Говорил я тебе, дядя Федор, за такие каникулы — от двух до пожизненного

В тени соборов золотых,
Где купола горят, как свечи,
Два рыжих кота средь святых
Молоко пьют в московский вечер.

Взирает строго лик святой,
А серп и крест над ним нависли.
Здесь время замерло порой,
И птицы каркают без мысли.

Но кот огромный, как гора,
Лакает млеко без смущенья.
Ему неведома игра
Истории и просвещенья.

А люди малы и близки
К земле, застывшей перед битвой.
В них дух тоски и строгости,
Но кот живет своей молитвой.

Помой свой брейнрот с мылом

Sora, тебе похоронка!

Антоним изыди

Явление в Блэк-Роке

База!

Кремлевский источник прорвало

Где подписать?

Новый альбом Ржанны Агузаровой слышали?

Дьявол носит корягу

Нейроштейн

Константин Эрнст Неизвестный

Анкани велли

Ну может быть чуть-чуть?

Веселые корзинки!

Хаски сыграет Лермонтова