Руины, пляж, форт и сухогруз: четыре часа в Акабе, где Иордания встречается с морем. Часть 3.

Вооружившись банками колы, мы отправились дальше по чистой, даже блестящей брусчатке. По мере того как мы приближались к пляжу, море всё чаще и чаще просматривалось сквозь застройку и деревья. Но, вот удивительно — никакого запаха моря, как бы близко мы не подошли. Красное море и залив Акаба просто очень солёные и поэтому там нет такого биоразнообразия, как, скажем, в Чёрном море. Да и ветры дуют не с моря в пустыню, а наоборот — из пустынь в море. Вот поэтому и нет запаха, наверно. Пальмы, чтобы вы знали, в Акабе тоже не простые: у них кокосы подвязаны в сеточки, чтобы не ударить о чей-нибудь череп вместо земли. Ведь позаботились же о безопасности в таких мелочах! Не буду шутить, через сколько несчастных случаев как они догадались.

Вдоль территории европейских отелей улицы идеально облагорожены: ровные кусты, чистейшая дорога, утончённые урны (вместо привычных иорданских больших мусорных баков, которые нужны только для приличия, ведь никто ими не пользуется), и атмосфера благополучия. Туристические услуги тут любезно предлагают на каждом шагу, но, как говорится, не по Сеньке шапка — с нашим бюджетом это всё, конечно, не потянуть.

И вот, наконец, мы добираемся до Айлы — обнесённой забором, закрытой на замок. Пятница. Город Айла — исламский во всех смыслах. Основанный в VII веке за пределами Аравийского полуострова, он когда-то был важным портом, связывавшим Левант с Аравией. Египетские ворота, найденные археологами, несут на себе отпечаток культур Византии и раннего Ислама. Ведь Айла была не только портом, но и административным центром Омейядов. Когда на горизонте замаячили новые торговые пути и землетрясения, Айла доказала, что ничто не вечно. Нам остались история и руины древних фундаментов, которые мы наблюдали из-за забора и которые отдыхали в свой законный выходной — исламский, как и сам город. Единственный доступный нам способ «обследовать» Айлу — это небольшие стенды у ограждения с парой строк информации, явно рассчитанных на тех, кто заглянул сюда случайно. Мы решили, что Айла дождётся более удачного времени для детального изучения.

После двух часов топтаний по городу (а времени всего-то 4 часа на весь маршрут), добрались-таки до пляжа. Бесплатного, простенького, немного запущенного. В песке ожидалась коллекция всякой ерунды: от окурков до крышечек. Ан нет, оказался чистенький песочек, даже не горячий, легко ступать. Но вода! Это что-то! Чистейшая, идеально тепленькая. Туристов немного, купаются в основном местные, а загорать здесь вообще не принято — за исключением детей все при параде, если можно так выразиться. На пляже есть навесы от солнца, кто не хочет мокнуть, сидят там или гуляют по асфальтовому тротуару рядышком.

Вдоль берега носами к верху гордо стоят катера. У арабов спроси, так, по их мнению, в Акабу в принципе приезжают чисто для того, чтобы прокатиться на катере. Это что-то вроде местного must-do, но мы оказались к этому не готовы: ни денег, ни плавок со сменной одеждой, ни желания. Мы просто помочили ноги в тёплой водице, потом еле оттёрли ноги от песка, поглазели на местный сухогруз на горизонте. Правда, он оказался не таким уж местным — шёл он,по-видимому, в израильский Эйлат. Сам Эйлат отсюда был виден почти как на ладони: белые домики, плотная застройка, всё выглядит чинно-благородно, если не знать, что их порт там давно банкрот. Эйлат мне даже случайно на фото попал. Получается, я сделал селфи с Израилем. Каюсь, случайно вышло, не ведал, что творю.

Руины, пляж, форт и сухогруз: четыре часа в Акабе, где Иордания встречается с морем. Часть 4.

Дальше нас ждал Форт Акабы — жемчужина города, с налётом вековой пыли. Небольшой, но колоритный. Слоёный пирог истории честно подцеплю у Антона. Первые укрепления тут построили ещё римляне, потом это замок крестоносцев, который сарацины и мамлюки перекроили по своему вкусу. В XVI веке султан Кансух аль-Гаури провёл реконструкцию, а в XX веке у стен форта разворачивались одни из самых драматических событий арабского восстания. Тут засветился сам Лоуренс Аравийский, помогая выбивать турок из города. Ой, как же шутка про одного моего коллегу сейчас напрашивается.

Стены форта украшены средневековыми надписями (прочитать пытались — но этот подчерк оказался нам не по зубам). Внутри форта нашли небольшую инсталляцию картин, на которую поглазеть мы нормально не успели. Клюнули на археологический музей в нескольких шагах от форта. Но он, увы, был тоже закрыт до пяти вечера, потому что — вы никогда не догадаетесь — пятница.

Даже удивительно, что при таком раскладе, когда день был выбран не сказать, что идеально, а ещё и компания опять подкачала — Акаба всё равно оставила о себе яркие и сплошь позитивные воспоминания. Почему? Прогулка по оживлённому городку практически в одиночестве. Христианские и исламские древности, форт с характером, который хорош даже в мелочах. Ну и прекрасная водичка. Уже классный набор. А может, дело и в ритме, в том, как здесь сплелись беспечность и история, или в том, что даже с сухогрузом на горизонте и брендовыми магазинами в центре город умудряется оставить после себя тёплый след. Не в ярких обложках и чек-листах счастье, а в том, чтобы город говорил с тобой на своём, настоящем языке, в чём-то даже родном, если сравнивать с российскими курортами. Акаба как раз про это.

Пока всё. Скоро напишу про то, как мы дальше поехали в Вади Рам, где по пустыне с ветерком катались, пытаясь удержаться в кузове пикапа Toyota Hilux, потом взбирались на бархан, а при каждом шаге ноги тонули в песке. Не буду раскрывать все карты. Экзамены я кое-как сдал, теперь готовьтесь, пойдёт контент!