Под ногами лежало тело. Изломанные конечности; пальцы, изогнутые в противоестественных углах, кожа побита, в синевато-тёмных пятнах крови — свежей и уже застывшей одновременно. Влажная трава впитала металл и горечь жизни, оставшейся здесь на секунды раньше, чем мир окончательно отвернулся.