Сейчас — худшее время для становления артистом (и еще боле худшее для поп-культуры)

Все эти правила "как завирусить трек", "как правильно подать себя в соцсетях", всё это — эквивалент свиданию, на котором вы общаетесь только про работу; весь этот контент — эквивалент ситуации, если каждый день вам снится школа; весь этот контент — эквивалент ситуации, если бы всю рекламу в мире выкупил инфоцыган Тони Робинзон.

Никогда еще за всю историю музыку продвижение артиста не было таким отвратительным. Интересно, из каких позиций исходят люди, считающие, что сейчас "Идеальное время" для становления музыкантом, мол, раньше вам приходилось проходить через кучи навозных инстанций, а теперь вы можете залететь со своим творчеством самостоятельно, без лейбла. Какая наглая хуйня. Артисту не стало проще, просто теперь артист сам себе лейбл — в том и беда. Ему не нужно меньше стараться, нет, ему нужно производить конвейерный контент ежедневно, превращать всего себя в блядский энтертеймент, вот он я, на блюдце, садитесь жрать, пожалуйста. Ему не нужно снимать художественно вкусный клип, ему нужно сделать "вайб видео" на 30 секунд, чтобы просто не выпадать из цифровых потоков. Ноль хейта в сторону музыкантов — выживать то как-то надо. Но принцип работы индустрии сейчас — полное дерьмо. В истории музыки хуже были только продюсерские эпохи по типу 00-х. И я знаю о чем говорю, потому что если бы история музыки была дорожкой, я был бы главным бароном.

Недавно мы с Колей Редькиным по-доброму спорили "есть ли сейчас в России поп-культура". Он утверждал, что да, но она изменилась — нет инстанций, но есть алгоритмы, которые и зло, и добро. Я же занял позицию, что нет, это не может быть поп-культурой, потому что поп-культура не может существовать вне инстанций. Инстанции (допустим, фестиваль Боль, "Вечерний Ургант", ИМИ, Версус, you name it) — это разные легитимирующие структуры, которые иногда ссылаются друг на друга, чем расширяют информационный пузырь. Типа, ты не сидишь в загоне из рекомендаций своих уже сформированных интересов: ты смотришь ВУ, узнаешь из эфира про фестиваль "Боль", приходишь на фест на одну группу, но успеваешь заценить другую, которую прежде не знал. И так далее — по цепочке. Это создает ощущение пресловутого цайтгайста, то есть ощущение, без которого никакая здоровая поп-культура просто невозможна.

При этом ты постоянно креативишь и выдумываешь новые способы быть замеченным. Боуи во времена американского тура Зигги Стардаста нарядил своих корешей в охранников, чтобы создать для янки ощущение звездного статуса вокруг себя (попробуй это в цифровую эпоху); Stone Roses забили весь Манчестер граффити с лимонами; Фэйс* (*признанный иноагентом) забил лицо татухами и залетел на провокациях. Я не говорю, что раньше было лучше. Я говорю, что раньше было пиздец как лучше.

Сейчас всё максимально унифицировано, рационально, сухо, скучно, прагматично и при этом, сука, рандомно. Ты делаешь плюс-минус одни и те же действия, чтобы попасть на витрины цифровой преисподни, а потом надеешься, что алгоритмы смилуются — и дадут тебе билет в жизнь (а там отдельная адуха в жанре "удержаться за соломинку в виде одного залетевшего трека"). Из-за принципа вирусизации из поп-культуры пропало слово "культура" — потому что всё стало про карьеру и отдельный альбом трек, а не про взаимодействие с чем-то внешним. Залететь может как нужная моменту песня "Кухни", так и любое дерьмо, которое никак не сцепляется с актуальным моментом времени. При этом ты вынужден соответствовать ссаному KPI — даже работая видеоэссеистом. Если мало просмотров — уходят рекламодатели. В 90 процентах случаев ты работаешь на просмотры. Аналогично и с музыкой: ты борешься за внимание чуть ли не больше, чем занимаешься, собственно, музыкой. Лейблы заинтересованы в тех, кто самостоятельно взлетел на популярности в соцсетях, то есть ситуация, когда какой-нибудь Алан МакГи вливает последнюю (крупную) купюру на создание Loveless, а Бурлаков закладывает квартиру ради "Морской" — она сейчас просто невозможна. Если бы алгоритм был человеком, то он был бы просто невыносимым ублюдком.