Адам и Ева имели благодать и были святыми в раю. Когда же отпали, то все умирающие спускались в ад, ибо никто без Христа не может взойти в рай. Когда же Христос был распят, то сошёл во ад и вывел оттуда Адама и Еву и всех праведников, ожидавших Его тысячелетиями.

Почему же такое стало возможным, ведь дух Адама был добр, раз он спасён? Тем Господь показал, что без Премудрости даже с благодатью и добрым устроением души никто не может устоять в добре. Адам совершил ошибку — и благодать отошла от него. И как не имел Премудрости, то не смог победить возникший в его душе грех. Ибо мы воины, но без познания Премудрости не можем победить. Если же сражаемся в истинной вере, то когда ослабеваем, Господь укрепляет нас, чтобы мы не погибли.

Мог ли Адам устоять в добре? Да. Но тогда бы согрешили его дети, ибо Христос должен был быть явлен миру и пострадать за нас. Но Адам свободно выбрал послушать лукавого, ибо он ещё не знал, что начало премудрости — страх Господень, то есть желание во всём угождать Богу. Если бы был послушен, то со временем стал бы мудр, ибо мудрость приобретается временем.

Премудрость же есть подчинение всех своих чувств и своей воли любви Христовой. Когда причащаемся Тела Христова, тогда водворяющаяся в душе Премудрость исправляет волю, пожигая греховные плевелы, так что мы учимся желать только доброго. Доброе же есть исполнять заповеди Божии, а именно заповеди любви. Заповеди — это не закон, а устроение мыслей и образ действий, которым приобретается жизнь в Боге.

Почему мы не имеем премудрости от рождения, как, например, животные имеют инстинкты? Опять же, чтобы поняли своё несовершенство перед лицом всесовершенного Бога и осознали свою нужду в Нём. Так было угодно Богу, чтобы плоть смирилась через познание своей слабости.

Почему мало избранных, то есть святых? По мнению блаженного Августина, число избранных строго определено, о чём сказано в Откровении: «Держи, что имеешь, дабы кто не восхитил венца твоего» (Откр.3:11). «Ведь если другой восхитит лишь в том случае, когда первый прежде потеряет, то число — точно» («Об упреке и благодати»). Да и Сам Господь, говоря «мало», показывает, что наперёд знает, что число спасаемых будет мало. Думаю, на это можно ответить словами апостола Павла: «Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее, — для того, чтобы никакая плоть не хвалилась пред Богом» (1Кор.1:27–29). Бог восхотел избрать малозначащее, чтобы наипаче возвысить смирение и посрамить гордость живущих без Бога. Ибо все мы должны научиться смирению. Бог показывает, что свобода воли порождает множество путей, которыми можно прожить свою жизнь, но без Премудрости все пути ведут в погибель.

Мы знаем, что лишь треть ангелов отпала от Бога, но большинство приняли на себя образ смирения и стали служебными духами. Через это видно, что разумные ипостаси, если не отягощены царствующим в плоти законом греха и просвещены Премудростью, в большинстве своём выбирают повиновение Богу. Но плоть сделала спасение как бы почти невозможным. Итак, это вновь было нужно лишь для нашего научения. Нельзя быть подлинно добрым без Бога. Когда же явится Страшный Суд, тогда все справедливо будут осуждены, то есть, разумею, по намерению духа независимо от дел плоти, ибо делами плоти не оправдается никто. Ибо чем были святы 14 тысяч Вифлеемских младенцев, не сделавших ничего доброго и тем не менее почитаемых святыми? Тем, что в вечности они избрали любовь, и за это Господь избрал их, не дав им никаких заслуг, кроме невинной смерти.

О святых же сказано, что они уже не будут судимы, но сами будут судить мир.

[Души праведных] будут судить племена и владычествовать над народами, а над ними будет Господь царствовать во веки. (Прем.3:8)

Разве не знаете, что святые будут судить мир? Если же вами будет судим мир, то неужели вы недостойны судить маловажные дела? (1Кор.6:2)

И увидел я престолы и сидящих на них, которым дано было судить, и души обезглавленных за свидетельство Иисуса и за слово Божие, которые не поклонились зверю, ни образу его, и не приняли начертания на чело свое и на руку свою. Они ожили и царствовали со Христом тысячу лет. (Откр.20:4)

Слова эти не следует понимать буквально, будто бы святые будут разбираться в делах каждого человека. Но сама их праведная жизнь осудит гордые народы, ибо жизнью своей святые свидетельствуют о пришедшем в мир Свете, который был миром отвергнут. «Они ожили и царствовали со Христом тысячу лет» говорится о Церкви, ибо жизнь есть не что иное как пребывание в Боге; иных же Сам Господь называет мёртвыми (Мф.8:22). Про таковых говорится: «Прочие же из умерших не ожили, доколе не окончится тысяча лет» (Откр.20:5). То есть до Страшного Суда никто, кроме святых, не воссоединится с Богом. Когда же окончится «тысяча лет», то есть отмеренное Богом время от Первого Пришествия до Второго, сроков которого никто не знает, тогда будет всеобщее воскресение, то есть встреча каждого человека с Богом.

Откр.20:15 И кто не был записан в книге жизни, тот был брошен в озеро огненное.

Почему, хотя число избранных мало, мы можем надеяться, что вне этого числа есть те, которые могут быть вписаны в книгу жизни? На это указывает притча о добром самарянине (Лк.10:25–37). Ближним, то есть единоверцем, Христос называет не того, кто формально относится к Церкви, но того, кто хотя был вне Церкви, но сотворил милость. Итак, всякому, кто достоин быть вписан в книгу жизни, Господь Промыслом Своим даст возможность сотворить дела милосердия, за которые будет воспомянут Богом.

Почему мы должны допускать, что Господь призывает не всех, которые записаны в книге жизни, в Свою Церковь? Чтобы научиться неосуждению, ибо если бы мы знали точно, кто не будет помилован, то осуждали бы. Почему мы вместе с тем должны допускать, что это может быть не так и в действительности Господь всех, кого хочет спасти, призывает в Свою Церковь? Чтобы возымели ревность. Итак, не обо всём мы имеем точное знание, ибо где есть знание, там нет надежды. Но кого хочет, милует; а кого хочет, ожесточает (Рим.9:18). То есть всякий достойный осуждения будет осуждён, а достойный помилования — помилован, ибо Господь Сам властен ожесточать сердце гордое, дабы не было неправды у Бога.

В ином месте апостол Павел говорит, что Бог избрал его от утробы матери (Гал.1:15). Некоторым из святых открывается, что они были избраны ещё до рождения, чтобы они смирились и не хвалились своими делами. Но открывается только тем, которые благодатью взрастили в себе такую любовь к Богу, что, узнав это, уже не обленятся и не отпадут, но будут ещё ревностнее трудиться на ниве Господней. Есть ли те, которые могут быть избраны позже? Того не знаем, ибо если бы знали, то не имели бы ревности стать святыми. Но всякий должен о себе думать, что может войти в число избранных, иначе кто другой восхитит венец его.

Когда же войдём в жизнь вечную, тогда в полной мере познаем Премудрость Божию, что Бог благ и праведен и истинен и нет иного, подобного Ему.

Если же Господь даровал нам свободу воли, для чего некоторых Он избирает до рождения, кроме того, чтобы не хвалились? Чтобы исполнялись пророчества. Ибо ещё на Предвечном совете Святой Троицы было решено, что надлежит быть апостолу из числа гонителей Церкви, чтобы не от Христа, но от Духа Святого получил он познание истины, которой и научил народы. Много же есть святых, которые вовсе не известны и не канонизированы; для таковых едва ли была надобность предопределять их до рождения. Также можно сказать, что если все избраны до рождения, то почему много званых? Разве призывает напрасно? Если не напрасно, то любой из званых может пополнить число избранных. Избирает же до рождения только тех, для кого предуготовлено особое служение.

Раб же тот, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много; а который не знал, и сделал достойное наказания, бит будет меньше. И от всякого, кому дано много, много и потребуется, и кому много вверено, с того больше взыщут.

Евангелие от Луки, глава 12, стихи 47–48

Я и кто?

Люди, не знавшие Бога, подобны двум разбойникам, распятым по правую и по левую сторону от Христа. Оба прожили одинаково грешную жизнь. Но один спасается, а другой погибает. За что же спасён? За то, что, познав Бога, не согласился со своей прежнею жизнью, но возымел желание её отвергнуть как бы нечто скверное перед лицом Святого и уверовал в милость Божию, прощающую грехи. За произнесённые слова прощён или за сердце? За сердце. Но Бог позволяет произнести ему эти слова, чтобы засвидетельствовать перед нами покаяние. Ибо если бы даже и промолчал, то ангелы, которые видят помышления сердечные, стали бы ему свидетелями.

Господь требует от нас исповеди перед людьми не потому, что человек будто бы может оправдываться словами независимо от сердца, но для того, чтобы мы победили в себе страсть стыда, ибо нет победы над стыдом в том, чтобы исповедоваться перед невидимым.