Слава Богу за всё 🙏 дорогие братья и сестры, с днем памяти свт. Николая Мирликийского Чудотворца.
Завтра мы опубликуем пост о связи исихазма и иконописи на примере мозаик прп. Феофана Грека. Всмотритесь в его образы... Необычно? - да. Сдержанно? - да. Молитвенно? - несомненно
Завтра мы опубликуем пост о связи исихазма и иконописи на примере мозаик прп. Феофана Грека. Всмотритесь в его образы... Необычно? - да. Сдержанно? - да. Молитвенно? - несомненно
Песня о нашей душе и Иисусовой молитве
https://t.me/filokalia/577
https://t.me/filokalia/577
Telegram
Добротолюбие 📜
Посмотри, несчастный, как время пожирает тебя заживо. Бесконечная суета каждодневных будней не приносит ничего кроме постоянного неудовлетворения, пустоты и краткого отдохновения в безумном угаре… Толчея вокруг, толчея в голове, мысли, болтовня, спешка. Лица встречных людей мелькают перед глазами и тут же уносятся, пустые слова тут же забываются, прочитанные «бестселлеры» отправляются в печь. И вся жизнь пожирается пожаром бессмысленности.
Страшно быть наедине с самим собой, ибо внутренний вакуум затягивает, бездна внутренней душевной деструкции отвратительна. Форма без содержания, пустышка, говорящая кукла. Что этот мир делает с тобой, почему ты плывешь по течению мирской суеты?
Страшно откровенно поговорить с человеком, ибо нечего сказать, речь обрывается на полуслове... Какая душа, Какой Бог?! Не надо, замолчи… Лучше: «как вчера оторвались»…? И ведь отрываешься, разрываешься даже, рвет тебя на куски, в хлам тебя рвет… Пойди потом собери, сшей все эти лоскуты в единое полотно. Сшить то сошьешь, пожалуй, да ведь все уж полотно в швах да в нитках торчащих… Да и расползается снова.
И раздуваешь ты свою нераскаянность до гигантских размеров, и пустоту свою пытаешься надуть и улететь, но пустота никогда не сможет оторвать тебя от земли. Никогда мыльными пузырями своих грез, мечтаний и мыслей ты не заполнишь то, что заполняется Иным. Никогда ты не удовлетворишься своим собственным пустым эгоцентризмом.
Остановись на мгновение… Слышишь? Это бьется сердце… Еще немного постой, постой… Чувствуешь? Да ведь болит же оно, барабанит в твою грудь и просит Смысла, Любви просит, чистоты просит… Бога зовет оно.
Тишина. Полумрак. Мерцают свечи. Струиться как ручей молитва, хор поет. Слышишь – сердце отзывается… За этим деревянным крестом иная Бездна, за этими пронзенными ладонями иная Любовь, за словами «Так возлюбил Бог мир…» иные Смыслы. Делай шаг, делай полшага, но делай. Будет больно и резать где-то по живому придется, слезы помогут, поплачь.
Он Единственный Кто сошьет твое разорванное нутро без швов, соткет новое чистое полотно твоей души, надо только довериться Ему. Довериться, верить, веровать… Да. Позволь Ему опрокинуть твой сосуд с нечистотами и наполнить его живою водою и напьешься, и не будешь жаждать вновь. Перед Ним только можешь обнажить свою зияющую рану и Он уврачует, исцелит. Ничего нет невозможного для Творца мироздания.
Ужасная эпидемия – грех. И Единственный врач – Христос.
#имхо
Страшно быть наедине с самим собой, ибо внутренний вакуум затягивает, бездна внутренней душевной деструкции отвратительна. Форма без содержания, пустышка, говорящая кукла. Что этот мир делает с тобой, почему ты плывешь по течению мирской суеты?
Страшно откровенно поговорить с человеком, ибо нечего сказать, речь обрывается на полуслове... Какая душа, Какой Бог?! Не надо, замолчи… Лучше: «как вчера оторвались»…? И ведь отрываешься, разрываешься даже, рвет тебя на куски, в хлам тебя рвет… Пойди потом собери, сшей все эти лоскуты в единое полотно. Сшить то сошьешь, пожалуй, да ведь все уж полотно в швах да в нитках торчащих… Да и расползается снова.
И раздуваешь ты свою нераскаянность до гигантских размеров, и пустоту свою пытаешься надуть и улететь, но пустота никогда не сможет оторвать тебя от земли. Никогда мыльными пузырями своих грез, мечтаний и мыслей ты не заполнишь то, что заполняется Иным. Никогда ты не удовлетворишься своим собственным пустым эгоцентризмом.
Остановись на мгновение… Слышишь? Это бьется сердце… Еще немного постой, постой… Чувствуешь? Да ведь болит же оно, барабанит в твою грудь и просит Смысла, Любви просит, чистоты просит… Бога зовет оно.
Тишина. Полумрак. Мерцают свечи. Струиться как ручей молитва, хор поет. Слышишь – сердце отзывается… За этим деревянным крестом иная Бездна, за этими пронзенными ладонями иная Любовь, за словами «Так возлюбил Бог мир…» иные Смыслы. Делай шаг, делай полшага, но делай. Будет больно и резать где-то по живому придется, слезы помогут, поплачь.
Он Единственный Кто сошьет твое разорванное нутро без швов, соткет новое чистое полотно твоей души, надо только довериться Ему. Довериться, верить, веровать… Да. Позволь Ему опрокинуть твой сосуд с нечистотами и наполнить его живою водою и напьешься, и не будешь жаждать вновь. Перед Ним только можешь обнажить свою зияющую рану и Он уврачует, исцелит. Ничего нет невозможного для Творца мироздания.
Ужасная эпидемия – грех. И Единственный врач – Христос.
#имхо
Апрель
Виктор Цой
это реальный исихасткий текст... слушали ли мы его так как надо?
https://youtu.be/K0TqV9y20pc - Фрески Феофана Грека в церкви Спаса Преображения на Ильине улице в Новгороде. Фильм 1.
https://youtu.be/LBECbbqBaJ4 - Фрески Феофана Грека в Церкви Спаса Преображения на Ильине улице в Великом Новгороде. Фильм 2.
https://youtu.be/nt38KyFSgHs - Церковь Спаса Преображения на Ильине.
https://youtu.be/LBECbbqBaJ4 - Фрески Феофана Грека в Церкви Спаса Преображения на Ильине улице в Великом Новгороде. Фильм 2.
https://youtu.be/nt38KyFSgHs - Церковь Спаса Преображения на Ильине.
YouTube
Фрески Феофана Грека в церкви Спаса Преображения на Ильине улице в Новгороде
Фрески Феофана Грека в церкви Спаса Преображения на Ильине улице в Новгороде. Фильм 1. Автор: Левон Вазгенович Нерсесян
Источник Культура.рф
http://nov.vm.culture.ru/inc/film2.php?par=%2Ficon%2Fvideo%2Fvideo4.mp4
Источник Культура.рф
http://nov.vm.culture.ru/inc/film2.php?par=%2Ficon%2Fvideo%2Fvideo4.mp4
Исихастская созерцательно-молитвенная практика, учение о Фаворском свете и обожении оказались наиболее глубоким раскрытием учения об образе, которое положено в основу богословия иконы. Но каждый из названных нами художников – Феофан Грек, Андрей Рублев и Дионисий – воплощает это по-своему. И это свидетельствует, что единство не исключает многообразия, ортодоксальность невозможна без личного мистического опыта, а каноничность православного искусства нисколько не умаляет индивидуальности художника.
В ряду первых и крупнейших художников эпохи исихазма стоит Феофан Грек.Первой известной работой Феофана на Руси является роспись церкви Спаса Преображения на Ильине улице в Новгороде (1378 г.). Освящение этого храма во имя Преображения Господня стало основой программы для его росписи.Сразу же как вы переступаете порог небольшого, но сильно вытянутого вверх храма, вас буквально останавливает взгляд Христа-Пантократора, изображенного в куполе: из его широко раскрытых глаз словно сверкают молнии. Для Феофана, как и для всякого исихаста, Бог – это прежде всего Свет, но этот Свет выступает здесь в ипостаси огня. Этим огнем мир испытывается, этим огнем мир судится, этот огонь сжигает всякую неправду, разделяя творение на свет и тьму, небесное и земное, духовное и душевное, тварное и нетварное. Огонь – это меч, пронзающий плоть мира (Евр. 4:12).
Цветовой минимализм этой росписи может быть соотнесен по аналогии с отказом от многословия в молитве, который исповедовали исихасты; сводя свое правило к нескольким словам Иисусовой молитвы, исихасты добивались невероятной концентрации мысли и духа. Такой же концентрации добивается и Феофан Грек.
Сравнительно хорошо сохранились росписи в небольшом приделе, посвященном Св. Троице, – это маленькое помещение на хорах, предназначенное для индивидуальной молитвы. Программой этой росписи стало созерцание подвижниками Святой Троицы. Причём обращает на себя внимание тот факт, что зрачки в глазах Ангелов не написаны, вместо этого в них положены ярко-белые белильные мазки – «огни Его , как пламень огненный» (Огкр. 1.14).
По стенам, с трех сторон, изображены столпники и пустынники – те самые подвижники молитвы, которые бежали от мира, чтобы в уединении практиковать безмолвное созерцание. Вот святой предстает с руками, выставленными вперед, на кончиках его пальцев энергичные мазки белил – он словно касается света, ощущает его почти физически. Он вступает в этот свет. Это святой столпник Даниил. Свет скользит свободными потоками по его одежде, пульсирует на завитках волос, отражается в глазах. Св. Симеон Дивногорец представлен в позе оранта с разведенными в стороны руками. Света на его одежде напоминают острые пронзающие молнии, стрелами вонзающиеся в его ветхую плоть. В раскрытых глазах нет зрачков, но в глазницах изображены белильные движки (тот же прием мы видели в образах Ангелов композиции «Св.Троица») – святой видит этот свет, он наполнен этим светом, он им живет. Столпник Алимпий изображен с руками, сложенными на груди, его глаза закрыты, он слушает свое сердце, как и советовали исихасты: «Опусти ум свой в сердце и тогда молись». И, наконец, апофеоз преображения и погружения в свет – образ св. Макария Египетского. Удлиненная свечеобразная фигура подвижника вся объята светом, как белым пламенем; это столп света. На белой фигуре выделяются написанные охрой лик и руки (!), выставленные вперед перед грудью с ладонями, раскрытыми вовне. Это поза приятия благодати, открытости. Белильные блики вспышками написаны на лике Макария, но глаза не написаны вовсе. Этот странный прием вновь избран сознательно: святому не нужны телесные очи, он внутренним (духовным) взором видит Бога, он не смотрит на мир внешний, он весь внутри. Св. Макарий живет в свете, он сам есть этот свет («Уже не я живу, но живет во мне Христос». Гал. 2.20). Лик и руки на фоне света, в котором едва различимы очертания фигуры святого – образ исключительной силы, найденный Феофаном.
#Богословие_иконы
В ряду первых и крупнейших художников эпохи исихазма стоит Феофан Грек.Первой известной работой Феофана на Руси является роспись церкви Спаса Преображения на Ильине улице в Новгороде (1378 г.). Освящение этого храма во имя Преображения Господня стало основой программы для его росписи.Сразу же как вы переступаете порог небольшого, но сильно вытянутого вверх храма, вас буквально останавливает взгляд Христа-Пантократора, изображенного в куполе: из его широко раскрытых глаз словно сверкают молнии. Для Феофана, как и для всякого исихаста, Бог – это прежде всего Свет, но этот Свет выступает здесь в ипостаси огня. Этим огнем мир испытывается, этим огнем мир судится, этот огонь сжигает всякую неправду, разделяя творение на свет и тьму, небесное и земное, духовное и душевное, тварное и нетварное. Огонь – это меч, пронзающий плоть мира (Евр. 4:12).
Цветовой минимализм этой росписи может быть соотнесен по аналогии с отказом от многословия в молитве, который исповедовали исихасты; сводя свое правило к нескольким словам Иисусовой молитвы, исихасты добивались невероятной концентрации мысли и духа. Такой же концентрации добивается и Феофан Грек.
Сравнительно хорошо сохранились росписи в небольшом приделе, посвященном Св. Троице, – это маленькое помещение на хорах, предназначенное для индивидуальной молитвы. Программой этой росписи стало созерцание подвижниками Святой Троицы. Причём обращает на себя внимание тот факт, что зрачки в глазах Ангелов не написаны, вместо этого в них положены ярко-белые белильные мазки – «огни Его , как пламень огненный» (Огкр. 1.14).
По стенам, с трех сторон, изображены столпники и пустынники – те самые подвижники молитвы, которые бежали от мира, чтобы в уединении практиковать безмолвное созерцание. Вот святой предстает с руками, выставленными вперед, на кончиках его пальцев энергичные мазки белил – он словно касается света, ощущает его почти физически. Он вступает в этот свет. Это святой столпник Даниил. Свет скользит свободными потоками по его одежде, пульсирует на завитках волос, отражается в глазах. Св. Симеон Дивногорец представлен в позе оранта с разведенными в стороны руками. Света на его одежде напоминают острые пронзающие молнии, стрелами вонзающиеся в его ветхую плоть. В раскрытых глазах нет зрачков, но в глазницах изображены белильные движки (тот же прием мы видели в образах Ангелов композиции «Св.Троица») – святой видит этот свет, он наполнен этим светом, он им живет. Столпник Алимпий изображен с руками, сложенными на груди, его глаза закрыты, он слушает свое сердце, как и советовали исихасты: «Опусти ум свой в сердце и тогда молись». И, наконец, апофеоз преображения и погружения в свет – образ св. Макария Египетского. Удлиненная свечеобразная фигура подвижника вся объята светом, как белым пламенем; это столп света. На белой фигуре выделяются написанные охрой лик и руки (!), выставленные вперед перед грудью с ладонями, раскрытыми вовне. Это поза приятия благодати, открытости. Белильные блики вспышками написаны на лике Макария, но глаза не написаны вовсе. Этот странный прием вновь избран сознательно: святому не нужны телесные очи, он внутренним (духовным) взором видит Бога, он не смотрит на мир внешний, он весь внутри. Св. Макарий живет в свете, он сам есть этот свет («Уже не я живу, но живет во мне Христос». Гал. 2.20). Лик и руки на фоне света, в котором едва различимы очертания фигуры святого – образ исключительной силы, найденный Феофаном.
#Богословие_иконы
Forwarded from ОВЧА
История 2015 года
"Сегодня позвонили на телефон храма и попросили прислать священника для причащения умирающего мужчины.
Я взял Святые Дары и поехал по адресу. В дверях меня встретила женщина лет 60, приветливо предложила раздеться, коротко рассказала о муже.
Ни он, ни она никогда не принимали Таинств. Никогда в жизни им не приходилось исповедоваться, никогда не причащались. И вот, теперь, муж в коме. Уже довольно долго. Кормит она его через катетер, вставленный в нос. Через рот он уже давно ничего глотать не может. Даже капля воды попадает в дыхательные пути и долго там клокочет, мешая дышать.
Соседка, которая помогает ухаживать за больным, посоветовала позвать священника и причастить его.
Я сказал хозяйке, что, к сожалению, в таком состоянии человека причащать нельзя.
Она предложила дать Причастие через катетер, но и это делать категорически запрещено. В глазах ее появилась растерянность... Наверное, она, не понимая еще сущности Святыни, вдруг осознала, что они упустили в жизни что-то Самое Важное. И вот, это Самое Важное сейчас ее мужу уже не получить....
Я спросил у нее имя мужа.
- Анатолий...
Нагнувшись над кроватью, почти вплотную над больным, я громко позвал его. Он открыл глаза...
Для меня это было просто реакцией человека на зов.
Жена же отпрянула от кровати, побелела и прижалась к стене.
- Он не открывал глаза...уже... давно.... еле - еле прошептала она, глядя на мужа как на что-то ужасное.
Я, так же нагнувшись над больным, громко спросил:
- Анатолий, Вы хотите принять Святые Тело и Кровь Христовы?
Он явно и медленно опустил веки, сказав ими "да".
Хозяйка быстро побежала греть воду, я начал читать молитвы перед Причащением больного.
Полноценной исповеди, конечно же ждать уже не приходилось. Я лишь сказал, чтоб он вспомнил свои грехи, за всю жизнь, раскаялся в них от всего сердца... на мой вопрос: "Каетесь в своих грехах?" Анатолий снова опустил веки: "да".
- Вы сможете глотнуть Дары?
- "да"
Я взял Чашу с Дарами и осторожно влил ее содержимое в рот больному. Он сделал глоток, второй... Жена всхлипывала возле стенки, не веря своим глазам....
Я поздравил больного с Причастием, прочитал отпуст и стал собираться, беседуя с хозяйкой о том, что у нее есть еще много времени, чтоб прийти к Таинствам самой.
Я спешил побыстрее остаться наедине, чтоб отдаться благоговению перед свершившимся только что неимоверным чудом Божьего промысла о спасении человека."
Священник Игорь Шумак
#от_друзей_с_fb
"Сегодня позвонили на телефон храма и попросили прислать священника для причащения умирающего мужчины.
Я взял Святые Дары и поехал по адресу. В дверях меня встретила женщина лет 60, приветливо предложила раздеться, коротко рассказала о муже.
Ни он, ни она никогда не принимали Таинств. Никогда в жизни им не приходилось исповедоваться, никогда не причащались. И вот, теперь, муж в коме. Уже довольно долго. Кормит она его через катетер, вставленный в нос. Через рот он уже давно ничего глотать не может. Даже капля воды попадает в дыхательные пути и долго там клокочет, мешая дышать.
Соседка, которая помогает ухаживать за больным, посоветовала позвать священника и причастить его.
Я сказал хозяйке, что, к сожалению, в таком состоянии человека причащать нельзя.
Она предложила дать Причастие через катетер, но и это делать категорически запрещено. В глазах ее появилась растерянность... Наверное, она, не понимая еще сущности Святыни, вдруг осознала, что они упустили в жизни что-то Самое Важное. И вот, это Самое Важное сейчас ее мужу уже не получить....
Я спросил у нее имя мужа.
- Анатолий...
Нагнувшись над кроватью, почти вплотную над больным, я громко позвал его. Он открыл глаза...
Для меня это было просто реакцией человека на зов.
Жена же отпрянула от кровати, побелела и прижалась к стене.
- Он не открывал глаза...уже... давно.... еле - еле прошептала она, глядя на мужа как на что-то ужасное.
Я, так же нагнувшись над больным, громко спросил:
- Анатолий, Вы хотите принять Святые Тело и Кровь Христовы?
Он явно и медленно опустил веки, сказав ими "да".
Хозяйка быстро побежала греть воду, я начал читать молитвы перед Причащением больного.
Полноценной исповеди, конечно же ждать уже не приходилось. Я лишь сказал, чтоб он вспомнил свои грехи, за всю жизнь, раскаялся в них от всего сердца... на мой вопрос: "Каетесь в своих грехах?" Анатолий снова опустил веки: "да".
- Вы сможете глотнуть Дары?
- "да"
Я взял Чашу с Дарами и осторожно влил ее содержимое в рот больному. Он сделал глоток, второй... Жена всхлипывала возле стенки, не веря своим глазам....
Я поздравил больного с Причастием, прочитал отпуст и стал собираться, беседуя с хозяйкой о том, что у нее есть еще много времени, чтоб прийти к Таинствам самой.
Я спешил побыстрее остаться наедине, чтоб отдаться благоговению перед свершившимся только что неимоверным чудом Божьего промысла о спасении человека."
Священник Игорь Шумак
#от_друзей_с_fb
О земной жизни и смерти
Как смотреть на краткую и продолжительную человеческую жизнь? Образец Господа Иисуса Христа, жившего на земле только 33 года, показывает, что в короткое время жизни может быть совмещена вся ее полнота. В этом случае человек, "достигнув совершенства в короткое время, он исполнил долгие лета" (Прем. Сол. 4:13). "Ибо не в долговечности счастливая старость и не числом лет измеряется: мудрость есть седина для людей, и беспорочная жизнь – возраст старости" (там же, ст. 8 и 9). И наоборот: продолжительная жизнь может быть пуста по содержанию, может не иметь цены для вечной жизни. "Если и будут они долгожизненны, но будут почитаться за ничто, и поздняя старость их будет без почета" (Прем. Сол. 3:17). Но вообще говоря, христианин должен смотреть, как на Божий дар и на Его долготерпеливую милость, если ему досталась в удел продолжительная жизнь. Ап. Петр говорит: "Долготерпение Господа нашего почитайте спасением". (2Пет. 3:15). Чем продолжительнее жизнь, тем больше времени для делания добра и приготовления к вечности.
Потому-то и желание смерти есть вещь сомнительная. Очень часто оно есть нежелание трудиться и переносить жизненные бедствия. Если даже она есть положительное желание совершенной жизни за гробом, то и тогда необходимо помнить, что смерть всегда преждевременна, если она не посылается человеку Богом. Господь лучше знает, когда пора окончиться нашей жизни: «в книге Которого записаны все дни, назначенные для человека» (Пс. 138:16), «в руке Которого душа всего живущего и дух всякого человека» (Иов. 17:10).
Вообще, желание смерти тем большее имеет право, чем больше человек созрел для вечной жизни, и тем фальшивее и бесправнее, чем менее он созрел для нее. В последнем случае, вместо того, чтобы желать смерти, необходимо позаботиться об истинно христианской жизни.
Профессор М. А. Олесницкий. Нравственное богословие.
Как смотреть на краткую и продолжительную человеческую жизнь? Образец Господа Иисуса Христа, жившего на земле только 33 года, показывает, что в короткое время жизни может быть совмещена вся ее полнота. В этом случае человек, "достигнув совершенства в короткое время, он исполнил долгие лета" (Прем. Сол. 4:13). "Ибо не в долговечности счастливая старость и не числом лет измеряется: мудрость есть седина для людей, и беспорочная жизнь – возраст старости" (там же, ст. 8 и 9). И наоборот: продолжительная жизнь может быть пуста по содержанию, может не иметь цены для вечной жизни. "Если и будут они долгожизненны, но будут почитаться за ничто, и поздняя старость их будет без почета" (Прем. Сол. 3:17). Но вообще говоря, христианин должен смотреть, как на Божий дар и на Его долготерпеливую милость, если ему досталась в удел продолжительная жизнь. Ап. Петр говорит: "Долготерпение Господа нашего почитайте спасением". (2Пет. 3:15). Чем продолжительнее жизнь, тем больше времени для делания добра и приготовления к вечности.
Потому-то и желание смерти есть вещь сомнительная. Очень часто оно есть нежелание трудиться и переносить жизненные бедствия. Если даже она есть положительное желание совершенной жизни за гробом, то и тогда необходимо помнить, что смерть всегда преждевременна, если она не посылается человеку Богом. Господь лучше знает, когда пора окончиться нашей жизни: «в книге Которого записаны все дни, назначенные для человека» (Пс. 138:16), «в руке Которого душа всего живущего и дух всякого человека» (Иов. 17:10).
Вообще, желание смерти тем большее имеет право, чем больше человек созрел для вечной жизни, и тем фальшивее и бесправнее, чем менее он созрел для нее. В последнем случае, вместо того, чтобы желать смерти, необходимо позаботиться об истинно христианской жизни.
Профессор М. А. Олесницкий. Нравственное богословие.
Мне доводилось встречать в жизни людей весьма опустившихся: спившихся, без паспорта, жилья – БОМЖи. Искали они еду по помойкам, клянчили рубли у ларьков, и, получая монетку, тут же покупали совершенно отвартительное пойло, заливая бездонные глубины своего чрева. Их тела грызли вши; если заглянуть под воротник рубахи такого пропойцы, то увидишь там копошащиеся массы отвратительных паразитов. Лица их часто были побиты: синяки, ссадины, выбитые и гнилые зубы. Дрались одни и друг с другом за бутылку, била их и местная шпана.
Очень часто, эти бедолаги, напиваясь в хлам, не могли порою добраться до ближайшего подвала. И если случалась в то время зима, то отмораживали они себе уши, носы, пальцы (до ампутации), часто замерзали насмерть.
У всех у них были свои истории, свои падения, свои взлеты (когда-то) и не всех их жизнь эта устраивала. Но всегда удивляли среди них люди, которым все это нравилось. Да-да, нравилось. Был один инвалид, безногий БОМЖ, который частенько сидел возле церкви и просил деньги на выпивку. Грязный, вонючий, всегда пьяный и похотливо-веселый. У него и паспорт был, и мать с отдельной квартирой… Сколько раз она пыталась его забрать, отмывала, откармливала, лечила, а он снова и снова бежал на улицу – в подвалы, к своим товарищам, пойлу, вшам, грязи и побоям. Когда спрашивали его, почему он не хочет оставаться дома, он говорил просто: «Мне нравиться на улице. Нравиться бомжевать». Впоследствии он, как и один из многих, замерз на пороге подвала особенно холодной зимой, особенно в этот день, перебрав технического спирта.
Если спроецировать этот непрезентабельный образ опустившегося человека. которому нравится такая жизнь на нас, на обычных казалось бы людей, то со всей очевидностью мы увидим в себе эти черты. Я говорю о страстях, разных страстях, грехах наших, в которых мы пребываем изо дня в день, из года в год, от исповеди к исповеди. Нас забирают (Бог, священники, жены, родители, совесть) – пытаются отмыть, откормить, вылечить, но мы снова как псы возвращаемся на дурманящую и влекущую нас лужу страстей, ту блевотину, от которой нас пытались спасти.
Если признаться, то мы и не просим никакого спасения, а если просим, то часто делаем один только вид прошения. А на самом деле наслаждаемся своим падением. Часто внешне мы вполне презентабельны, имеем машину, квартиру, семью, ходим даже в храм, но наша страсть сопровождает нас, мы не спешим восстать от своего падения. Эти бомжи проекция нашей духовной лени, нашего небрежения, духовной инвалидности, которая не дает нам возможности воспрянуть. Сформированное нами бытие начинает определять наше сознание.
Мы находимся на дне зловонной ямы и чем дольше мы лежим в этих испражнениях, чем больше тьмы проникает в нашу душу, тем менее возможным представляется шанс подняться. Глубинная тьма начинает определять нашу жизнь – это онтология падения. Там все труднее и труднее видеть удаляющийся от нас Свет, Который только и способен осветить путь к спасению.
#имхо
Очень часто, эти бедолаги, напиваясь в хлам, не могли порою добраться до ближайшего подвала. И если случалась в то время зима, то отмораживали они себе уши, носы, пальцы (до ампутации), часто замерзали насмерть.
У всех у них были свои истории, свои падения, свои взлеты (когда-то) и не всех их жизнь эта устраивала. Но всегда удивляли среди них люди, которым все это нравилось. Да-да, нравилось. Был один инвалид, безногий БОМЖ, который частенько сидел возле церкви и просил деньги на выпивку. Грязный, вонючий, всегда пьяный и похотливо-веселый. У него и паспорт был, и мать с отдельной квартирой… Сколько раз она пыталась его забрать, отмывала, откармливала, лечила, а он снова и снова бежал на улицу – в подвалы, к своим товарищам, пойлу, вшам, грязи и побоям. Когда спрашивали его, почему он не хочет оставаться дома, он говорил просто: «Мне нравиться на улице. Нравиться бомжевать». Впоследствии он, как и один из многих, замерз на пороге подвала особенно холодной зимой, особенно в этот день, перебрав технического спирта.
Если спроецировать этот непрезентабельный образ опустившегося человека. которому нравится такая жизнь на нас, на обычных казалось бы людей, то со всей очевидностью мы увидим в себе эти черты. Я говорю о страстях, разных страстях, грехах наших, в которых мы пребываем изо дня в день, из года в год, от исповеди к исповеди. Нас забирают (Бог, священники, жены, родители, совесть) – пытаются отмыть, откормить, вылечить, но мы снова как псы возвращаемся на дурманящую и влекущую нас лужу страстей, ту блевотину, от которой нас пытались спасти.
Если признаться, то мы и не просим никакого спасения, а если просим, то часто делаем один только вид прошения. А на самом деле наслаждаемся своим падением. Часто внешне мы вполне презентабельны, имеем машину, квартиру, семью, ходим даже в храм, но наша страсть сопровождает нас, мы не спешим восстать от своего падения. Эти бомжи проекция нашей духовной лени, нашего небрежения, духовной инвалидности, которая не дает нам возможности воспрянуть. Сформированное нами бытие начинает определять наше сознание.
Мы находимся на дне зловонной ямы и чем дольше мы лежим в этих испражнениях, чем больше тьмы проникает в нашу душу, тем менее возможным представляется шанс подняться. Глубинная тьма начинает определять нашу жизнь – это онтология падения. Там все труднее и труднее видеть удаляющийся от нас Свет, Который только и способен осветить путь к спасению.
#имхо
Forwarded from Андроников монастырь
💬 Князь Мышкин:
– Бывает материна радость,
когда она первую от своего младенца улыбку заприметит;
такая же точно бывает и у Бога радость всякий раз,
когда Он с неба завидит, что грешник пред ним от всего своего сердца на молитву становится.
.
.
Федор Михайлович Достоевский. "Идиот"
________
на фото: древнейший московский Спасо-Андроников монастырь
– Бывает материна радость,
когда она первую от своего младенца улыбку заприметит;
такая же точно бывает и у Бога радость всякий раз,
когда Он с неба завидит, что грешник пред ним от всего своего сердца на молитву становится.
.
.
Федор Михайлович Достоевский. "Идиот"
________
на фото: древнейший московский Спасо-Андроников монастырь
Время открывать
В XX столетии произошли основательные перемены на всех уровнях жизни, и к нашему времени сложилось такое положение, когда, по мнению многих, наступает пора говорить о молитве «во всех подробностях, без всяких сокрытий, ради пользы молящихся. Опытные сильно оскудели, почти не осталось знающих умное делание... Потому ныне весьма потребно разрешать недоумения ищущего ума, дабы души искателей, скорбя и унывая, не впали бы в отчаяние» [Антоний (Голынский-Михайловский), архиеп. О молитве Иисусовой].
«Ситуация сильно изменилась, — отмечает современник. - Охотников до монашеского делания заметно поубавилось даже по сравнению с прошлым [XIX] веком, не говоря уже о древних временах; опытных наставников в умной молитве днем с огнем не сыскать (если они и есть, то сокрыты от внешнего мира)... По-видимому, аналогичные проблемы возникали уже в XIII веке, с чем и следует связывать появление трактатов с описанием способов молитвы... Похожими причинами было вызвано появление “Иконописных подлинников”». Приемы и методы, «составляя предмет непосредственного личного обучения учеников старцами, не закреплялись письменно, пока вследствие оскудения старчества не возникла опасность их полного забвения, побудившая опытных в них деятелей молитвы предать их письменности. Такого мнения держится еп. Игнатий (Брянчанинов) в своих весьма замечательных аскетических творениях, крайне важных для понимания святоотеческого учения об умной молитве» [Василий (Кривошеин), архиеп. Ц Путь к священному безмолвию. Малоизвестные творения св. отцов-исихастов. М., Братство свт. Филарета, 1999, с. 6, 7].
Что касается «внешних приемов» [Имеются в виду художественные приемы молитвы] молитвы, которые иногда считают нужным скрывать от широкой публики, то они и так «давно перестали быть тайной». Так, например, свт. Феофан опустил часть текста из трактата «О трех образах внимания»
[Справедливость требует добавить, что свт. Феофан сам же воcполнил ранее им изъятое. Действительно, при переводе на русский язык Добротолюбия и Творений прп, Симеона свт. Феофан сократил в трактате «О трех образах внимания» описание художественных приемов молитвы. Но надо учесть, что при этом в своей собственной книге «Письма о духовной жизни» он полностью воспроизводит сокращенное место. Причем книга эта была достаточно популярной, и в 1897 ГОДУ она выходила в Москве уже третьим изданием. См : Феофан Затворник, свт. Письма о духовной жизни, письмо 16, с. 178.],
но в то же время этот текст был полностью опубликован епископом Порфирием (Успенским). Осторожность свт. Феофана «привела скорее к обратным результатам... только играющим на руку противникам исихазма», уничижителям умного делания [Путь к священному безмолвию. Малоизвестные творения св. отцов-исихастов. М., Братство свт. Филарета, 1999, с. 6, 7].
В XX столетии произошли основательные перемены на всех уровнях жизни, и к нашему времени сложилось такое положение, когда, по мнению многих, наступает пора говорить о молитве «во всех подробностях, без всяких сокрытий, ради пользы молящихся. Опытные сильно оскудели, почти не осталось знающих умное делание... Потому ныне весьма потребно разрешать недоумения ищущего ума, дабы души искателей, скорбя и унывая, не впали бы в отчаяние» [Антоний (Голынский-Михайловский), архиеп. О молитве Иисусовой].
«Ситуация сильно изменилась, — отмечает современник. - Охотников до монашеского делания заметно поубавилось даже по сравнению с прошлым [XIX] веком, не говоря уже о древних временах; опытных наставников в умной молитве днем с огнем не сыскать (если они и есть, то сокрыты от внешнего мира)... По-видимому, аналогичные проблемы возникали уже в XIII веке, с чем и следует связывать появление трактатов с описанием способов молитвы... Похожими причинами было вызвано появление “Иконописных подлинников”». Приемы и методы, «составляя предмет непосредственного личного обучения учеников старцами, не закреплялись письменно, пока вследствие оскудения старчества не возникла опасность их полного забвения, побудившая опытных в них деятелей молитвы предать их письменности. Такого мнения держится еп. Игнатий (Брянчанинов) в своих весьма замечательных аскетических творениях, крайне важных для понимания святоотеческого учения об умной молитве» [Василий (Кривошеин), архиеп. Ц Путь к священному безмолвию. Малоизвестные творения св. отцов-исихастов. М., Братство свт. Филарета, 1999, с. 6, 7].
Что касается «внешних приемов» [Имеются в виду художественные приемы молитвы] молитвы, которые иногда считают нужным скрывать от широкой публики, то они и так «давно перестали быть тайной». Так, например, свт. Феофан опустил часть текста из трактата «О трех образах внимания»
[Справедливость требует добавить, что свт. Феофан сам же воcполнил ранее им изъятое. Действительно, при переводе на русский язык Добротолюбия и Творений прп, Симеона свт. Феофан сократил в трактате «О трех образах внимания» описание художественных приемов молитвы. Но надо учесть, что при этом в своей собственной книге «Письма о духовной жизни» он полностью воспроизводит сокращенное место. Причем книга эта была достаточно популярной, и в 1897 ГОДУ она выходила в Москве уже третьим изданием. См : Феофан Затворник, свт. Письма о духовной жизни, письмо 16, с. 178.],
но в то же время этот текст был полностью опубликован епископом Порфирием (Успенским). Осторожность свт. Феофана «привела скорее к обратным результатам... только играющим на руку противникам исихазма», уничижителям умного делания [Путь к священному безмолвию. Малоизвестные творения св. отцов-исихастов. М., Братство свт. Филарета, 1999, с. 6, 7].
Случалось, что и в более отдаленном прошлом чрезмерные опасения и перестраховки приводили к нежелательным результатам. «Самое желание читать священные книги, — говорил свт. Филарет, — уже есть залог нравственного улучшения». Но эта мысль была отнюдь не для всех очевидна в первой четверти XIX века, когда за утверждение подобных идей приходилось бороться. В то время, по свидетельству современника, многие относительно Библии «имели несчастную мысль, что от чтения сей книги люди с ума сходят. Одно время чтение Библии было формально воспрещено воспитанникам военно-учебных заведений — в предотвращение помешательства, под тем предлогом, что два кадета уже помешались. А многие другие “почитали ее книгою, только для Церкви потребной и для попов одних годной”. Из страха мистических заблуждений и чрезмерностей тогда вдруг стали избегать и Макария Египетского, и Исаака Сирина, — “а умная сердечная молитва уничтожена и осмеяна, как зараза и пагуба”» [Флоровский Георгий, прот. Пути русского богословия. Вильнюс, 1991 (репр. изд. Париж, 1937), с. 171].
Такого рода тенденции были результатом католического влияния. Например, в «Послании восточных патрархов» (XVII) Иерусалимский патриарх Досифей диктует прямое запрещение мирянам читать Священное Писание
[Архиеп. Василий (Кривошеин) по этому поводу отмечает: «Что особенно “коробит” православное чувство в Исповедании Досифея, это - запрещение мирянам читать Св. Писание, особенно Ветхий Завет. В защиту этого запрещения Досифей ссылается на опыт Церкви, якобы убедившейся во вреде, происходящем от чтения Св. Писания мирянами... Излишне говорить, что “опыт”, о котором здесь идет речь, есть “опыт” Римо-Католической, а не Православной Церкви. Там он понятен, ибо церковный строй, да и учение Римо-Католической Церкви действительно не находятся в согласии с Писанием, и миряне не должны этого знать, но в православии это не так, ему нечего бояться Св. Писания. Не говорим о том, что этот “опыт” запрещения чтения Св. Писания оказался очень неудачным и был одной из причин, вызвавших отпадение от Римо-Католической Церкви протестантов... Во всяком случае, нигде в святоотеческом Предании и постановлениях Древней Церкви нельзя встретить каких-либо указаний о вреде чтения Слова Божия». Церковь владыки Василия.с. 202].
Надо отметить, что в русском переводе этого текста (1838) митрополит Филарет вычеркнул этот запрет для мирян на чтение Библии, тем не менее различные вероучебные отклонения, носящие латинствующий характер, веками проникали к нам с Запада.
#Молитва_Иисусова_Николай_Новиков
Такого рода тенденции были результатом католического влияния. Например, в «Послании восточных патрархов» (XVII) Иерусалимский патриарх Досифей диктует прямое запрещение мирянам читать Священное Писание
[Архиеп. Василий (Кривошеин) по этому поводу отмечает: «Что особенно “коробит” православное чувство в Исповедании Досифея, это - запрещение мирянам читать Св. Писание, особенно Ветхий Завет. В защиту этого запрещения Досифей ссылается на опыт Церкви, якобы убедившейся во вреде, происходящем от чтения Св. Писания мирянами... Излишне говорить, что “опыт”, о котором здесь идет речь, есть “опыт” Римо-Католической, а не Православной Церкви. Там он понятен, ибо церковный строй, да и учение Римо-Католической Церкви действительно не находятся в согласии с Писанием, и миряне не должны этого знать, но в православии это не так, ему нечего бояться Св. Писания. Не говорим о том, что этот “опыт” запрещения чтения Св. Писания оказался очень неудачным и был одной из причин, вызвавших отпадение от Римо-Католической Церкви протестантов... Во всяком случае, нигде в святоотеческом Предании и постановлениях Древней Церкви нельзя встретить каких-либо указаний о вреде чтения Слова Божия». Церковь владыки Василия.с. 202].
Надо отметить, что в русском переводе этого текста (1838) митрополит Филарет вычеркнул этот запрет для мирян на чтение Библии, тем не менее различные вероучебные отклонения, носящие латинствующий характер, веками проникали к нам с Запада.
#Молитва_Иисусова_Николай_Новиков
Отмечено, что написание исихастских трактатов обычно совпадало с периодами духовного упадка. Благодаря этому поддерживалась преемственность, сохранялась и передавалась традиция. «Движимые тайным божественным вдохновением, — писал прп. Паисий Молдавский, — многие отцы изложили в книгах святое учение, исполненное премудрости Святого Духа, об этой божественной умной молитве на основании Божественных Писаний Ветхого и Нового Заветов. Это устроилось по особенному Божию Промыслу, чтобы божественное делание не пришло во всеконечное забвение».
Говорил об этом и свт. Игнатий: «Заметно, что время написания большего числа книг об умном делании совпадает с временем особенного оскудения в монашестве умного делания... Когда некоторые из отцов увидели, что истинные и не прелестные наставники этого делания начали очень умаляться, то, будучи подвигнуты Божиим Духом, чтобы не оскудело истинное учение», изложили его письменно. «Прп. Григорий Синаит, живший в XIV веке, когда прибыл в Афонскую Гору, то нашел там, между тысячами монахов, только трех, которые имели некоторое понятие об умном делании. К XIV и XV векам относится большинство писаний об Иисусовой молитве».
Во времена духовного обнищания возникает потребность в распространении сокрытых дотоле знаний, дабы способствовать возрождению традиции. Тогда начинаются новые исследования, пишутся книги, у издателей оживает интерес к забытому письменному наследию. Тогда же случаются обретения утраченных писаний, «и иные утаенные до времени по непостижимому для нас Божественному Промыслу от всеобщего взора рукописи, сокрывавшиеся под спудом... являются всей полноте Церкви как некий изумительный и многоценный дар». В наше время явно наблюдается нечто подобное. И процесс этот приветствуется духовно авторитетными людьми.
[Некоторые, однако, усматривают в этом тревожные признаки приближения к концу земной истории. Мы видим «великое множество самых прекрасных, самых христианских наидушеполезнейших книг, которых, наверное, никогда во все века христианства не печаталось так много, так сразу и в таком наилучшем виде, не продавалось так дешево и так повсеместно (да и не читалось так мало и так поверхностно), как теперь. Не те ли это апокалипсические “полчаса безмолвия” (См.:Откр. 8, 1) пред началом ангельского вострубения и страшных конечных конвульсий умирающего мира сего?» Лазарь (Абашидзе), архим. Мучение любви , с. 226]
Говорил об этом и свт. Игнатий: «Заметно, что время написания большего числа книг об умном делании совпадает с временем особенного оскудения в монашестве умного делания... Когда некоторые из отцов увидели, что истинные и не прелестные наставники этого делания начали очень умаляться, то, будучи подвигнуты Божиим Духом, чтобы не оскудело истинное учение», изложили его письменно. «Прп. Григорий Синаит, живший в XIV веке, когда прибыл в Афонскую Гору, то нашел там, между тысячами монахов, только трех, которые имели некоторое понятие об умном делании. К XIV и XV векам относится большинство писаний об Иисусовой молитве».
Во времена духовного обнищания возникает потребность в распространении сокрытых дотоле знаний, дабы способствовать возрождению традиции. Тогда начинаются новые исследования, пишутся книги, у издателей оживает интерес к забытому письменному наследию. Тогда же случаются обретения утраченных писаний, «и иные утаенные до времени по непостижимому для нас Божественному Промыслу от всеобщего взора рукописи, сокрывавшиеся под спудом... являются всей полноте Церкви как некий изумительный и многоценный дар». В наше время явно наблюдается нечто подобное. И процесс этот приветствуется духовно авторитетными людьми.
[Некоторые, однако, усматривают в этом тревожные признаки приближения к концу земной истории. Мы видим «великое множество самых прекрасных, самых христианских наидушеполезнейших книг, которых, наверное, никогда во все века христианства не печаталось так много, так сразу и в таком наилучшем виде, не продавалось так дешево и так повсеместно (да и не читалось так мало и так поверхностно), как теперь. Не те ли это апокалипсические “полчаса безмолвия” (См.:Откр. 8, 1) пред началом ангельского вострубения и страшных конечных конвульсий умирающего мира сего?» Лазарь (Абашидзе), архим. Мучение любви , с. 226]
Архимандрит Емилиан пишет:
[Емилиан Метеорский, Симонопетрский (1935 - 2019), схиархимандрит. Греческий подвижник, старец, игумен мон-ря Симонопетра на Афоне и духовный наставник женской Благовещенской обители в Ормилии (самый большой женский мон. в Греции). Ранее был настоятелем монря Большие Метеоры в Греции. В 1973 г. более 50 иноков во главе с архим. Емилианом перешли из Метеор в находившийся тогда в запустении святогорский мон. Симонопетра, что и послужило возрождению древней обители. О. Емилиан «одна из выдающихся духовных личностей нашего времени. Во многом с его именем связано возрождение монашеской жизни в Греции и на Афоне в 60-90 годы XX века. Он соединял в себе черты древнего аскета-исихаста с пламенной ревностью церковного деятеля». Старец Ефрем Катунакский называл о. Емилиана «вторым Иосифом Исихастом»]
«В наши дни, слава Богу, многие говорят об умной молитве и издают невероятное число книг на эту тему... Умное делание охватывает весь мир и доходит до каждого человека... Это прекрасно еще и потому, что восточные псевдорелигии и лжеапостолы выдают за Божественные свои молитвы, которые на самом деле душевные, лживые и бесовские».
Старец Иосиф Исихаст, поясняя мотивы, побудившие его писать книгу «Духоносная труба», говорит о насущной потребности в письменных руководствах, удобопонятных для современного человека. Путь умного делания, пишет старец, становится «в наши дни труднопроходимым и тернистым из-за недостатка путников, хотя в древние времена все богоносные отцы шли этой дорогой. Поэтому и я, малейший, с душой, горящей божественной ревностью, ради пользы моих братий предпринял этот малый труд, повинуясь Божию повелению... Не удовлетворившись творениями боговдохновенных отцов, вознамерился записать собственные косноязычные речи, ибо, если окажется это полезным хотя бы одному брату, будет мне от Господа награда за труд».
#Молитва_Иисусова_Николай_Новиков
[Емилиан Метеорский, Симонопетрский (1935 - 2019), схиархимандрит. Греческий подвижник, старец, игумен мон-ря Симонопетра на Афоне и духовный наставник женской Благовещенской обители в Ормилии (самый большой женский мон. в Греции). Ранее был настоятелем монря Большие Метеоры в Греции. В 1973 г. более 50 иноков во главе с архим. Емилианом перешли из Метеор в находившийся тогда в запустении святогорский мон. Симонопетра, что и послужило возрождению древней обители. О. Емилиан «одна из выдающихся духовных личностей нашего времени. Во многом с его именем связано возрождение монашеской жизни в Греции и на Афоне в 60-90 годы XX века. Он соединял в себе черты древнего аскета-исихаста с пламенной ревностью церковного деятеля». Старец Ефрем Катунакский называл о. Емилиана «вторым Иосифом Исихастом»]
«В наши дни, слава Богу, многие говорят об умной молитве и издают невероятное число книг на эту тему... Умное делание охватывает весь мир и доходит до каждого человека... Это прекрасно еще и потому, что восточные псевдорелигии и лжеапостолы выдают за Божественные свои молитвы, которые на самом деле душевные, лживые и бесовские».
Старец Иосиф Исихаст, поясняя мотивы, побудившие его писать книгу «Духоносная труба», говорит о насущной потребности в письменных руководствах, удобопонятных для современного человека. Путь умного делания, пишет старец, становится «в наши дни труднопроходимым и тернистым из-за недостатка путников, хотя в древние времена все богоносные отцы шли этой дорогой. Поэтому и я, малейший, с душой, горящей божественной ревностью, ради пользы моих братий предпринял этот малый труд, повинуясь Божию повелению... Не удовлетворившись творениями боговдохновенных отцов, вознамерился записать собственные косноязычные речи, ибо, если окажется это полезным хотя бы одному брату, будет мне от Господа награда за труд».
#Молитва_Иисусова_Николай_Новиков