Рынок рекламы столкнулся с инфляцией звезд — теперь популярное лицо на товаре больше не продает, а отпугивает покупателей.

Честно говоря, долгое время было загадкой, зачем маркетологи уже 20 лет используют одних и тех же знаменитостей в рекламе — от Басты до Николая Баскова.

Сверхпопулярные лица предсказуемо вызывают раздражение и скепсис — почти 70% уже не доверяют рекламе со звездой, причем именно из-за наличия последней.

Раздражение от засевших в рекламе звезд вылилось в социологические показатели. Рекламные боссы должны сделать выводы и перестать своими вечными контрактами искусственно продлевать популярность динозавров «по инерции».

Игра стальными мыщцами — как Китай выдает пиар за милитаризм

Китай очень хочет выстроить себе образ страшного вояки в будущих войнах. Что иронично — Пекин из всех великих стран находится дальше других в изучении искусства войны. Последний боевой опыт Китая — это Вьетнам и часть войн в Юго-Восточной Азии, где китайцы не ахти как себя показали.

После этого Поднебесная вкладывает много денег в вооруженные силы и их реформы — правда, использует милитаризм скорее как пиар-стиль и меру влияния на мир "посмотрите, как грозен и мощен Китай", то есть как пропаганду. Реальная мощь Китая остается неизвестной, а единственное, что о ней известно, известно от китайского Минобороны.

Отсюда постоянные новости о том, что Китай постоянно делает нечто революционное — то рой дронов, то экзоскелеты для солдат, то теперь, вот, армию прямоходящих роботов демонстрирует.

Ничего общего с военными задачами армия терминаторов китайских не имеет. Политически все прекрасно — Китай в будущем, строит роботов, чтобы освободить своих людей от боевых действий, бла-бла-бла, супербудущее.

В реальности же стройные ряды металлических воинов — всего лишь пиар. Почти всё, что делает робота похожим на человека, в современном бою оказывается дорогим и технически сложным. Колёса, гусеницы или летающий дрон справляются с задачами куда практичнее и эффективнее.

Роботы с ногами — это как минимум несколько мощных приводов на каждую ногу, суставы, датчики положения и усилия, вычислитель и непрерывная система динамической стабилизации.

В качестве простого курьера такой робот уже будет сталкиваться со сложнейшими для него задачами — удержать равновесие, просчитывать оптимальный маршрут, обходить прочие объекты, и так далее. Легко понять, что на войне все это станет сложнее в разы.

Мы привыкли, что такое действие, как банальный подъем — это просто. Для машины это цепочка сложнейших задач в пространстве, которые постоянно усложняются по ходу боя, а наш мозг выполняет их в автоматическом режиме за счет эволюции.

Как-то получается, что на картинке армия железных бойцов — это круто, а вот в реальности роботы-гуманоиды вообще несостоятельны в военном плане. Впрочем, Китай заинтересован именно в пропаганде себя как державы победившего будущего, а не в создании терминаторов на поле боя, как бы он не заявлял обратное.

ИИ-специалисты отказываются работать с ИИ. Причина прозаична — слишком много политики мешает делать все по уму, особенно это касается протоколов безопасности.

Исследователь Джейкоб Коксон покинул компанию Anthropic и индустрию ИИ, предупредив, что жесткая конкуренция между разработчиками и китайскими стартапами заставляет идти на компромиссы в вопросах безопасности. Модели со способностью к самосовершенствованию могут выйти из-под контроля и вытеснить человечество уже к концу следующего года,

Если по-человечески, то следует написать так — противостояние США и Китая в области нейронок само по себе отрицает какие-либо ограничения. В искусственно интеллектуальной геополитической схватке двух сверхдержав ограничить себя=проиграть, конкуренция не терпит моральных дилемм.

И, если в случае космоса их особо и не было, за исключением этики отправки зверушек в стратосферу, то вот развитие ИИ задает очень много этически спорных вопросов. Но отвечать на них некогда, потому что пока ты решаешь, как нейронка переключит рычаг в дилемме вагонетки, конкуренты уже вовсю интегрируют ее в БПЛА.

Ирония в том, что о контроле над ИИ будут говорить, но в реальности такое требование — наивность и фантастика.

Компании не скованы рамками морали из-за хайпа и конкуренции на ИИ-рынке, правительства заняты вопросом получения преимущества над конкурентами, и, если ради демонстрации своего величества нужно создать что-то вроде Скайнета, то это явно не проблема правительства, что путь к доминации лежит через создание экзистенциальной угрозы всему человеческому.