Полная версия программы здесь:

https://youtu.be/zZahA6GvRgQ

Alec Luhn in The Telegraph on the Khachaturyan sisters' affair and the ensuing public campaign, with some elucidations from me. "Mr Putin's human rights council" sounds a lot like "Miss Peregrine's Home for Peculiar Children":

"This week, Mr Putin's human rights council said it had drafted legislation to allow restraining orders to be issued against abusers and establish shelters for victims. The head of the council called the Khachaturyan sisters' case an “example of what state indifference to violence within the family leads to”.

Human rights council member Yekaterina Schulmann said attention around the Khachaturyan case offered a chance to win over the Kremlin, “because when you talk to decision-makers they ask … 'Is this just a Western fashion?'”

On Thursday, human rights ombudswoman Tatyana Moskalkova, who is believed to have raised the issue during a meeting with Mr Putin last month, called on the court to take into consideration the “violence and humiliation” they reportedly suffered".

https://www.telegraph.co.uk/news/2019/07/05/moscow-thwarts-downtown-rally-teen-girls-killed-abusive-father/

Jonathan Brown in Al-Jazeera on environmental protests in Russia, with me explaining why urban ecology is a politically urgent issue here, while climate change is not:

"However, Yekaterina Schulmann, a political scientist at the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration, is quick to draw a distinction between the rubbish protests and Makichyan's climate pickets.

"Urban environmental safety is a different issue [from climate change]," she told Al Jazeera. "It's very concrete, not some future threat. It's dumps, air pollution, water. Climate change is not on the radar of public consciousness."

https://www.aljazeera.com/indepth/features/moscow-lone-climate-protester-talk-190629214622996.html

A very thorough longread on Radio Free Europe/Radio Liberty, by Robert Coalson, about the Moscow and Saint Petersburg regional election. Quoting Alexander Kynev, Denis Volkov, Yulia Galyamina (whose name should be Galyamina! Isn't it enough that she has a flurry of similar-sounding fake candidates on her district ballot, for her to be misspelt in international press!) and a little bit of myself, with the video attached:

"The antipathy facing the ruling party has prompted it to roll out a raft of tactics aimed at ensuring Kremlin-friendly results at all levels. The period for nonparty candidates to submit valid signatures in support of their candidacies ends on July 5, making this the crucial period for managing the outcome of the election even though voters will only go to the polls in September.

"The signature requirement itself is prohibitive," political analyst Yekaterina Schulmann said in a post on her YouTube vlog on June 27. "It was created for that purpose. It was written precisely so that no unwelcome candidates could even make it onto the ballot paper."

https://www.rferl.org/a/sagging-popularity-forces-russia-s-ruling-party-to-dig-into-its-box-of-election-tricks/30036639.html

Но если вы по-прежнему придерживаетесь русского языка, специально для вас ИноСМИ сделало сокращенный перевод статьи про русских детей на даче от Анны-Лены Лаурен из шведской газеты Dagens Nyheter. Избыточное предисловие от редакции, по новой грустной традиции, присутствует, но, по крайней мере, без такой отчаянной ереси, как в публикациях политических статей:

"Миллионы русских детей каждое лето едут на дачу к бабушкам и дедушкам. Традиция появилась в советские времена, когда оба родителя работали, и ребенка было некуда девать. Вдобавок не было никакой гарантии, что родителям дадут отпуск именно летом.

«С одной стороны, государство несло ответственность за каждого гражданина от колыбели до могилы. Поэтому было много пионерских лагерей — иногда ребенок мог провести там все лето. С другой стороны, суровые условия труда в СССР привели к тому, что старшее поколение стало играть очень большую роль в воспитании детей», — объясняет Екатерина Шульман, доктор политологических наук в Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации (РАНХиГС).

По ее словам, советская система на практике создала матриархат.

«В Советском Союзе женщину с детьми считали нуклеарной семьей. Обычно семья состояла из детей, матери и бабушки. Одинокой женщина была не без мужа, а без бабушек. Матриархат был настолько обычным делом, что никто об этом даже не думал».

Он по-прежнему распространен в современной России. На кухне у Натальи Петрыкиной собрались представители четырех поколений: прабабушка Татьяна Гицелева, бабушка Наталья, мама Екатерина Филатова и внуки Евгения и Степан.

Главный вопрос: что об этом думает сама бабушка? В Швеции часто бывает, что у бабушек и дедушек нет времени на внуков. Но в России общество до сих пор в этом смысле давит на пожилое поколение. От него ждут помощи.

«У нас это социальная норма. Пожилые люди должны хотеть общаться со своими внуками. К тому же хорошие отношения с внуками и участие в их воспитании повышают статус человека», — говорит Екатерина Шульман.

По словам Екатерины Шульман, представление о том, что родители должны не только одевать и кормить своих детей, но и общаться с ними, в Россию пришло относительно недавно.

«Только в начале 2000-х годов люди стали придавать значение так называемому "качественному времени", проведенному с детьми. До этого никто особо не задумывался, что дети и родители могут веселиться вместе. Дети много времени проводили в одиночестве, без присмотра. А сегодня русские родители воспитывают детей совсем по-другому».

К тому же, по словам Шульман, сейчас многие не доверяют детским садам и летним лагерям. Они предпочитают дедушек и бабушек".

https://inosmi.ru/social/20190703/245394127.html

Вторая часть фильма Ирины Шихман про тюрьму. Я там на 1:30:44 с цитатой из Монтеня, но смотреть надо ради Ольги Романовой, Марии Алехиной и героев Руси Сидящей. Кстати, подписаны ли вы на регулярные пожертвования Руси Сидящей? Я вот подписана, это мой сорт благотворительности - не персоналии, но структуры, не точечная эмпатия, а системная правозащита. И да, полная версия моего интервью с Ириной для этого фильма будет вечером: канал А поговорить? любезно отдал мне запись.

https://www.youtube.com/watch?v=u89blA5Yn4M&feature=share

Теперь, когда обе серии фильма Ирины Шихман о тюрьме опубликованы, вывешиваю полную запись моего интервью каналу "А поговорить?". Спасибо Ирине за великодушно предоставленный исходник: это рабочий материал, без монтажа и красивостей, и записывался он в апреле. Поэтому, говоря о том, что с подбрасыванием наркотиков надо что-то делать, я упоминаю в качестве примера дело Оюба Титиева - до тайфуна "Голунов" оставалось ещё полтора месяца.

https://www.youtube.com/watch?v=Lm72iZFjO6M&fbclid=IwAR0Lk51omIerajqbW6iVXadS3tvw4f8VoNzRGS0D6Gp-9yTCxONklWQ8AiM

My parenting skills.

(картинка via Ася Датнова)

Архтектурный ресурс Archi.ru сделал дайждест наших с Ричардом Сеннетом выступлений на Moscow Urban Forum. Там немножко всё упрощено, что неизбежно при кратком пересказе, и вместо цитаты из WALL-E вышли какие-то невнятные "фантасты", и слово "урбоскоп" мне не нравится (что за уроборос такой), а хикикомори пишется не так (в цитате сама поправила). Но в целом приемлемо, грубых ошибок нет. Также можно насладиться фоточками румяного спикера, у которого из кармана вьется проводок (это была звуковая аппаратура, но она не работала, говорить пришлось всё равно в микрофон). Видео тоже делается, позже вывесим.

"«По данным телефонных операторов в пределах Москвы за день передвигается 25 миллионов человек. Многие из них совершают лишние передвижения через центр. Но в то же время есть и противоположная тенденция: люди начинают передвигаться меньше. Интересный факт: женщины после сорока пяти как бы растворяются для торговли, перестают потреблять товары. Две трети населения никуда не ездит и ничем не пользуется. В принципе, это хорошо, когда люди не ездят, это значит, что они могут получить все услуги внутри района. Опять же система доставки и онлайн-торговли работает на неподвижность».

Мы исходим из того, что автомобили – зло: это по-прежнему основной источник загрязнения воздуха. Мы живем в стране, где потребление машин высокое, а общее благо – чистый воздух – недоступно. Так бывает во всех странах второго мира, где нет чистого воздуха и хорошей воды, хотя можно купить всё. Чем выше пешеходизация, тем ниже количество ДТП. В Москве дорожно-транспортных происшествий больше, чем в европейских городах. Только Рим – исключение, он может сравниться с Москвой по количеству инцидентов на дороге. Поэтому власти стараются ограничить автомобилистов, владеть автомобилем дорого и неудобно. Поэтому поощряется, чтобы человек сидел на месте.

Изменилась система занятости. Не все люди едут с окраины в центр на работу, многие работают дистанционно. Но те, кто не выезжает из района, в нем не только ночуют, они хотят парк, кафе, послушать лекции, поэтому необходимо повышать качество среды. Если довести эту тенденцию до горизонта, как делают авторы фантастики, то возникает картинка: люди на тележках, самостоятельно передвигаться они не могут и только пьют напитки через трубочки.

«Какие последствия нас ожидают? Первое – это дезурбанизация. Судя по данным телефонных операторов, люди уезжают из Москвы в Подмосковье и в другие города, чаще на юг. Они не обязательно становятся затворниками – хикикомори, которые никого не хотят видеть, которым пиццу под дверь подсовывают. Просто уезжают. Но это не будет массовой практикой. В ХХI веке только скорость интернета растет быстро, а в других процессах наблюдается вязкость. В ХХ веке трансформации были гораздо быстрее и страшнее. Если вы не можете сделать войну и быстро вырезать определенную страту, пожалуй, это и хорошо», – сказала политолог.

«Одновременно с покиданием Москвы, существует обратная тенденция. Люди продолжают ехать из деревни в города: в Москву, Петербург, Краснодар. Вопрос, надо ли увеличить плотность Москвы? По сравнению с Индией, у нас все не так страшно. Искусственно этот поток не остановить в демократическом государстве. Главное в городах – избегать геттоизации бедных районов. Высокая свечка в пустоте – это худший тип застройки, это портал в ад. Плотная высотная застройка и то лучше, чем одиноко торчащая башня. Эти пустые дворы, страшные подъезды, отсутствие инфраструктуры – это закрытая система. Про пожароопасность высотки нечего и говорить. Не дай Бог строить новые районы таким способом», – предостерегла Екатерина Шульман".

https://archi.ru/russia/83885/predskazateli-urboskopa

Да, стирание граней между молодежью провинциальной и непровинциальной - явление, особенно внятное преподавателям.

(а также Александр Баунов теперь тоже в телеграме, что похвально, ибо увеличивает видимость и доступность ценного контента)

https://t.me/baunovhaus/34

Пушкин свободен! И впредь у нас не разрывайте ни мадригалов, ни сердец.

https://t.me/pchikov/2391

Отменен домашний арест Роману Удоту. СПЧ участвовал в этом деле, потому что Роман - наш эксперт, и на первый суд по мере пресечения я ходила. Теперь хоть что-то: запрет пользоваться телефоном и интернетом, но из дома, по крайней мере, можно выходить с 6.00 до 23.00. Гуляем!

(ИА Закон, кстати, - хорошее маленькое медиа, ведут трансляции из судов и с заседаний ЦИКа, куда взор общественности обычно не проникает)

https://t.me/zakon_agency/701

Рубрика "Неторопливые эстонские медиа" - прекрасные интервью делают, кстати. Когда я была в Таллине, журнал Edasi.org спрашивал меня о разных идеологических вопросах, внешнем образе России, общих принципах социологии, протестном движении и политических пророчествах. И вот теперь опубликовал. Рекламируются Бальзак, Марк Галеотти, Эндрю Хиггинс из Нью-Йорк Таймс, Денис Волков из Левады и овсяный кисель. Моя любимая цитата: "Исторические коннотации у всех одинаковые – все были людоеды".

https://rus.edasi.org/29132/schulmann/

"Да-да, «мы сдерживаем дикое море народного бунта». Это страшно популярный дискурс, это один из самых эффективных пропагандистских конструктов. Он эффективен, потому что его склонно разделять образованное сословие. Во-первых, страх – это эффективный пропагандистский инструмент, потому что невозможно ответить на вопрос «а вы что, гарантируете, что этого никогда не будет?». Поэтому, когда мы чего-нибудь боимся, мы кажемся себе страшно разумными: мы ведь предполагаем опасность, которая может случиться. На самом деле, это путь в безумие, это чистейшая дорога бреда, по которой люди очень далеко уходят от своей настоящей жизни. Когда мы строим все свои жизненные стратегии вокруг защиты от угроз, которые могут произойти, мы просто спускаем годы своей жизни в унитаз. Мы не строим свои планы, исходя из того, что завтра, может быть, умрем от разрыва сердца. Все мы, смертные, принимаем на себя смелость жить в условиях неопределенности. Так и на государственном уровне, политика свирепого огораживания является безумной, а политика кооперации – разумной. То же относительно социума: бояться своего соседа и своего народа, думая, что если ему дать волю, то он нас всех съест сырыми – это безумие. Это безумие страшно выгодно власти и поддерживается ею.

Власть позиционирует себя, как «единственного европейца». Как того, кому образованные люди должны быть обязаны, потому что он защищает их от дикого народа. А в это время Россия уже давно на 75% городская страна, 99% грамотны, больше половины населения имеет образование выше среднего, уровень насильственных преступлений снижается последние 15 лет. Кто кого и от кого стережет – малопонятно. Почему кто-то решил, что на первых же свободных выборах у нас выберут фашистов? Этому утверждению нет никаких рациональных обоснований. Никто не может привести ни одного примера таких прецедентов на каком бы то ни было политическом уровне. Нет опыта, когда были действительно свободные выборы в 1990-е гг. и в начале 20000-ых, чтоб кто-то выбирал каких-то особенных фашистов. Страна большая, выбирали разных людей, какие-то мэры были ранее судимые, но у нас их и сейчас достаточно. У нас и сенаторы сейчас есть ранее не судимые, но с большой перспективой обрести судимость в ближайшем будущем. Поэтому отмена выборов или их ограничение тут никого ни от чего не охраняет. Представление о какой-то особой кровожадности русского народа и его склонности выбирать воображаемых фашистов – чистейший пропагандистский конструкт, который питается травматическими воспоминаниями 1917 г. и, еще раз повторю, настолько выгоден для власти, что она будет держаться за него всеми силами. Поэтому я с большим подозрением смотрю на людей, которые поддерживают этот дискурс, не будучи на государственной службе. Это и есть базовый пропагандистский конструкт. Все остальное – про величие России, про скрепы, даже про борьбу с Западом – вторично, это риторическая надстроечка. А вот про «дикий» народ, который нуждается во власти, его стерегущей – это идеологический базис".

S02E44: скоро!

Программа Статус S02E44, #83: видео. События: выборы в Москве и Петербурге, этап проверки подписей. Проект закона о домашнем насилии: бараночка (она же мышка) из Страсбурга. Плохое законотворчество: правительственный проект об изъятии городских земель зашевелился ко второму чтению. Термин: реакция, ревизионизм, реваншизм. Отец: Сергей Уваров. Вопросы слушателей (вошли все три!): политическое влияние художественных произведений, русский парламентаризм и русская гомофобия.

https://youtu.be/snvP43taJWA

Программа Статус S02E44, #83: текст. Региональные выборы в Питере и Москве: приморские сценарии и подписи мертвецов. Закон о домашнем насилии: соломинка сломает спину верблюду (и это хорошо). Изъятие земель в городах: чем ближе ко второму чтению, тем дальше от права собственности. Термин: реакция, ревизионизм, реваншизм. Отец: Сергей Семёнович Уваров - православие, самодержавие, народность и бисексуальность. Вопросы: как сериалы влияют на политические процессы, что мешает парламентаризму в России, как бороться с русской гомофобией.

"А.Соломин
― И заговорили про «купол» новый, про экскурсии туда, про открытие это зоны. «Вы несколько раз говорили, — пишет Павел Асонин, — что Россия не готова к парламентской республике, но фокус-группы, проведенные командой, показывают, что люди все больше хотят именно парламент. Что является препятствием? Зачем нам нужно кресло президента?»

Е.Шульман
― Где же я такое говорила? Где же я могла такое говорить? России, вообще, судьбой предназначено для того, чтобы быть парламентской демократией. Потому что мы общество образованных людей, живущих в городах и мы логоцентрическая цивилизация. У нас всё концентрируется вокруг слова — написанного, сказанного, услышанного. Поэтому мы созданы для парламента. Нам просто не дают этого делать.

Как только у нас чуть-чуть будет менее рестриктивное политическое пространство, вы увидите, как природные таланты русского народа к публичной дискуссии проявят себя. У нас люди любую площадку превращают в площадку для обсуждения общественно-политических вопросов. Любая социальная сеть начинает сводиться ровно к этому. Как только русские туда приходят, там вместо котиков и других картинок с пирогами начинаются бурные обсуждения — чего? — общественно значимых и просто напрямую политических опросов.

Что мешает? Мешает нежелание делиться власть. Это всё на самом деле очень просто.

А.Соломин
― Емельян Ромашкин: «Как бороться с гомофобией в России? С чего начать? Основной посыл государства: «ЛГБТ не запрещено, поэтому сидите тихо и не показывайте ничего».

Е.Шульман
― Гомофобия наша происходит от распространения тюремной культуры уголовного этоса. Давайте уж посмотрим правде в глаза. Это никакая не скрепа, в этом нет ничего традиционного.

Это рецепция принятия широкими массами граждан уголовных нравственных норм. Как только у нас эти уголовные нравственный нормы перестанут транслироваться с верхних эшелонов властной иерархии и информационной иерархии, у нас с этим станет намного спокойней. Потому что у нас нет такой преступности и не такое количество народу проходит через тюрьмы, чтобы проходила реальная инфильтрация этой уголовной морали в широкие массы. Но наши граждане, находящиеся при власти, полностью приемлют этот этический набор. Это и есть их мораль.

Когда с этим делом будут какие-то перемены, то вы увидите, как наша великая гомофобия так же увянет, как она увяла в Испании, тоже традиционалистской стране, которая очень легко и спокойно приняла однополые браки".

https://echo.msk.ru/programs/status/2460001-echo/

Рубрика "Убей крокодильчика" (пока он не убил тебя): проект об изъятии городских земель с жилой застройкой. Изымать можно будет не аварийное и не ветхое жилье, и не ради стойки федеральных объектов или там очередной олимпиады, а просто потому, что район недостаточно благоустроенный. Без вас и вашего жилья тут будет красивее, в общем. Хотя знаете, что на самом деле некрасиво? Внесудебные изъятия собственности. Крайне уродуют облик наших городов. Проект Минстроя, внесен правительством, после первого чтения было затих, а сейчас опять проснулся.

Разъяснительная статья в Коммерсантъ: https://www.kommersant.ru/doc/4024843

Сам проект: https://sozd.duma.gov.ru/bill/503785-7

Профильный Комитет по транспорту и строительству, ему можно писать: http://komitet2-14.km.duma.gov.ru/Kontakty

И любимая электронная приемная Государственной думы, туда можно писать всегда: https://priemnaya.duma.gov.ru/

Правительственный проект порядка изъятия земли (это regulation, можно ставить дизлайки!): https://regulation.gov.ru/projects#npa=59105

К Павлу Ребровскому в СИЗО №7 в Капотне ездили двое членов ОНК - Борис Клин и Евгений Еникеев. Он жив и здоров и завтра в 10.00 должен быть в Мосгорсуде на апелляции своего приговора (зал 428). Для тех, кто не в сюжете: Ребровский - тот человек в деле Нового величия, который отказался от своих прежних показаний и рассказал, что они были даны под давлением и были продиктованы следователем. Ему обещали условный срок за всю эту конструкцию, но обманули, дали реальный. Были обоснованные опасения, что до завтра на него могли ммм оказывать дальнейшее давление, чтобы он отказался от своего отказа, поэтому было важно, чтобы к нему кто-то съездил, убедился, что он жив, и показал этим приездом, что за ним следят снаружи и, случись с ним что, это не останется незамеченным. Организовала это Ева Меркачёва, а звонила ей я, а мне звонила одна филолог.

А в других странах филологи занимаются филологией, а политологи - политологией, статьи пишут!, а не следят, чтобы человека 1986 г.р. не забили насмерть до судебного заседания, не имея никаких гарантий, что этого на самом деле не произойдет

(Небось у Островского не вписывал бы дуэлей, - ворчал я, - не давал бы Людмиле Сильвестровне орать про сундуки! И чувство мелкой зависти к Островскому терзало драматурга)

(На самом деле нет, при всем уважении к Островскому. Павел доживет до суда, и не откажется от своих показаний. И адвокат у него теперь Мария Эйсмонт, победитель людоедов. И чортово это дело развалится. И следующим закройщикам неповадно будет изготовлять из случайно попавшихся под руку детей воображаемую экстремистскую организацию).

Две претензии рутинно предъявляются любому публично говорящему лицу: 1) рассуждает о слишком разном; 2) повторяет одно и тоже. Первое происходит от непонимания публикой, каким образом всё это "разное" логически связано между собой. А вот второе - действительно проблема. Когда нужно донести до разнообразных аудиторий, каждая из которых находится в своем уютном информационном пузыре, нечто важное, важно пренебречь стремлением к оригинальности и, как молодежь выражается, тупо повторять одно и тоже, избегая соблазна разукрасить базовый тезис новым бантиком или ленточкой. Так вот, по закону о домашнем (оно же семейно-бытовое) насилии в ближайшие месяцы будут массовые повторы главного, причем из самых неочевидных источников. Вот это, например, Радио Sputnik - РИА Новости, да-да. Терпите, так надо для дела.

"О содержании законопроекта в интервью Радио Sputnik рассказала его автор, член Совета по правам человека (СПЧ) Екатерина Шульман.

«Документ введет само понятия «домашнее насилие». Сейчас мы практически единственная страна в Евразии, где нет соответствующего закона. Это указано в последнем решении ЕСПЧ. Также появится два новых правовых инструмента. Введение такой вещи, как запрет на приближение. На короткий срок запрет сможет ввести участковый, на более длинный - судья. И еще появится сеть временных убежищ, в которые сможет обратиться жертва домашнего насилия», – рассказала Екатерина Шульман.

Сложность с принятием закона о профилактике домашнего насилия в том, что документ не может пройти обсуждение в Государственной думе. Дискуссия обострилась после того, как законодатели декриминализовали домашнее насилие. По словам Екатерины Шульман, новая редакция законопроекта о профилактике домашнего насилия имеет все шансы на принятие.

«Документ достаточно краткий. Мы постарались сделать текст максимально лаконичным. Оставили там только самое главное, что должно попасть в законодательство. Мы не стали замахиваться на масштабный проект, который должен принести всем семейное счастье. Мы убрали то, что может вызвать дискуссии и затормозить ход проекта. Как показывает опыт российского законотворчества, принятие закона - это не конец разговора, а только начало. Сейчас нам важно, чтобы основные вещи у нас появились», объяснила Екатерина Шульман".

http://viperson.ru/articles/domashnee-nasilie-pochemu-v-rossii-do-sih-por-net-dazhe-takogo-opredeleniya