясь воззвать от помыслов. Оставив же ее, какую приобретете пользу? Там, по крайнем мере. За неисправность ее осуждаем себя, а может быть, когда и одно слово может умилостивить Бога, нам неведущим, а только смиряющим себя. Оставя ж молитву, совершенно охладеем.
#прп_Макарий_Оптинский
#прп_Макарий_Оптинский
...Важно, чтобы не проходило ни одного дня без чтения Символа Веры. Читайте его либо в последовании, либо отдельно. Если не успеваете помолиться дома, можно читать молитвы в пути. Бог всюду есть. Бог есть Дух! Когда вы голодны, разве только за трапезой едите? Разве не едите в пути, или во время работы? Лишь бы ум был в словах молитвы. Есть или нет желания молиться – молитву не прекращай. Попытайтесь вечером пролить на молитве хотя бы одну слезу. Слезы приходят, когда сердце чисто и ум не занят посторонними помыслами.
#старец_Иероним_Эгинский
#старец_Иероним_Эгинский
Для стяжания благодати необходимо, совершенно необходимо, как воздух, послушание. Монаха без послушания отец Серафим вообще не считал монахом. Только через полное послушание своему старцу возможен настоящий, реальный, а не мнимый и иллюзорный духовный путь. Внешние подвиги уединения и поста отец Серафим считал второстепенными по отношению к послушанию, то есть подспорьем, а не основой монашеской жизни. Телесный подвиг должен опираться на благословение старца и быть точно определенным. Отец Серафим считал, что без послушания невозможно занятие Иисусовой молитвой: она останется на уровне повторения звуков, не будучи в силах тронуть окаменевшее в гордыне сердце. Одному монаху отец Серафим сказал то, что я считаю дерзновенным и не повторил бы, если бы не слышал сам: «Никакой Иисусовой молитвы у тебя нет: ты просто привык к ее словам, как некоторые люди привыкают к ругани».
#схиархимандрит_Серафим_Романцов
#архимандритРафаилКарелин
#схиархимандрит_Серафим_Романцов
#архимандритРафаилКарелин
Еще говорил [монах Евагрий] : одного инока известили о смерти отца его; он сказал известившему: перестань говорить хулу: ибо «Отец мой бессмертен».
#Древний_патерик
#Древний_патерик
Будучи окружены всегда столькими и такими врагами, так злобно нас ненавидящими, не можем мы ожидать от них ни мира, ни перемирия, ни пресечения, ни отсрочки брани, а в каждое мгновение должны быть готовы на брань и тотчас же мужественно вступать в нее, как только откроют ее враги.
Конечно, было бы лучше, если бы мы вначале не открывали дверей естества своего и не впускали врагов и страстей внутрь себя, в душу и сердце; но после того как однажды проложили они себе дорогу в нас, нечего уже нам предаваться беспечности, но надлежит вооружиться против них, чтоб изгнать их из себя. Они бесстыжи и упорны и не выйдут, если не изгнать их бранью.
#прп_Никодим_Святогорец
Конечно, было бы лучше, если бы мы вначале не открывали дверей естества своего и не впускали врагов и страстей внутрь себя, в душу и сердце; но после того как однажды проложили они себе дорогу в нас, нечего уже нам предаваться беспечности, но надлежит вооружиться против них, чтоб изгнать их из себя. Они бесстыжи и упорны и не выйдут, если не изгнать их бранью.
#прп_Никодим_Святогорец
Можно было бы привести и еще множество мест из Слова Божия, которые самым убедительным образом свидетельствуют, что христианство есть крестоношение, подвиг самораспятия, состоящий в неустанной «невидимой брани» – никогда не прекращающейся в душе христианина борьбе с греховными страстьми и похотьми до полного их искоренения и насаждения противоположных этим страстям и похотям христианских добродетелей, которые перечисляет св. Ап. Павел, напр., в послании к Галатам (5, 22–23), называя их «плодами духа». Это – любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. Думаем, однако, что и приведенных мест вполне достаточно, чтобы опровергнуть ложные мнения тех, которые иначе хотят понимать христианство.
Если мы обратимся теперь к Священному Преданию нашей Церкви, к постановлениям Вселенских и Поместных Соборов и Святых Отцев, к Богослужебным книгам, к святоотеческим творениям и к житиям св. Мучеников, преподобных, святителей и прочих св. угодников Божиих, то и тут мы найдем, буквально на каждом шагу, решительное подтверждение истинности замечательного изречения великого подвижника и наставника духовной жизни преподобного и богоносного отца нашего Исаака Сирина: «Путь Божий есть ежедневный крест. Никто не восходит на небо, живя прохладно. О пути же прохладном знаем, где он оканчивается» .
Как строги наши канонические правила! Какой строгости жизни, подлинного подвига крестоношения требуют они не только от епископов, клириков и монахов, но и от мiрян! А разве могли бы такие правила явиться в свет, если бы не было в те благословенные времена и соответствующей строгости жизни среди христиан? Это только теперь, когда устои подлинно христианской жизни расшатаны до основания, многие находят эти правила «устаревшими» и требуют их изменения или даже полного упразднения. Но «устарели» не правила, а современные «христиане», вновь воскресившие в себе во всей своей силе «ветхого человека», вместо «нового, созданного по Богу в правде и в преподобии истины» (Ефес. 4, 22–24), в которого облекаются все освящаемые таинствами Церкви истинные христиане. В самом деле! Возьмем, напр., такое правило, как 69-е правило Св. Апостолов: «Аще кто, епископ, или пресвитера, или диакон, или иподиакон, или чтец, или певец, не постится во святую четыредесятницу пред пасхою, или в среду, или в пяток, кроме препятствия от немощи телесныя: да будет извержен. Аще же мiрянин: да будет отлучен». Если современные «христиане» не находят нужным считаться с этим правилом, значить ли это, что оно «устарело» и подлежит отмене? Ведь тогда придется признать «устаревшими» и слова Христовы: "сей род (род бесовский) не исходит токмо молитвою и постом» (Матф. 17, 21)! Между тем мы видим теперь сколь справедливы эти слова и как прав был Преосвящ. Епископ Феофан, Вышенский Затворник, говоривший: «Можно ли думать, что где нет поста и молитвы, там уже и бес? Можно!» («Мысли на каждый день года»). Разве не находятся в состоянии подлинного беснования современное мнимо-христианское человечество, самонадеянно отвергнувшее единственно-верное оружие против темной бесовской силы – молитву и пост?
Кто отвергаете подвиг молитвы и поста, тот и неспособен творить ничего, кроме зла, и все его мнимое добро, если оно у него и есть, на самом деле вовсе не добро, а то же зло, потому что, по словам Христовым: «Не может древо зло плоды добры творити»: «собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы?» (Матф. 7, 18,16). «Берегитесь», говорит поэтому Христос Спаситель,«лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные» (Матф. 7, 15).
Если мы обратимся теперь к Священному Преданию нашей Церкви, к постановлениям Вселенских и Поместных Соборов и Святых Отцев, к Богослужебным книгам, к святоотеческим творениям и к житиям св. Мучеников, преподобных, святителей и прочих св. угодников Божиих, то и тут мы найдем, буквально на каждом шагу, решительное подтверждение истинности замечательного изречения великого подвижника и наставника духовной жизни преподобного и богоносного отца нашего Исаака Сирина: «Путь Божий есть ежедневный крест. Никто не восходит на небо, живя прохладно. О пути же прохладном знаем, где он оканчивается» .
Как строги наши канонические правила! Какой строгости жизни, подлинного подвига крестоношения требуют они не только от епископов, клириков и монахов, но и от мiрян! А разве могли бы такие правила явиться в свет, если бы не было в те благословенные времена и соответствующей строгости жизни среди христиан? Это только теперь, когда устои подлинно христианской жизни расшатаны до основания, многие находят эти правила «устаревшими» и требуют их изменения или даже полного упразднения. Но «устарели» не правила, а современные «христиане», вновь воскресившие в себе во всей своей силе «ветхого человека», вместо «нового, созданного по Богу в правде и в преподобии истины» (Ефес. 4, 22–24), в которого облекаются все освящаемые таинствами Церкви истинные христиане. В самом деле! Возьмем, напр., такое правило, как 69-е правило Св. Апостолов: «Аще кто, епископ, или пресвитера, или диакон, или иподиакон, или чтец, или певец, не постится во святую четыредесятницу пред пасхою, или в среду, или в пяток, кроме препятствия от немощи телесныя: да будет извержен. Аще же мiрянин: да будет отлучен». Если современные «христиане» не находят нужным считаться с этим правилом, значить ли это, что оно «устарело» и подлежит отмене? Ведь тогда придется признать «устаревшими» и слова Христовы: "сей род (род бесовский) не исходит токмо молитвою и постом» (Матф. 17, 21)! Между тем мы видим теперь сколь справедливы эти слова и как прав был Преосвящ. Епископ Феофан, Вышенский Затворник, говоривший: «Можно ли думать, что где нет поста и молитвы, там уже и бес? Можно!» («Мысли на каждый день года»). Разве не находятся в состоянии подлинного беснования современное мнимо-христианское человечество, самонадеянно отвергнувшее единственно-верное оружие против темной бесовской силы – молитву и пост?
Кто отвергаете подвиг молитвы и поста, тот и неспособен творить ничего, кроме зла, и все его мнимое добро, если оно у него и есть, на самом деле вовсе не добро, а то же зло, потому что, по словам Христовым: «Не может древо зло плоды добры творити»: «собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы?» (Матф. 7, 18,16). «Берегитесь», говорит поэтому Христос Спаситель,«лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные» (Матф. 7, 15).
Увы! Эти лжепророки, отвергающие значение подвига молитвы и поста в христианстве, и учащие христиан не отвергаться мiра, лежащего во зле с его страстями и похотями, но любить этот мiр, вопреки ясному учению Слова Божия и Святых Отцев, глубоко внедрились в современное христианское общество и имеют уже в нем немалый успех. И это, конечно, неудивительно, ибо что может быть прельстительнее мысли о ненужности подвига крестоношения и о легкости спасения без всяких трудов и подвигов?! Всего печальнее, что такие лжепророки умножаются теперь во всех православных поместных церквах, выдвигаются на руководящая должности и высшие церковные посты и, производя разделения и расколы в своей собственной православной среде, ратуют за «экуменическое» сближение и единение с более близкими им по духу протестантами и сектантами, причем не стыдятся даже публично делать заявления в роде того, что «для сближения с протестантами нам надо отбросить монашеский аскетизм Православия». Воочию исполняются таким образом слова великого Апостола о том, что «В последния времена отступят нецыи от здравыя веры, внемлющи духовом лестчим» (1Тим. 4, 1).
Это уже явное отступление, явная измена св. Православию. Ибо одно дело, когда человек грешит по немощи естества своего, и затем кается, оплакивает грех свой, а совсем другое, – когда он, греша нераскаянно, тщится найти принципиальное обоснование своего греха и изобретает даже целое мiровоззрение, оправдывающее его грех. Вот это-то самое мiровоззрение, не желающее видеть в христианстве подвига крестоношения, подвига борьбы со своими страстями и похотями, все более и более дерзко поднимает свою голову. Оно увлекает многих современных слабодушных и теплохладных христиан на широкий и пространный путь – путь погибели, по словам Христовым. Оно страшнее и зловреднее древних ересей, осужденных Церковью на Вселенских Соборах, ибо лицемерно скрывает себя под «овчими одеждами» мнимо-христианской любви, и хитросплетенными льстивыми извращениями поражает ближе всего касающийся нас христианский догмат – учение о нашем спасении через последование за Христом путем крестоношения и самораспятия.
«Блюдите,» же, братие, «како опасно ходите!» ибо поистине «дние лукави суть» ныне, более, чем когда-либо прежде (Ефес. 5, 15–16). Как некогда сатана попытался использовать безкорыстные чувства Петра, чтобы отклонить Самого Господа Иисуса Христа от спасительного для людей крестового подвига (Матф. 16, 21–23), так и теперь тот же сатана пытается через далеко не безкорыстных своеумников отвлечь современных христиан от единственно-спасительного пути – подражания Подвигоположнику Христу в крестоношении и самораспятии. Наблюдая деятельность этих лжеучителей и видя плоды их трудов, мы можем с уверенностью сказать, что это несомненно – наемные слуги врагов нашей святой веры и Церкви, ставящих своей задачей извнутри разложить нашу Церковь и таким образом разрушить ее.
Этого мы не боимся, ибо знаем обетование Божественного Основателя Церкви, что «врата адова не одолеют ей» (Матф. 16, 18), но за себя, за ближних своих мы должны бояться, как бы не поддаться нам сатанинскому искушению и не отпасть от единения с истинною Церковью, проповедующей единственно-спасительный путь, заповеданный нам Словом Божиим – путь крестоношения.
#архиепископ_Аверкий_Таушев
Это уже явное отступление, явная измена св. Православию. Ибо одно дело, когда человек грешит по немощи естества своего, и затем кается, оплакивает грех свой, а совсем другое, – когда он, греша нераскаянно, тщится найти принципиальное обоснование своего греха и изобретает даже целое мiровоззрение, оправдывающее его грех. Вот это-то самое мiровоззрение, не желающее видеть в христианстве подвига крестоношения, подвига борьбы со своими страстями и похотями, все более и более дерзко поднимает свою голову. Оно увлекает многих современных слабодушных и теплохладных христиан на широкий и пространный путь – путь погибели, по словам Христовым. Оно страшнее и зловреднее древних ересей, осужденных Церковью на Вселенских Соборах, ибо лицемерно скрывает себя под «овчими одеждами» мнимо-христианской любви, и хитросплетенными льстивыми извращениями поражает ближе всего касающийся нас христианский догмат – учение о нашем спасении через последование за Христом путем крестоношения и самораспятия.
«Блюдите,» же, братие, «како опасно ходите!» ибо поистине «дние лукави суть» ныне, более, чем когда-либо прежде (Ефес. 5, 15–16). Как некогда сатана попытался использовать безкорыстные чувства Петра, чтобы отклонить Самого Господа Иисуса Христа от спасительного для людей крестового подвига (Матф. 16, 21–23), так и теперь тот же сатана пытается через далеко не безкорыстных своеумников отвлечь современных христиан от единственно-спасительного пути – подражания Подвигоположнику Христу в крестоношении и самораспятии. Наблюдая деятельность этих лжеучителей и видя плоды их трудов, мы можем с уверенностью сказать, что это несомненно – наемные слуги врагов нашей святой веры и Церкви, ставящих своей задачей извнутри разложить нашу Церковь и таким образом разрушить ее.
Этого мы не боимся, ибо знаем обетование Божественного Основателя Церкви, что «врата адова не одолеют ей» (Матф. 16, 18), но за себя, за ближних своих мы должны бояться, как бы не поддаться нам сатанинскому искушению и не отпасть от единения с истинною Церковью, проповедующей единственно-спасительный путь, заповеданный нам Словом Божиим – путь крестоношения.
#архиепископ_Аверкий_Таушев
Старец Иероним, относительно ума, который рассеивается во время молитвы, говорил: «Это ничего, что ум часто уходит от молитвы, от слов, которые мы произносим. Лишь бы мы не уходили тотчас, и ум вернется снова. Ум похож на жеребенка. Бегает здесь и там, и не сидит рядом со своей матерью, которая привязана к одному месту. Но когда устает, приходит и ложится спать, отдыхая у ее ног».
#старец_Иероним_Эгинский
#старец_Иероним_Эгинский
Духовное питие
Не так давно опубликованы новые материалы
Его образованность была очень высока»
Не так давно опубликованы новые материалы
[Записки Н А. Мотовилова. М., Отчий дом, 2005
], которые позволяют судить, насколько серьезную роль играло книжное руководство в жизни прп. Серафима Саровского. Старец перечитал не только всю монастырскую библиотеку, но и библиотеки ближайших помещиков, имена которых он сам называет [Современные исследователи сообщают: «Мы, проверив, убедились, что эти помещики были благотворителями Саровской обители в XVIII веке как раз во времена молодости преподобного»
]. Это не одна тысяча томов. Выясняется, что память преподобного была феноменальна, «он помнил буквально все прочитанное». Старец «сумел самообразованием приобрести прекрасные знания, а лучше сказать, углубленное и точное знание святоотеческого наследия... Его образованность была очень высока»
[Павлович Георгий, свящ. Новообретенные рукописи Н.А. Мотовилова// Церковное Предание и святоотеческое наследие. М., Отд. религиозн. образов, и катехизации РП Ц , 2004. с. 107, 108
]. Приведем слова самого прп. Серафима Саровского, обращенные к Н. А. Мотовилову. «Я, ваше Боголюбие... читаю не только по церковной, но и по гражданской печати борзо и так скоро, что книги по две или по три мог прочитывать и прочитывал в сутки. А память такую имею, от Господа мне данную, что, пожалуй, могу вам от доски до доски все наизусть прочитать — такую сильную память Господь Бог мне изволил пожаловать. Так я хотя и плохо учился грамоте, а грамматике и вовсе не учился, но знаю очень много и более многих ученых людей, потому что много тысяч книг содержу в свежей памяти, да и даром премудрости и рассуждения... Господь Бог... меня обильным благословить изволил... В нашей саровской библиотеке, мню я, тысяч пять с половиною будет экземпляров, а в иных, как например в Ролленевой Истории... тридцать томов. И я всю нашу библиотеку прочитал, так что даже и книгу о системах миров, и даже Алкоран Магометов, и другие подобные книги читал... Я смысла добивался, мне хотелось все узнать, что на земле делается и что человеку Бог на веку своем узнать допустил, потому что подобает и ереси знать, да их не творить... У господина Соловцова — две тысячи пятьсот книг русских, и их прочитал все до одной; у Аргамакова господина — тысячи полторы книг, и его библиотеку всю прочитал; у княжон Бабичевых... — и их книги все прочитал; у братии и отцов святых нашей обители у кого тридцать, у кого семьдесят все брал на прочтение и все прочитал. Неудержимая, ваше Боголюбие, была у меня охота к чтению, и все эти книги прочитал, духовные и светские, и все хорошо обсудил, потому что я не столько читал, сколько рассуждал о прочитанном и все соображал, что и как получше бы для богоугождения сделать».В другом разговоре с Мотовиловым прп. Серафим открывает истину, ниспосланную ему в откровении свыше.Это очень важная для нас мысль о доступности высокодуховной жизни в мирских условиях, о равной возможности достижения совершенства для монаха и мирянина. Существует мнение, что невозможно, «в миру живучи, получить такую же благодать, как в отшельничестве». И у меня, говорит старец Серафим, та же мысль была, «что этого невозможно достигнуть, живучи в миру, желая жениться, желая заниматься службой государственной и устраивать великие предприятия... и что люди, возлюбившие Господа всею душою... что такие люди... жен, детей, чины, богатство, славу, почести, все радости земные и маловременные оставляя, убегали в пустыни и там в девственной жизни, в самоизвольной нищете и во всех злостраданиях будучи, стяжевали благодать Всесвятого Духа Божиего». Однако, продолжает старец, ныне «мне Господь открыл», что и мирские люди могут быть «причастниками тех же даров Духа Святого, как и отшельники, если равномерные с ними труды, подвиги, злострадания, претерпенные до конца Христа ради, и все находящее на них они доброхотно решатся взять на себя». Старец уточняет, что это осуществимо при условии, когда в жизни мирянина «все духовное с светским и все светское с духовным так тесно связано, что ни того от другого, ни этого от того отделить нельзя». Более того, предрекает старец, Божий Промысл предопределил, «что будущее человечество сим лишь путем пойдет, если захочет спастися, и что на все это есть Его собственная воля».
Прп. Серафим Саровский не считал отсутствие руководителя за непреодолимое препятствие на пути к совершенству. Старец вполне допускал возможность книжного обучения умному деланию. «Если же не можно найти наставника, могущего руководствовать к умосозерцательной жизни, то в таком случае должно руководствоваться Священным Писанием... Также должно тщиться прочитывать отеческие писания и стараться сколько можно, по силе исполнять то, чему научают оные, и таким образом мало-помалу от деятельной жизни восходить к совершенству умосозерцательной... Самое лучшее дело, когда мы каждый сам собою достигаем совершенства».
Похожий совет дает старец Василий Поляномерульский: «Если нельзя найти искусного делом и словом старца, знающего хорошо отеческое писание, то, пребывая наедине, в безмолвии, всеми силами должно стараться иметь духовное наставление от учений святых отцов, вопрошая о всякой вещи и добродетели. Такую меру и порядок следует сохранять нам, читая писания, а не уклоняться от их учения и наставления... Потому что за отсутствием наставника и учителя Писание нам учитель».
Эта мысль повторялась отцами во все времена: «В деле спасения важнейшую роль играет Священное Писание, — наставлял прп. Симеон (Желнин) [
Прп. Серафим Саровский не считал отсутствие руководителя за непреодолимое препятствие на пути к совершенству. Старец вполне допускал возможность книжного обучения умному деланию. «Если же не можно найти наставника, могущего руководствовать к умосозерцательной жизни, то в таком случае должно руководствоваться Священным Писанием... Также должно тщиться прочитывать отеческие писания и стараться сколько можно, по силе исполнять то, чему научают оные, и таким образом мало-помалу от деятельной жизни восходить к совершенству умосозерцательной... Самое лучшее дело, когда мы каждый сам собою достигаем совершенства».
Похожий совет дает старец Василий Поляномерульский: «Если нельзя найти искусного делом и словом старца, знающего хорошо отеческое писание, то, пребывая наедине, в безмолвии, всеми силами должно стараться иметь духовное наставление от учений святых отцов, вопрошая о всякой вещи и добродетели. Такую меру и порядок следует сохранять нам, читая писания, а не уклоняться от их учения и наставления... Потому что за отсутствием наставника и учителя Писание нам учитель».
Эта мысль повторялась отцами во все времена: «В деле спасения важнейшую роль играет Священное Писание, — наставлял прп. Симеон (Желнин) [
Симеон Псково-Печерский (Желнин; 1869-1960), преподобный. Иеросхимонах Псково-Печерского мон-ря, широкоизвестный почитаемый старец. Прославлен в лике местночтимых святых Псковской епарх. в 2003 г. Память 5/18.01 и 19.03/1.04
], — и писания святых отцов — это лучшее руководство ко спасению. Сколько погибло крещеных христиан оттого, что не хотели обратить внимания на основание нашей веры — священные книги... Через чтение священных книг спасающийся избегает многих опасностей, ошибок и заблуждений, в особенности если он не имеет счастья быть под руководством опытного духовного отца».Архимандрит Фотий (Спасский) [
Фотий (Спасский; 1792-1838), архимандрит. Строгий аскет, выдающийся проповедник и церковный деятель, мужественный и энергичный борец за чистоту православия и обличитель его врагов. Духовная дочь о. Фотия, с которой он состоял в многолетней переписке, - известная подвижница благочестия графиня Анна Алексеевна Орлова-Чесменская (+1848). О. Фотий, в миру Петр Никитич Спасский, родился в семье дьячка, образование получил в Новгородской ДС. Во время учебы в СПбДА его незаурядные способности отмечались ректором митр. Филаретом (Дроздовым). Принял монашество(1817), в сане иеромонаха преподавал в ДУ Александро-Невской Лавры и 2-м Кадетском корпусе. Настоятель Деревяницкого мон-ря (1821) в Новгороде, восстановил обитель из состояния нищеты и разрушения. Настоятель Сковородского, а затем архимандрит Юрьевского (Св.Георгиевского) мон-ря, где и почил. Архим. Фотий подвергался злобной критике со стороны антиправославных сил. Прозападные историки неизменно изображают его в карикатурном виде — как неудержимого фанатика, связанного с «темными силами реакции» в России. На деле о. Фотий был истинным патриотом, непримиримым борцом с либерализмом, резким обличителем масонства и оккультизма, публично критиковал тайные общества, открыто провозгласил, что «масонская религия от антихриста, а все ее учения и писания суть диавольские». Его духовным наставником и сподвижником в этой борьбе был архим. Иннокентий (Смирнов; 1784-1819), будущий святитель Пензенский. Оба патриота подвергались гонениям. О. Фотий имел личные встречи и долгие беседы с Императором Александром 1 (5.06.1822; 20.04.1824; 5.06.1825), которые оказали заметное влияние на Государя и способствовали запрету масонских лож. После 1825 г. года подвижник почти не покидал Юрьевский мон., где устроил при обители больницу и ввел строгий общежительный устав, «восстановив древний чин иноческой жизни, возбуждая через то дух молитвы». Сам же предался суровым подвигам, «сердце его стремилось к пустынному житию скитских отцов... он вел жизнь затворника, умножая строгость ее по мере умножения дней своих » . Иванов. В.Ф. Русская интеллигенция и масонство; Русский паломник . 2003, № 27; Благодатный огонь. 2002, № 8
] так увещевает свою воспитанницу графиню Анну Орлову-Чесменскую [Орлова-Чесменская Анна Алексеевна (1784-1848), графиня. Духовная дочь архим. Фотия (Спасского). В тайном постриге монахиня Агния. Богатейшая аристократка, посвятила свою жизнь сокровенному аскетическому подвигу и непревзойденной по масштабу благотворительности. Принимала участие в судьбе свт. Игнатия (Брянчанинова). Писатель Н. Елагин издал в С.-Петербурге книгу (1853) с ее жизнеописанием. Праведница прожила безболезненно 64 года и так жебезболезненно скончалась (5.10.1848) в стенах Юрьевской обители перед Иверской иконой Божией Матери
]: «Чадо, пий, яко воду, принимая слово Писания Святого... Не оставляй пити, яко из прекрасных скляниц и водоносов, воду учения из отеческих писаний и святых житий, сидя на источниках чистого слова Евангельского... О! чадо девице, продолжай пить воду живую из Священного Писания и не оставляй с жаждой пить и пития из сосудов книжных, отеческих: яко в добрых погребах, в книгохранилищах есть такие предрагие, добрые, крепкие, здравые пития духовные у отцов святых в церквах и иных местах, что дивиться нам точию подобает».Конечно, рассуждал свт. Иоанн Златоуст, в идеале «надлежало бы нам даже не от Писаний искать помощи, но проводить такую чистую жизнь, чтобы благодать Духа была для наших душ вместо книг, и как в книгах пишут чернилами, так в наших сердцах благодать начертывалась бы Духом». Однако безумие настолько ослепило нас, что утрачена всякая возможность читать написанное не чернилами, но Духом Бога живаго на скрижалях сердца. «Ниспали мы на самое дно злобы, — говорит прп. Никодим Святогорец, — осквернив сердце страстями посредством плотских и мирских попечений, и тем погубили мы чистоту души, лишились просвещающей благодати Духа, почему нам и потребовались и письмена, и книги для напоминания, для научения, для обличения и исправления».
#Молитва_Иисусова_Николай_Новиков
#Молитва_Иисусова_Николай_Новиков
Мы должны жить пред Богом и приобретать свойства Христовы
– А разве не существует молитвы «в чистом виде»?
– Возьмем два образа. Вот перед нами птичка. Если понаблюдать за ней, то можно заметить, как она порхает и что делает. Она поет. Некоторое время попела, потом клюет, что она нашла съедобного на земле. Поклевала – смотрит на небо: нет ли там коршуна или другого врага? Потом снова попела, снова поклевала и снова поет. Это – образ начальной молитвы, обозначающий то, что она – молитва – должна переплетаться со всей нашей Жизнедеятельностью.
А вот второй образ. Когда стемнело, на ветку садится соловей и поет. И так поет, что он уже никого не видит и ничего не слышит…
Этот вопрос, конечно, сложный и многогранный, в двух словах всего не скажешь. В данном случае лучше со вниманием читать то, что уже написано Святыми Отцами о молитве, и применять это в жизни.
А если все же попытаться кратко высказать главную мысль, касающуюся вопроса о молитве – молитва неотделима от жизни просто потому, что МЫ ДОЛЖНЫ ЖИТЬ ПРЕД БОГОМ И ПРИОБРЕТАТЬ СВОЙСТВА ХРИСТОВЫ. И это – очень важный вывод.
Пришлось мне как-то беседовать с одним священником, который побывал на Старом Афоне. Разговор зашел о том, почему сегодняшние монахи – в частности, мы – занимаясь Иисусовой молитвой на протяжении многих лет, не сподобляемся умно-сердечной самодвижной молитвы. Мой собеседник, будучи на Афоне, говорил на эту же тему с афонскими старцами (причем с известными, достигшими высоких степеней духовности).
И вот мы, беседуя, сошлись с ним на одном мнении – и там он такой вывод сделал, и здесь мы к этому же пришли: Иисусову молитва не прививается к нашим сердцам только потому, что мы не приобретаем свойств Христовых – не преобразуемся в новую тварь. То есть не стараемся быть милостивыми, любвеобильными, кроткими, смиренными, тихими, недостаточно стараемся каяться во всех грехах, – и все это сопровождать исполнением прочих заповедей Христовых. А первая заповедь: «Покайтесь и веруйте во Евангелие» (Мк.1:15), – с нее нужно начинать. Затем заповедь: «Блаженны нищие духом», «Блаженны плачущие», «Блаженны кроткие», «Блаженны егда поносят вас» (Мф.5:3–12) и другие.
Если мы поймем, что мы должны делать, и начнем делать, тогда уже будет успех и в молитве. А поскольку мы этого ж исполняем, то и молитва нас временами посещает, дает покаяние, плач, умиление, утешение – и снова уходит. И мы скорбим, унываем, изнемогаем, погружаемся во мрак.
– А разве не существует молитвы «в чистом виде»?
– Возьмем два образа. Вот перед нами птичка. Если понаблюдать за ней, то можно заметить, как она порхает и что делает. Она поет. Некоторое время попела, потом клюет, что она нашла съедобного на земле. Поклевала – смотрит на небо: нет ли там коршуна или другого врага? Потом снова попела, снова поклевала и снова поет. Это – образ начальной молитвы, обозначающий то, что она – молитва – должна переплетаться со всей нашей Жизнедеятельностью.
А вот второй образ. Когда стемнело, на ветку садится соловей и поет. И так поет, что он уже никого не видит и ничего не слышит…
Этот вопрос, конечно, сложный и многогранный, в двух словах всего не скажешь. В данном случае лучше со вниманием читать то, что уже написано Святыми Отцами о молитве, и применять это в жизни.
А если все же попытаться кратко высказать главную мысль, касающуюся вопроса о молитве – молитва неотделима от жизни просто потому, что МЫ ДОЛЖНЫ ЖИТЬ ПРЕД БОГОМ И ПРИОБРЕТАТЬ СВОЙСТВА ХРИСТОВЫ. И это – очень важный вывод.
Пришлось мне как-то беседовать с одним священником, который побывал на Старом Афоне. Разговор зашел о том, почему сегодняшние монахи – в частности, мы – занимаясь Иисусовой молитвой на протяжении многих лет, не сподобляемся умно-сердечной самодвижной молитвы. Мой собеседник, будучи на Афоне, говорил на эту же тему с афонскими старцами (причем с известными, достигшими высоких степеней духовности).
И вот мы, беседуя, сошлись с ним на одном мнении – и там он такой вывод сделал, и здесь мы к этому же пришли: Иисусову молитва не прививается к нашим сердцам только потому, что мы не приобретаем свойств Христовых – не преобразуемся в новую тварь. То есть не стараемся быть милостивыми, любвеобильными, кроткими, смиренными, тихими, недостаточно стараемся каяться во всех грехах, – и все это сопровождать исполнением прочих заповедей Христовых. А первая заповедь: «Покайтесь и веруйте во Евангелие» (Мк.1:15), – с нее нужно начинать. Затем заповедь: «Блаженны нищие духом», «Блаженны плачущие», «Блаженны кроткие», «Блаженны егда поносят вас» (Мф.5:3–12) и другие.
Если мы поймем, что мы должны делать, и начнем делать, тогда уже будет успех и в молитве. А поскольку мы этого ж исполняем, то и молитва нас временами посещает, дает покаяние, плач, умиление, утешение – и снова уходит. И мы скорбим, унываем, изнемогаем, погружаемся во мрак.
Но еще важно отметить следующее. Когда человек решится начать исполнять заповеди, при этом ему необходимо осознать, что эти заповеди нужны нам не ради самих заповедей, т.е. ради формального, холодного их исполнения. Они нужны нам для того, что бы с их помощью мы приобретали свойства, угодные Богу и спасительные для нас.
К примеру, сказано: «Повинуйтесь друг другу в страхе Божием» (Еф.5:21). Это значит, что мы должны с радостью повиноваться друг другу, отсекая свою волю. Не с тем, чтобы угодить человеку: «Ну ладно, раз уж ты сказал – сделаю, чтобы потом не было последствий», – нет. Мы должны стараться навыкнуть отсечению своей воли пред ближним, чтобы приобрести свойство Христа, Который был послушен Богу-Отцу даже до смерти, и тем самым избавиться от свойства ветхого человека, воспринятого нами от праотца Адама, который не послушался Бога, а послушался сатаны, взяв плод с запрещенного древа.
Также, когда нас оскорбляют, делают нам какую-то неприятность, мы должны с радостью прощать обидчику, чтобы усвоить себе дух всепрощения.
Если мы видим кого-то в душевном бедствии, в греховном омрачении и увлечении, мы должны сострадать ему: «Помоги ему, Господи, вразуми, просвети, помоги ему и телесно, и душевно, чтобы он избавился от сетей вражиих!»
Поступая так в каждом случае, мы будем постепенно совлекаться ветхого человека и облекаться в нового, творя всякое доброе дело пред Богом (втайне от людей, насколько это возможно).
Нам нужно понять, насколько важно нам иметь эти свойства. Когда мы их будем иметь, тогда всякая чужая боль станет нашей, и мы сможем и внимательно молиться, и плакать, и смиряться, и любить – молитва сама будет литься из сердца. И только после этого мы уже сможем взойти к «соловьиной» молитве.
#монах_Константин
К примеру, сказано: «Повинуйтесь друг другу в страхе Божием» (Еф.5:21). Это значит, что мы должны с радостью повиноваться друг другу, отсекая свою волю. Не с тем, чтобы угодить человеку: «Ну ладно, раз уж ты сказал – сделаю, чтобы потом не было последствий», – нет. Мы должны стараться навыкнуть отсечению своей воли пред ближним, чтобы приобрести свойство Христа, Который был послушен Богу-Отцу даже до смерти, и тем самым избавиться от свойства ветхого человека, воспринятого нами от праотца Адама, который не послушался Бога, а послушался сатаны, взяв плод с запрещенного древа.
Также, когда нас оскорбляют, делают нам какую-то неприятность, мы должны с радостью прощать обидчику, чтобы усвоить себе дух всепрощения.
Если мы видим кого-то в душевном бедствии, в греховном омрачении и увлечении, мы должны сострадать ему: «Помоги ему, Господи, вразуми, просвети, помоги ему и телесно, и душевно, чтобы он избавился от сетей вражиих!»
Поступая так в каждом случае, мы будем постепенно совлекаться ветхого человека и облекаться в нового, творя всякое доброе дело пред Богом (втайне от людей, насколько это возможно).
Нам нужно понять, насколько важно нам иметь эти свойства. Когда мы их будем иметь, тогда всякая чужая боль станет нашей, и мы сможем и внимательно молиться, и плакать, и смиряться, и любить – молитва сама будет литься из сердца. И только после этого мы уже сможем взойти к «соловьиной» молитве.
#монах_Константин
... Война, как и всякое индивидуальное и общественное явление, зависит исключительно от нашего отношения к Богу и Божьему закону. Это одинаково касается как нехристиан, так и христиан. Разница только в том, что у нехристиан война зависит от их отношения к Богу и Его закону, внедрённому в их совести и до некоторой степени истолкованному их мудрецами; а у христиан война находится в зависимости от их отношения к Единому Живому Богу и Его закону, явленному через Иисуса Христа.
…Как тиф неизбежен для того, кто пьёт зараженную тифозными бациллами воду, так и война неизбежна для того, кто, отступив от Бога, питается неугодными Ему мыслями, чувствами и делами и навлекает на себя заразу войны. Пока люди своими мыслями, чувствами и делами воюют против Бога – напрасны их мечты о мире. Вопреки желанию людей война должна возникнуть там, где посеяны её семена… «Нечестивым же нет мира, говорит Господь» (Ис. 48:22). В наше время гораздо больше, чем когда-либо, кричат о мире – и готовятся к войне… Трудно поверить, чтобы такая двуличность не была наказана войной. Идолопоклонство мерзко Богу. Всё равно, поклоняются ли люди Божьим или своим творениям; и то, и другое поклонение мерзко перед лицом Бога. Всякое идолопоклонство, как в наше, так и в минувшее время, бичуется Богом, посылающим разные тяжкие наказания, из которых самым тяжким и самым лютым является война.
Миссия Европы в том, чтобы самой жить по-христиански и помогать своим братьям, языческим народам, подняться ко Христу. Европа же сама впала в идолопоклонство. Из этого разлада проистекают все остальные, а за ними неизбежно следует война.
…На легкомысленный вопрос, каким образом Бог милости и любви допускает такие ужасы, как война, – можно ответить другим серьёзным вопросом: как люди, которым Бог ясно открыл Свою волю и Свой закон, могут без стыда и покаяниянепрестанно оскорблять Бога и попирать Его закон? «Господь, Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный» (Исх. 34:6). Люди уже заслужили грядущую войну. Не будь Божьей милости и любви, война давно бы началась. Воистину, не будь Божьей милосердной любви, меч – за грехи христиан – никогда бы не был опущен в ножны. Теперешний относительный мир, эта передышка, дана нам не за ум и культуру людей, а по Божьей милости и любви; а также ради страха Божиего и молитв благочестивых и добрых людей, имеющихся в каждом народе Европы и Америки.
#Свт_Николай_Сербский
…Как тиф неизбежен для того, кто пьёт зараженную тифозными бациллами воду, так и война неизбежна для того, кто, отступив от Бога, питается неугодными Ему мыслями, чувствами и делами и навлекает на себя заразу войны. Пока люди своими мыслями, чувствами и делами воюют против Бога – напрасны их мечты о мире. Вопреки желанию людей война должна возникнуть там, где посеяны её семена… «Нечестивым же нет мира, говорит Господь» (Ис. 48:22). В наше время гораздо больше, чем когда-либо, кричат о мире – и готовятся к войне… Трудно поверить, чтобы такая двуличность не была наказана войной. Идолопоклонство мерзко Богу. Всё равно, поклоняются ли люди Божьим или своим творениям; и то, и другое поклонение мерзко перед лицом Бога. Всякое идолопоклонство, как в наше, так и в минувшее время, бичуется Богом, посылающим разные тяжкие наказания, из которых самым тяжким и самым лютым является война.
Миссия Европы в том, чтобы самой жить по-христиански и помогать своим братьям, языческим народам, подняться ко Христу. Европа же сама впала в идолопоклонство. Из этого разлада проистекают все остальные, а за ними неизбежно следует война.
…На легкомысленный вопрос, каким образом Бог милости и любви допускает такие ужасы, как война, – можно ответить другим серьёзным вопросом: как люди, которым Бог ясно открыл Свою волю и Свой закон, могут без стыда и покаяниянепрестанно оскорблять Бога и попирать Его закон? «Господь, Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный» (Исх. 34:6). Люди уже заслужили грядущую войну. Не будь Божьей милости и любви, война давно бы началась. Воистину, не будь Божьей милосердной любви, меч – за грехи христиан – никогда бы не был опущен в ножны. Теперешний относительный мир, эта передышка, дана нам не за ум и культуру людей, а по Божьей милости и любви; а также ради страха Божиего и молитв благочестивых и добрых людей, имеющихся в каждом народе Европы и Америки.
#Свт_Николай_Сербский
19. Если отсечем причины страстей (поводы к возбуждению их) и займемся духовными деланиями на короткое лишь время, а не пребудем в сем чине жизни навсегда, это самое имея занятие; то легко опять возвращаемся к плотским страстям, никакого другого не получив от того (доброго начинания) плода, кроме всеконечного омрачения ума и глубочайшего ниспадения в вещественное.
#ЦСДобротолюбие
#прп_Исихий_Иерусалимский
#ЦСДобротолюбие
#прп_Исихий_Иерусалимский
По поводу
#митрополит_Вениамин_Федченков
#прп_Амвросий_Оптинский
«малых» грехов
припоминается здесь широко известный случай с двумя женщинами, имевший место в Оптиной пустыни. К старцу, вероятно, отцу Амвросию, пришли две женщины. Одна из них имела на своей душе великий грех и потому была крайне подавлена. Другая была весела, потому что за ней никаких «больших» грехов не значилось. Отец Амвросий, выслушав их откровения, послал их обеих к реке Жиздре. Первой он велел найти и принести огромный камень, какой только она была в силах поднять, а другая должна была набрать в подол своего платья маленьких камней. Те исполнили повеленное. Тогда старец велел обеим отнести камни на старые места. Первая легко нашла место большого камня - оно было заметно, а другая не могла запомнить всех мест своих небольших камней и воротилась со всеми ними к старцу. Он и объяснил им, что первая всегда помнила о великом грехе и каялась и теперь могла снять его с души своей; вторая же не обращала внимания на мелкие грехи, а таких оказалось много, и она, не помня их, не могла очиститься от них покаянием. #митрополит_Вениамин_Федченков
#прп_Амвросий_Оптинский
У духовного человека рождается тяга к подвижничеству, желание стяжать и сохранить добродетель. Это пожелание рождает ревность. А ревность, когда родится, начинает служить, как служит собака. Ревность изыскивает пути, как подвизаться, размышляет, как сохранить себя, как стяжать добродетель. Желание же стяжать добродетель, которая угодна душе, заставляет её пребывать в непрестанном внимании и трезвении.
Например, у человека в результате чтения и Божественного просвещения возникает горячее желание приобрести навык непрестанной молитвы – молиться без остановки. Желание, ревность и теплота рождают упорство в достижении поставленной цели – стяжании великой добродетели непрестанной молитвы. Ревность же подвигает к бдению и трезвению, человек рассуждает, что должен проходить подвиг законно, в согласии со Святыми отцами. Необходимо постоянно следить за собой и поначалу подвизаться в устной молитве. Уста творят молитву, а ревность следит за тем, чтобы она не останавливалась, чтобы ум не думал о суетных вещах, чтобы не блуждал тут и там, но усердно и постоянно упражнялся в призывании имени Божия.
Лишь только что-то начнёт мешать молитве, как ревность тут же согревает её просвещёнными помыслами о том, что препятствие необходимо преодолеть. Если празднословие или суетная мысль отвлекли ум и уста перестали творить молитву – тут же ревность приходит в действие, наставляя не прерывать подвига и стараться впредь не допускать подобных оплошностей, а встречающиеся препятствия преодолевать. Таким образом поддерживается и сохраняется добродетель молитвы.
Ревность просвещает, отгоняет всякий злой помысел и принимает помыслы светлые, которые внушают, что если подвиг устной молитвы будет продолжен в согласии с наставлениями великих отцов, то после устной будет другой, высший уровень – уровень сердечной или умной молитвы. Стремление души к достижению умной молитвы заряжает её усердием к устному призыванию и решимостью не прекращать его. Ревность сосредоточенно наблюдает за ходом борьбы, служа для подвижника своеобразным ограждением и защитой от злобы бесов. Так мало-помалу священный порыв души, желающей утвердиться в непрестанной памяти Божией, под защитой духовной ревности доходит до стяжания совершенной молитвы.
Но если ревность начинает дремать, то охладевают тёплые помыслы, мы утверждаемся в мысли, что будто бы преуспеваем в молитве, но приходят суетные помыслы и охлаждают рвение к подвигу. По отступлении ревности на душу находит сонливость, уста прекращают повторять молитву, творят её кое-как, от случая к случаю, возникают перерывы. И тогда враг совершенно похищает молитву: уста смыкаются, непотребные помыслы получают свободу, приходят празднословие, осуждение, дерзость. Духовное стадо души расхищается.
#архимандрит_Ефрем_Филофейский
Например, у человека в результате чтения и Божественного просвещения возникает горячее желание приобрести навык непрестанной молитвы – молиться без остановки. Желание, ревность и теплота рождают упорство в достижении поставленной цели – стяжании великой добродетели непрестанной молитвы. Ревность же подвигает к бдению и трезвению, человек рассуждает, что должен проходить подвиг законно, в согласии со Святыми отцами. Необходимо постоянно следить за собой и поначалу подвизаться в устной молитве. Уста творят молитву, а ревность следит за тем, чтобы она не останавливалась, чтобы ум не думал о суетных вещах, чтобы не блуждал тут и там, но усердно и постоянно упражнялся в призывании имени Божия.
Лишь только что-то начнёт мешать молитве, как ревность тут же согревает её просвещёнными помыслами о том, что препятствие необходимо преодолеть. Если празднословие или суетная мысль отвлекли ум и уста перестали творить молитву – тут же ревность приходит в действие, наставляя не прерывать подвига и стараться впредь не допускать подобных оплошностей, а встречающиеся препятствия преодолевать. Таким образом поддерживается и сохраняется добродетель молитвы.
Ревность просвещает, отгоняет всякий злой помысел и принимает помыслы светлые, которые внушают, что если подвиг устной молитвы будет продолжен в согласии с наставлениями великих отцов, то после устной будет другой, высший уровень – уровень сердечной или умной молитвы. Стремление души к достижению умной молитвы заряжает её усердием к устному призыванию и решимостью не прекращать его. Ревность сосредоточенно наблюдает за ходом борьбы, служа для подвижника своеобразным ограждением и защитой от злобы бесов. Так мало-помалу священный порыв души, желающей утвердиться в непрестанной памяти Божией, под защитой духовной ревности доходит до стяжания совершенной молитвы.
Но если ревность начинает дремать, то охладевают тёплые помыслы, мы утверждаемся в мысли, что будто бы преуспеваем в молитве, но приходят суетные помыслы и охлаждают рвение к подвигу. По отступлении ревности на душу находит сонливость, уста прекращают повторять молитву, творят её кое-как, от случая к случаю, возникают перерывы. И тогда враг совершенно похищает молитву: уста смыкаются, непотребные помыслы получают свободу, приходят празднословие, осуждение, дерзость. Духовное стадо души расхищается.
#архимандрит_Ефрем_Филофейский