Привет!
Спасибо вам за вашу активность и поддержку! Нас уже почти 28 000 в Instagram, TikTok и Telegram — это невероятно мотивирует продолжать исследовать звуки, записывать их и делиться с вами.

Ваша поддержка помогает мне продолжать искать и записывать уникальные звуки, отправляться в новые экспедиции, тестировать необычное оборудование и создавать ещё больше качественного контента. Спасибо, что слушаете и вдохновляетесь вместе со мной!

Пешеходный переход под железной дорогой — это не просто место для передвижения, а настоящая звуковая лаборатория, где акустика и архитектура переплетаются в сложные резонансные узоры. Железобетонные конструкции служат не только каркасом, но и гигантским резонатором, который собирает, трансформирует и переотражает звуки проходящих сверху поездов.

Когда состав проносится по рельсам, его гул раскатывается по переходу, превращаясь в многослойную звуковую волну. В зависимости от скорости, веса и типа поезда этот звук может быть мощным и низкочастотным или, наоборот, звенящим, с выраженными металлическими призвуками. Акустическая картина изменяется и в зависимости от точки прослушивания: в одном месте слышны гулкие вибрации, в другом — высокочастотный лязг колес и стыков рельсов.

Дополнительный интерес представляют металлические конструкции, идущие вдоль стен перехода. Они не просто участвуют в общей звуковой картине, но и служат отличными точками для размещения микрофонов. Контактные микрофоны, прикрепленные к разным частям конструкции, улавливают скрытые вибрации, которые остаются незаметными для уха. Размещение микрофона даже на несколько сантиметров выше или ниже может существенно изменить звучание, открывая новые оттенки резонансов.

Запись в таких местах требует тщательного исследования пространства. Найти идеальное место для микрофона — значит поймать тот самый уникальный момент, когда архитектура и звук сливаются в единую, неповторимую фактуру.

Привет!
Вчера я вместе с журналистом телеканала «Санкт-Петербург» Ильдаром Абитовым отправился слушать город. Мы решили исследовать его звучание в разных местах, чтобы уловить, как меняется звуковая картина Петербурга в зависимости от локации.

Начали с оживленного Среднего проспекта Васильевского острова. Здесь трамваи, потоки машин, голоса людей и рекламные объявления сливаются в один мощный фон. Но даже в этом шуме можно уловить закономерности: ритмичное переключение светофоров, паузы между волнами трафика, когда на первый план выходят шаги пешеходов и обрывки разговоров.

Затем мы свернули во двор-колодец. Всего несколько шагов — и город изменился. Здесь звук становится камерным, приглушенным. Обычные городские шумы уходят на задний план, и можно услышать совсем другие детали: эхо шагов, далекую игру на фортепиано из открытого окна, шорох веток. Такие места всегда удивляют — никогда не знаешь, что именно услышишь за очередной аркой.

Следующей точкой маршрута стал парк. Город невозможно представить без его зелёных зон — и их звучание совершенно особенное. Помимо привычных голосов птиц и шелеста листвы, можно услышать то, что обычно остаётся за гранью человеческого восприятия. С помощью контактного микрофона мы записали звук движения воды внутри дерева. В холодную погоду он становится особенно отчетливым — что-то вроде мягкого потрескивания, напоминающего сердцебиение. Это результат внутренних процессов в древесине, вызванных изменением температуры и влажности.

В конце маршрута мы вышли на набережную Невы. Здесь Петербург звучит по-особенному. Волны бьются о причалы, доносятся крики чаек, а ветер играет с флагами на мачтах пришвартованных судов. В этом звуке — дыхание города, его история, его настроение.

Идеальной тишины в природе не существует. Даже в самых безлюдных местах наш слух адаптируется, и мы начинаем слышать работу собственного тела. Но зато в шуме можно найти гармонию, если просто остановиться и прислушаться.

Полная статья на сайте канала

Город — это бесконечный источник звуков, от очевидных и привычных до скрытых, доступных лишь через внимательное исследование. Некоторые объекты звучат сами по себе, без всякого оборудования, другие же хранят свою звуковую сущность глубоко внутри, открывая её только тем, кто умеет слушать.

Во время одной из прогулок в поисках интересных фактур я заметил одиноко стоящую качель. Она выглядела старой — вместо стандартного сиденья к цепям была прикреплена деревянная доска. Я сразу представил, как записываю её скрипучие звуки, вызванные ржавыми петлями и временем. Однако, когда я попробовал её раскачать, меня ждало разочарование — качель была идеально смазана и не издавала ни единого звука.

Но исследовательский дух не позволил мне уйти. Я решил закрепить контактный микрофон и геофон, чтобы проверить, есть ли у неё скрытая звуковая жизнь. И тут открылось нечто удивительное. Вместо скрипа я услышал мощные низкочастотные удары, словно боевой барабан глухо отзывался на каждое движение. Оказалось, что болт, удерживающий цепи, при раскачивании подпрыгивал и создавал металлические удары, совершенно не заметные без специального оборудования.

Этот момент напомнил мне, что в звуковой среде города всегда есть место неожиданностям. Иногда самые интересные звуки скрыты там, где их меньше всего ожидаешь найти.

Изучая город и его окрестности, я решил углубиться в небольшой лес, который манил своей таинственностью и уединением. Вдали, среди деревьев, виднелось какое-то строение. Моё любопытство взяло верх, и я направился к нему, чтобы узнать, что же это за здание.

По мере приближения, строение обретало более чёткие очертания. Это оказался старинный заброшенный дом, который выглядел как последний оплот ушедшей эпохи. Ветхая конструкция с разбитыми окнами и частично обвалившейся крышей создавала атмосферу заброшенности и забытости. Казалось, что дом давно уже не видел гостей, и его стены хранили множество тайн и историй.
Решив исследовать это место, я начал прислушиваться к звукам, которые издавал дом. Старое дерево, остатки стекла и металлическая фурнитура создавали удивительные звуковые сочетания. Скрежеты и стуки разбитого стекла, скрипы рассохшегося дерева и металлические свисты под воздействием ветра – всё это превращалось в своеобразный музыкальный фон, который оживлял заброшенное строение.

Исследуя различные точки дома и взаимодействуя с его конструкцией, я обнаружил, что можно получить мириады различных звучаний. Каждый шаг, каждое прикосновение к дому рождало новые звуки, словно он пытался рассказать мне свои истории. Я записывал эти звуки, погружаясь всё глубже в атмосферу заброшенности и таинственности.

Однако, чем дольше я оставался рядом с домом, тем сильнее становилось моё беспокойство. В какой-то момент мне даже показалось, что кто-то наблюдает за мной из тени. Эти ощущения усиливались с каждой минутой, и вскоре мне стало жутко. Я осознал, что пора уходить, и поспешил покинуть это место, забрав с собой необычные записи.

Эти записи стали для меня настоящим сокровищем, напоминанием о том, что даже в самых заброшенных и забытых уголках города могут скрываться удивительные тайны и звуки.

Звуковые исследования всегда остаются особенным способом взаимодействия с природой, позволяющим услышать то, что обычно остаётся скрытым от нашего восприятия. Особенно впечатляющим становится период перехода от зимы к весне, когда природа начинает свою симфонию пробуждения.

Представьте себе: лёд, который всю зиму неподвижно покрывал берега озёр и рек, начинает приходить в движение под первыми лучами весеннего солнца. То, что кажется снаружи беззвучным и неподвижным, на самом деле живёт своей удивительной жизнью. Благодаря геофону – специальному устройству для записи вибраций земли – мне удалось заглянуть вглубь ледяной толщи и услышать невероятные процессы, происходящие внутри.

Треск и шуршание тающего льда, его медленное, но неуклонное движение, звуки, с которыми он расстаётся с зимней стужей – всё это складывается в уникальную звуковую картину природного перехода. Каждый фрагмент льда рассказывает свою историю, создавая неповторимую мелодию весеннего пробуждения.

Особенно завораживает момент, когда первые тёплые лучи солнца начинают прогревать замёрзшую поверхность. Лёд, казавшийся монолитной глыбой, вдруг начинает играть всеми гранями своего хрустального характера. Тонкие кристаллические структуры, образовавшиеся за зимние месяцы, вступают в причудливый танец таяния, создавая симфонию из хруста, треска и мелодичных вибраций.

Геофон, словно волшебный инструмент, позволяет услышать то, что остаётся недоступным человеческому уху. Он улавливает микроскопические колебания, превращая их в музыку природы. Звуки тающего льда напоминают древние руны, выгравированные на ледяной поверхности – каждая трещина, каждый пузырь воздуха рассказывает свою историю о том, как природа готовится к пробуждению.

В этих записях можно услышать, как лёд проходит свой путь от зимней стужи к весеннему оживлению. Сначала это тихие, едва уловимые шорохи, затем – нарастающий гул, похожий на далёкий оркестр, и наконец – торжествующие трели тающих кристаллов. Это как будто сама природа играет на гигантском кристаллическом инструменте, создавая неповторимую мелодию обновления.

Эти записи – как будто дневник природы, написанный языком звуков. Они показывают, что даже в, казалось бы, безжизненной ледяной толще происходят удивительные процессы, которые мы можем услышать, если только научимся слушать.

Привет!

Нас уже 60 тысяч в TikTok и Instagram! Огромное вам спасибо за поддержку! Благодаря вашей активности я вижу, что моя работа действительно ценна, и это мотивирует меня продолжать искать и записывать уникальные звуки.

ВКонтакте запустили Фонд оригинальных авторов — это способ поддержки создателей контента внутри экосистемы ВК. Я прошу вас подписаться на сообщество Field Recording Library во ВКонтакте. Это не только поможет развитию моего блога, но и создаст ещё одно место, где я смогу делиться с вами контентом, обсуждать находки и вдохновлять на новые звуковые открытия!

Современный человек живёт в окружении множества механизмов, каждый из которых создаёт свой уникальный звуковой рисунок. Но в повседневной жизни мы редко обращаем на это внимание. Возьмём, например, эскалатор. Их можно встретить повсюду — в метро, торговых центрах, на вокзалах. Они различаются по длине, углу наклона и скорости, но чаще всего их звучание остаётся скрытым за шумом окружающей среды.

Однако, если вооружиться специальными микрофонами — геофоном и контактным микрофоном — и найти удачное место для записи, можно услышать, как внутри работает этот механизм.

Эскалатор устроен довольно просто, но его звук может быть удивительно сложным. Движение начинается с главных приводных барабанов, которые тянут бесконечную цепь ступеней. Они приводятся в движение мощными электродвигателями, передающими крутящий момент через систему шестерён и редукторов. Каждая ступень закреплена на цепях и движется по направляющим, плавно поднимаясь и опускаясь. Вдоль боковых панелей установлены поручни, синхронизированные с движением ступеней, чтобы пассажиры могли держаться за них без ощущения разрыва скорости.

С точки зрения звука самые интересные моменты можно записать в начале и в конце движения. На старте слышны рывки и вибрации двигателя, цепные лязги и приглушённые удары металла о металл. А в конце, когда механизм замедляется, можно уловить постепенно затухающие циклические звуки, переходящие в едва слышное гудение.

Эти ритмичные механические текстуры идеально подходят для создания техногенной атмосферы. Соединяя различные звуковые фактуры, можно выстраивать уникальные звуковые миры, будь то кино, игры или экспериментальная музыка. Ведь даже такой привычный объект, как эскалатор, может стать настоящим инструментом для звуковых исследований.

Горение — это сложный и многогранный процесс, который с точки зрения звука способен удивлять разнообразием текстур. Всё зависит от типа материала, его химического состава, интенсивности пламени и способа горения. Например, сухие листья и тонкие ветки трещат и потрескивают, когда их охватывает огонь, создавая резкие и хаотичные звуки. Смолистые породы древесины при горении выделяют газы, которые с хлопками прорываются сквозь кору. А если поджечь кусок древесного угля, можно услышать почти музыкальное шипение — это остаточная влага испаряется, создавая тонкие высокочастотные ноты.

Мне стало интересно, что происходит внутри горящего дерева с точки зрения звука. Какие процессы скрыты от слуха, но доступны для записи с помощью специальных микрофонов?

Чтобы это выяснить, я взял с собой геофон, контактный микрофон и отправился на запись. Работа с огнём требует максимальной осторожности, поэтому я тщательно выбрал место, следил за пламенем и не допускал неконтролируемого горения. Перед началом записи я проделал два небольших отверстия в древесине и разместил в них щупы микрофонов, чтобы зафиксировать звуки, происходящие внутри материала.

Когда я начал прослушивать запись, одно сравнение сразу пришло в голову: этот звук напоминал таяние льда. Оба процесса схожи — твёрдая структура разрушается под воздействием температуры. Внутри дерева можно было услышать, как пузырьки воздуха и смолы лопаются, создавая приглушённые хлопки. Медленные трески сменялись глубокими вибрациями, а тонкие щелчки рождали ощущение движения.

Горение — это не просто огонь, а целый мир звуков, скрытых от человеческого слуха. И с помощью полевых записей их можно раскрыть и сделать доступными для других.

Привет!

Вчера на сайте журнала «Собака.ru» вышло интервью со мной, где я рассказал о своём увлечении полевыми записями. Поговорили о звуках города и природы, о том, как фиксировать уникальные звуковые ландшафты — от треска льда на Финском заливе до скрипа мостов. Я поделился своим опытом записи звуков, которые обычно ускользают от человеческого уха, и обсудил, какое оборудование использую. Полный текст интервью можно прочитать здесь: ссылка.

А ещё в начале лета портал «Черта» опубликовал статью обо мне. Там я рассказывал о создании библиотеки звуков России, о том, как звуки разных городов передают их уникальную атмосферу и почему важно фиксировать эти моменты. Если интересно — вот ссылка: ссылка.

Ну и если вам самим хочется попробовать себя в полевых записях, советую заглянуть на портал SAMESOUND. Там вышла подробная статья о том, как записывать окружающий мир, какое оборудование выбрать и с чего вообще начать. Вот ссылка: ссылка.

Чем старше город, тем больше в нём звуковых артефактов, спрятанных в стенах зданий, мостовых и набережных. Исследование таких объектов с акустической точки зрения — это возможность услышать невидимую историю города, запечатлённую в материале. Старинная архитектура, уникальные сплавы металлов, натуральный камень и расположение конструкций создают богатые звуковые фактуры. Однако, чтобы добраться до их скрытых оттенков, порой требуется использовать нестандартные микрофоны.

Во время одной из прогулок я остановился на берегу реки. Вода тихо плескалась внизу, окаймлённая массивной гранитной набережной, полностью утопая в фоновом шуме города. Вибрации автомобилей, шаги пешеходов, отголоски далёких голосов — всё это накладывалось на её звучание, делая его почти неразличимым.

Я опёрся на чугунную ограду, и меня вдруг заинтересовала её конструкция. Казалось, что массивные металлические элементы хранят внутри себя целый пласт звуков, не слышимых без специального оборудования. Чтобы проникнуть в толщу металла и услышать, как он реагирует на окружающую среду, я использовал контактный микрофон и геофон.

Исследование скрытых вибраций оказалось увлекательным. Казалось, что ограда живёт своей жизнью — внутри неё отражались приглушённые удары, проходящие через структуру звуковые волны и ритмичные пульсации, вызванные движением города. В такие моменты полностью меняется восприятие окружающей среды: привычные шумы отходят на второй план, а внимание сосредотачивается на том, что обычно остаётся незамеченным.

Привет!

Изучение, поиск и запись звуковых фактур — это не просто увлекательный процесс, а ещё и возможность собрать коллекцию уникальных звуков. Такие записи становятся ценным материалом для работы со звуком в кино.

В полнометражном фильме «Фаталити» передо мной стояла нестандартная задача — полностью воссоздать или придумать всё звуковое окружение героев. Все реплики были записаны на накамерный микрофон, а мне предстояло насытить картину звучанием двух мегаполисов — Санкт-Петербурга и Москвы.

Посмотреть фильм на большом экране можно будет 19 апреля. Подробнее — в посте ниже!

Привет!

Вместе с каналом Санкт-Петербург мне удалось записать одно из самых знаковых ежедневных событий города — полуденный выстрел пушки.

Я расположился всего в нескольких метрах от неё и установил несколько микрофонов, чтобы запечатлеть всю мощь этого момента. Квадрофонический Неватон направил к тыловой части пушки, рекордер со стереопарой разместил ближе к её стволу, а к металлическим «лапам» закрепил контактный микрофон и геофон.

Что из этого получилось — можно услышать в сюжете!

Каждый объект, каждая поверхность, каждое место в городе хранит в себе целый мир звуков, которые остаются незамеченными в суете повседневности. Но стоит задержаться, вслушаться, использовать специфические микрофоны — и привычная звуковая среда раскрывается с совершенно новой стороны.

Однажды вечером я оказался на трамвайном мосту. Ветер нес сквозь металлические конструкции отдаленные шумы города: гудки машин, приглушенные разговоры, отголоски шагов где-то вдалеке. Вибрация рельсов от проезжающего трамвая передавалась сквозь мостовые конструкции, порождая цепь резких металлических перестуков. Колеса цеплялись за стыки рельс, создавая ритмичные удары, то ускоряясь, то замедляясь, словно дыша в унисон с городом.

Я замер, вслушиваясь в эту картину, когда вдруг привычный ритм нарушил длинный грузовой состав. Его тяжёлые вагоны, перекатываясь по железнодорожным путям, создавали плотную низкочастотную пульсацию, которая словно пронизывала воздух. Гул многотонных конструкций, перерастающий в грохочущую симфонию металла, заставлял вибрировать сам мост.

И когда казалось, что звуковая картина достигла своей кульминации, сверху раздался ещё один звук — низкий, густой, проникающий прямо в грудную клетку. Вертолет, пролетая над мостом, расчерчивал ночное небо, оставляя за собой пульсирующее эхо.

Это был один из тех редких моментов, когда пространство звучит многослойно, создавая живую композицию из множества случайных элементов. Один город, одно место, но бесконечное множество звуковых граней.

Привет!
Делиться опытом, знаниями и наработками — неотъемлемая часть любого живого творческого процесса. Это не только способ передать ценную информацию и вдохновить, но и уникальная возможность самому взглянуть на привычные вещи под новым углом. Когда рассказываешь о своей практике другим, невольно углубляешься в суть, переосмысливаешь детали и структурируешь свои наработки. Ведь иногда кажется, что всё давно понятно, а потом вдруг — один вопрос, одно уточнение, и ты открываешь для себя новую грань понимания.

Уже в эти выходные я буду в Москве — чтобы не просто рассказать, но и на практике показать, что такое полевые записи сегодня. От первых шагов в исследовании звуковых ландшафтов до технически сложных задач, с которыми сталкивается современный звукоохотник — мы разберём всё. Официальная тема моего выступления звучит как «Соединяя звуковые пространства: устройства записи скрытых звуковых ландшафтов». Но на самом деле речь пойдёт не только о геофонах, контактных микрофонах, emf-датчиках и прочем специфическом оборудовании.

Мы поговорим об истории полевой записи, об изменении подходов, о том, как новые технологии повлияли на восприятие и передачу звука. И, конечно, затронем творческую сторону процесса — ведь полевые записи давно вышли за рамки документальной фиксации реальности. Они становятся важной частью звукового дизайна, кино, музыки, инсталляций и театральных постановок.

Если вы хотите по-новому взглянуть на окружающий мир через звук — регистрируйтесь по ссылке ниже. Буду рад видеть, рассказать и услышать ваши вопросы.

https://ram-imeni-gnesinykh.timepad.ru/event/3287190/

Привет!
Хочу сказать огромное спасибо всем, кто пришёл на мою лекцию и мастер-класс в рамках творческой лаборатории для композиторов "Аудитум" в Российской академии музыки имени Гнесиных. Это был невероятно насыщенный день, наполненный живым интересом, открытыми вопросами и настоящей звуковой жаждой.

Особенно приятно было видеть среди участников не только подписчиков и постоянных слушателей моего канала, но и новых людей — тех, кто раньше и не задумывался о мире полевых записей, но с живым интересом погрузился в это направление. Мы начали с лекции — с основ, с истории, с того, чем является полевая запись сегодня, какие бывают подходы, микрофоны и техники. Обсудили творческие и технические аспекты, разобрали примеры, говорили о процессе погружения в звуковую среду вокруг нас.

После теории мы вышли в «поле» — прямо на улицы рядом с академией, чтобы на практике попробовать записывать мир, как он есть. Настраивали оборудование, слушали, искали, делились впечатлениями и удивлялись звукам, которые ежедневно остаются незамеченными.

Я старался раскрыть эту сложную и многослойную тему максимально понятно, вдохновляюще и честно. И, судя по вашей реакции, нам удалось создать не просто лекцию, а настоящее общее звуковое приключение. Спасибо всем, кто был рядом — за внимание, вопросы и готовность слушать мир глубже.

Лекционная эпопея продолжается — и я был невероятно рад вернуться туда, откуда всё начиналось. После вдохновляющей встречи в Российской академии музыки я вновь оказался в родных стенах — на кафедре звукорежиссуры СПбГИКиТ, своей альма-матер.

В рамках проекта «Звукорежиссёрская среда», мы встретились со студентами, будущими коллегами, чтобы поговорить о том, чем по-настоящему живёт современный звукорежиссёр за пределами студии. Я рассказал о тонкостях работы с полевыми записями: как выбирать локации, какие микрофоны и рекордеры использовать, чем отличаются разные типы микрофонов — от контактных до квадрофонических систем.

Особое внимание мы уделили практическим аспектам — как каталогизировать записи по системе UCS, какие технические нюансы стоит учитывать при монтаже звуковых фонов, и как строить свою собственную библиотеку звуков. Я также показал свой комплект оборудования, поделился опытом, личными лайфхаками и ответил на множество интересных вопросов.

Отдельно хочу поблагодарить кафедру звукорежиссуры за приглашение и интерес к полевым записям. Для меня было честью и удовольствием вновь выступать в этих стенах, делиться своим опытом и видеть живой отклик аудитории. Спасибо всем, кто был на встрече — за ваше внимание, вовлечённость и отличную атмосферу!

Вечерняя гавань тёплым весенним днём — место, где сплетаются воедино два противоположных мира: водный и техногенный. Это пространство словно живёт на границе стихий. С одной стороны — безмятежное, вечное течение воды, равнодушной к суете человеческой жизни, с другой — шум, движение и механическая активность, порождённые человеком и полностью зависящие от его воли.

Волны лениво перекатываются через камни, создавая мягкий ритм. Порой, усиливаясь, они с глухим звуком ударяются о гранит, словно напоминая о своей силе. Чуть поодаль — индустриальные акценты: работает подъёмный кран, где-то гудит стройка, а вдали, по широкой магистрали моста, нескончаемым потоком проносятся автомобили. У причала гудят «Метеоры», готовясь к новому навигационному сезону. Каждый звук — часть масштабной аудиокартины города, дышащего в унисон с водой.

Оказавшись в этом пространстве, можно фокусировать внимание на разных элементах — и каждый будет открываться с новой стороны. Чтобы заглянуть в самую суть водной стихии, я использовал гидрофон — специальный микрофон, погружаемый в воду. Он помогает «отключить» городской шум и услышать то, что обычно скрыто: эхом отзывающиеся удары волн, глухое бульканье, движение подводных потоков.

Особенно я люблю сочетать гидрофон с надводной записью: один-два микрофона размещаю вблизи воды, а ещё пару — на удалении, чтобы захватить объём. Такой подход позволяет получить максимально объёмную, разноплановую и выразительную фактуру, в которой слышны как мелкие детали, так и общее звуковое пространство. Это создаёт идеальную основу для дальнейшей звуковой работы — будь то фильм, аудиоспектакль или личная коллекция полевых записей.

Гранитная набережная — это не только символ прочности и монументальности города, но и удивительный источник скрытых звуков для полевых записей. На первый взгляд кажется, что холодная каменная глыба молчит, неподвижная и безжизненная. Но стоит лишь вслушаться внимательнее — и гранит начинает открывать свои тайны.

Гранит, состоящий из мельчайших кристаллов кварца, полевого шпата и слюды, обладает не только невероятной твёрдостью, но и уникальными акустическими свойствами. Его структура способна не просто отражать, но и проводить звуковые волны на большие расстояния внутри себя. Благодаря высокой плотности и кристаллической решётке, гранит хорошо передаёт низкочастотные колебания, а также может модулировать звуки, делая их необычайно глубокими и насыщенными.

Вооружившись контактным микрофоном, я решил попробовать уловить и записать всё, что происходит внутри набережной. Первыми проявились плотные низкочастотные фактуры — скорее всего, отражения отдалённых городских шумов, превращённые массивом гранита в мощные, мягко пульсирующие волны. Они звучали как дыхание самого города, глубокое и размеренное.

Но на этом открытия не закончились. Вслушиваясь внимательнее, мне удалось выделить тонкую высокочастотную фактуру — еле уловимую, словно звон множества мелких хрустальных нитей внутри камня. Эти звуки, возможно, были результатом микроскопических вибраций и постоянной работы времени над поверхностью гранита.

Так гранитная набережная, обычно кажущаяся молчаливой и безмолвной, раскрылась как сложный многослойный звуковой организм, где сплетаются мощные низы и хрупкие высокие оттенки, создавая уникальную звуковую палитру.