Планирую сделать из большого вебинара по стратегии полноценный мастер-класс, потому что буквально на днях была ситуация, которая только подтверждает правило с картинки. Сотрудник, обычный рядовой сотрудник, писал о том, что не может убедить команду подготовиться должным образом, а на предложение стратегии в формате Карты гипотез, ему ответили — «сложна».

Взгляните ещё раз. Здесь не просто «все роют». Здесь — идеальная иллюстрация того, как рождается очередная провальная стратегия и откуда растут ноги.

Один первый («шерстяной волчара») с искренним пафосом любуется собой: «Боже, как я хорош, как мощны мои лапищи!». Он уже назначил себя лидером просто на основании самоощущения. Это синдром «знающей бабушки» в чистом виде: уверенность в своей правоте, основанная не на данных, а на чувствах.
Остальные за ним уже в канаве. Они даже не смотрят вперёд. Они смотрят друг на друга, на лапы, под ноги. Они не понимают куда идут, но процесс уже пошёл. Их главный вопрос, брошенный в пустоту: «Нельзя ли рыть тропу прямо?» — это крик души сотрудника, который видит абсурд, но не властен его остановить.

А со стороны раздаётся лишь раздражённый окрик того, кто, возможно, и видит «прямую тропу», но не способен донести мысль: «Реально запарился уже туда-сюда шарахаться».

Вот так и происходит. Руководитель-«волчара», восхищаясь мощью своего опыта («лапищ»), ведёт команду вперёд, основываясь на интуиции.

Команда, не понимая конечной цели, но доверяя авторитету, роет. Все «запарились». Все «шарахаются». Бюджеты и человеко-часы превращаются в извилистую траншею, ведущую в никуда.

Почему так? Потому что перед стартом не проработали простые вопросы:

Зачем нам эта тропа? (Какую бизнес-проблему решаем?)
Куда именно она должна вывести?(Измеримая цель, а не «туда, где хорошо»).

Почему мы решили, что копать надо именно здесь? (Гипотеза, основанная на данных о местности, а не на красоте лап).

Кто и как будет проверять, что мы не ошиблись с направлением? (План валидации гипотез)

Рынок мёртвых стратегических сессий — это рынок таких вот «волчар» и бесцельно копающих команд.

Как реанимировать процесс? Перестать быть стаей землекопов и стать отрядом картографов-разведчиков.

Волчаре — научиться задавать правильные вопросы, если он, конечно, хочет получить правильные ответы.

Команде в канаве — поднять головы и потребовать карту. Не «можно ли прямо?», а «покажите нам, куда ведёт прямой путь на основании разведданных?».

Вместо немедленного рытья — провести разведку.

Потратить 80% времени на изучение местности (анализ данных, интервью с клиентами, проверку гипотез малыми экспериментами) и только 20% — на составление реальной карты с точками проверки.

Принять, что тропа не будет прямой. Она будет зигзагом проверенных гипотез. И это не стыдно. Стыдно — гордо рыть извилистую канаву, зная, что она ведёт в тупик.
Следующая «стратегическая сессия» должна заканчиваться не селфи довольного «волчары» на фоне начала канавы, а заполненной картой рисков и планом их проверки на следующей неделе.

Пора менять парадигму. Не «копать отсюда». А «проверить, туда ли».

Предсказания на 2026 год, к которым стоит хотя бы прислушаться.

2026 будет годом стратегического гения — хотим мы этого или нет (лично мы хотим очень). Годом, когда стратегия умрёт как красивая презентация и возродится как ежедневная практика принятия решений.

Вот на что делаем ставку (и вам советуем):


1. Конец эры «психологизации» бизнеса.

Команды наконец-то устанут бесконечно «работать над собой». В тренде будет работа над решением. Вместо тимбилдингов — тактический штаб по работе с гипотезами и субъектами.

Вместо обсуждения мотивации — разбор конкретных барьеров в процессе, а результат перестанут объяснять настроем людей — его начнут объяснять качеством принятых решений.

И это уже необходимость для выживания.

2. Реальность станет единственным заказчиком.

Идеи, не подтверждённые данными, будут отсекаться на стадии обсуждения. Команда просто перестанет их воспринимать. Брать в работу будут только самоочевидные гипотезы, подкреплённые первыми экспериментами, потому что «делаем ради того чтобы делать» больше никому не нужно.

3. Операционная скорость как главный KPI.

Фраза «у меня нет времени» потеряет право на существование. Станет кристально ясно: там, где есть фокус, его предостаточно. Там, где есть размытая «попытка», его вечно не хватает. Вы начнёте измерять жизнь не годами, а количеством завершённых циклов — проектов, навыков, экспериментов. План на 100 страниц — это гроб для вашей гибкости. Ваша гордость — это минимальные усилия, радость от жизни вне работы и максимум результата.

4. Возвращение к «скучным» фундаментам.

Героический рост сменится санитарной чисткой. Резать затраты, закрывать убыточные направления, ужесточать контроль над ключевыми метриками — это не будет признаком слабости. Это наконец-то станет признаком профессионализма.
Эпоха дармовых денег закончилась, как и эпоха людей, которые просто просиживают оклад. И это хорошо.

5.Возвращение базовой дисциплины как, как нормы.

Привязанность к проектам «по инерции» исчезнет. Направления, не подтверждающие свою жизнеспособность, будут закрываться стремительно. Новые — запускаться с минимальной концептуальной нагрузкой. Скорость корректировки курса станет ключевым конкурентным преимуществом.

Итог 2026:

Исчезнет разница между стратегией и операционкой.

Стратег — это не тот, кто намечает путь на пять лет вперёд, а кто каждое утро корректирует курс, основываясь на вчерашних данных. Основная компетенция — не предвидение, а беспрецедентная скорость адаптации, работа с данными и экологичное взаимодействие с людьми.

Труднее всего будет компаниям с красивыми миссиями и неповоротливыми процессами. Восторжествуют те, кто строит организацию как живой организм, а не как памятник самому себе.

Потому что

«Самая большая опасность — делать с великим усердием то, что вообще не нужно делать».