И ответила ему мертвечина голосом, что раздался из каждой пасти ненасытных чудищ, ртов отравленной нечисти, что открылись в единый миг:

— Ты оставил этот мир, Солнце, — голос её скрипел мёртвым лесом, что шумел по другую сторону их мира, и чавкал гниющей плотью. — Там где нет света — есть мы. И мы голодны, Солнце. Голодны до ваших горячих сердец, полных пустых желаний и надежд. Голодны до ваших коротеньких и никчёмных жизней, преисполненных страданий и боли. Вы редко оказываетесь на другой стороне, а нам не хватает свежего мяса, обжигающей огненной крови и вашей сладчайшей боли! — и засмеялась она, распахивая каждую пасть и каждый рот. — И мы заберём всех до единого! Слышишь, Солнце? От твоего мира не останется ничего! Потому что после стольких страданий — ничего не остаётся!

— Но они ещё живы, — сжала Ночь ладонь Короля. — Посмотри, Король! Наши дети всё ещё живы...

Из сказки «Затмение» цикла #сказкиСолнца на тему день 31 «кажется, свет побеждает» для октябрьского челленджа #сумрачный_writober

Последний день с ноткой праздника.

Пока смотрю, как идёт голосование за книги, всё думаю про сцены в больницах, описанные Еганой Джаббаровой в «Дуа за неверного».

#лирикамысли

Думаю в ключе своих воспоминаний о больницах. Ярких моментов было много, но сейчас пришëл один смешной. Смешной уже в отрыве от ситуации, конечно.

Когда-то я попала в больницу практически присмерти. Мне было 19 лет, за месяц до этого у меня украли сумку с паспортом и медицинским полисом. Сама эта история — стечение обстоятельств, сложившихся в итоге в мою пользу, потому что в больнице меня продолжали лечить. Да, без документов, но со справкой, которую вырвала у бюрократии мама.

Две операции за два дня, но лучше не становилось. В итоге меня экстренно положили в реанимацию под 4 капельницы. Позвонить я не могла, а в тот день ко мне должны были придти друзья.

Вечером ранее прошла вечеринка, куда приехали и друзья из других городов. Никто вне больницы не знал, что со мной и где я.

Ближе к вечеру в палату (я лежала в двухместной части и соседка-бабушка в коме приехала на следующий день) зашли смеющиеся медсëстры и передали, что мои друзья пытались прорваться ко мне в реанимацию. Я слышала крики по отделению, но мне было не до осмысления кто это и зачем. Конечно, их никто не пустил, но они передали мне наспех написанные записки.

Я лежала под капельницами, без желания есть уже второй день и с жуткими болями в месте операции. Лежала и плакала, читая тëплые слова от друзей. С некоторыми мы уже давно не контактируем, а кто-то всё ещё на связи. Но я помню этот момент. Наверное, первый в моей взрослой жизни, когда я не чувствовала себя одиноко.

Кстати, про соседку-бабушку в коме. Когда её привезли, то сказали не беспокоиться: бабушка в коме уже два года, беспокоить не будет. Ей поставили зонд и капельницу. Где-то через час, когда вышла медсестра, бабушка встала и пошла.

На этой ноте я желаю вам здоровья 💖

Когда хотела отдать часть готового текста на вычитку, но оказалось, что там ещё рано вычитывать 🥲

#какпишу

В итоге вместо того, чтобы писать новые сказки я ору в стену редактирую и переписываю куски «Затмения» — первой сказки из цикла #сказкиСолнца 🥲 А, ведь, там их ещё 7 и большая часть из них величиной больше авторского листа каждая.

Где-то между внутренними рыданиями и невозможностью ускориться, я впадаю в панику, что за месяц надо... Нет. НЕОБХОДИМО всё дописать и отредактировать вместе с вычиткой. А у меня не всегда есть силы встать и параллельно вся я в поисках работы в среду уже нечем оплачивать интернет, а это собеседования, тестовые и бесконечный мониторинг всего. Но когда было легко и будет ли?

Дышу. В целом с текстом должно получиться. Хотя бы закончить. А это главное.

Новость для олдскульных ка-поперов с запозданием на неделю!

#музыкасовсехсторон

У G-Dragon'а вышел сингл! НАШ КОРОЛЬ ВЕРНУЛСЯ 💖

Смотреть, слушать, любить, обожать: G-Dragon — Power

Бигбэнг и ДжиДи в частности — моя большая любовь. Люблю до Луны и пару раз туда-обратно 💖 Первая моя татуировка (12 лет назад, хах) посвящена именно ДжиДи и повторяет его тату, которую он уже переделал, но всё-таки. Джи и его борьба за себя, с депрессией и кучей остального говна — помогают и мне не сдаваться. Хотя я и не корейский миллиардер, конечно 🥲

Письмо — это умирающее тело, осознающее, что одиночество неизбежно, прошлое необратимо, а слова — это всего лишь посылки, нашедшие адресатов.

© Егана Джаббарова «Дуа за неверного»

#книжныймомент

Ждала «Дуа за неверного», как увидела первые цитаты. Из этой короткой, но глубокой как земля, книги у меня выделены десятки цитат. И дочитывала её, прикрыв рот рукой, чтобы не кричать.

Этот роман бессюжетен, чем отдельно хорош. Я искренне люблю непоследовательность, когда пазл складывается из смыслов, а не арки героя. Да, вот такая вкусовщина.

О чëм роман? Хочется сказать, что обо всëм самом важном. О жизни, выживании, семье, женщинах, письме и, конечно, о брате Еганы Джаббаровой — Сергее. Она пересобирает жизнь покойного брата, рассматривая детально и в общем происходящее с ним, с ней, с окружающей действительностью.

Сама писательница говорит, что это антология уральских поэтов. И да, цитат из стихов, подкрепляющих мысли-смыслы там множество.

А ещё там Екатеринбург, Азербайджан, Грузия и то, что внутри, если не у каждого, то у многих. Тоска, безработность, бездомность и боль. Боль телесная. Боль душевная. Смерть и неприятие. Непринятие. Всё вместе.

Я вернулась в Россию неделю назад, туда, где никогда не была своей, к земле, жестокой, похожей на летящий со всей дури топор. Его уверенно зажимали мужчины в своих крупных руках с выдающимися синими венами, артериями и мякотью мышц. Мужчины, способные отсечь головы всем нам. Не земля, а большая широкая плаха.

Метафоры земли, леса и России — хтонические. Метафоры жизни — болючие. Такие, что горько. Горько и красиво.

Иногда мне казалось, что во всю мою еду подмешали тоску: я не знала, как вынуть ее из себя, куда ее деть, как ее смыть — я пахла тоской, выдыхала ее вместо углекислого газа, оставляла на вымытой посуде и приготовленной еде, я засыпала с надеждой, что завтра ко мне вернется радость, но просыпалась, обнаружив ее отсутствие.

Мне бы хотелось зачитывать многие строчки вслух и обсуждать всё то, что они расцарапывают внутри. Всё то, на что я сама никогда не могла найти слов, а Егана уложила их и сшила лоскутным одеялом в роман. И кончается он невероятной сценой из связки действий и слов — горестной, абсолютно духовной, сильной.

Наверное, для многих это раздражающий текст. С нелюбимой чернухой, осмыслением себя, своей семьи, места внутри и вокруг, общества и жизни. Сложной, дорогой, полной неприятия ко всему не такому.

Важно, что Егана Джаббарова — азербайджанка, выросшая в Екатеринбурге. И в этом смысловом ключе отчётливо видно тот разлом, про который не принято говорить ровно так же, как и о своих чувствах-переживаниях. «Сор из избы», как говорится. Но молчание во многих случаях совсем не золото. Золото именно то, что о горьком, неприятном, болючем говорят. Чтобы смотреть не только вокруг, но и в собственное нутро. Пусть серое. Пусть тоскливое. Пусть страшное. Отрицание куда хуже.

Как доставить свою любовь Егане Джаббаровой посылкой прямо в руки? Потому что второй её роман и снова в самое сердце. Смыслами, слогом, глубиной. А ещё, конечно, компактностью, но от этого легче и быстрее не читается.