Откр.3:15-17 Знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или горяч! Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих. Ибо ты говоришь: «я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды»; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг.

В моей школе, чтобы поступить в десятый класс, нужно было сдавать экзамены. Среди прочих мне предстояло сдать экзамен по химии. За пару месяцев до экзамена учитель выдала список билетов (впервые в жизни я столкнулся с таким форматом, как устный экзамен по билетам, для школы такая форма экзамена нетипична). Билетов было около 30, охватывающих самые разные темы из школьного курса химии.

Подготовка моя шла не очень. Мой ум совершенно не поддавался и не хотел ничего учить. Наверное, три четверти вопросов не были мною рассмотрены вовсе, ещё четверть была изучена очень поверхностно, и едва ли бы я мог претендовать на оценку выше четырёх, если бы мне выпал один из этих билетов. Но был один билет, который я понял и изучил досконально. Это был билет №3, в нём я был уверен.

Учитель время от времени проводила консультации, где разбирались некоторые вопросы из билетов. На одной из консультаций она рассказала о некотором юноше. Этот юноша, по её словам, превосходно сдал экзамен, подробно рассказав тот билет, который ему выпал. Когда же она его спросила, как ему так удалось хорошо подготовиться, он ответил, что выучил всего один билет, а потом просто просил весь день перед экзаменом, чтобы ему вытянуть именно этот билет. Учитель сама объяснила это «материализацией мысли»: она была так впечатлена, что не могла поверить, что это просто совпадение.

Идея попробовать сделать так же показалась мне весьма любопытной, да и сами обстоятельства подталкивали к этому. Я не был ещё воцерковлён тогда и даже знать не знал, кто такой Христос. Но идея материальности мыслей требовала проверки.

Итак, за день до экзамена с утра до ночи я бесперерывно повторял в уме одну фразу, что-то вроде: «Пусть мне выпадет третий билет». Это была удивительная концентрация, сейчас я, кажется, так долго молиться, не прерываясь, не могу. А тогда это будто бы не составило трудностей.

В день экзамена порядок был следующий. Нас вызывали в кабинет для получения билета по очереди, раз в двадцать минут, чтобы у каждого было одинаковое время для подготовки; до этого мы ожидали своей очереди в коридоре. Получив билет, ты садился готовиться отведённое время, затем отвечал. Моя очередь была где-то в середине.

Когда моя очередь наступила и меня позвали, произошло нечто, чего совершенно невозможно было ожидать. Я ступаю на порог кабинета. Стол, на котором разложены билеты, находится на расстоянии метров пять от двери. И только я ступил на порог, как увидел, что один из билетов будто бы светится. Я подхожу к столу, не в силах отвести глаз от одной бумажки, лежащей среди пары десятков таких же. Стоя у стола, я попробовал отвести глаза и посмотреть на другие билеты (тот билет уже не светился) — но каждый раз мои глаза как бы магнитом возвращались на место. Я сделал это несколько раз, недоумевая, ведь я ожидал, что я буду сам выбирать билет, а я даже не мог смотреть на другие бумажки, мои глаза физически удерживались. Поняв, что я не могу этому сопротивляться, я взял этот билет и перевернул его — это был билет №3.

Экзамен был сдан на отлично, мне даже не дали договорить, прервав ответ на середине и сказав, что всё замечательно и я могу идти. А спустя два года директор, которая присутствовала на том экзамене, позвала меня на личную беседу и долго уговаривала поступать на химфак. Она никак не могла понять, почему я отказываюсь, при столь очевидных талантах, а я отнекивался и оправдывался тем, что есть вещи, которые мне более интересны. Как я сдал экзамен на самом деле, я ей не рассказал.