Золотой мальчик в болезненном воображении советских писателей: не только Леонардо! В нравоучительном сочинении Алексея Дорохова "Это стоит запомнить", призванном обучить советских школьников хорошим манерам (не спрашивайте, зачем я её прочитала, книга очень плохая и написана злобным бездарным автором), погибель мальчика приписывается уже не Леонардо, а Рафаэлю, а праздник организует не Лодовико Сфорца, а "флорентийский богач" Лоренцо Медичи. У несчастного обнаруживается и имя (Паоло), и классовая принадлежность (сын каменотеса), и перепуганная сестра Аннунциата (имя, любимое советскими авторами, вздумавшими изображать итальянок), и куча душераздирающих подробностей ухудшения его самочувствия. Всё это якобы заимствовано из некоей "биографии" Рафаэля. Мораль: пионеры, мойтесь чаще!

"В биографии великого итальянского художника XVI века Рафаэля записан такой случай.

В 1515 году флорентийский богач Лоренцо Медичи устраивал пышный праздник в честь своего родственника, римского папы Льва X. В торжественном шествии должны были двигаться колесницы с группами, изображавшими сцены из мифологии. Колесницы эти украшали лучшие художники Италии.

Один из учеников Рафаэля предложил найти хорошенького мальчика, покрыть его золотой краской и поставить на пьедестал как живую статую — изображение «золотого века».
Затея была одобрена, и в тот же вечер дочь бедного каменотёса из пригородного села привела к художнику своего пятилетнего братишку.

— Вот Паоло, — сказала девушка. — Он самый красивый малыш во всей деревне. Вы можете его покрасить, если дадите нам немного денег.
Вскоре на улицу выбежал голый мальчик, весь золотой, с ног до головы. Он радостно прыгал и кричал:

— Смотри, Аннунциата! Я стал совсем золотой! Я весь из настоящего золота. Вот теперь меня можно продать ещё дороже.

Но радость Паоло была недолгой. Постепенно он стал чувствовать на себе какую-то непонятную тяжесть. Все тело его что-то стягивало, становилось трудно дышать. Всю ночь он беспокойно метался в постели и утром поднялся совсем больным.

С трудом выстоял Паоло на своей колеснице долгое шествие. Когда же праздник кончился, силы его оставили. Всеми забытый, лежал он на земле и стонал. Позолота давила его невыносимо.
Мальчику казалось, что страшное золото его душит, он терял сознание и бредил.

Ведь вся кожа человека пронизана мельчайшими отверстиями — порами, через которые кожа дышит. Кроме того, в коже скрыто множество крохотных железок. Одни все время выделяют смягчающий кожу жир, другие — капельки пота, уносящего из организма скопившиеся в нём вредные вещества и охлаждающие кожу, когда нам жарко. А у Паоло краска закрыла наглухо все поры, и его кожа стала словно мертвой.

Под утро мальчик дрожал от холода. Покрытая густой позолотой, кожа его теперь не согревала.

Когда перепуганная Аннунциата разыскала наконец художника и получила у него смывающий краску состав, было уже поздно: «Золотой мальчик» умер от воспаления лёгких…"

Эпиграф: «Брежнев знал наизусть "Сакья-Муни" Мережковского».

Михаил Гаспаров. Записи и выписки. М., 2000, стр. 181.

Правда о Золотом мальчике говорит нам нечто важное не только о терморегуляции и токсичности ярких красок Ренессанса, но и о советских литературных нравах и о том, какими вообще путями распространяется просвещение.
Исторически Золотой век в виде позолоченного мальчика не имел отношения ни к Леонардо, ни к Рафаэлю, ни к Лодовико "Моро" Сфорца, ни к Лоренцо "Великолепному" Медичи, и случился не в 1496 году (как в Детской энциклопедии) и не в 1515-ом (как у малоприятного Дорохова).

Оригинал сюжета мы находим у Вазари в Жизнеописаниях живописцев, в биографии малоизвестного маньериста Якопо Понтормо: тот занимался режиссурой парада в честь интронизации Льва Х, в миру Джованни деи Медичи, 1513 год.

"За этими шестью колесницами следовала колесница, вернее, триумф Золотого века, обставленный с великолепнейшей и богатейшей изобретательностью, обилием рельефных фигур, сделанных Баччо Бандинелли, и прекраснейшими картинами, написанными рукой Понтормо. В числе рельефных фигур особых похвал заслужили фигуры четырех главных Добродетелей. Посредине колесницы возвышалась огромная сфера, имевшая вид земного шара, на котором ничком, будто замертво, лежал человек в совершенно ржавых доспехах. Спина его была открыта и рассечена, и из раны вылезал совершенно голый и позолоченный мальчик, изображавший собою воскресающий Золотой век и конец Железного века, из которого он возникал и возрождался благодаря избранию нового первосвященника. Это же обозначал и сухой пень, выпускающий новые листья, хотя некоторые и говорили, что вся эта история с пнем была лишь намеком на Лоренцо деи Медичи. Не умолчу о том, что позолоченный отрок, служивший подмастерьем у булочника и претерпевший эту муку, чтобы заработать десять скудо, очень скоро после этого умер".

Так что телекомпания PBS в своем завлекательном тексте про Медичи худо-бедно соответствует исторической правде.

Почему в советских источниках исчезает папа Лев Х и появляется Леонардо да Винчи (или Рафаэль)? Если замену неизвестного художника на известного ещё можно объяснить интересами повествовательной драматургии, то римский папа на роль бездушного злодея годится не хуже "флорентийского богача" или миланского герцога. На самом деле источником, связывающим золотого мальчика, Леонардо и Сфорца был Дмитрий Мережковский и его роман "Воскресшие боги" (трилогия "Христос и Антихрист"). Там праздник организует Леонардо для герцога миланского Лодовико и жены его Беатриче (которая тоже скоропостижно умирает). Художник красит мальчика в золотой цвет, следует трогательная сцена смерти всеми забытого купидона:

"Он подошел к потухшему камину, оглянулся и, удостоверившись, что в зале нет никого, вынул записную книжку, карандаш и начал рисовать, как вдруг заметил в углу камина мальчика, служившего изваянием Золотого Века. Он спал, окоченелый от холода, скорчившись, съежившись, охватив руками колени, опустив на них голову. Последнее дыхание стынущего пепла не могло согреть его голого золотого тела.

Леонардо тихонько дотронулся до плеча его. Ребенок не поднял головы, только жалобно и глухо простонал. Художник взял его на руки.

Мальчик открыл большие, черно-синие как фиалки, испуганные глаза и заплакал:
- Домой, домой!..
- Где ты живешь? Как твое имя? - спросил Леонардо. - Липпи, - ответил мальчик. - Домой, домой! Ой, тошно мне, холодно...

Веки его сомкнулись; он залепетал в бреду:
Скоро к вам, о люди, скоро, С обновленной красотой, Я вернусь по воле Моро, Беспечальный Век Златой.

Сняв с плеч своих накидку, Леонардо завернул в нее ребенка, положил на кресло, вышел в переднюю, растолкал храпевших на полу, напившихся во время суматохи слуг и узнал от одного из них, что Липпи - сын бедного старого вдовца, пекаря на улице Бролетто Ново, который за двадцать скуди отдал ребенка для представления триумфа, хотя добрые люди предупреждали отца, что мальчик может умереть от позолоты".

Мережковский, разумеется, читал Вазари, откуда заимствовал аллегорию и мальчика, придумал ему имя, булочника из хозяина превратил в отца для пущей жалостности, а цену покраски поднял вдвое - видимо, из гуманизма.

В советских публикациях золотой мальчик в версии Мережковского появляется, насколько удалось обнаружить, с 1960 года, и далее распространяется волнообразно по научно-популярным, нравоучительным и учебным книгам. Мережковский, декадент, символист, реакционер и поклонник Гитлера - очень неподходящий источник для честного советского популяризатора. Вообще непонятно, где его можно было прочитать: при советской власти ничего такого, разумеется, не печатали. Вазари вот переводили (хотя полного русского перевода нет до сих пор), но детские энциклопедисты наследуют не ему, а дореволюционному мистику.

Леонид Ильич Брежнев был интронизирован в 1964 году. Земной шар, поверженный милитарист в ржавых доспехах, из шара выскакивает наследующий землю пионер с горном и декламирует: "Скоро к вам, о люди, скоро, с обновленной красотой, я вернусь по воле Моро, беспечальный Век Златой".

Городок наш - ничего. Населенье таково: иностранные агенты составляют большинство. Поговорить со СМИ, выполняющим функции иностранного агента, об организации, объявленной иностранным агентом и находящейся в процессе признания экстремистской - почти бинго. Ещё чего-нибудь нежелательного добавить, и будет флеш-рояль. Подкаст (так и не поняла, в чем жанровая особенность подкаста, на самом деле это просто интервью такое) для Медузы об организационных структурах Навального, его месте в российском политическом пространстве (в статике и в динамике), а также (финальная часть) о протопартийных группах и смутных контурах политических предпочтений граждан в ожидании того момента, когда эти предпочтения смогут проявить себя в выборах.

"В новом эпизоде подкаста «Что случилось» говорим с политологом, кандидатом политических наук Екатериной Шульман:

Как возникли, развивались и что собой представляли политические структуры Навального?

В какой момент оппозиционер и его организации были сочтены Кремлем как угроза?

Каким теперь будет протест в России, который последние годы кристаллизовался вокруг Навального и его сторонников?"

Прилетели из сумрачной Москвы в солнечный Екатеринбург на фестиваль "Слова и музыка свободы" в Ельцин-центре. Агентство ТАСС туманно именует меня "политическим обозревателем", но общую канву происходящего передает верно.

"Череду бесед и лекций фестиваля открыл политолог и историк Андрей Зубов разговором о свободной совести. Также в дни фестиваля в Екатеринбурге выступят политический обозреватель Екатерина Шульман, журналист и телеведущий Михаил Козырев, журналисты Сергей Минаев, Тихон Дзядко, Екатерина Котрикадзе и Дмитрий Муратов, экономист Наталья Зубаревич. Они и другие эксперты поделятся своими размышлениями о понимании свободы".

Нет ничего утешительней для глаз лектора, чем вид трехмерной оффлайновой аудитории, которая при этом в масках. Подписывание книжек (и конституций) ближе к первой сотне вызывает паралич пальцев, но дело того стоит. А набережная городского пруда с танцами, сахарной ватой и предложением сфотографироваться со змеей (очень освежающе после долгих серий фотографий со слушателями) придает солнечному Екатеринбургу совершенно южный вид: кажется, что море рядом.

Пока не начался Статус и сохраняется некий флер нерабочести в пост-праздничный день: популярная рубрика "Как один роман, который вы не читали, похож на другой, о котором вы не слышали, и это ДИКО ВАЖНО". Мы с Верой Аркадьевной Мильчиной в Тургеневской библиотеке при модераторстве Майи Кучерской обсуждаем Бальзака и его понимание семейственности, наследственности и социальных лифтов. Вера Аркадьевна - настоящий сварщик и переводчик с французского всего, что заслуживает быть переведенным, а я так, погулять вышла, но раз меня пускают к большим дискутировать, то прыгаю по цветущим полям литературоведения, как деточка из мультика "Фильм, фильм фильм!" на съемочной площадке. Боже, как это было увлекательно. И сейчас приятно вспомнить. Кстати, не соглашусь, что нельзя себе представить такое обсуждение, например, Проспера Мериме: да хоть завтра. Например, у меня есть версия, что он и Пушкин - одно и то же лицо. И текстуальные доказательства тому имеются! Но пока удовлетворимся разбором Бальзака, его социально-политических воззрений. коммерческих амбиций и посмертных появлений.

Собственноручные таймкоды работы Директора канала:

"0:00 Вступительное слово Майи Кучерской
0:03:14 Вера Мильчина. Скетч "Как Бальзак общался со мной"
0:06:23 ВМ. Письмо Сарданы из Якутии
0:09:35 Екатерина Шульман. Что не переведено на русский. Урсула Мируэ. Бальзак верил во все мистическое.
0:13:13 ЕШ Стремление к обогащению. Ананасные теплицы. Специалист по всему.
0:15:30 ВМ. Диспут. Возражение ЕШ. Бальзак не наивен. Два примера
0:20:33 ЕШ. Любовь состоит из разговоров. Политические мысли. Нажить и передать. Социальная динамика. "Пацан к успеху шел" - название любого романа Б.
0:23:16 ЕШ: "Средиземье" Б.
0:25:55 ЕШ: "Переучел векселя". Свидетель всякого.
0:26:35 ВМ: Эпохи Б. "Реальные люди менее реальны, чем герои Б." (Уайльд)
0:29:00 ВМ: Повторяющиеся персонажи. "Госпожа Фирмиани".
0:33:35 ЕШ: Б. мыслит семьями. "Семья всегда права в борьбе с ловласом".
0:38:10 ЕШ: Симпатии на стороне аристократии. "Мэри Сью" Бальзака - Даниэль д'Артес.
0:39:36 ВМ: Б. хотел себя убедить в том, что лучше в ханжеской семье, чем на стороне. "Воспоминания двух юных жен". "Общество тринадцати"
0:45:36 ЕШ и ВМ: разные взгляды на "Изнанку современной истории"
0:47:47 ЕШ: "Депутат от Арси", "Беатриса"
0:50:10 ЕШ: Фантастические вещи. "Шагреневая кожа". Гофмановские. В Арабесках Гоголя виден след.
0:51:10 ВМ: "Бальзак в России почти национален" (Шевырев). Желание и воля в Шагреневой коже
0:54:55 ЕШ Все герои Б. безумно чего-то хотят. Федорино горе.
0:56:11 ЕШ Вопрос к ВМ: "Кодекс порядочного человека". Что это за книга?
0:58:25 ВМ: Книга описывает все, на что способны жулики.
1:00:14 ЕШ "Алхимия гурманов". ВМ: Завтрак с вилкой в руке.
1:02:45 ЕШ Вопрос к ВМ: Ваша любимая книга Бальзака?
1:04:45 Майя Кучерская: Вопрос ЕШ и ВМ: В чем актуальность Бальзака для нас?
1:06:21 ЕШ: Исследователь социума. "Народы не умирают, они либо порабощены, либо свободны. Вот и все"
1:09:03 ВМ: Сериальное мышление. Так можно распоряжаться временем, и персонажным, и читательским.
1:14:20 Майя Кучерская.
1:15:00 ВОПРОСЫ ИЗ ЗАЛА. Какая литература самая великая?
1:21:18 С какого произведения начинать читать Бальзака?"

Будни путешественника: добрый МЧС предупреждает меня, что в Уфе аномальная жара, а в Свердловской области опасность пожаров. Не разводите, мол, костров вблизи Уралмаша, дорогой абонент! Интересно, каковы нынче Питер, Воронеж и Сыктывкар. Там, где я на самом деле нахожусь, всё штатно и штильно, но оповещения за мной не поспевают.

UPD: а еще в Свердловской области усиление ветра, предупреждает предупредительный МЧС. Не паркуйся под отдельно стоящими конструкциями, абонент!

S04E40: земля, текущая молоком и вакциной.

Ценные костромские специалитеты, присланные добрым модератором из ВКонтакте: четверговая соль и хряпа. Практически готовый щаной приварок!

Программа Статус S04E40 (почти юбилейная нумерация): видео. Запретные скамейки, вакцинирование как политическое поведение, съезды незаразных и избирательная кампания без митингов. Последние дни VII созыва: три пленарных заседания, чтоб всё успеть. Нежелательные в УК, врачи без наркоконтроля, президент за прокуратуру и мигрантов. Термин: этика (политическая). Отец: железный шкаф и его изготовители - король и слесарь. Вопросы слушателей: про класс лишенных права избираться, про Пинкера и войну на истощение, про белорусский гран-гиньоль, про репрессируемые социальные страты.

Программа Статус S04E40: текст. Карантин, вакцинация и выборы: как заставить проявить гражданскую активность тех, кого ты годами приучал ничего не делать (ответ читайте в нашей новой книге "Никак"). Последний пароход на Константинополь: до конца созыва осталось три пленарных заседания (уже два), куда надо уместить нежелательных уголовников, международную прокуратуру, нарковыписывающих врачей. А также указом оставить всех мигрантов в России, а то работать некому. Термин: этика (политическая), от Аристотеля через Макиавелли до Вебера. Бонус: смертные политические грехи. Отец: Железный кабинет (он же шкаф, он же сундук) и Франсуа Гамен, простой версальский слесарь, свидетель, муниципальный служащий и пенсионер. Три вопроса: каковы последствия массового лишения граждан права избираться, как может общество прекратить конфликт с властью (кажется, ответ опять находится в популярной новой книге "Никак"), в чем цель белорусского театра жестокости, какие социальные страты подвергались массовым репрессиям в СССР.

"Давайте признаем, что какие-то усилия по пропаганде среди населения все-таки делаются. Но они не только не имеют эффект, но, судя по всему, они имеют обратный эффект. После этих выступлений число желающих прививаться не выросло, а уменьшилось.

Почему это происходит? Много есть на этот счет разных версий, потому что, действительно, вопрос интересный он дискутируется в социальных науках, да и в публичном пространстве среди тех, кто ни к какой науке не относится.

Какой тут можно предложить ответ? Во-вторых, для того, чтобы мы сейчас не связывали исключительно и напрямую этот вид поведения с особенностями нашей политической системы, надо сказать, что сравнимо низкий уровень вакцинации в Украине, в которой политической модель совершенно иная, но тоже низок уровень доверия той индийской вакцине, которая у них распространена. Граждане считают, что она какая-то не такая, грязная, ненадежная. Вот есть хорошие европейские. Их нам не завозят, а завозят что-то, неизвестно что. Мы сейчас абсолютно не говорим о том, насколько это правда, реалистично, нереалистично — просто фиксируем.

В Российской Федерации тоже имеется мнение о том, что вакцина слишком быстро разработана, ее эффект пока еще неизвестно какой. Опять же, что люди говорят на фокус группах, если мы посмотрим, например, отчеты «Левады», что если бы прямо так надо было, то всех бы уже привили давно. А поскольку людям оставляют выборы. но наиболее напрашивающаяся поведенческая тактика — это ничего не делать.

Надо иметь в виду, что информационные автократии, конечно, годами и десятилетиями воспитывают гражданскую пассивность, то есть они рассказывают людям, что делать ничего не надо, кроме как раз в несколько лет организованно придти по месту работы и проголосовать. Проголосовать — это не большая жертва и поведение, не несущее персональных рисков в отличие от вакцинации, когда предлагается в себя любимого засунуть иголку и какое-то неизвестное вещество туда впрыснуть. То есть многолетнее воспитание этого самого абсентеизма в разных формах, а также воспитание недоверия к научному знанию, а также следование тактике: «Правды мы никогда не узнаем» и создание этого информационного пространства белого шума, где нет ни правды, ни неправды, а есть вот этот поток каких-то мутных конспирологических, еретических и иных сообщений, которые должны исключительно вызвать такое ощущение в зрителе и в слушатели: не разберешь, кто там прав, кто виноват; все хороши, верить никому нельзя.

Что, собственно, из этого следует? Призывать мы никого не будем, это не наша печаль. Единственно, что хочется сказать. Вот, действительно, есть эта прекрасная машина пропаганды, хорошо смазанная, откормленная просто до уже невозможных степеней, чрезвычайно дорогая и в своих пределах, действительно, эффективная. Чем же она занимается в этот тяжелый для родины момент? Она занимается тем, что рассказывает нам про Украину, про Байдена, про кого там еще она считает нужным рассказать… Как мы удачно справляемся с пандемией. Кстати, на Петербургском экономическом форуме, где все эти наши, прости господи, элиты собрались, там это очень было слышно: «Все дураки — одни мы молодцы». Это было буквально за несколько дней, как стало ясно, что беда пришла к нам опять.

В целом поведение всей этой машины при всей моей нелюбви к историческим аналогиям — исторические аналогии носят метафорический характер — конечно, довольно сильно напоминает не прекращавшуюся на период войны активность НКВД, которая даже в блокадном Ленинграде ловила каких-то экстремистов, каких-то людей, которые с портретом Сталина в газете неуважительно обошлись в то время, как враг-то был у ворот. Вот в то время, как есть настоящая опасность, непосредственно ощущаемая, у нас всё какое-то иностранное вмешательство людей беспокоит. И вот эти огромные ресурсы, которые бы смогли быть брошены и при советской власти, скажем, наверняка были бы брошены на пропаганду вакцинирования, они у нас распыляются на то, чтобы распылять эту мутную картину в умах зрителя.

М.Курников― А как вы отвечаете на вопрос, почему это происходит — недооценивается опасность?

Е.Шульман― Не стоит иногда искать рациональных целеполаганий. Любая система хочет делать то, что она делала до этого, а не выходить из зоны комфорта делать что-то новое. По наезженным рельсам про эту Украину рассказывают уже с 2013 года, а про Америку — с 1972, поэтому эта «Международная панорама» уже очень хорошо едет. Тут не надо ничего нового изобретать. А это какая-то непонятная вещь мутная. Кроме того, есть расчет, что Боливар не вынесет двоих, две пропагандистские кампании не по силам и самой системе и в голове ее воображаемого клиента эти два тезиса тоже не уместятся. А скоро избирательная кампания.

И, что касается избирательной кампании, об этом мы тоже должны сказать. Это и к вакцинации и к ограничениям имеет непосредственное отношение.

М.Курников― Как раз наши слушатели спрашивают: А, может быть, наша власть хочет выглядеть доброй и не хочет сильно наезжать, наседать на граждан и раздражать их?

Е.Шульман― Вы знаете, парадоксальным образом наша власть ничего такого, совсем антинародного старается не делать. Есть вещи, в которых она граждан раздражать опасается. Притом, что механизм обратной связи электоральные обрезаны, механизм обратной связи социологический существует. Если становится понятно, что некое устойчивое большинство против, то насиловать его считается себе дороже. Последний раз, когда было принято непопулярное решение, это было повышение пенсионного возраста, трагически отразившееся на рейтингах доверия и рейтингах поддержки. Я подозреваю, что хотя никто не объявляет об этом вслух, это было признано ошибочным решением, потому что благодаря наличию большое количество льготных категорий, экономический эффект оказался незначительный, а политический эффект оказался разрушительным.

М.Курников― Эту формулу Владимир Путин называет «визгу много — шерсти мало».

Е.Шульман― Есть такое дело, да, можно согласиться и с такой формулировкой. Поэтому, если становится понятно, что граждане не хотят локдауна, и не будут носить маски и не будут поддерживать каких-то свирепых карантинных мер, значит, навязывать их гражданам не будут".

Экспертные прогнозы, как известно, все сбываются, но они такие скучные, что их никто не помнит, включая самого прогнозиста. Кроме того, ценятся и запоминаются предсказания внезапных событий: перешел через реку - погубил великое царство, мартовские иды наступили, но не прошли. В социальном же пространстве всё происходящее вытекает из предыдущего, развивается не рывками, а стадиально. Потому, когда предсказуемое наступает, оно кажется самой естественной вещью на свете (собственно, и является таковой).

Полная версия моего февральского интервью франко-немецкому каналу ARTE тут:

https://youtu.be/XCpakxLsd9s