Стихотворение дня
 
Я зонт раскрыл
Перед собой:
Чудесная пора!
Под мышку сунул
Зонт второй.
Лил дождь
Как из ведра.
В небесах
Взрывались тучи.
Третий взял
На всякий случай.
Зонт четвертый
Сунул в бок,
Чтоб я сбоку
Не промок.
Пятый зонтик
На спине,
Чтоб не дуло
В спину мне.
А дырявый зонт шестой
Я раскрыл над головой.
 
Олег Григорьев

«Северная песня» Виктора Попкова (1968) показывает нам свидание деревни и столицы, народа и интеллигенции. Фольклорная экспедиция: молодые люди из Москвы или Ленинграда приехали в Архангельскую область собирать песни. Деревня поёт, столица слушает.
Деревня здесь говорит единым голосом: четыре солдатских вдовы (цикл называется «Мезенские вдовы») поют одну песню, смотрят в одну сторону и одеты в платья близких цветов (розовый, красный, бордовый). По сути это одна и та же судьба в четырёх вариантах.
А вот их аудитория ведёт себя совершенно иначе: каждый реагирует по-своему. То, как они слушают, передано через их взгляды.
Женщина за столом думает о своём и смотрит куда-то в сторону – может быть, на красный цветок, лепестки которого символизирует капли солдатской крови. Мужчина с бородой (возможно, они пара) отвернулся и глядит в окно. У мужчины в очках взгляд уходит чуть вниз, и только самый молодой, в свитере, смотрит женщинам прямо в глаза.
Все они, как мне кажется, немного растеряны. Это не та столица, которая привыкла поучать провинцию через газеты и радиоточки. (Приглушённые цвета одежды фольклористов показывают: сегодня не они тут главные.) Здесь люди из интеллектуальной среды столкнулись (может быть, впервые) с сильной, цельной правдой народной жизни, и им есть о чём подумать.
Все, кто пишет об этой картине, говорят о девочке, слушающей песню из-за печи. В ней, разумеется, видят символ: дух песни, деревни, России. Хотя стоило бы задуматься, откуда вообще взялась девочка лет десяти у женщин, которые овдовели больше двадцати лет назад. Так или иначе, ей интересны эти странные чужаки, на которых она поглядывает исподлобья. Придёт время, и она, конечно, уйдёт вслед за ними, поселится в большом городе. Растеряет ли она по дороге свою мезенскую правду? Или в ней художник видит надежду на синтез обоих сталкиваемых им начал?
Виктор Попков погиб нелепым образом через шесть лет. Его девочке сейчас, должно быть, под семьдесят. Куда её занесла судьба, можно только гадать.

Макушка лета.
Вечер в Истре.

За кадром слышны такие слова "мама будет гордиться".
Ну, как не гордиться?)
Это же восторг!!
Я бы и сама стала за штурвал).
Дочь на яхте в Турции!