Мне приятно ваше внимание, что вы меня читаете - в последнее время я стал больше внимания уделять ведению телеграмма. И мне бы хотелось лучше понимать свою аудиторию. Буду благодарен, если вы ответите на следующие вопросы.

Последние несколько лет к нам в гости приезжает мама. Человек, с которым у меня очень непростые отношения, где есть место разным, противоречивым чувствам. В последнее время тон нашего общения явно поменялся в лучшую сторону, появилось место искренности и даже, близости. Что раньше казалось мне просто невозможным. И невозможность эту я объяснял большей частью ее личностью и ее особенностями.

Этой осенью я с удивлением заметил, что мама, которую я считал вообще неспособной меня услышать и увидеть, оказалась очень хорошим и внимательным слушателем. Понимающая, с чувством такта. Это новое представление о родителе удивило меня своим полным несоответствием прежнему образу. Конечно же, речь не о чуде, что мама вдруг перестала быть собой и стала другим человеком.

Меняюсь я, это я смотрю на нее иначе и отношусь к ней по-другому. Соответственно, появляется иллюзия того, что изменилась она. Но в каком-то смысле, с точки зрения моей субъективной реальности, она действительно изменилась. Только изменилась она потому, что изменился я сам. Я смог сделать шаги в ее сторону, которые раньше не представлялись возможными. Смог произнести слова, которые застревали во рту, но были произнесены. И это изменило очень многое.

Вообще, это типичная история, когда клиенты говорят о непростых отношениях с родителями и невозможности что-либо изменить, так как эти самые родители: не понимающие, не слышащие, токсичные, критикующие, жестокие и пр. Если опустить момент, что бывает и такое и подобное тоже являются частью правды о человеке. То зачастую так происходит в силу того, что сам сын/дочь находятся в детской позиции по отношению к родителю. Когда же, человек взрослеет и меняется сам, начиная быть в отношениях с родителями иначе. Тогда, словно по волшебству меняется характер взаимоотношений, а родитель словно становится другим.

Вспоминаю слова персонажа Х. Хоссейни про маму:

Прошлой ночью, лежа на диване, я думал о том, что сказала мама. Я вспомнил, как меня еще мальчишкой допекало, сколько всего мама не делала из того, что положено делать всем матерям. Водить меня за руку. Сажать меня на колени, читать на ночь, целовать меня перед сном. Все так и было, правда. Однако все эти годы я в упор не замечал большей правды, что осталась незримой, неоцененной, погребенной под моими обидами. Вот она: моя мать никогда бы меня не бросила. Таков был ее дар мне, железное правило. Она мне мать, и она меня не бросит. Это я просто принял как должное. Я не благодарил ее за это, как не благодарят солнце за его свет.

Задумываясь об одиночестве я вспоминаю вечер в Турции: садится солнце, постепенно темнеет, а моя рутина прерывается звонком в дверь. Кто и откуда, - думаю я, открывая, ведь никого не жду, да и нет никого, кто бы мог вот так постучаться. На пороге русская женщина, похожая на мотылька, такая же серая и блеклая, со следами увядающей красоты на лице. Она удивлена моим присутствием, ведь раньше здесь жил ее сосед, а голос тихий, как шелест. Заметно, как русские слова вымываются из ее памяти. Она не может вспомнить слово "одеколон" - колонья, понимаю я, - конечно есть.

Этот вечерний визит впечатляет меня и я задумываюсь о судьбе Наташи, так она представилась. Мысли об одиночестве и постепенном угасании роятся в голове, я представляю как растет чувство беспомощности, а сил что-то изменить становится все меньше. Фокус внимания с Наташи переходит на меня и других одиноких людей, коротающих дни у синего экрана. А я, я сам? Какие усилия прилагаю я, чтобы не сталкиваться с этим невыносимым чувством, рождающим переживание бессилия и тревоги? Ведь одиноким можно быть тогда, когда есть на это время, которого у меня обычно не бывает.

Могу ли я не быть один? Не могу, какая-то часть меня всегда отдельна от мира и других людей. Каждый из нас одинок в своем существовании и никакие отношения не в состоянии этого изжить. Но могу ли я разделить свое одиночество с другими, чтобы смягчить боль от одиночества? Если я одинок экзистенциально, то я хотя бы могу не быть один межличностно. И мне кажется, что одно неотделимо от другого. В том смысле, что только встретившись и пережив собственное одиночество, я могу по-настоящему глубоко и осмысленно видеть другого, как отдельного и быть способным включиться в его жизнь.

Другими словами, признавая и выдерживая собственное одиночество, мы получаем возможность с любовью обратиться к другим людям. Понимая нашу отдельность, видя другого, его инаковость и своеобразие. А не только лишь средство для побега от ужаса экзистенциальной изоляции

В последнее время очень остро звучит тема изоляции и переживания одиночества.

Как буквальное отсутствие людей в жизни, так и невозможность открыться и быть достаточно близко с теми, кто рядом. Так же, я вспоминаю обращающихся за помощью одиноких людей, работающих удаленно, живущих в другой стране, не имеющих связей с миром, буквально пребывающих в изоляции.

Такие люди стоят особняком, обособленно, им не хватает любви и связи, а проблемы свои они склонны маскировать посредством рационализации и механистическим отношением к себе/миру.

Отсутствие межличностных связей и недостаток общения с близкими людьми подразумевает закрытость, которая ассоциируется с состоянием угасания и переживанием пустоты. Это усугубляет культ индивидуализма - достижений и соревновательности, вызывающий стыд и мешающий человеку чувствовать связь с другими. Есть хорошее высказывание, что одиночество - это двоюродный брат тревоги. Когда чувство одиночества превышает некий порог, оно неизбежно порождает тревогу.

Проблема в том, что одно взаимосвязано с другим: утрата чувства бытия сопровождается желанием изолироваться, а изоляция усугубляет состояние дополнительным ростом тревожности.

Вопрос в том, как человек своей свободой распоряжается: использует ли он ее для установления новых взаимоотношений? Или же, стремясь избежать ограничений и авторитетов, отдаляется от окружающих. Это выбор, который жизнь постоянно перед нами ставит. А ответ подразумевает усилие и тревогу, необходимые для преодоления одиночества, чтобы избежать еще большего опустошения. То, что я выбираю делает меня собой и имеет решающее значение для развития.

Услышал сейчас цитату от популярного эксперта😄

«Всех предупреждаю: не стоит заниматься булимией - это приводит к большим проблемам психологическим и возможно даже физическим. То есть это может привести к анорексии, а это уже серьезные вещи».

А я, в свою очередь, присоединяюсь к мнению эксперта. Пожалуйста, не занимайтесь булимией! А то аяяй. От себя же настойчиво не рекомендую заниматься орторексией, бигорексией и пикацизмом!

С утра, наткнулся на рилс с актером У. Дефо, где он говорит о том, что не дает советов, т.к. каждый должен искать самостоятельно. Моя мысль обращается к экспертам, которых сейчас развелось очень много: учителя, наставники и пр. И все чему-то учат. Как жить, как думать и как надо правильно смотреть на мир. Предлагая взгляды разной степени адекватности.

Если 20 век был эпохой специалистов и научного знания, что имело свою оборотную сторону, то сейчас, с распространением соцсетей, каждый желающий имеет микрофон, в который может высказываться, а инструменты продвижения дают возможность быть услышанными тем, кто громче о себе заявляет.

Меня же в этом удивляет то, как люди учатся идти по простому пути, отказываясь от попыток вести свой собственный поиск. С какой готовностью берут на веру то, что касается их собственной жизни, если говорить о психологии или духовной сфере. Отдаляясь, тем самым, от себя и собственной аутентичности.

В. Франкл дал хорошее определение специалисту, как человеку, который не способен разглядеть леса истины за деревьями фактов. Тенденция к упрощению и претензия на тотальность, свойственные научному мышлению прошлого века, сейчас вырождаются в примитивизацию и деградацию, к коим подталкивает рынок или банальное заблуждение.

Заманчиво получить готовые решения и ответы на сложные вопросы, особенно тогда, когда плохо. Но совсем грустно наблюдать за потреблением информационного мусора от экспертов, обманывающих свою аудиторию или как минимум самих себя.