Привет, коллеги!

Постоянные читатели этого канала знают, что в образовательных постах я рассказываю о том, как должно быть в науке, а в рубрике #дед_инсайд часто критикую то, как оно бывает на самом деле. Мне кажется правильным показывать молодым ученым, что есть норма, а что ей не является. В онкологическом отделении больниц лежат пациенты с опухолями, и, находясь там, можно подумать, что это и есть норма. Но если взглянуть шире, станет понятно, что это болезнь.

Когда я пишу о нарушениях научной и трудовой этики: о гостевом соавторстве, подгонке p-значений, фальсификации результатов, накрутке Хирша себе и другим, деньгах в конвертах для людей наверху, шантаже увольнением и т.д., в комментариях обязательно находится человек, который говорит, что, вообще-то, все так делают, без этого нельзя работать в науке. И вообще, Б-г терпел и нам велел.

Иногда мне кажется, что в науке люди терпят слишком многое, да еще и с таким видом, будто это нормальная часть профессии. Терпят унижения. Терпят нарушение научной этики и трудового законодательства. Терпят, когда им могут в любой момент намекнуть на дверь за то, что они не включили кого нужно в статью. Терпят, потому что «так принято», «не время спорить», «потом разберемся». Еще и учат этому других.

И каждый раз я думаю: а ради чего, собственно, терпеть? Ради зарплаты ниже средней по региону? Ради права делать исследования, которые либо просто никому не нужны, либо свои же и обгадят, сказав, что это фундаментальщина, а нужен продукт? Или, что хуже, ради того, чтобы делать исследования, которые никто не воспроизведет, потому что результат сфальсифицирован ради красоты статьи?

В результате этого терпения мы получаем огромное количество бессмысленных исследований, усугубление кризиса воспроизводимости, рост количества фабрик статей, непотизм, низкие зарплаты и самоутверждение за счет подчиненных. Это правда то, ради чего вы шли в науку?

Зачем вам это? Если мне жмут туфли, я избавляюсь от них и покупаю новые. Или вообще беру кроссовки. Да, жалко эти туфли, они дорого мне обошлись, и я всегда о таких мечтала. Но это все равно не повод терпеть мозоли каждый день. Сейчас несложно найти недорогую обувь на любой вкус, а в науке не платят каких-то огромных денег, которых нельзя было бы получать где-то еще.

Конечно, чем старше становишься, тем сложнее менять насиженное место. Поэтому я обращаюсь к молодым ученым, у которых впереди еще 30-40 лет работы. В России и в мире есть лаборатории, в которых еще можно высказывать свое мнение. Есть честные руководители, которым не нужны незаслуженные регалии. Есть проекты, направленные не на закрытие показателей, а на реальные научные проблемы. Да и на науке свет клином не сошелся. Не бойтесь менять и пробовать новое.

Мне бы хотелось верить в какой-то аналог естественного отбора в лабах. Что из плохих мест и от плохих руководителей будут уходить хорошие ученые, и эти места будут постепенно деградировать и загибаться. В целом, иногда это даже работает, я с удовольствием со стороны наблюдаю за отдельными примерами. Мне бы хотелось, чтобы это масштабировалось. Может, хоть тогда что-то изменится в подходах.

Я уверена, что меня читают умные люди, способные на многое. И вы обязательно пройдете свой путь в тысячу ли, но в удобной обуви.

ПыСы: Кстати, никому не нужны туфли? 34 размер, шпилька.