Меж тем уже сегодня в Москве на Цветном бульваре с трех до восьми пройдет День подписи - фестиваль поддержки независимых кандидатов с гуляньями и музыкой и даже раздельным сбором мусора. Коммерсантъ спросил, что я об этом думаю - рассказала, что я об этом думаю:

"Политолог Екатерина Шульман считает саму процедуру сбора подписей запретительной. «Ее цель — это недопуск (кандидата до выборов.— “Ъ”),— заявила госпожа Шульман “Ъ”.— Буду очень рада, если какими-то способами: фестивалями, обходами, кубами и единым центром подписей — кандидатам-самовыдвиженцам удастся собрать подписи. Если кто-то из них окажется в Мосгордуме, первое, с чего нужно будет начать,— требовать отмены этой нормы, она коррупциогенная, она провоцирует использование административного ресурса, она нарушает права избирателей. Нельзя таким образом требовать от кандидатов права на участие, это активное избирательное право им дается Конституцией. Поэтому сбор подписей должен быть заменен избирательным залогом (денежная сумма, вносимая кандидатом из средств избирательного фонда.— “Ъ”), который не возвращается в случае, если кандидат набрал меньше определенного количества голосов. Это отсечет псевдокандидатов и поставит всех в равное положение»".

https://www.kommersant.ru/doc/4017301

Сам ивент:

"30 июня, в воскресенье, с 15 до 20 часов мы проводим Московский день подписи!

В этот день независимые кандидаты практически из всех московских округов будут ждать вас в центре Москвы, у метро Трубная, где вы сможете поставить за них подпись. Ведь вы, наверное, знаете, что без подписи независимые кандидаты просто даже не попадут в бюллетень? До окончания сбора подписей остается совсем немного времени, поэтому это просто нельзя откладывать! Поэтому – берите своих друзей, знакомых, всю вашу семью, не забудьте паспорта и приезжайте в воскресенье гулять на Цветной бульвар во второй половине дня: С 15 до 20 часов. А заодно вы сможете поставить подпись, пообщаться с самими кандидатами, услышать выступления известных людей и послушать музыку. Приходите!

Для нас с вами сыграют:
Группа «Паперный там»
Группа «РАБФАК»
Группа «МАЛБИК»

Также движение «СОБИРАТОР» организует раздельный сбор отходов. Берите с собой макулатуру и пластиковые крышечки!

Уже оставили подпись? Все равно приходите! У вас будет возможность лично поддержать и пообщаться с кандидатами.

Мероприятие согласовано с мэрией Москвы.

Независимые кандидаты в Мосгордуму, за которых можно будет оставить подпись:
Юлия Галямина (9-й округ)
Дмитрий Гудков (5-й округ)
Илья Яшин (Ilya Yashin) (45-й округ)
Константин Янкаускас (31-й округ)
Владимир Милов (35-й округ)
Кирилл Гончаров ((32-й округ)
Андрей Морев (44-й округ)
Сергей Цукасов (14-й округ)
Александр Соловьев (Alexander Solovyev) (3-й округ)
Егор Жуков (4-й округ)
Денис Шендерович (41-й округ)
Дмитрий Клочков (14-й округ)
Павел Ярилин (6-й округ)
Юлия Щербакова (36-ой округ)
Елена Русакова (Elena L. Rusakova) (37-ой округ)
И другие

Список обновляется...."

https://www.facebook.com/events/329733631250512/

И полезный список потенциальных кандидатов (кандидатов в кандидаты, так сказать), где можно найти свой район и полюбоваться на богатство ассортимента:

http://mosgorduma-2019.ru

Не прошло и месяца, как добралась я до записи наших дебатов с Валерием Соловьем в засекреченном бункере у Михаила Светова. Бункер-то засекреченный, зато запись совершенно открытая и бесплатная, и может быть увидена на канале SVTV. У себя же вывешиваю зазывный фрагмент, случившийся ближе к финалу мероприятия. Кстати, если наш добрый ангел Азамат Батырович сделает тайм-коды к полной версии, буду ему, как всегда, признательна.

https://www.youtube.com/watch?v=gKvtqULrg-Y

В ютьюбе пользователь Sempai сделал рекап наших дебатов с Соловьем - по-моему, очень точно. Не полные таймкоды, конечно, но дух происходящего передает:

"Первый этап:
Шульман: попытка пересмотреть термин революция, ведёт мысль, что революция не обязательно ведёт к изменениям.
Соловей: ведёт мысль, что революция в сложившейся ситуации единственный путь.

Вопросы:
1)спрашивает Соловей
-Чаво за совет по правам человека?
-Ну ничаво, просто в регионах думают мы там важные люди, а вообще то нет. А ещё вот психоневрологическим интернатам поможем. Или не поможем, но не будет хуже.
2)спрашивает Шульман (далее они так же чередуются)
-С чего вы взяли, что режимная трансформация произойдёт вообще? МБ не будет ничего?
-Происходит революция сознания, идеи в головах молодёжи меняются, вот в 89 было чёт похожее по моему. А ещё там на верху я слышал говорят готовятся к катастрофе. (Добавлю мысль из третьей части дебатов: "сохранение всё в текущем виде большей части акторов не выгодно."
3)29:00
-Кто принимает в РФ ключевые решения?
-Ну не понятно что за такие ключевые решения. "Один человек и его пять друзей". Бюрократия ваще звездец разрослась. Хаос в принятии решений по большей части.
4)34:00
-Где слабые места в системе принятия политических решений?
-Идиотизм концентрации на внешней политики. В отчётах врут, люди в высоких кабинетах не знаю чаво происходит и вообще чуть ли с ума не сошли, ибо уже засиделись на тронах. А те местячковые властьимущие ничего не делают. Да и сохранять систему не хотят уже, думают только о том, что будет после.
5)40:00
-Последствия революции сознания?
-Система гибка, будет подстраиваться, лозунг нового времени "а что так можно было?". Снижение доверия к официальным институтам, запрос на справедливость. Есть запрос за нового лидера.
6)45:00
-Что такое опора режима?
-Да чёт нипанятна. Всего по немножку и ничего одновременно. Пни и развалится. И вообще, вот ты, ты лично анон интернетный, не ссы встать и идти, товаг'ищь!
7)50:00 (спрашивает соловей)
-Что бы посоветовали сопротивлению?
-1) Организация. Нужно ядро и структура. Кому то договариваться с властью. 2) Нужны всякие люди которые будут по судам таскаться, писать петиции без этого никуда. 3) Будьте публичны. Поднимите шуму. НУЖНО ВСЁ В КОМПЛЕКСЕ. Кто то пусть договаривается, кто то пусть не договаривается, работает только всё вместе.
8)55:00
-Какие изменения по вашему достаточны, что бы это можно было назвать революцией? (либо же "какие изменения достаточны, что бы её не было?")
-1)отставка госдумы. 2)новые выборы по закону 2003 года. + новые избирательные комиссии 3)возвращения к закону 1995 года об общественных объединениях 4) формирование правительства нац. консолидации (хз что это) 5) отказ от агрессивной внешней политики 6) решить проблему dram'n bass'a 7) новый фед. договор + добавить местные референдумы".

https://www.youtube.com/watch?v=BYuYcf5n2c0&lc=UgxO126WwLt7FwSA87J4AaABAg

В рассказе О.Генри "Космополит в кафе" пресыщенный гражданин мира, объездивший всю землю четырежды, устраивает драку, когда при нем дурно отзываются о состоянии тротуаров и сливной канализации в городе Маттавамкеги, штат Мэн, and he wouldn't stand for no knockin' the place. По этому примерно принципу Открытый Университет организовал фестиваль регионального патриотизма под названием "Карта России", и попросил меня написать про Тулу. Ну как тут откажешься. Кремль, парк, Ясная поляна, жамки и воспоминания юного сотрудника городской управы середины девяностых. No knocking the place! Также в тульском разделе: яснополянский ангел Юлия Вронская, Никола-Ленивец, старые фоточки и Типография, где я тоже выступала с одной из больших моих демографических лекций.

https://openuni.io/course/20-vokrug-moskvy/lesson/2/material/1039/

"Только на государственной службе познаёшь истину, как верно заметил Козьма Прутков. Действительно, это дает некоторый обзор, который мало что другое может дать, особенно в молодых летах. Только тогда я узнала, что в моем родном городе, например, есть пять районов и какие-то еще улицы, кроме тех, по которым я ходила в школу, а также к бабушке и дедушке в гости по выходным и обратно домой. Тогда я и не подозревала о том, что какая-то оборонная промышленность вообще в регионе наличествует и имеет какое-то значение. Я-то думала, что главное, что есть в Туле, — это два института, пед и политех, потому что там родители работают, а все остальное мне было совершенно неизвестно.

Помню также пришедшуюся на период моей административной деятельности крупнейшую протестную акцию в городе Туле, численность которой, по-моему, не превышена до сих пор. Это был митинг против задержек зарплат и пенсий в 1997 году. Это действительно темное пятно девяностых, одна из самых постыдных вещей, которые тогда происходили. Вышло тысяч пятнадцать, что для Тулы невероятное совершенно количество народу. Люди шли по проспекту Ленина, по главной улице города, которая наклонно спускается к центральной площади, имени, соответственно, Ленина, где стоит здание областной администрации, в котором расположены и городская администрация, и областная и городская думы.

Все они сидят в здании, известном в Туле как Белый дом. Это одно из самых уродливых строений, которое мне приходилось видеть: оно расширяется кверху наподобие атомного гриба. Впрочем, это довольно типичное здание обкома, произведение поздних семидесятых — ранних восьмидесятых, состоящее из стекла и бетона. Помню, что в пору, когда я там работала, было безумно холодно, потому что зимой отключали отопление за неуплату. Поскольку котельная, обслуживавшая Белый дом, больше не обслуживала никакие социальные объекты или жилые дома, а только казенные здания на центральной площади, то нас можно было отключать, и холод был зверский совершенно. Люди грелись электрообогревателями, из-за чего от перегрузок электричество вырубалось уже полностью. Соответственно, компьютеры не работали, и не только компьютеры, но и электрические пишущие машинки, которые тогда еще существовали и находились в подразделении под названием машбюро. Однажды я пришла туда с бумажками, думая, как я здорово сейчас отдам все напечатать, и обнаружила там этих машинисток, пьющих чай. Я говорю: «Напечатайте». Они говорят: «А как?» Тут я вспомнила, что у них машинки тоже электрические.

Кстати, о поступи прогресса: при мне произошел переход сотрудников администрации с программы «Лексикон» на программу Word. Помню, что я лично убеждала коллег, которые были несколько постарше, что Word все-таки лучше «Лексикона». Они не верили, считали, что надо держаться традиционных ценностей.

Возвращаясь к нашему крупнейшему митингу: областная администрация решила ему противодействовать, организовав на центральной площади ярмарку. Они расставили там прилавки и вокруг них — грузовики, на манер гуситского лагеря: мордами внутрь, хвостами наружу. Вопросы согласования — несогласования тогда были не таковы, как сейчас, потому что законодательство о массовых акциях было совершенно иное. Поэтому никому не приходило в голову разгонять людей за то, что они предварительно что-то не согласовали.

Как бы то ни было, когда участники ярмарки увидели толпу, которая движется на них с вершины проспекта Ленина, они немедленно исчезли, и эти грузовики тоже сдуло вместе с ними. Дальше вся эта толпа заполнила площадь и окружила Белый дом. Наш тогдашний мэр, Николай Егорович Тягливый, который, как многие руководители старой школы, считал себя народным любимцем, решил выйти к людям поговорить. Это чуть не кончилось трагически. Толпа хлынула на него, ему оторвали рукав и даже выбили одно из стекол на входе в этот самый Белый дом. Всё могло бы кончиться гораздо хуже, но мэра спас один из заместителей, который затащил его внутрь здания. Дальше как-то убедили людей туда не врываться, но момент был, как сейчас помню, рискованный. Мэр наш потом долго переживал, так как был убежден в народной любви к себе, думал, что он сейчас выйдет, поговорит, и люди немедленно обрадуются. Поскольку ничего подобного не произошло, он после этого некоторое время находился в депрессии и ближайшие выборы проиграл.

На этих выборах победили кандидаты от КПРФ: на пост губернатора пришел знаменитый герой ГКЧП, колхозник Василий Стародубцев, а на пост мэра — Сергей Казаков, молодой коммунист. В общем, это было адекватным отражением тогдашних общественных настроений.

Избиратель из полена
В этой череде выборных кампаний меня, как человека восемнадцати лет, настроенного прогрессивно и демократически, очень расстраивало, что на выборах голосуют одни пенсионеры и результаты, соответственно, получались не те, которых мне бы хотелось. Тогда в голову мне пришла остроумная мысль: как было бы хорошо, например, лишить пенсионеров избирательного права. Как это можно обосновать? А вот как, придумала я. Они же не работают! Следовательно, они не участвуют в создании ВВП, поэтому как они могут голосовать? Они не должны голосовать, а голосовать должны трудящиеся.

Через несколько лет я переросла этот сорт убеждений и стала и остаюсь сторонником всеобщего избирательного права. Но нельзя не видеть, что люди, которым приходят те же мысли, которые мне приходили в 1996 году, продолжают пребывать в публичном пространстве и высказываться: «Бедным не надо голосовать, необразованным не надо голосовать, еще кого-то хорошо бы поразить в избирательных правах». Попытки вытесать из полена такого избирателя, который дал бы нам нужный лично нам электоральный результат, почему-то не прекращаются. Эту фазу надо пройти, но ее надо перерасти, скажу я нравоучительно тем, которым уже больше не восемнадцать лет. В более зрелом возрасте нужно уже и более ответственно рассматривать политические процессы. Такова, дорогой читатель, универсальная истина, познаваемая как на государственной службе, так и вне ее".

Та-дам! Рубрика "Шерсти клок" открывает заслуженную бутылку сильногазированного ситро. Распределенная опека пошла поручением президента после Прямой линии и нашего звездного заседания СПЧ по ПНИ. Константин Добрынин, Елена Заблоцкис, Елена Клочко, Мария Сиснёва и все заинтересованные лица, поздравления.

"1. Правительству Российской Федерации:

а) совместно с Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации обеспечить доработку проекта федерального закона № 879343–6 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях повышения гарантий реализации прав и свобод недееспособных и не полностью дееспособных граждан», предусмотрев возможность назначения опекунами и попечителями недееспособных и не полностью дееспособных граждан, помещённых под надзор в медицинские организации, организации, оказывающие социальные услуги, либо в иные организации, их родственников и (или) иных лиц.

Доклад – до 1 августа 2019 г.

Ответственные: Медведев Д.А., Володин В.В."

http://kremlin.ru/events/president/news/60879

S02E43: молнии и фасции.

Программа Статус S02E43 #82: видео. События: полезные поручения по итогам малоосмысленного мероприятия, распределенная опека и частичная декриминализация ст. УК 228.2. Также рассказ о спецзаседании СПЧ - ну как не похвастаться в собственном-то эфире. Внезапная гуманизация ФСИН: перелимит в законе. Москва и Питер: различные сорта электоральных безобразий. Термин: революция. Отец: Питирим Сорокин. Вопросы: права и свободы одномандатников и политические последствия нерегистрации независимых кандидатов.

https://www.youtube.com/watch?v=FAYJOiA6XY4

Программа Статус S02E43 #82: текст. Хороший президент, патриарх и начальник ФСИН, и даже частично хороший Клишас - чего только не встретишь в дебрях законотворческого процесса. Поручения: бюрократический механизм. Московские и питерские выборы: каждый политически непредставленный мегаполис несчастлив по-своему. Термин: революция. Отец: Питирим Сорокин, социолог, криминолог и гуманист. Вопросы слушателей: противоречие между независимостью одномандатников и партийной дисциплиной и последствия недопуска к выборам независимых кандидатов. На сайте какая-то поломка со шрифтами и оформлением, так что вторая часть эфира читается исключительно курсивом и в столбик, но это, надеюсь, поправят.

https://echo.msk.ru/programs/status/2455743-echo/

"У нас позитивные законодательные изменения буквально-таки в качестве своих драйверов имеют и президента Российской Федерации и патриарха Московского и всея Руси и даже начальника Службы исполнения наказаний — вот эти люди у нас сегодня будут, я бы сказала, положительными героями. Редкий случай, отмечайте. Такое не скоро, я думаю, повторится.

Что, собственно говоря, имеется в виду. Помним мы прошедшую недавно «Прямую линию» с президентом Российской Федерации. Мы само по себе это мероприятие не обсуждали, потому что в его публичной части ничего особенно интересного не было. Но что важно понимать для того, чтобы знать, как работает бюрократическая система и при случае пользоваться этим знанием себе на пользу?

Смотрите, как это всё выглядит. По этой схеме, которую я сейчас пытаюсь разъяснить, работает не только прямая линия. Работает, например, встреча с членами Совета по правам человека. Работают, скажем, даже и послания президента Федеральному собранию. В общем, значительное число публичных мероприятий, в которых президент что-то говорит и с кем-то общается. Послание президента — это такая однонаправленная речь, а бывают и такие, более идеологические форматы в смысле основанные на диалоге и взаимодействии.

Так вот сначала всё это показывают в эфире. Обращают люди внимание обычно на какие-то шутки, на какие-то странные фразы, на то, кого упомянули, кого не упомянули и кто как себя повел. Это такая часть медийная, ее можно, в общем, пропускать, она большого значения не имеет.

Через некоторое время после такого рода мероприятия начинается формулирование и публикация поручений. То есть по итогам того, что было сказано, тех вопросов, которые были заданы, тех проблем, которые были подняты, как это называется на аппаратном языке, президент выпускает поручения. Это всё можно видеть на сайте kremlin.ru, который, кстати, интересный информационный источник. Очень советую к нему обращаться, потому что мы всегда вам рекомендуем обращаться к первоисточникам, то есть к документам и открытым данным, а не каким-нибудь анонимным каналам.

Так вот поручения обращены к органам власти, ответственным за ту проблему, о которой идет речь. В них есть, собственно, само поручение, что нужно, собственно, сделать и сроки, в которые это должно быть сделано и ответственные, то есть, собственно говоря, должностные лица. Вот на это уже имеет смысл смотреть внимательно, потому что обычно поручения касаются изменения действующего или разработки нового правового акта.
Так вот прошла у нас «Прямая линия». Чего-то там наговорили, много всего. Что всем запомнилось, уже и не вспомним, что и запомнилось, что там больше всего цитировали.

М.Наки
― Мои воспоминания будут сильно отличаться от того, что нравится всем.

Е.Шульман
― В общем, что называется, проехали. Сегодня на сайте Кремля появились эти самые поручения. Это имеет смысл прочитать от начала и до конца. Это скучное чтение, но в нем может быть какая-то упомянута тема, которая вас непосредственно касается. На что я хочу обратить внимание. Во-первых, там все-таки идет речь о статье 228 Уголовного кодекса…

М.Наки
― А, вот что запомнилось — что зарубил как будто бы ее президент во время прямой линии.

Е.Шульман
― Что либерализацию, оборот наркотиков, всякие надежды на легалайз, если у кого-то были, то они, действительно, оказались с хрустом раздавленными. Но что есть в поручениях? В поручения есть, во-первых, упоминание о том, что врачам должно быть разрешено превышать, увеличивать по собственному разумению дозировку наркотических обезболивающих, если они считают это нужным.

И статья 228-2, которая говорит о нарушении правил оборота наркосодержащих веществ — там говорится, что рассмотреть ее параметры и, возможно, рассмотреть ее декриминализацию. Декриминализация, как мы уже знаем по многочисленным случаям, это не отмена наказания вообще, это перевод в Административный кодекс.

То есть это возможное снижение репрессивного пресса на врачей и открытие возможностей для организации, действительно, широкой паллиативной помощи, потому что никакой паллиативной помощи не бывает без обезболивания, а обезболивание — это наркотики.

Кроме того там есть поручение Генеральной прокуратуре, МВД, ФСБ рассмотреть правоприменительную практику по делам о наркотиках и типа посмотреть, что там можно улучшить. Это, конечно, не пересмотр всех дел по 228-й основной, народной нашей уголовной статье, по которой, напомню, от четверти до трети всего нашего тюремного населения сидит, но, тем не менее, хоть что-то. Это, как сказал мой коллега Павел Чиков о афтершоке дела Голунова. Да, конечно, это продолжающаяся такая волна, которую вызывало это громкое дело. Это хорошо. Это не то чтобы какие-то революционные изменения (о том, что такое революционные изменения, мы поговорим в другой части нашей программы), но, тем не менее, это лучше, чем ничего.

И еще одно поручение, на которое я обращу внимание, потому что оно уже непосредственно связано с нашей деятельностью в Совете по правам человека. Это вопрос о законе «О распределенной опеке». Это немножко длинная история, но я постараюсь ее максимально внятно изложить.

24 июня — совсем недавно — СПЧ проводило спецзаседание по соблюдению прав человека в стационарных медицинских учреждениях, то есть, проще говоря, по ПНИ (психоневрологическим интернатам). Это было большое мероприятие. Там собрались и ответственные представители госорганов, которые этой сферой занимаются и очень многие руководители ключевых НКО, социально ответственных, как нынче называется, НКО, которые, вообще, работают в этой сфере.

И там речь шла о том, как надо реформировать ПНИ, что не нужно строить их много больших на много сотен мест, что нужно переходить на формы сопровождаемого проживания, что эти учреждения должны быть маленькими, что они должны быть расположены там, где люди живут, а не в чистом поле, как у нас любят строить; и что те деньги, которые государство выделяет, должны быть направлены на переобучение сотрудников, на введение технологий сопровождаемого проживания.

Говорилось о том, что многие люди, которые находятся в ПНИ, могли бы жить нормальной жизнью, если бы им была оказана соответствующая помощь и что, хотя вначале это достаточно дорогая история, но потом эта форма жизнеустройства, как это называется, будет дешевле, чем те гигантские деньги, которые правительство выделяет на поддержание существующей системы, которую Анна Федермессер, выступавшая с докладом, одним из самых ярких докладов на этом мероприятии, называла «современным ГУЛАГом». Ее выступление разошлось очень широко. Я очень советую его посмотреть. Доступно и видео и текст, и сама презентация, которую она показывала. Это зрелище не для слабонервных.

М.Наки
― Визуальное сопровождение было достаточно наглядное.

Е.Шульман
― Визуальное сопровождение там впечатляющее. И сама речь ее тоже. В общем, это надо знать. И значимая составная часть всей проблемы с ПНИ — это вот этот самый закон о распределенной опеке.

Сейчас ситуация какая: если человек лишается трудоспособности, он, соответственно, попадает в ПНИ, его опекуном становится директор интернета. То есть вся ответственности и все права относительно этого полностью или частично недееспособного человека переходят к тому лицу, которое оказывает ему эти социальные услуги. Потому что именно так называется то, что происходит в ПНИ. Это не медицинские учреждения, это учреждения социальной защиты. Они оказывают социальные услуги. Вот так кто не знал, знайте об этом.

М.Наки
― Конфликт интересов налицо.

Е.Шульман
― Совершенно верно. Это в чистом виде конфликт интересов, когда лицо, предоставляющее услугу, оно и контролирует исполнение, оно и, собственно, владеет тем человеком, который является потребителем этой услуги. Соответственно, в чем было предложение, которое достаточно давно уже было сформулировано законодательным образом?

Предложение состояло в том, чтобы разрешить эту опеку распределять между несколькими лицами как юридическими, так и физическими, чтобы ни один директор интернета был опекуном, а чтобы опекунство могли брать, например, на себя вот эти самые НКО социальные, благотворительные организации, религиозные организации, другие физические лица, родственники, друзья семьи.

Почему в таком ужасе живут родители детей-инвалидов? Потому что они знают, что как только их не станет, ребенок попадет вот туда вот, и там он тоже долго не проживет, как это обычно бывает. Если бы они имели возможность оставить опекунство, например, НКО, то они бы не смотрели в будущее с таким страхом.

Соответствующий законопроект в Думу был внесен еще в 15-м году. В 16-м году он был принят в первом чтении. Он был подписан довольно большим количеством инициаторов. Он начинался в Совете Федерации. Его первоначальным автором и драйвером его продвижения был сенатор Константин Добрынин, которые, к сожалению, перестал быть сенатором некоторое время назад. Сейчас он вице-президент Федеральной палаты адвокатов. Тем не менее, там в списках, например, сенатор Клишас, частый герой наших эфиров. Тут он тоже выступает… с хорошей стороны, нам предстает неожиданно.

М.Наки
― Он вечно мечется. Мы периодически отмечаем хорошего Клишаса, здорового человека и…

Е.Шульман
― Да, совершенно верно. Он у нас такой вот персонаж, амбивалентный. У него есть совсем плохие законопроекты и инициативы, а есть прямо вполне хорошие. Недавно принятый, кстати, закон о праве на посещение родственников в реанимациях — тоже имеется автором сенатор Клишас. Мы призываем его периодически переходить уже полностью на сторону добра, тем более, что предпосылки к этому имеются.

Так вот проект этот застрял в думе, судя по всему, из-за возражений Главного правового управления администрации президента. Вопрос об это распределенной опеке задал актер и благотворитель Егор Бероев на «Прямой линии» президента.

И вот что мы сегодня увидели. Мы увидели поручение правительства Российской Федерации совместно с Государственной думой обеспечить доработку проекта этого самого нашего проекта, предусмотрев возможность назначения опекунами и попечителями их родственников и иных лиц. Сформулировано довольно лукаво, напрямую НКО не названы, но самое главное — дан импульс, как принято выражаться, самому продвижению этого закона, который залип, обойдя уже все возможные регламентные сроки.

Еще, что хочу сказать по поводу тех людей и структур, которые могут этот импульс дополнительно усилить. На нашем спецзаседании СПЧ выступал владыка Пантелеимон, викарий Русской православной церкви, на наши светские глаза такой вице-патриарх по социальным вопросам. Он поддержал этот закон о распределенной опеке.

И после нашего заседания на совете патриархии появился материал об этом, в котором было написано, что патриарх Кирилл поддерживает этот закон, потому что религиозные организации хотят иметь больше возможности помогать сотрудникам интернатных учреждений. Действительно, довольно большая волонтерская и благотворительная работа ведется приходами Русской православной церкви. Соответственно, с такой выдающейся поддержкой мы можем выразить надежду, что этот чрезвычайно нужный проект закона у нас пройдет дальше.

Какая из этого всего мораль. Самые ритуализованные и, казалось бы, бессмысленные мероприятия могут иметь свою содержательную часть, если есть люди, которые в этом заинтересованы. Можно использовать эти инструменты, чтобы продвигать те темы, которые для вас важны. Имейте это в виду. Не все то бессмысленно, что выглядит бессмысленным, хотя, довольное много, действительно, не приносит.

То, что я вам рассказываю по всем этим вопросам, это не конец истории. Это только начало новой главы. Всё это страшно долго движется. Любые законодательные изменения — это небыстро. Но, тем не менее, это лучше, чем ничего".

- Вы напишете пьесу, а мы ее и поставим. Вот будет замечательно! А?
Грудь моя волновалась, я был пьян дневной грозою, какими-то предчувствиями. А Ильчин говорил:
- И знаете ли, чем черт не шутит, вдруг старика удастся обломать... А?
- Слышал, слышал, слышал вашу пиэсу, - говорил, улыбаясь, Княжевич и почему-то развел руками, - прекрасная пьеса! Правда, таких пьес мы никогда не ставили, ну, а эту вдруг возьмем да и поставим, да и поставим...

Дело в том, дорогой читатель, что я сопредседатель рабочей группы в СПЧ по разработке закона о профилактике домашнего насилия. Потому дневная эта гроза волнует меня до чрезвычайности. Никогда у нас таких пьес не ставили, а эту вот возьмем да и поставим - в трех чтениях, и с утверждением в верхней палате, а там, чем черт не шутит, и с президентскою подписью. Чего не бывает на извилистых путях законотворчества.

https://www.kommersant.ru/doc/4019283

Президентский Совет по правам человека (СПЧ) при участии депутата Оксаны Пушкиной готовит законопроект о профилактике домашнего насилия. По словам председателя СПЧ Михаила Федотова, о необходимости такого закона говорит «опыт почти 150 стран с аналогичными законами». «Так, в Казахстане уровень домашнего насилия после принятия закона снизился на 40%»,— сказал «Интерфаксу» глава СПЧ.

Он пояснил, что прецедентным стало дело трех сестер Хачатурян, обвиняемых в убийстве отца. «Это пример того, к чему приводит невнимание государства к насилию в семье, если бы был закон о профилактике насилия, дела сестер Хачатурян просто не было бы, оно не возникло бы, проблема была бы локализована в самом начале»,— убежден господин Федотов.

Как заявила член СПЧ Ирина Киркора, проектом закона будет предусматриваться введение охранных ордеров — решений суда, запрещающих проявившему насилию приближаться к жертве. Кроме того, предлагается обязать психологов работать с членами семьи, допустившими агрессию.