СЭЙДЗЮН СУДЗУКИ: ЦВЕТ, СТИЛЬ, СЕКС И ПУЛИ
Как режиссер, снимавший дешевые криминальные драмы, стал создавать визуальные шедевры, был уволен продюсерами, но изменил мировое кино.
Продолжая тему влияния японского кино на массовую культуру, решил рассказать про Сэйдзюна Судзуки, пик деятельности которого пришелся на 60-е годы. Его фильмы Tokyo Drifter (1966) и Branded to Kill (1967) давно стали классикой и вдохновили Джима Джармуша, Квентина Тарантино, Вонга Кар-Вая и Николаса Виндинга Рефна (он назвал Tokyo Drifter любимым фильмом всех времен).
В общей сложности японский мастер снял более 40 картин, но сам не гордился большей частью из них. Это были типичные криминальные фильмы, которые студия Nikkatsu производила пачками исключительно в развлекательных целях. Режиссер должен был снимать по 3-4 фильма в год, а отказ от очередного сценария мог привести к штрафам и даже увольнению.
Неудивительно, что заскучавший от однообразия историй, но обладающий режиссерским чутьем Судзуки стал экспериментировать именной с формой, то есть с цветом, декорациями, мизансценированием, монтажом и даже смешением жанров, что сделало его фильмы сюрреалистичными, авангардными и невероятно выразительными с точки зрения изображения. Показательно, что сам режиссер считает поворотным моментом встречу с художником-постановщиком Такэо Кимурой, который привнес в его фильмы фантазию, театральность декораций и точность работы с цветовыми акцентами. В следующих публикациях поделюсь свежими впечатлениями после просмотра двух ключевых его работ и расскажу как сложилась его карьера.
Как режиссер, снимавший дешевые криминальные драмы, стал создавать визуальные шедевры, был уволен продюсерами, но изменил мировое кино.
Продолжая тему влияния японского кино на массовую культуру, решил рассказать про Сэйдзюна Судзуки, пик деятельности которого пришелся на 60-е годы. Его фильмы Tokyo Drifter (1966) и Branded to Kill (1967) давно стали классикой и вдохновили Джима Джармуша, Квентина Тарантино, Вонга Кар-Вая и Николаса Виндинга Рефна (он назвал Tokyo Drifter любимым фильмом всех времен).
В общей сложности японский мастер снял более 40 картин, но сам не гордился большей частью из них. Это были типичные криминальные фильмы, которые студия Nikkatsu производила пачками исключительно в развлекательных целях. Режиссер должен был снимать по 3-4 фильма в год, а отказ от очередного сценария мог привести к штрафам и даже увольнению.
Неудивительно, что заскучавший от однообразия историй, но обладающий режиссерским чутьем Судзуки стал экспериментировать именной с формой, то есть с цветом, декорациями, мизансценированием, монтажом и даже смешением жанров, что сделало его фильмы сюрреалистичными, авангардными и невероятно выразительными с точки зрения изображения. Показательно, что сам режиссер считает поворотным моментом встречу с художником-постановщиком Такэо Кимурой, который привнес в его фильмы фантазию, театральность декораций и точность работы с цветовыми акцентами. В следующих публикациях поделюсь свежими впечатлениями после просмотра двух ключевых его работ и расскажу как сложилась его карьера.
❤3🥰1
Tokyo Drifter начинается как типичная черно-белая гангстерская история про разборки якудза (цитату этой сцены с идущими в костюмах бандитами можно увидеть в дебютном фильме Квентина Тарантино "Бешеные псы"). Затем фильм наполняется красочными цветами и эффектно работает с визуальной драматургией уже до самого конца - через костюмы, локации, предметы декора, природу и даже абстрактные фоны, напоминающие стилизованные клипы, снятые на полвека позже японской классики.
Нельзя сказать, что сюжет здесь вторичен, но вряд ли он может удивить. Молодой бандит решает завязать с криминальным прошлым по приказу своего босса, который также пытается встать на путь истинный, но под давлением обстоятельств вынужден терпеть удары судьбы, сначала лишь обороняясь, а потом и верша правосудие.
Незамысловатая фабула завернута в такую "обертку", что я пересмотрел фильм дважды, ни разу не пожалев. Конечно, некоторые сцены сегодня выглядят старомодно (фильму 59 лет!), например весь эпизод в баре, стилизованном под салун с Дикого Запада кажется не просто комичным, а нарочито гротескным, а ряд перестрелок выглядят скорее театрально, чем кинематографично. Но к финалу фильма драматизм судьбы главного героя все равно берет верх, а песни про Токийского Странника, которые не только сопровождают видеоряд, но и встраиваются в историю как элементы мюзикла, дают повод и пространство для зрительских чувств.
Увидев это кино, продюсеры были крайне недовольны попытками режиссера навязать зрителю свое авторское видение в таком «бульварном» жанре и дали понять, что долго это продолжаться не будет. Чтобы дисциплинировать непослушного художника, режиссеру запретили снимать на дорогую цветную пленку, что уже через год привело к созданию следующего черно-белого шедевра Branded to Kill.
Нельзя сказать, что сюжет здесь вторичен, но вряд ли он может удивить. Молодой бандит решает завязать с криминальным прошлым по приказу своего босса, который также пытается встать на путь истинный, но под давлением обстоятельств вынужден терпеть удары судьбы, сначала лишь обороняясь, а потом и верша правосудие.
Незамысловатая фабула завернута в такую "обертку", что я пересмотрел фильм дважды, ни разу не пожалев. Конечно, некоторые сцены сегодня выглядят старомодно (фильму 59 лет!), например весь эпизод в баре, стилизованном под салун с Дикого Запада кажется не просто комичным, а нарочито гротескным, а ряд перестрелок выглядят скорее театрально, чем кинематографично. Но к финалу фильма драматизм судьбы главного героя все равно берет верх, а песни про Токийского Странника, которые не только сопровождают видеоряд, но и встраиваются в историю как элементы мюзикла, дают повод и пространство для зрительских чувств.
Увидев это кино, продюсеры были крайне недовольны попытками режиссера навязать зрителю свое авторское видение в таком «бульварном» жанре и дали понять, что долго это продолжаться не будет. Чтобы дисциплинировать непослушного художника, режиссеру запретили снимать на дорогую цветную пленку, что уже через год привело к созданию следующего черно-белого шедевра Branded to Kill.
❤4
Branded to Kill (1967) это визионерский и полный абсурда якудза-фильм, который буквально cтоил режиссеру Судзуки карьеры, но стал предтечей Kill Bill (Тарантино даже оставил в титрах благодарность японскому режиссеру). Отсылки к "провальному эксперименту" можно также найти в творчестве Джима Джармуша, Дэвида Линча, Вонга Кар-Вая.
Фильм, сделанный на стыке жанров криминальной драмы и эротического триллера, и наполненный психологизмом в духе "комнатной трилогии" Романа Полански, будто разрушает сам себя изнутри, ломая все устоявшиеся клише заявленных жанров. Абсурдность и парадоксальность персонажей, их странные увлечения (главный герой одержим запахом риса) делают жанровую историю про киллера манифестом свободы творчества.
Фабула как обычно проста - главный герой, Ханэда, наемный убийца №3 в Японии мечтает стать №1, но втягивается в череду нелепых ситуаций, любовных треугольников, бессмысленных погонь, неизбежно ведущих его к финальной схватке с таинственным киллером №1.
Режиссер как бы насмехается над жанром, но в то же время с хирургической точностью и львиной серьезностью ведет героя к героическому (и трагическому) финалу. Метафора спортивного состязания, которую также нарочито демонстрирует Судзуки призвана подчеркнуть тщетность любых попыток "быть лучшим", ведь рано или поздно найдется новый желающий занять заветный пьедестал.
Тем интересней, что именно после этой картины терпение продюсеров окончательно лопнуло, и Сэйдзюн Судзуки, снявший на студии Nikkatsu несколько десятков картин, был с треском уволен и по сути получил «волчий билет» на работу в киноиндустрии на десять с лишним лет. К тому времени небольшая группа поклонников и коллег пыталась добиться права демонстрировать его фильмы в киноклубах, киношколах и небольших залах, но продюсеры были настроены категорично и дело закончилось долгими судебными разбирательствами. К слову, спустя некоторое время киностудия была разорена, а вот режиссер получил второе дыхание, когда его фильмы обрели статус культовых уже на мировом экране.
Фильм, сделанный на стыке жанров криминальной драмы и эротического триллера, и наполненный психологизмом в духе "комнатной трилогии" Романа Полански, будто разрушает сам себя изнутри, ломая все устоявшиеся клише заявленных жанров. Абсурдность и парадоксальность персонажей, их странные увлечения (главный герой одержим запахом риса) делают жанровую историю про киллера манифестом свободы творчества.
Фабула как обычно проста - главный герой, Ханэда, наемный убийца №3 в Японии мечтает стать №1, но втягивается в череду нелепых ситуаций, любовных треугольников, бессмысленных погонь, неизбежно ведущих его к финальной схватке с таинственным киллером №1.
Режиссер как бы насмехается над жанром, но в то же время с хирургической точностью и львиной серьезностью ведет героя к героическому (и трагическому) финалу. Метафора спортивного состязания, которую также нарочито демонстрирует Судзуки призвана подчеркнуть тщетность любых попыток "быть лучшим", ведь рано или поздно найдется новый желающий занять заветный пьедестал.
Тем интересней, что именно после этой картины терпение продюсеров окончательно лопнуло, и Сэйдзюн Судзуки, снявший на студии Nikkatsu несколько десятков картин, был с треском уволен и по сути получил «волчий билет» на работу в киноиндустрии на десять с лишним лет. К тому времени небольшая группа поклонников и коллег пыталась добиться права демонстрировать его фильмы в киноклубах, киношколах и небольших залах, но продюсеры были настроены категорично и дело закончилось долгими судебными разбирательствами. К слову, спустя некоторое время киностудия была разорена, а вот режиссер получил второе дыхание, когда его фильмы обрели статус культовых уже на мировом экране.
👍8❤4👏1