Александра Трусова о восстановлении четверных прыжков:

«Какие эмоции ощущаю? Наверное, никакие. Нет такого, что разница в детстве и сейчас. По ощущениям то же самое как тогда, когда мне было 17. Это что касается лутца. Все остальное я тоже попробовала, но думала, что так же быстро, как лутц, но нет, так быстро, как лутц, не получается с первого раза.
Единственное, до того, как я перестала кататься на соревнованиях, я прыгала и прыгала – не важно, устала или не устала. А сейчас, если я знаю, что я уже не сделаю, я не буду прыгать. Просто на следующий день я уже не встану.

Почему решила восстановить их? Потому что скучно. Я и без соревнований восстанавливала четверные – мне скучно без них.

Пятерной прыжок? Да, я верю. Ну 🇺🇸 Илья [Малинин] точно будет прыгать. Пятерной, думаю, можно. Не знаю насчет акселя, но пятерные обычные прыжки, думаю, возможно. Да, я пыталась. Лутц пробовала. Тулуп пятерной на удочке пробовала. Четыре с половиной оборота получается. Я думаю, что если тренировать, то возможно сделать. А я не тренировала, так просто, по приколу заходила».

Cr: соцсети Трусовой

Наша группа в VK.

Спортивная пара Зоя Ковязина/Артемий Мохов распалась.

Cr: РИА

Наша группа в VK.

Елена Гуменник, мама Петра Гуменника, о том, как было принято решение завершить работу с Алексеем Мишиным и перейти к Веронике Дайнеко:

«Алексей Николаевич [Мишин] – мэтр, у него были сильные спортсмены, которым он уделял основное внимание. Татьяна Николаевна [Мишина] тоже сделала выбор в пользу других – например, много работала с Евгением Семененко. Плюс тренеры, с которыми работал Петя, постепенно разошлись: кто-то ушел на другой каток, кто-то перестал работать в этой школе. И получилось, что он как будто «провалился» – не было четкого понимания, кто за него отвечает, как его развивать дальше.

Обсудить с тренерами? Наверное, пытались. Но я не видела реального выхода. Нельзя прийти и сказать: «Отодвиньте, пожалуйста, Елизавету Туктамышеву и занимайтесь с Петей». Это так не работает. И я уже сама видела, что у него есть проблемы: возраст, самодисциплина, разминки – ему нужно было больше внимания и контроля. В подростковом возрасте это важно – когда тебя направляют и держат в режиме. Мотивация – нет, а вот ориентиры и рамки – да. В подростковом возрасте они еще не до конца сформированы. Нужно объяснять базовые вещи: что разминку нельзя пропускать, что иначе будут травмы. А проблемы со здоровьем у него были. Например, у него была болезнь Осгуда–Шляттера.
В какой-то момент это привело к очень странной истории, которую мы сейчас вспоминаем с улыбкой, но тогда было не до смеха. Ему наложили циркулярный гипс на три недели – специально такой, чтобы нельзя было снять. Он сидел дома, все как положено. И вдруг мне звонит Алексей Николаевич Мишин и спрашивает, как дела. Я говорю: «Все нормально, через неделю будем снимать гипс». А он в ответ: «А что тогда Петя делает на катке?»
Оказалось, что он сам снял гипс. Закрылся в ванной, каким-то образом распилил его, снял и пошел на тренировку. Для меня это был шок. Он долго не признавался, как именно это сделал, только спустя несколько лет рассказал.

Мы понимали, что Петру нужно больше индивидуального внимания. И увидели, что у Вероники Анатольевны [Дайнеко] как раз такой подход: она внимательно работает с детьми, держит дисциплину, дает тот самый контроль, которого не хватало. Мы ее знали еще по среднему сыну, он у нее занимался. Поэтому понимали, какой она тренер».

Cr: Фонтанка

Наша группа в VK.

Александра Трусова о лирических образах на льду:

«Мне нравится катать разное. Раньше мне было сложнее катать медленное, потому что я считаю, что надо понимать, о чем ты катаешь. А не просто тебе сказали сделать брови домиком и открыть рот.
Мне сложно катать то, что я не понимаю, что я никогда не чувствовала».

Cr: соцсети Трусовой

Наша группа в VK.

Елена и Олег Гуменник, родители Петра Гуменника, о проблемах сына с визой и музыкой:

Е: «Мы сначала говорили Пете: «Надо оформлять визу». Он отвечал: «Не надо». Потом оказалось, что все-таки надо… Дальше началась вся эта история, и если честно… Скорее, было ощущение, что вопрос решаемый. Ждали, что придет подтверждение – условно, статус участника, который позволит въехать без визы. Но, насколько я понимаю, его просто не внесли вовремя в нужную базу – и все.
В ФФККР работают люди с большим опытом, они много лет возят спортсменов на турниры. Думаю, не было ощущения, что что-то может пойти не так. Скорее, рассчитывали, что все решится в рабочем порядке».

О: «[О музыке] Мы, честно говоря, были ошарашены. Такого раньше не было. Обычно правообладатели, наоборот, рады, что их музыку используют – это же своего рода реклама. А тут все получилось неожиданно. Хорошо, что композитор [Эдгар Акобян] откликнулся – ему за это большая благодарность».

Е: «Я не знаю всех деталей, но, как понимаю, схема такая: музыка заранее подается, и если правообладатель против, он присылает отказ. Обычно это происходит заранее, и у спортсмена есть время все поменять. Обычно такие отказы приходят заранее, и спортсмены успевают решить эту проблему.
А здесь, как мне кажется, это было сделано специально так, чтобы Петр уже ничего не успел. И это было связано именно с правообладателями этой музыки, с конкретной компанией, а не с Олимпийским комитетом или организаторами».

Cr: Фонтанка

Наша группа в VK.

Александра Трусова о сравнении с результатами женщин на 🇮🇹 ОИ-2026:

«Мне, конечно, приятно, но я считаю, что все заслуженно выиграли, были призерами – четыре года работали для этого. Разное время. Почему тогда не сравнивают с 🇷🇺 2014-м или 🇰🇷 2018-м? Какая разница? Такое было время тогда, такое – сейчас.
Я считаю, что сравнивать можно, но не надо говорить, что они хуже. Для меня это странно. Люди старались, завоевывали медали.

[О прокатах на ОИ-2026] Женщин я не оцениваю обычно, а из мужчин – 🇰🇿 [Михаил] Шайдоров хорошо откатал, однозначно. Объективно все остальные не справились с волнением».

Cr: соцсети Трусовой

Наша группа в VK.

Елена и Олег Гуменник, родители Петра Гуменника, о финансовых советах, образе жизни и отношениях:

Е: «Даем ли советы о том, как распоряжаться деньгами? Даем, конечно. Много даем. Другое дело – слушает ли он. Но если серьезно, я к этому спокойно отношусь. Он не привязан к деньгам и не жадный. Ему, по большому счету, мало нужно. У него сейчас квартира-студия – там буквально минимум вещей: один стул, одна чашка, одна тарелка, одна вилка. Я ему говорю: «Давай хотя бы еще один стул подарю». Он отвечает: «А если кто-то придет, из чего он будет есть?» То есть он в этом смысле аскетичный человек. Кстати говоря, его будущей жене, наверное, будет трудновато в этом плане».

О: «Это связано с успехами в его деле. Каждый человек хочет успеха в своей жизни. Вы как журналист хотите хорошо осветить, чтобы новости были интересные, чтобы их читали. Людям тоже интересно – посмотреть новую программу, порадоваться. А все остальное – это побочные вещи, такое случается. Хочется, чтобы люди были доброжелательны. И то, что болеют, поддерживают – это, конечно, большая благодарность. Слава Богу».

Е: «Я думаю, это прежде всего вызов и испытание. Это как раз та самая история про «медные трубы» – как человек это пройдет. Не появится ли корона, не изменится ли он. Но у Петра есть качество, которое нас с мужем всегда поражало, – это трезвомыслие. Он умеет отделять эмоции от реальности и спокойно оценивать ситуацию. Может переживать, но при этом все равно рассуждает очень рационально. Он никогда не завышал ожидания. Едет на соревнования – сразу говорит: «Я тут не претендую». И в жизни так же: без лишней драмы, спокойно, по делу. Он понимает свой уровень, свои возможности, и это, мне кажется, его сильно защищает.

Я знаю, что он что-то инвестирует, помогает семье: например, сильно помог нам, когда мы строили дом. Но нужно понимать, что в фигурном катании деньги все-таки не такие, как в футболе или хоккее. Это другой уровень».

О: «[Об отношениях с Елизаветой Туктамышевой] Пусть они сами про себя рассказывают. Нас это не расстраивает, честно».

Е: «Я считаю, что личная жизнь – это его территория. Он сам мне когда-то сказал, что мы не комментируем личную жизнь друг друга. Может чем-то поделиться, но в публичное это не выносится. А то, что в интернете что-то обсуждают… там обсуждают все подряд, поэтому я к этому спокойно отношусь».

Cr: Фонтанка

Наша группа в VK.

🇯🇵 Ами Накаи о новых программах:

«Сейчас я усердно работаю над хореографией. Надеюсь показать отличные программы в следующем сезоне. Я хочу приложить максимум усилий в этом новом для себя направлении.
Произвольная программа получилась довольно яркой, в ней смешаны разные музыкальные темы.
В прошлом месяце я в течение пяти дней тренировалась в 🇨🇦 Торонто под руководством 🇨🇦 Брайана Орсера и других специалистов, уделяя основное внимание хореографии. 🇨🇦 Дэвид Уилсон посоветовал мне максимально проявить свою индивидуальность, и я полна решимости воплотить это на льду».

Короткую в стиле танго поставила 🇰🇷 Йе Джи Шин, произвольную – Дэвид Уилсон. 

Cr: Nikkan Sports

Наша группа в VK.

🇺🇸 Илья Малинин о давлении на 🇮🇹 ОИ-2026:

«Некоторые мои друзья и близкие говорили, что подходить к Олимпиаде надо так же, как к любым другим соревнованиям. Я пытался делать именно так, но на деле все оказалось совсем иначе, и к этому мне следовало подготовиться лучше. В итоге все будто использовали меня для привлечения внимания, пытаясь выставить главной надеждой на олимпийское золото. Это было неправильно.

Мне приходилось делать то, чего не хотелось делать в обязательном порядке. Было очень много медиа. И они заставляли меня делать то, что выгодно телевидению. Воспользовались вниманием ко мне, вместо того чтобы позволить спортсменам проявить себя в моменте, и оказывали на них слишком много ненужного давления. Они объясняют, что хотят видеть больше индивидуальности, но Олимпийские игры должны быть про спортсменов.
Даже после случившегося на Олимпиаде они продолжали снимать меня, хотя могли бы снимать медалистов. Все, что они делали, – ждали моей реакции. Но есть способы избежать этого и при этом обеспечить всем нужное количество внимания».

Cr: Star Tribune

Наша группа в VK.

Елена и Олег Гуменник, родители Петра Гуменника, о начале спортивного пути сына:

О: «Мы просто искали какой-то спорт. Сначала пробовали плавание, потом борьбу – возили Петю, но без особого энтузиазма он это воспринимал. Потом пришли на каток «Спартак» в Калининском районе. Думали, может, в хоккей отдать. Зашли внутрь, увидели объявление о наборе в фигурное катание. Решили: давай попробуем. Буквально на следующий день привели – Пете очень понравилось. Мы увидели, что ему это приносит удовольствие».

Е: «Он пришел в группу уже поздно, где-то в октябре-ноябре, а в декабре его уже отобрали на первые соревнования. Ему это так понравилось, что, хотя он всегда любил поспать, стоило сказать: «Пойдешь на каток?» – он сразу вскакивал и бежал.

Это были совсем маленькие соревнования – на катке «Кристалл», участвовали всего два мальчика. Петя даже упал: программа была простая, тренер сказал – здесь перебежка, здесь подпрыгнул, а дальше просто вращайся, пока музыка играет. Он все сделал, но музыка долго не заканчивалась, и он крутился почти полпрограммы, а в конце упал. Я подумала: ну, не очень. А потом оказалось, что он выиграл. И для нас это был настоящий праздник: торт, подарили ему зеленую машинку – он до сих пор ее помнит».

О: «Перед стартами нужно ставить программу, а для этого – дорабатывать элементы, хореографию. Того времени, что есть по абонементу, не хватает. Хочется, чтобы все выглядело красиво. Вот с этого момента и началось – втянулись».

Е: «Да, мы стали заниматься дальше. Но параллельно у него были очень сильные способности к математике. Я недавно нашла его тетради – ему шесть лет, он еще в школу не ходит, а там уже сложные примеры: дроби, степени, какие-то серьезные вещи. И меня это даже напугало. Я подумала: если уже сейчас так, то что дальше? Поэтому решила, что нужно сделать акцент на спорте – знания никуда не денутся.
Я с ним немного занималась: объяснила сложение – он сразу все понял. На следующий день – вычитание, потом умножение. Через неделю он уже знал таблицу умножения. Потом ради интереса объяснила дроби – он тут же схватил. Спрашиваю: «А как сложить одну восьмую и одну четвертую?» – он сразу: «Надо привести к общему знаменателю». И дальше сам усложнял: «А если одну третью и одну восьмую?» То есть он очень быстро это все улавливал.
Это было не столько его желанием, сколько способностью. Он не сидел сутками и не считал – просто у него это легко получалось. У нас в семье вообще много математиков: и среди родственников, и мы с мужем участвовали в олимпиадах. Это такая семейная история. Поэтому я решила, что эти способности никуда не денутся. А спорт ему нравился больше. В какой-то момент встал выбор: музыка или спорт – и он выбрал спорт».

Cr: Фонтанка

Наша группа в VK.