Живешь довольная своим индонезийским — теперь сложные мысли могу выразить, пусть упрощенным или ломаным языком — а потом задают написать на индонезийском стихотворение. Тут-то понимаешь, зачем учить синонимы надо было…

Может, у меня для поэзии словарного запаса мало, но зато есть другие победы — я начала разговаривать на индонезийском со своими друзьями! Они индонезийцы, но я до этого стеснялась, и компания располагала общаться на английском, чтобы другим студентам по обмену все было понятно. К тому же, английский у них такой хороший, что я время от времени записываю себе в заметки новые слова. Такие новые высоты! Новая цель — все меньше и меньше останавливаться в середине предложения, пока вспоминаю слово. Приятно, что пока никто не возражает.

Я решила оставить корейский

Второго января 2024 года я решила заняться корейским, о котором я тогда думала уже лет шесть. Я скачала учебник и стала выписывать новые слова вместе с моими карточками по индонезийскому, японскому и английскому. С января 2024 у меня накопилось больше 700 карточек в колоде.

Корейский это язык моих хобби со старших классов. Я много лет смотрела дорамы, чтобы отдохнуть сначала от подготовки к ЕГЭ, потом от пар в институте, с 2021 года я слушаю кейпоп. Между вторым и третьим курсом я на корейском с субтитрами смотрела контент каждый день: сериалы, дейтинг-шоу, интервью, записи подкастов. Тогда я не учила корейский, но я так к нему привыкла, что в разговоре с нашей носительницей японского в университете вместо японского слова "зонт", "каса", сказала корейское "усан", и мне понадобилось секунд десять, чтобы сообразить, что именно пошло не так.
Но в 2024, когда я взялась за корейский, мой интерес к дорамам и кейпопу стал угасать. Хотя мне и сейчас очень нравится то, что нравилось раньше, новой струи у этих интересов пока нет.

Я не рассказывала о корейском, потому что моя учеба ограничивалась новыми карточками в колоде. Одно слово в день, иногда в неделю. Сейчас же, когда я решила написать об этом пост, я удивляюсь - как долго я регулярно занималась корейским, хотя и совсем маленькими шагами. Я перестала следить за любимой группой прошлой весной, а решила оставить корейский целый год спустя после этого.
Я год что-то делала почти каждый день, а потом встала одним утром и поняла, что пора двигаться дальше - либо дать корейскому больше внимания и чувствовать больше отдачи и удовольствия, либо уделить больше времени другим вещам. А еще, пока я писала этот пост, я поняла, что иногда оставить то, что важно, близко и нравится, но что-то не сходится, требует смелости. Меня это немного пугает, но я уверена, что сейчас это правильно.

Приходила к знакомой объяснить, как вести урок. К ней по субботам приходят соседские дети, порисовать или поиграть. Пока мы общались, дети возились рядом, а когда я включила аудио, им стало интересно. Моя знакомая говорит:
- Ну что, хотите поучиться английскому?
Слово "учиться" их не очень порадовало, так что я сказала:
- А давайте играть?
Оставшийся час я на месте придумывала, как слова и правила учить было бы весело. Вот так в прошлую субботу я на индонезийском, сидя на полу в гостях, придумала игру, в которой надо посчитать, сколько я показываю пальцев. Потом журила кого-то, кто выпалил ответ до того, как я досчитала до трех. Потом руководила, чтобы все друг друга спросили, как кого зовут, сначала хором, потом по одному... Самое классное было, когда начали водить уже девочки, и они исправляли друг друга в том, как это делать правильно. "Нет, пальцы надо сначала спрятать за спиной!" "Как это делать правильно" я изобрела за десять минут до этого...
У меня еще есть многое, что я хочу улучшить в моем преподавании, но опыт мне точно что-то дал: я теперь готова к чему угодно.
Если со стороны посмотреть, то ситуация довольно безумная: я на третьем языке преподавала свой второй язык детям, которых видела впервые. Детям из возрастной группы, с которой я никогда не работала. А еще они не хотели уходить.

#teaching@estcontekst

На экзамен писала первый в жизни рассказ на своем третьем языке. Запросы в Яндексе:
«оттенки желтого цвета название»

Вы бы знали, сколько раз еще я гуглила «сжать кулак», «нахмуриться» «посмотреть в сторону» и «поднять брови» на английском… (С английского на индонезийский переводить быстрее)

Пока не уехала, была уверена, что в Индонезии я буду отдыхать.
“Позанималась с утра и свободна целыми днями”. Как я ошибалась.

У меня шесть занятий в неделю по два часа. Три из них — индонезийский по учебнику. Новый урок — новые слова, новые правила. Мы читаем тексты, обсуждаем, смотрим видео. Прошлый семестр был B2. Говорили про еду, традиционную культуру, социальные сети и обсуждали народные сказки. В этом семестре С1, говорим про равенство полов, ментальное здоровье и глобальное потепление. Кроме занятий по учебнику, у нас два раза в неделю академическое письмо и чтение статей. В прошлом семестре писали эссе, в этом пишем исследование. На шестом занятии мы пишем сочинения.
В России учебных часов у меня в два раза больше. Но из 24 часов в университете я пропускаю все лекции — это половина пар. Остается 12, но из них только три пары я интенсивно работаю на занятиях: делаю задания на практику, разговариваю на языке, анализирую тексты. Оставшиеся 5 пар я занимаюсь однообразной работой — мы с группой по очереди переводим тексты.
Когда я уезжала, я была уверена что у меня нагрузка будет меньше — еще и два выходных в неделю, а не один! Но на деле получилось, что я впервые за несколько лет интенсивно работаю на парах каждый день. Не три часа в неделю, а двенадцать.

Я буду не права, если скажу, что в университете на парах делать совсем нечего. В университете на парах часто “делать нечего” мне из-за того, как я учусь и узнаю новое: мне нужно участвовать в беседе, задавать вопросы, делать предположения и рассказывать другим, что узнала я. Я и прогуливаю лекции, потому что когда я пассивно что-то слушаю полтора часа, у меня утекают силы. Даже если рассказывают интересно, последние полчаса лекции я уже не могу концентрироваться. Почти ко всем экзаменам по истории на пятьдесят вопросов я готовилась с нуля по книгам, потому что читать и искать ответ на вопрос — это более интенсивная работа.

Когда я готовилась к поездке, я смотрела на количество часов, но решающим оказалось для меня качество. Получилось не так, как я предполагала, и я устаю каждый день, но как же я рада уставать от того, что хорошо поработала.

В России я была Маша, а в Индонезии мое имя отправилось в приключение

На вопрос, как меня зовут, отвечаю "Маша. Как в "Маша энд дэ Бэр", и после названия мультфильма мне улыбаются и кивают, потому что его транслировали в Индонезии по телевидению. Никогда не любила "Машу и медведь", но в Индонезии этот мультик я упоминаю при каждом новом знакомстве — у меня всего от пары слов с собеседником появляется что-то общее. А еще со временем "the Bear" у меня превратился в "дэ бэр" на индонезийский манер.

Мое имя помнят, но как его произносят, это весело. Слог "ша" для индонезийского неестественный — "ша" становится "ща". Мое имя индонезийцам знакомо в английском написании Marsha вместе с "r", но в индонезийском все как пишется, так и читается.
Так что "Марща" это имя, на которое я тут чаще всего откликаюсь.
Иногда "ша" превращается в "са", но английское "р" остается — я еще могу быть "Марса".
Ну и конечно некоторые меня называют Мария. Это поначалу озадачивало моих австралийских друзей, потому что на английском Marsha и Maria это два разных имени.

На английском мое имя звучит почти так же как в России, но в нем появляется глубокое "а" (ar), которого нет в русском языке — то, по чему я буду скучать, как уеду от своих австралийских знакомых.
Одному из друзей я рассказала, как в русском мы опускаем последнюю согласную и получается "Маш". Он запомнил, но одно дело "Маш", а другое дело "Mash" - так у меня появилось "Мэш"-прозвище.

Метаморфозы с произношениям самые разные, но мне нравятся приключения слова "Маша", потому что имя всё то же. За восемь месяцев мое имя перепутали только вчера:
- Подскажи, ты же Николь?
- Нет, Мария. Можно Маша.
- Мария... Совсем не то имя, а я ведь тебя Николь называю!
- Ничего страшного, имя ведь тоже красивое!
Имя, конечно, не то, но я не обиделась. Когда меня в последний раз "Николь" по ошибке называли?

У меня было всего три майских выходных (не День Победы, а буддистский праздник Весак), но ощущения как после майских в России. Сегодня на паре открыли статью про дискриминацию женщин в области образования, и у меня глаза смотрят, а не читают. Если что-то читают, то в три раза медленнее обычного.

Все у кого к середине мая чувство, что пора на каникулы — я с вами.

По приезде в Индонезию оказалось, я боюсь ходить на пары на индонезийском. На индонезийском у меня все пары.

Мой новый одногруппник удивлялся, почему если опаздываешь на 15 минут, считается, что ты не присутствовал. Четыре пропуска и стипендию урезают. К началу второго семестра я забыла, но это правило ввели из-за меня.
Первые три месяца я опаздывала на занятия на полчаса. Я могла прийти вовремя — я встаю в 7 утра каждый день. Но я не хотела вовремя приходить.
Я была уверена, что я ничего не понимаю и не пойму, и два часа занятия я сидела в напряжении. А если опоздать, я могла сидеть в напряжении полтора часа, а не два.
Мне перестало казаться, что я ничего не понимаю, когда я начала приходить на пары вовремя, и работать два часа от начала до конца пять дней в неделю. Дело в том, что я не люблю опаздывать. Хотя с опозданиями занятия и становились короче, я чувствовала себя только хуже, а проблема не решалась. Помогло мне справиться с этим только правило с урезанием стипендии.

Кажется, если от чего-то тревожно, помогает лучше всего делать именно то, от чего тревожно, и чем больше, тем лучше. Но иногда начать это делать страшно как раз потому что тревожно.
Если вы, как и я, никак не можете справиться с синдромом самозванца в какой-то сфере, возможно, это сейчас выше ваших сил. В моем случае точно было так — сама я себе пригрозить урезанием стипендии бы не смогла...

Все что угодно делать в Индонезии не получилось, но зато исследование я пишу по теме, которая не связана ни с одним моим образованием. Свобода.

Задание на второй семестр – мини-исследование, и тема должна быть связана с целями устойчивого развития. Изучение английского подходит под тему “образование”, вот я и сижу спрашиваю индонезийских студентов, вызывает ли чтение на английском языке у них стресс, и если да, то как они с этим справляются.

Работать не по специальности иногда смешно – в Индонезии я учу индонезийский, в России – историю Индонезии, но как только дали возможность писать о чем хочется, так я сразу преподаватель английского. “Наконец-то об интересном можно поговорить – о работе.”

Конечно, на бумаге у меня пока нет никаких специальностей, но “преподавание” после выпуска там и не появится. От этого забавно, что мне легче сказать, что я преподаватель, чем историк. Думаю, это от того, что я четыре года преподаю.

Забавный опыт от интервью – возможность посмотреть на друга как преподаватель на ученика. Для исследования спрашиваю подругу, как справляться со стрессом, если много незнакомых слов, а она отвечает “Ну, не слишком много об этом думаю.” Вот так болтаешь и гуляешь с человеком, а потом он оказывается кладезем студенческой мудрости.

Ехала, чтобы узнать об индонезийской культуре из первых рук, а в итоге адаптировалась еще и к австралийской

В сентябре когда один из друзей сказал 'My birthday is in winter. In July', я смотрела на него круглыми глазами, а теперь уже я говорю 'What are your plans for summer break? After Christmas?'

Попадаю с "культурными переводами" я не всегда. Сидим с австралийской подругой, я говорю '...you know, our semester starts in September', потому что в Австралии учеба начинается в конце февраля-марте. А потом бью себя по лбу – моя же подруга второй год учится в Индонезии, и два года как начинает учебный год с сентября...
Перевела в голове время из одной культуры в другую, оказалось, надо в третью, и в конце концов ничего объяснять и не надо было. Сентябрь остался сентябрем.

Перестаралась

В идеале, после восточного факультета ты знаешь не только язык страны, но еще и разбираешься в культуре. Держишь в голове то, что для индонезийцев очевидно.

В начале сентября в Бандунге я отправилась смотреть жилье. Мне помогала моя знакомая – она уже год как жила в этом городе. Знакомая водила меня по косам (кос похож на хостел или общежитие, только в комнате живешь один, иногда со своей ванной), а я расспрашивала на индонезийском, есть ли интернет и всегда ли течет горячая вода, где кухня и входит ли в стоимость комнаты электричество.
Обошли округу, посмотрели четыре варианта. В последнем косе поговорили с владельцем и сели на кухне отдохнуть. На кухне висит большая «Тайная вечеря». Знакомая говорит «Кажется, это жилье держат китайцы». А я же востоковед, вспоминаю, чему меня учили: «В Индонезии большая часть населения мусульмане. Католицизм тоже официальная религия, но она не так популярна. Часто этнические китайцы в Индонезии католики. Надо же, она не востоковед, а столько всего поняла по «Тайной вечере»! Вот что значит опыт жизни в стране. Впечатляет.»
Посидели еще, дождались такси. Встаю, окидываю кухню взглядом и вижу – чуть подальше от «Тайной вечери» в углу стоит китайская ваза почти с меня ростом. Ну-ну, востоковед…

Вернулась домой, и теперь я забавно не только на иностранных языках разговариваю. На днях забыла как сказать “оценить по достоинству”, и вместо этого вышло “получила по заслугам”. В гостях за чаем спросила: “Тебе заправку передать?” И смешно то, что я знаю, что что-то не так, но как правильно сказать из головы вылетело.
Это не значит, что остальные языки идеальные. На той же неделе я рассмешила подругу-австралийку на созвоне – сказала, жду, когда мастер придет, и мастера назвала “master”. Я опять знала, что не то говорю. Год назад бы я расстроилась, а сейчас, вспомнила правильное “technician”, пока подруга смеялась. Она еще знает индонезийский, так что я еще на индонезийском добавила:
‘You know, like “jurang” in Indonesian.’
‘You mean, tukang?’
Ну да, “туканг”-мастер, а не “джуранг”-пропасть…
Приехала, и я моя речь теперь сразу на двух континентах анекдот.

Просто хотела знать японский

В средней школе я не знала, кем хочу быть, но зато знала, что мне нравятся японский язык и японская культура. Историю я не любила и терпеть не могла экскурсии, но если это было связано с Японией, я была готова и книги по истории читать, и искать информацию про артефакты или гравюры. В “Записках у изголовья” Сэй-Сёнагон у меня было две закладки – где я остановилась в тексте и где – в примечаниях.
После школы надо было в вышку, а единственная вышка с японским языком это восточный факультет. А еще про историю и культуру Японии рассказывают не просто блогеры, которые в Японию слетали, а профессора. Так я в седьмом классе решила поступать на востфак.
К старшей школе я так и не передумала. Надо было сдавать английский, русский и историю. Историю я знала плохо, так что учила все в одиннадцатом классе. А если не возьмут на востфак? С английским, русским и историей можно идти только на историка или искусствоведа. Пришлось сдавать литературу. А если не возьмут на филфак или иностранные языки? Говорят, в Герцена можно. В Герцена просили обществознание. Мое обществознание было хуже истории, всю программу я учила тоже за один год. Так я готовилась к пяти ЕГЭ вместо трех. Боль гуманитариев – какой ни возьми запасной вариант, везде большой конкурс, и даже к запасному варианту нужен еще запасной.
На востфаке прошла на Африку, а не на Японию. Мне это было неинтересно. Пошла учиться на художника-мультипликатора (я еще с девятого класса ходила в художку). Спустя год отчислилась, пошла работать. За это время повзрослела – поняла, что на японистику на бюджет только с баллами ЕГЭ меня не возьмут. Решила, что все равно хочу на восточный. Из гуманитарных специальностей это самое интересное – если про историю или литературу Европы я что-то слышала в школе, то про историю или литературу Востока в школе не рассказывали ничего. Решила, пойду на направление, куда пройду по баллам.

Баллы по истории были самые низкие из моих экзаменов, и я готовилась заново к истории, пока работала, чтобы точно поступить. Пересдала ЕГЭ, вместо 86 баллов стало 92. Два года спустя сдавать было совсем не страшно, настроение даже было хорошее в день экзамена. Пока думала над заданиями, смотрела в окно на сирень, думала, тополиный пух похож на “летний снег”, и выходила поесть шоколад, чтобы отвлечься. Будто в гости пришла посидеть, а тест между делом написать.
В августе позвонили из приемной комиссии, сказали, у меня есть выбор: история Кавказа, исламоведение, африканистика или история Индонезии. Индонезия была ближе всего к Японии, а еще индонезийский кофе был моим любимым кофе. Выбрала Индонезию. Пошла потом искать, где именно она находится.
Проучилась три года. Через год выпускаться, а я нервничаю каждый раз, когда на индонезийском надо написать пару предложений, путаю грамматику с первого курса. Если читаю книжки со словарем, ищу каждое второе слово, а без словаря читать боюсь из-за ощущения, что ничего не знаю. А в дипломе вообще-то нужно источники на индонезийском использовать, и как мне быть?
Обычно индонезисты берут академ и уезжают в Индонезию на год учить язык по стипендии от индонезийского министерства образования. Индонезия не была моей страстью, но я хотела после выпуска сказать себе, что я для бакалавриата сделала все, что от меня зависело, и я не только на бумаге специалист. Я прошла на стипендию, с остальными расходами мне помогла семья – большой ей спасибо! – и я уехала на год.

Когда поступила на востфак, хотела ходить на пары японского, но на первом курсе мой индонезийский совпадал с японским по расписанию. Пошла на японский только через год. В Индонезии, думала, будет больше времени, чтобы японский учить. Время было, но не было сил, так что прописывала новые иероглифы или учила новые слова, каждый день понемногу. Вернусь в университет, узнаю, что с моим японским сейчас.
Из всего, что я делаю в университете, японский мне нравится больше всего. Я его полноценно учу третий год, но как же долго я к этому шла. Только недавно задумалась, насколько долго – оказалось, я захотела учить японский девять лет назад.

Готовила все гуманитарные предметы для ЕГЭ, которые есть, отчислилась, пошла работать, пересдала ЕГЭ, учила индонезийский, уехала жить в другую страну на год, доучила индонезийский, и собираюсь писать диплом про то, как политики представляли Индонезию после независимости еще до независимости.

Я просто хотела знать японский, а "просто" как-то вот не получилось.

Ну почему я помню лучше английские, а не русские слова, а все слова, которые я помню — ложные друзья переводчика?
Вот dominant религия ни разу не «доминантная», а regulations это не «регулировки».
Совсем плохо было, когда хотела сказать, что город underpopulated. Недопопуляризированный… слова даже такого нет.
Мне и так сложно, а последнее слово даже не ложный друг, а настоящий враг

Минус самостоятельной учебы – непонятно, сколько работы проделано. Год выписывала слова. То делала много, то пропускала и ничего не делала по две недели. А сколько всего получилось? Всё жалела, что не могу посмотреть число и себя похвалить. Можно и просто себя похвалить, но когда есть цифры, похвала весомее ощущается.
По приезде оказалось, что домашний компьютер не обновлял данные с прошлого лета, так что когда я открыла программу, у меня все начало обновляться прямо на глазах. Выглядело это, как на видео.
Оказывается, по японскому за год сделала не меньше 900 карточек! Ну теперь молодец.