Libération on Ekaterinbourg affairs, in elegant French, with pictures, quoting me from Такие Дела:

«En réalité, c’est une protestation politique sous sa forme la plus pure, analyse la politologue russe Ekaterina Schulmann, dans un article publié sur le site Takie Dela. C’est une exigence de participation : je veux avoir mon mot à dire, je veux participer à ce qui me concerne. C’est la base de la politique ! Les gens ne supportent plus de s’entendre dire : "La décision est prise." Ce style était à la mode dans les années 2000, mais aujourd’hui, les citoyens demandent de la discussion et de la codécision.»

https://www.liberation.fr/planete/2019/05/22/russie-une-cathedrale-enflamme-ekaterinbourg_1728869

Но если вы по-прежнему предпочитаете русский язык, то есть перевод статьи из Libération на Inopressa.ru - немного вольный и сокразщенный, но в целом грамотный:

"Но на самом деле это не просто политический протест, это базовый политический протест, потому что его причина - недовольство людей тем, что их интересы не учитываются при принятии решений, - анализирует российский политолог Екатерина Шульман в статье, опубликованной на сайте takiedela.ru. - То есть это запрос на участие в механизме принятия решений. Основной политический запрос! Никаких других политических запросов не бывает. Это запрос на власть: я хочу обладать правом голоса или правом вето, я хочу участвовать в том, что меня касается! Что значит "решение принято"? Кем это оно принято?! Так с людьми разговаривать неразумно: это в начале 2000-х был популярен суровый стиль "сказал - сделал", а двадцать лет спустя востребована способность к переговорам и кооперации".

https://www.inopressa.ru/article/23May2019/liberation/yekaterinburg.html

Неторопливое эстонское издание Postimees взяло у меня интервью об изменениях полового поведения человечества не в этот мой приезд в Таллинн, а ещё загодя. Но истина не тускнеет от повторения, а интервью - от некоторой выдержанности. Второй демографический переход, серийная моногамия и общепримиряющий потребительский капитализм в сопровождении лирической сфумато-фоточки.

"Опять же в ХХ веке появилось такое явление, как возможность выживания в одиночку. Это новая вещь для человечества. Создание семьи и принадлежность к клану были условием выживания. Не предметом выбора, не средством быть счастливым, а тем, благодаря чему ты не замерзнешь зимой и с голоду не умрешь во все остальные сезоны, и тебя не зарежет первый встречный на дороге. Поэтому изгнание было смертным приговором. Атомизированный человек — покойник. В ХХ веке ситуация изменилась. В условиях города можно жить одному. Как следствие, появились совершенно другие требования к семье и вообще к отношениям. Не выживание, а счастье, самореализация, сексуальное удовлетворение, общие интересы. Семья перестала быть таким важным инструментом передачи собственности — передается скорее социальный статус. Соответственно, на семью стали смотреть иначе. Концепт романтической любви, зародившийся в высокое средневековье под совокупным влиянием культа девы Марии, арабской любовной лирики и условностей придворного этикета, стал общеобязательным. Не просто предметом для сказки, а чем-то, на что люди, по их мнению, имеют право.

Что происходит дальше? Эти самые высокие требования ложатся тяжким грузом на плечи индивидуума. В традиционном обществе он был свободен от тяжести выбора, теперь он должен делать выбор и нести за него ответственность. При этом сказать, что люди массово передумали жениться, нельзя. В мире продолжает заключаться высокое количество браков. Сейчас Китай и Россия первые в мире по количеству заключенных браков на 1000 человек, однако Россия на первом месте среди развитых стран по количеству разводов на 1000 человек. Но в принципе, это характерно для всего мира в целом. По-прежнему браки заключаются, по-прежнему престиж брака велик, но при этом много разводов, потому что люди многого хотят друг от друга, и они свободны в своем выборе как в одну, так и в другую сторону.

Что будет дальше? Сказать, что институту брака что-то сильно угрожает, мы не можем. Если ему что-то угрожает — это никак не однополые браки, а возможность жить в одиночестве. Сейчас тот способ организации семейной жизни, который характерен для городского населения, называется у социологов серийной моногамией. Это традиционный парный брак, в котором партнеры ожидают друг от друга верности, но который при этом не длится особенно долго, а потом сменяется другими отношениями. Полиамория и её варианты (отношения, в которых для обоих партнеров допускается возможность любовных отношений вне пары — прим. авт.) не очень распространены. Они более распространены, чем мы полагаем, поскольку об этом по-прежнему не принято говорить, но они все еще не являются массовой практикой. Массовой практикой является серийная моногамия. Брак обычно заключается на срок выращивания детей, до некоего возраста их социальной самостоятельности. Потом заключается второй брак с такими же целями. Вот так в основном и живут городские жители".

https://rus.postimees.ee/6692891/ekaterina-shulman-esli-chto-to-i-ugrozhaet-institutu-braka-eto-ne-odnopolye-braki-a-vozmozhnost-zhit-v-odinochestve

Вот ещё один образец того, как люди путают наблюдение и рекомендацию:

Если ты муж Екатерины Шульман, то сейчас самое время начинать беспокоиться.

Анонс эфира!

S02E38 #77: доска и автор.

​​Эфир программы Статус S02E38 #77 (28 мая 2019г.)
События: очередной Неуважай-Корыто (растут ряды привлеченных за неуважение!), арестованные Волков и Удот и мрачное дело Сети. Продолжения протестных сюжетов в Екатеринбурге и на Шиесе. Ограничения на выдачу справок из ЕГРП: https://regulation.gov.ru/projects#npa=88067.
Термин: партии и партийность. Отец: Роберт Бернштейн, основатель Human Rights Watch. Вопросы: не отменить ли тайное голосование, будет ли Мадуро вечным и правильно ли несовершеннолетним посещать митинги и иные массовые мероприятия (спойлер: правильно!).
https://youtu.be/jwIykrnM730

Программа Статус S02E38, #77: текст. Фамилию Мельконьянца написали неправильно, и Пчелинцев не монархист, а анархист. Остальное на поверхностный взгляд вроде прилично. События: новые дела о неуважении к алчущим уважения, важность ст. 51 Конституции, ФСБ и е1 следственные методы. Региональный протестный разнобой: Екатеринбург и Архангельск. Плохие планы запретить справки из ЕГРП: https://regulation.gov.ru/projects#npa=88067 (место для ваших дизлайков!). Термин: партии и партийность. Отец: Роберт Бернштейн и основанная им организация Human Rights Watch. Вопросы слушателей: про тайну голосования, про устойчивость гибридов, про несовершеннолетних на митингах.

"Вообще, запомните, товарищи слушатели, 51-ю статью. Она спасет вам жизнь. Вы не обязаны свидетельствовать против себя вообще никак.

Вообще, два правила, которые опять же спасут вам жизнь практически в любой ситуации, это: никаких бесплатный адвокатов, никаких адвокатов по назначению и никаких самооговоров. Адвокат должен быть ваш, и он должен работать на вас. Бесплатные адвокаты работают только на сторону обвинения.

Если у вас своего адвоката нет, денег нет, вы не знаете, откуда брать, помните, что существует изрядное количество общественный организаций, которые вам в этом помогут. Есть «Агора», есть «Команда 29». Пишите мне, Чикову пишите. Уж чего-чего, а адвоката вам найдем, чай не в лесу.

Не надо тоже воображать себя жертвой, понимаете ли, ГУЛАГа. Потому что люди часто впадают в какое-то оцепенение от ужаса и в этом состоянии оцепенения говорят много лишнего и вообще воображают себя единственными жертвами такого вот произвола могучей государственной машины. Она довольно могучая, много может сделать гадостей, но вы ей, по крайней мере, не помогайте. И кроме того помните, что вы не одни.

Интересный побочный эффект возникает от этого, не будем говорить, вала дел — пока у нас еще и десятка не набралось, — но из этой последовательности дел о неуважении к власти, которые заводят полицейские.

М.Наки
― Всё, кстати, про Путина.

Е.Шульман
― Вот это и есть интересный момент. Понятно, что правоохранительная машина, у которой изо рта вынули 222-ю статью с ее частичной декриминализацией, ищут какую-то замену мучительно ей. Конечно, песок плохая замена овсу. Административный кодекс не то, что уголовный, административное дело с уголовным не сравнить. Это совершенно не та отчетность, не так красиво выглядит. Это нельзя представить начальству, но это хоть что-то.

Поэтому эти люди стали производить серфинг интернета в поисках чего-то, что люди говорят нехорошего о власти. То, что ими находится, обращено, естественно, чаще всего, нагляднее всего, к личности президента. Ну, вряд ли кто-то будет особенно неуважительно, например, о Государственной думе отзываться. Ну, наверное, будет.

М.Наки
― Ну, как. Госдурой ее называть, можно столько, вообще, дел сделать.

Е.Шульман
― Может быть, им лень искать, может быть, они сами не очень себе представляют, что Государственная дума — это тоже государственная власть. В их глазах, как и в глазах большого числа наших необразованных сограждан, власть — это президент.

В результате возникает у вас ощущение, что граждане России просто массово постят какие-то матерные картинки с изображением действующего президента и пишут о нем нехорошо. И всё это становится публичным благодаря этим административным делам. Мы тут с вами всё цитируем радостно, другие люди делают флешмобы, всякие хештеги ставят. Таким образом, это некий такой эффект мультипликации. Не в смысле мультики производит, а в смысле эффект увеличения такой вот происходит. Я не думаю, что это то, чего ожидали авторы этого законопроекта и даже не то, чего ожидает, собственно говоря, наша правоохранительная машина.

Еще один — пока я не могу называть его полностью подтвержденным, потому что хочется, чтобы герой как-то вышел из-под одного административного ареста, прежде чем попасть под другой, — но похоже еще один герой нашей рубрики «Неуважай-Корыто» будет Леонид Волков, известный политический деятель, который, вернулись после некоторого перерыва на милую родину, немедленно там попал под административный арест за нарушение правил проведения массового мероприятия. Он получил 20 суток за то, что, как считает суд, возбужденные его записями в интернете какие-то люди поцарапали чужую машину, а он их инспирировал заочно…

М.Наки
― Хотя он не призывал царапать машины.

Е.Шульман
― Он не призывал царапать машины и вообще никаким образом не призывал повреждать чье бы то ни было имущество. Но имущество было, как считается повреждено, и это случилось потому, что он что-то писал в интернете. И поэтому он сидит 20 суток.

И пока он сидит, к нему пришли полицейские с протоколом, который его адвокат опубликовал в своих соцсетях — Иван Жданов опубликовал. Там, действительно, написано, что оно перепостил вот эту предыдущую плохую запись о президенте, которое уже стало предметом такого дела, и поэтому он тоже виноват в неуважении к власти.

М.Наки
― Он в Твиттере запостил чтение приговора, снабдив собственными комментариями о том, сколько раз и какое словосочетание упоминается во время чтения приговора. То есть «сказочный» — и характеристика и поставил цифру: два раза. И удивительно, что это в Твиттере как раз, и пугающе.

Е.Шульман― В Твитттере — то это новость. Потому что обычно, как мы все время видим, это у нас происходит ВКонтакте. Как бы то ни было, за делом Волкова мы тоже следим, и за тем и за этим. Прошлый раз мы с вами говорили о деле эксперта движения «Голос», наблюдателя Романа Удота, который получил домашний арест до 16 июня по, действительно, довольно фантастическому делу об угрозе убийством журналистки НТВ.
Эта мера тоже оспорена. 4 июня будет она оспариваться, потому что домашний арест у него с довольно суровыми мерами пресечения: он не может выходить, он не может еды себе купить. Вот он тут жаловался, что всё съел, а дальше непонятно. Он же не может ни по интернету заказать, никак. Интернетом пользоваться ему тоже запрещено. Связываться ни с кем он не может, кроме своего адвоката. Он живет с пожилыми родителями. Соответственно, продукты носить им особо некому.

М.Наки
― Нам Григорий Мельконьянц сегодня рассказывал, что пришлось адвокаты идти ему за продуктами и покупать, что совершенно не входит в его обязанности.

Е.Шульман
― Это совершенно не обязанность адвоката, что называется, ни разу. Но это у нас такие вот, я бы сказала, достаточно мирные дела. У нас происходит сейчас дело гораздо менее мирное, за которым мы следим тоже. Пользы от нашего слежения, к сожалению, тут меньше, поскольку это дело ведет ФСБ. Это дело о террористической организации «Сеть» (*).

Вот сегодня появился довольно продленный текст, который опубликован на «Медиазоне». Сейчас он уже опубликован везде. Вы можете его увидеть. Дмитрий Пчелинцев, которого следствие считает организатором этой самой террористической структуры — а он говорит, что он страйкболом занимался, и вообще анархист — в общем, он рассказывает, как его пытали электрошоком с целью получить эти признания.

Такого рода практики у нас на наше общее несчастье существуют. Существуют они в полиции, существуют они в местах лишения свободы и существуют они во время следствия, если следствие ведет ФСБ. Это худший случай, потому что в двух предыдущих случаях управа есть. Она бывает.

Я напомню, что начальник колонии, в которой сидел Ильдар Дадин, сел сам. Начальник колонии, в которой сидела Надежда Толоконникова, тоже сел. В Ярославском ФСИНе сейчас 28 сотрудников под арестом и судом за применение пыток. На полицейских тоже удается заводить дела и, по крайней мере, отстранять от должности.

С ФСБ всё в высшей степени сложнее. Из этого не следует, что мы должны принимать происходящее как должное. Ничего должного в этом нет даже близко.

Если такого рода вещи происходят — я надеюсь, что никому из тех, кто нас сейчас слушает, не понадобятся эти советы, — но тактика, в общем, достаточно понятна. Если к вам применяются меры физического воздействия, говорите всё, что от вас хотят, не изображайте пионера-героя ни в коем случае. Ваша задача не в этом. Ваша задача состоит в том, чтобы запомнить максимально то, что с вами происходит и рассказать об этом. Вы откажетесь от своих показаний на суде. Вы расскажете адвокату о том, что с вами происходило. Ваша задача — донести происходящее до публичного внимания. Это единственный инструмент, который у нас есть.

Почему он работает? Потому что есть некоторый уровень публичного шума, который нельзя игнорировать. И кроме того да, на ФСБ нет управы извне, но внутри этой структуры происходят бурные свои собственные конкурентные сражения, и мы можете, таким образом, помочь навести на эти людей несытый взор их же собственных товарищей.

М.Наки
― То есть внутренняя борьба там существует.

Е.Шульман
― Внутренняя борьба там существует. Сотрудников ФСБ, довольно высокопоставленных время от времени арестовывают, к сожалению, не за преступления против обычных граждан, а за нарушения их обычно их всякого внутреннего кодекса чести распорядка или вообще по причинам, мало понятным снаружи. Но, тем не менее, не являются неуязвимыми и они. Всякого рода большие публичные скандалы увеличивают эту уязвимость.

Поэтому публичность — это важно. Это работает не сразу. И, к сожалению, в тот момент, когда с вами это происходит, вам покажется, что ничего не поможет. Но, повторю, старайтесь остаться в живых, постарайтесь запомнить и вынести на свет, и передать людям максимально подробно и правдиво, что с вами происходит. Это должно быть запечатлено, это должно быть записано, это должно стать достоянием публичности. Поверьте, потом это будет иметь последствия".

https://echo.msk.ru/programs/status/2433885-echo/

Статус S02E38 #77 Аудио

Politikwissenschaftlerin Ekaterina Schulmann, Recht und Ordnung. Me being interviewed by russland.RU on applied political science, and translated into the language of Weber and Michels. Ritter Michael Schulmann checked the translation and said it was passable.

"Für die politische „Maschine“ hat der Präsident drei Funktionen. Er repräsentiert die externe Legitimität, also Russland außerhalb. Die politische Klasse glaubt, dass nur er mit dem Westen sprechen kann. Er tut dies ja seit zwanzig Jahren und hat Autorität. Er repräsentiert die interne Legitimität. Die Menschen kennen uns nicht oder hassen uns, aber ihn lieben sie, so ist die Logik der politischen Eliten. Und drittens, er hält das Gleichgewicht zwischen rivalisierenden Gruppen. Er ist der oberste Schiedsrichter und regelt Konflikte, um dieses große Gleichgewicht aufrechtzuerhalten und damit keine Gruppe eine andere besiegen kann. Jede dieser Funktionen führt er bis jetzt aus. Es gibt jedoch auch Probleme mit jeder einzelnen".

Politikwissenschaftlerin Ekaterina Schulmann, Recht und Ordnung. Me being interviewed by russland.RU on applied political science, and translated into the language of Weber and Michels. Ritter Michael Schulmann checked the translation and said it was passable.

"Für die politische „Maschine“ hat der Präsident drei Funktionen. Er repräsentiert die externe Legitimität, also Russland außerhalb. Die politische Klasse glaubt, dass nur er mit dem Westen sprechen kann. Er tut dies ja seit zwanzig Jahren und hat Autorität. Er repräsentiert die interne Legitimität. Die Menschen kennen uns nicht oder hassen uns, aber ihn lieben sie, so ist die Logik der politischen Eliten. Und drittens, er hält das Gleichgewicht zwischen rivalisierenden Gruppen. Er ist der oberste Schiedsrichter und regelt Konflikte, um dieses große Gleichgewicht aufrechtzuerhalten und damit keine Gruppe eine andere besiegen kann. Jede dieser Funktionen führt er bis jetzt aus. Es gibt jedoch auch Probleme mit jeder einzelnen".

http://www.russland.news/geschichten-ueber-einen-alleinherrscher-in-russland-sind-ein-mythos/

Andrew Kramer in The New York Times on Russian labour protests, specifically on Okulovka medical strike, with the so-called atmospheric photos (sleek but moody - I'm not sure I appreciate the style), and me serving duty as Captain Obvious:

"Russia ranks 73rd in the world in per capita gross domestic product, between the Seychelles and Greece. In one measure of the hard times for many, Russia’s state statistics agency this year released a survey showing that about a third of Russians could not afford a spare pair of shoes for the winter. An additional 21 percent said they could not afford to buy fresh fruit regularly.

“A very natural thing is happening,” Ekaterina Schulmann, a political scientist at the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration, said in a phone interview. “The worsening economy, the declining real wages, is souring public opinion.”"

https://www.nytimes.com/2019/05/25/world/europe/russia-doctor-protests-navalny.html

Никогда не угадаешь, чем именно будешь любезен народу (и какими путями распространяется просвещение). Вот подробная, почти академическая статья про рамен на фуди-ресурсе, цитирует внезапно меня (отдельно указывая, что это внезапно). И нет, я не давала комментариев фуди-ресурсу для статьи о рамене, это фраза из другой фейсбучной дискуссии, но автором она была сочтена подходящей к контексту. Заодно выяснилось, что маринованые яйца называются аджитама, а лапшу предварительно выдерживают (!) с целью ферментации.

"Можно внезапно процитировать политолога Екатерину Шульман: «Еда должна быть такая, чтоб после нее выйти на мороз, похлопать рукавицами по бокам и дальше везти почту в Иркутск». После хорошего рамена именно так и хочется делать".

https://ostrota.media/archives/1036

Народное творчество в комментах.

Пока Леонид Волков отбывает свой административный арест за внушение на расстоянии неизвестным людям намерения поцарапать чужую машину, дух его пребывает с нами, как можно видеть на прилагаемой видеозаписи. Это дискуссия об общественной потребности в переменах на конференции Леннарта Мери в Таллинне: Маша Гессен, Леонид Волков, Артемий Троицкий и я, а также восстающий из рядов Алексей Левинсон с репликой о дефиците философов. Весь звездный состав говорит по-русски, что не каждый день услышишь, а Волков так даже и руками показывает политическое позиционирование.

https://youtu.be/-LiTK8-m5-Q

Foreign language weekend: English (the easy part). A longish text on PRI Public Radio International about Russia's young people and their political aspiration. I don't recollect ever talking to them and making this particular comment, but I could have said it somewhere else, and the text is overall decent. There's a lot of Liubov Sobol's and Denis Volkov's quotes inside, and some nice pictures of rebellious and not-so-rebellious youth.

"While “political activity” — advocating for legislation, for example, — is discouraged, especially if the subject is controversial (LGBTQ rights, feminism, domestic abuse, torture), the government condones “volunteerism,” encouraging people to solve problems like adopting stray dogs or helping victims of domestic abuse as long they as they don’t seek wholesale change.

"Everything is hybrid here," says political scientist Ekaterina Schulmann. "The state wants to absolutely control anything that resembles or threatens to become political activity. It has an inherent distrust and fear of grassroots movement."

https://www.pri.org/stories/2019-05-31/if-not-i-then-who-armed-internet-russia-s-young-people-want-remake-their-world

Foreign language weekend: Spanish. Translation of The New York Times article on Okulovka doctors' strike allows us an opportunity of perfecting our Iberian language skills using parallel texts.

"En una medida de los tiempos difíciles para muchos, la agencia estatal de estadísticas de Rusia publicó este año una encuesta que mostraba que alrededor de un tercio de los rusos no podría darse el lujo de comprar un segundo par de zapatos para el invierno.

“Algo muy natural está pasando”, indicó Ekaterina Schulmann, una politóloga. “La economía cada vez peor, con los salarios reales a la baja, está envenenando a la opinión pública”.

https://www.kienyke.com/nytiw/medicos-rusia-bajos-sueldos