Одно из неприятных последствий авторитаризма в том, что разрушению подвергается моральная сторона личности. Нравственная приспособляемость уродует человека, деформируя его личность глубоко, но все же, обратимо.

Работа с чувствами в терапии

Бьюдженталь сравнивал чувства в терапии с кровью в хирургии. И то, и другое - неизбежно. Чувства очищают и лечат, они есть всегда, даже, когда отрицаются и не признаются, с ними приходится быть и как-то помогать в этом клиенту. К сожалению, нередко бывает так, что чувства недоступны, их подменяет рациональность, в терапии происходит много разговоров логически верных и правильных, но не ведущих к продвижению. Как красиво выразился Р. Кочюнас: мы продвигаемся на крыльях переживаний.

Чувства являются универсальной характеристикой человеческой экзистенции. Мы всегда каким-то образом настроены к тому, что нас окружает. Эмоциональное выражение такой настроенности - настроение, окрашенное различными красками. Получается, что мы всегда находимся в каком-то настроении, что-то чувствуя и переживая внутри. Чувства всегда сложнее нашей способности выразить их словами, тем более, объяснить - к чему часто склонны клиенты. При этом они универсальны, говоря на языке эмоций, мы можем понимать друг друга.

Терапевт помогает клиенту лучше понимать себя и свой внутренний мир через распознавание собственных чувств и эмоций. Чтобы отражать чувства, их надо идентифицировать, читая невербальный язык клиента: тон, поза, мимика, указывающие на переживаемые эмоции. Чувства показывают значимые точки в опыте клиента, требующие внимания. Я стараюсь это отражать, делясь с клиентом своими чувствами, отдавая отчет в своей субъективности, клиент же волен принимать или не соглашаться.

Важно распознавать скрываемые чувства, помогая в их выражении. Освобождая те переживания, которые хочется скрыть. Прежде всего, это касается чувств, возникающих в процессе терапевтических отношений. Как правило, это неприятные и социально неприемлемые чувства в адрес терапевта, вроде злости и раздражения. Такие чувства в отношениях создают двойное дно, разрушая ткань терапевтического диалога. Чтобы такой неискренности не появилось, терапевту важно эти чувства замечать. А замечая, не делать вид, что этого нет, выбирая не замечать определенные сигналы.

Обычно я делюсь своими чувствами с клиентом, помогая тем самым, ему выражать собственные эмоции. Когда что-то названо, сделать вид, что этого нет становится намного сложнее. Подобный честный диалог, когда клиент делится негативными переживаниями в адрес терапевта, дает возможность для важного разговора, проясняющего и очищающего терапевтическое пространство. Зачастую, можно провести аналогии с ситуациями в жизни клиента, где есть нечто похожее. Но, для того, чтобы начать говорить неприятное и услышать неприятное - нужна смелость и это касается обоих участников терапевтического процесса.

Терапевт помогает клиенту лучше осознавать свои чувства. Выражение чувств полезно само по себе, но важно понимать, что происходит, иначе эмоциональные проявления не продвигают. Поэтому, необходимо когнитивное обрамление чувств клиента для более глубокого понимания себя. Вот, например, распространенные трудности, касающиеся амбивалентности и категоризации чувств на положительные и негативные.

Важно учитывать амбивалентность чувств - эта неоднозначность вызывает у клиентов много сложностей. Многим кажется несовместимым чувствовать противоположные чувства. В реальности же чувства противоречивы по своей природе. В терапии эту противоречивость необходимо легализовать. Тогда, у клиента будет более глубокое понимание происходящего. Особенно часто это происходит в близких отношениях. М. Бубер говорил, что любовь - это не только чувства одного к другому. Любовь - это то, что происходит между двумя людьми. И чувства там могут быть очень разные, вплоть до ненависти, но не означать отсутствие любви.

Люди склонны разделять чувства на плохие и хорошие, при этом какие-то чувства стигматизируются и обесцениваются. Например, обида, ревность или злость. Вместо того, чтобы придавать чувствам объективность, лучше говорить о чувствах приятных или неприятных и как мы их проживаем. Все чувства нормальны, уместны и несут смысл. Любое чувство имеет приятную и неприятную сторону.

Помогая клиенту увидеть разные эмоциональные проявления, мы обогащаем видение человека. Часто переживаемые чувства не соответствуют внешним проявлениям или даже противоречат. Распространенная история, когда клиент рассказывает о неприятном с улыбкой, кто-то этого даже не осознает и не замечает. Я такие улыбки стараюсь не поддерживать и могу обратить на это внимание. Хорошо, когда клиент осознает и знает, зачем он пользуется защитой, но когда осознания нет, то психологические защиты начинают мешать, не соответствуя реальности.

Лучше видя и понимая свой мир, через контакт с эмоциональной сферой, его отражающей, появляется возможность соотносить свои возможности и ограничения с реальностью, как внешней, так и внутренней. А это более целостное и осознанное существование.

Мысли после чтения Э. Гуссерля😌

Естественные установки сознания - это то, что мы воспринимаем изо дня в день. Ошибочно думая, что видим вещи такими, какими они являются. Или, если говорить о терапии и отношениях, можем ли мы быть уверенными, что видим человека таким, каким он является? Или же мы видим проекции своих теорий, за которыми теряем живого человека? Мне кажется, что это всегда открытый вопрос для адекватного терапевта: о соответствии теоретических принципов конкретному человеку.

К сожалению, нередки случаи, когда терапевт не старается увидеть человека в его уникальности, а пытается применить обезличивающую теорию, для объяснения его жизни, проблем и личности. Тем самым, не увидев за теорией живого человека. Кстати, некоторые клиенты этого очень хотят и даже требуют. На самом деле, теория - лишь вспомогательное средство, смотрим же мы на конкретного живого человека. Поэтому, порой важнее отодвинуть теоретизацию в сторону и соприкоснуться с настоящим.

Следствием этих проблем стал поиск новых оснований для науки, которыми занимался Э. Гуссерль, критикуя несовершенство естественно-научного подхода и формулируя идеи феноменологии под девизом: «Назад к самим вещам». Что значит отбросить различные концепты и прочую теоретизированную оптику, а опираться лишь на свой опыт непосредственного наблюдения вещей. Наблюдая и описывая. Но не объясняя и интерпретируя.

В каком-то смысле я как терапевт опираюсь на феноменологическую позицию, над которой так трудился Гуссерль, на мой взгляд - это ключевой принцип, отличающий экзистенциального терапевта. Если я не могу быть уверен в своем знании, то опираться могу лишь на свой опыт, как текучий поток сознания, возникающий от соприкосновения с внешним миром, в частности - клиентом. По сути, опыт является нашей самостью, поэтому понять другого можно через то, как человек свой опыт проживает - каким образом он проживает свой мир?

Мне кажется это вообще хороший вопрос самому себе. А усилия, которые для ответа необходимы -
Весьма полезная и нужная практика.

Приглашаю в терапевтическую группу

Быть за себя и на своей стороне не подразумевает отсутствия совести. Иначе, оправдание находится всему: предательству, подлости, жестокости. Некоторые люди очень интересно делят бытие на две части. В одной живут они сами, а в другой все остальные. И поступки свои сверяют только с собственным мироощущением. На самом деле, крайне важно для собственного душевного благополучия уметь отдавать. Кстати, в психотерапевтической группе, как и в жизни, больше всего можно получить, отдавая. Согласно Франклу, самоактуализация человека и смысл жизни раскрываются лишь тогда, когда человек переступает собственное Я, "забывая о себе в слиянии с душой другого".

В терапевтической группе каждый участник должен пройти определенный путь изменения себя и решения своих проблем, чтобы принимать и понимать других. Потому что восприятие других напрямую связано с тем, как человек воспринимает себя. Цитируя Э. Фромма: "только любя себя, можно любить других". Но любовь к себе не подразумевает игнорирования всех остальных. О чем часто забывают люди, подводящие под свой эгоцентризм популярные нынче психологические клише, вроде ориентации на себя и свои желания, говорение словами через рот о своих желаниях и т.д. В этом может помочь замечательный императив И. Канта: "поступай только так, как ты бы мог пожелать, чтобы поступали все".

В групповой психотерапии есть даже отдельный терапевтический фактор - альтруизм. Когда участники поддерживают, утешают друг друга, стараясь быть полезными и нужными, жертвуя ради других. Люди могут давать очень многое: внушение, успокоение, понимание, чувства. Обмен помощью в группе является одной из важнейших гарантий психотерапевтических изменений. Именно поэтому, почти всегда в конце успешной работы терапевтической группы участники подчеркивают не столько роль терапевта, сколько помощь и поддержку других участников.

Что характерно, такой терапевтический фактор как альтруизм присущ исключительно групповой психотерапии. Группу я планирую начинать 14 сентября, скоро напишу анонс с более подробной информацией, а пока, если вы чувствуете в себе интерес к групповой форме работы, можно записываться на бесплатное собеседование.

Для кого может быть полезна групповая психотерапия?

- если вам не хватает поддержки
- вы испытываете чувство одиночества
- вас не устраивает сложившаяся жизненная ситуация
- у вас есть трудности в установлении и поддержании близких отношений
- вы хотите узнать больше о том, как общаться с другими людьми
- понимаете необходимость в личностных изменениях
- готовы двигаться в желаемом направлении.

Какие возможности в группе вы получаете?

- говорить о себе, своих чувствах и переживаниях
- взглянуть на себя глазами другого человека
- оказать и получить поддержку, быть значимым
- улучшать отношения и коммуникацию
- экспериментировать с новыми формами поведения
- повысить уверенность и самооценку
- перенести личностные изменения из группы в свою жизнь

Когда?

С 14 сентября по 30 мая, еженедельно, по четвергам, 19.30-21.00.

Где?

Басков переулок 26, «Психометрика».

Первые две встречи открытые. Начиная с 3 встречи прием новых участников прекращается. Размер группы – не более 10 человек. Стоимость одной встречи – 2000 рублей.

Для участия необходимо пройти предварительное собеседование с ведущим, то есть со мной - это бесплатно.

Эгоизм не плохо, есть даже выражение «здоровый эгоизм». Плохо, когда это перерастает в крайность, становясь модусом существования, из которого выпадают другие люди, а остается только
Я, мои желания и мои чувства, с которыми человек носится как с писаной торбой, не замечая мир вокруг, либо, воспринимая окружение как средства, через которые можно удовлетворять свои желания и потребности.

Эгоистическое существование тоже создает для человека смысл. Забота о своем здоровье, благополучии, благосостоянии, финансовом положении и даже самоактуализация, могут превращаться в гедонистический стиль жизни. Выражение заботы о собственном «Я» дает возможность сделать бытие осмысленным. Но когда эгоизм, приобретая форму гедонизма становится единственным смыслообразующим фактором для человеческой жизни, можно обнаружить обратную сторону подобного существования - одиночество, апатию и отсутствие радости. Поэтому, эгоизм скорее носит личину смысла. Начинать надо с себя, но не заканчивать собой, погружаясь в поглощенность своим «Я».

В. Франкл высказывал несогласие против акцента на самоактуализации, который в наше время лишь усилился, так как чрезмерная озабоченность самовыражением приходит в противоречие с подлинным жизненным смыслом. Бумеранг возвращается к охотнику, метнувшему его, только если не попадает в цель. Точно так же люди возвращаются к занятости собой, только если упустили свой жизненный смысл. Есть даже такой «гедонистический парадокс»: чем больше мы ищем счастья, тем больше оно от нас ускользает. Соответственно, удовольствие является не самоцелью, а побочным продуктом поиска смысла.

Подобная установка на себе и своем самовыражении (словами через рот🤡) разрушительна для отношений, если контакт с другими исчерпывается лишь этим. Так как важную роль занимает забота о бытии другого, что делает отношения осмысленными. Люди должны чувствовать, что они нужны и полезны. Убежденность в том, что отдавая, можно делать мир лучше для других, обеспечивает мощный источник смысла, наполняя жизнь и давая глубокое ощущение ее осмысленности. Поэтому бывает жизненно важно переключить внимание с себя на других. Особенно хорошо для этой цели подходит терапевтическая группа.

Уникальность групповой психотерапии в том, что это единственная форма терапии, дающая участникам возможность быть полезными другим людям, позволяя получать и оказывать помощь. Не ведущий, а группа и сами участники являются агентами терапевтических изменений. Поддерживая и утешая друг друга, вникая в сложности жизненных перипетий, разделяя проблемы друг с другом. Через альтруизм участники группы на собственном опыте приходят к пониманию того, что у них есть обязательства перед теми, от кого они хотят получить внимание.

Паника - это половина болезни. Спокойствие - это половина здоровья. Терпение - это начало выздоровления.

Эту цитату Авиценны я бы повесил в своем кабинете. Терпение - это то, чего очень не хватает тревожным, торопливым и недоверчивым клиентам. Как правило, за ориентацией на результат, теряется ценность того, что происходит в процессе психотерапии. Маленькие шаги не замечаются и обесцениваются на фоне желаемого глобального изменения, в виде хорошего самочувствия. Значит, без маленького не сложится нечто большее. А неопределенность, присущая будущему и отсутствие гарантий в достижении желаемого побуждают клиента усомниться в проводимой работе. Появляются сомнения, пропадает надежда вера и доверие, как следствие, падает мотивация. Человек начинает пропускать, опаздывать, забывать и задаваться вопросами. А может мне не подходит терапевт, его подход или терапия вообще? Или проще: терапия не работает. Делая ответственным за свое состояние некие внешние силы, в виде специалиста, подхода и психотерапии.

Для этого могут быть основания и замалчивать такие вещи не стоит. Лучше обсуждать их в кабинете с терапевтом. Само по себе, это несет терапевтический потенциал. И если это необходимо то лучшим решением может быть прекращение работы или признание того, что рабочий альянс не складывается, а работы не вышло. Случаи явной некомпетентности я здесь не рассматриваю, что к сожалению тоже случается. Неудачи бывают и это нормальная, совершенно естественная часть жизни, которую стоит признать и принять.

При этом, дела часто начинают идти на лад, когда клиент перестает отдавать авторство своей жизни и бытия в психотерапии терапевту, а вместо этого старается ориентироваться на себя. Хорошо бы отнестись к психотерапии как к процессу, который собственно жизнь из себя и представляет, а не как к гонке к концу, от одного достижения до другого, двигаясь лишь по восходящей. Если очень хотеть результата, то такая направленность в будущее будет неизбежно лишать содержания настоящее, превращаясь в бесконечную подготовку к жизни.

Как найти веру в изменение? Только в себе. Значит надо обращаться к себе, продолжая внутренний поиск и узнавая себя. То есть делать то, что и предполагает психотерапия. Когда этот процесс приобретает ценность, а человек становится интересен сам для себя, можно обнаружить себя совсем в другом положении и качестве. И по отношению к себе, и своей жизни, и к миру, например, в лице терапевта и терапевтических отношений с ним. Поэтому, попытка каким-то образом изменить свое отношение к процессу терапии, как в общем, так и на конкретных сессиях, является уже весьма терапевтической для клиента. Собственно, вспоминая слова Авиценны, вместо торопливости, появляется терпение, знаменующее начало выздоровления.

Ошибки группового психотерапевта

Обратил внимание, в частности, в последнем посте, что рассматривая с профессиональной позиции проблемы, возникающие в работе с людьми, например, прерывание терапии, делаю акцент на причинах, которые связаны с клиентом. Опуская причины, связанные с терапевтом. Действительно, можно ограничиться лишь этим, всю вину за неудачи сваливая на клиентов. У всех психотерапевтов есть прекрасное средство самозащиты - в неудачах психотерапии можно винить примитивные психологические защиты клиентов, их непригодность к терапии и нежелание что-либо изменять в себе и своей жизни. Можно объяснить свою неудачную работу тем, что клиент не старался, ничего не делал или перестарался, либо ему казалось, что он старается. Несомненно, что личность психотерапевта, его стиль работы и банальные профессиональные ошибки влияют на неуспехи и неудачи психотерапии.

В преддверии терапевтической группы, набор в которую я сейчас веду, рассмотрю ошибки, связанные непосредственно с терапевтом, в рамках групповой психотерапии.

1. Неправильный набор группы. Отбор участников - это крайне важный аспект групповой психотерапии. С каждым годом я убеждаюсь в этом все больше. Пару лет назад я допустил серьезную ошибку, взяв в группу людей с достаточно сильными нарушениями и специфическими расстройствами, подавляющими межличностное общение в группе.

2. Подготовка группы к работе. Очень важно, чтобы участники имели представление о том, что будет происходить, хотя бы в общих чертах. За счет чего происходят изменения в групповой терапии, какие у группы цели и насколько собственные цели участника соотносятся с групповыми. То, чему уделяется внимание во время собеседования и групповой работы. Раньше я выписывал самые важные аспекты в памятку, которые получают участники.

3. Стиль руководства, непригодный для группы. Иногда, в силу личных особенностей, я могу казаться слишком отстраненным или вносить неопределенности, тревоги и напряжения больше, чем нужно. С другой стороны, чрезмерная опека также мешает. Поэтому, важно соблюдать баланс.

4. Нарушение конфиденциальности, необъективность по отношению к участникам. Поэтому, я не работаю индивидуально с теми клиентами, с которыми нахожусь в одной группе.

5. Пытаться угодить участникам. Как в индивидуальной, так и в групповой работе, подобные начинания вряд ли приведут к чему-то хорошему. Свою нарциссическую ранимость я стараюсь обслуживать вне работы)

6. Неприязнь между участником и терапевтом, слишком агрессивное межличностное взаимодействие. Обычно это происходит, если терапевт не уважает участников, игнорируя их потребности и уязвимость.

Резюмируя, чтобы избежать проблем, ведущих к неуспешной групповой терапии, необходим тщательный отбор при создании группы и правильная подготовка к ее работе. В процессе же, надо следить за балансом получения и отдачи каждого участника, выявлением конфликтов и анализом негативных чувств.

Думал про предыдущий пост об ошибках, которые связаны с психотерапевтом. Ошибки, неважно на чей счет их списывать ведут к прерыванию терапии, неуспехам и неудачам в работе. Переживать такие вещи неприятно, а порой и весьма болезненно. Что вполне естественно, если отношения с человеком действительно были. Потому что если бы я относился к прерыванию совсем равнодушно - это бы что-то говорило о моем бытии в отношениях с клиентом. Я же включаюсь в отношения с человеком, предполагая, что мой интерес, симпатия и попытка понять другого приведут к важным изменениям. Я не стараюсь спрятаться за профессиональной ролью, объективируя клиента, а пытаюсь вести себя как человек, вступающий в личные отношения с другим полноправным, ответственным субъектом.

Как правило, если клиент пропадает или прерывает терапию в течение первых 10 сессий, то я стараюсь просто забыть. Человек сделал свой выбор, а к его свободе я могу отнестись лишь с уважением. Мне кажется психотерапевту важно научиться переносить то, что его бросили. Обычно, за время 10 сессий отношения сложиться не успевают и эгоистически руководствуясь своей сохранностью я предпочитаю не придавать серьезного внимания тому, что оказалось несбыточным. И уж тем более, не пытаться удерживать, искать и что-то выяснять. В этом случае, я даже могу не назначать завершающую встречу. Конечно, цифра 10 весьма условна, но по-моему опыту, что-то важное начинает складываться после или около этого рубежа.

Моя забота о себе продиктована тем, что вступая с человеком в терапевтические отношения, я в них действительно вкладываюсь. Будучи включенным в отношения, я думаю, переживаю и осмысляю внутренний мир другого. Можно сказать, живу этими отношениями. А это подразумевает свои риски. Ведь, клиенты могут девальвировать происходящее, обесценивать и обвинять, разрывая контакт. Это переживание очень хорошо описывает К. Роджерс:

«Я сам рискую: ведь если передо мной, по мере углубления отношений, разворачивается картина провала, регрессии, отрицания клиентом меня и наших отношений, тогда у меня возникает ощущение, что я потеряю себя или часть себя. Временами этот риск становится совершенно реальным и очень остро переживается».

Эта цитата говорит не о созависимости Роджерса и его склонности к слиянию, а о способности к глубокому человеческому присутствию в бытии с клиентом. То, что действительно лечит и приводит в действие любой терапевтический процесс. Поэтому, если я чувствую, что между мной и клиентом начинает складываться нечто важное и глубокое, что я переживаю как связь, отношения или их начало, тогда я могу предложить завершающую встречу. Не для того, чтобы заставить человека объясниться, а поискать возможность завершить процесс. Не оспаривая, не убеждая, предлагаю встретиться еще раз, в каких-то случаях, даже, бесплатно, чтобы можно было проститься, когда я испытываю в этом необходимость. Так мы расстаемся, а иногда, случается продолжение. Очень важно завершать отношения и уметь это делать. Не сбегая, прерывая или исчезая, а по-взрослому.

Время жизни надо замедлять, а не ускорять. Его у нас и так не очень много. Когда человек торопится жить, ориентируясь на результаты и достижения, прошлое и настоящее становятся подготовкой к тому, что должно последовать потом. Вопрос, что? Жизнь становится подготовкой к жизнью, окрашиваясь тревожностью и потерей смысла. Что-то очень важное откладывается на потом, а суета и торопливость заполняют существование, разгоняя темп и течение жизни.

Это бывает очень отчетливо заметно с недоверчивыми, тревожными клиентами. Буквально ощущаясь в терапевтическом процессе: время сессии проходит быстро, оно утекает, его постоянно не хватает, как будто мы что-то не успели и упустили. Соприкасаясь с таким способом бытия я чувствую, как ускоряется течение времени. Парадоксально, что при неспешной, вдумчивой работе, с молчанием и паузами, времени хватает, его достаточно и успеваем мы ровно то, что было возможно и необходимо. С объективной точки зрения количество проживаемого совместно времени одно и то же, но какая большая разница с точки зрения субъективной!

Мне чрезвычайно нравится возможность смотреть на мир из феноменологической установки сознания - большой для меня подарок, ставший следствием увлеченности экзистенциальной парадигмой. Феноменология позволяет видеть мир созерцательно, описывая феномены, воспринимаемые сознанием. При таком взгляде время жизни замедляется, а качество проживания совсем другое - в нем большем смысла, новизны и удивления. Не торопись, а то успеешь.