Полдвенадцатого ночи.
Иногда накрывает странное чувство, кажется, что ни хуешеньки не получится. Тишина такая, что слышны собственные мысли. Смотрю на семьи, которые создаются, рожают детей, строят всё, несмотря ни на что, — понятный ритм жизни... А я до сих пор играю в какую-то игру, правила которой сам до конца не понимаю. Это даже не грусть, нет. Это такая «приятная печаль», когда ты осознаешь свой путь, но всё ещё не видишь его финала.
Многие со стороны скажут: «Ему повезло». Но мне не везло. Везение тут ни при чём. Оглядываясь назад, я вижу огромный, тяжелый путь: от общения с влиятельными людьми до столкновений с полными кретинами. И знаете, идиоты дали мне даже больше опыта, чем классные проекты. Они научили меня видеть суть вещей без фильтров.
Я постоянно нахожусь в точке выбора. Меня зовут за океан, предлагают жирные офферы здесь, зовут в крупные корпорации. Хорошие деньги, понятное будущее, статус, комфорт. Жениться, осесть, перестать «гореть». Казалось бы, живи и радуйся. Но мне это абсолютно не интересно.
Иногда мне кажется, что я занимаюсь планомерным саморазрушением, потому что каждый раз, когда встает выбор между «безопасно» и «моя идея», я выбираю второе. Внутренний голос то путает, то шепчет: «А может, нахуй всё? Может, просто жить как все?». Билет туда и обратно дальше… Но я иду к реализации того, что задумал. И чем ближе цель, тем выше барьеры. Как будто реальность проверяет меня на прочность: «Ты точно этого хочешь?».
Я до сих пор не чувствую себя реализованным на сто процентов, и этот голод единственный двигатель, который у меня остался.
Наши проблемы и страхи у всех плюс-минус одинаковые, меняется только окрас и тональность. Мы все на этом пути.
Пойду пройдусь, подышу этим ночным прохладным воздухом. А потом вернусь и буду работать дальше. Бабочки и смыслы сами себя не нарисуют.
Иногда накрывает странное чувство, кажется, что ни хуешеньки не получится. Тишина такая, что слышны собственные мысли. Смотрю на семьи, которые создаются, рожают детей, строят всё, несмотря ни на что, — понятный ритм жизни... А я до сих пор играю в какую-то игру, правила которой сам до конца не понимаю. Это даже не грусть, нет. Это такая «приятная печаль», когда ты осознаешь свой путь, но всё ещё не видишь его финала.
Многие со стороны скажут: «Ему повезло». Но мне не везло. Везение тут ни при чём. Оглядываясь назад, я вижу огромный, тяжелый путь: от общения с влиятельными людьми до столкновений с полными кретинами. И знаете, идиоты дали мне даже больше опыта, чем классные проекты. Они научили меня видеть суть вещей без фильтров.
Я постоянно нахожусь в точке выбора. Меня зовут за океан, предлагают жирные офферы здесь, зовут в крупные корпорации. Хорошие деньги, понятное будущее, статус, комфорт. Жениться, осесть, перестать «гореть». Казалось бы, живи и радуйся. Но мне это абсолютно не интересно.
Иногда мне кажется, что я занимаюсь планомерным саморазрушением, потому что каждый раз, когда встает выбор между «безопасно» и «моя идея», я выбираю второе. Внутренний голос то путает, то шепчет: «А может, нахуй всё? Может, просто жить как все?». Билет туда и обратно дальше… Но я иду к реализации того, что задумал. И чем ближе цель, тем выше барьеры. Как будто реальность проверяет меня на прочность: «Ты точно этого хочешь?».
Я до сих пор не чувствую себя реализованным на сто процентов, и этот голод единственный двигатель, который у меня остался.
Наши проблемы и страхи у всех плюс-минус одинаковые, меняется только окрас и тональность. Мы все на этом пути.
Пойду пройдусь, подышу этим ночным прохладным воздухом. А потом вернусь и буду работать дальше. Бабочки и смыслы сами себя не нарисуют.
1❤19💯8🔥3
Девушки, скажите, пожалуйста, в чем прикол?
Я не в первый раз это вижу. Может быть, я до этого не замечал или пропустил этот тренд — натягивать трусы так, чтобы появлялась «верблюжья ножка» там ?
Лично для меня это странно. Это как-то сильно понижает градус восприятия девушки. Чтобы вы понимали, закрепляю вторую картинку это то, что воспроизводит мой мозг, когда я такое вижу.
Это секси, да?
Я не в первый раз это вижу. Может быть, я до этого не замечал или пропустил этот тренд — натягивать трусы так, чтобы появлялась «верблюжья ножка» там ?
Лично для меня это странно. Это как-то сильно понижает градус восприятия девушки. Чтобы вы понимали, закрепляю вторую картинку это то, что воспроизводит мой мозг, когда я такое вижу.
Это секси, да?
🤣8🖕3😁1
Бля, так захотелось жирных помидоров «бычье сердце» 🍅, чтобы пахли с солью и чёрным бородинским хлебом! 🤌🏼🤌🏼🤌🏼
👍11💔6🐳1
Маленький Охотник: Личный манифест
Мой дедушка был охотником. Он брал меня на охоту. В детстве я часто видел чучела животных на стенах. Меня одновременно пугала и завораживала эта «красота смерти» — когда жизнь отнимается ради того, чтобы стать украшением интерьера. Этот детский дискомфорт от абсурдности убийства ради декора остался со мной навсегда.
В работе «Little Hunter» я переосмыслил этот опыт. Но я не строю из себя жертву и не пытаюсь бороться с корпорациями. Это было бы глупо и лицемерно. Я сам — проект десятилетий маркетинговых исследований. Я вырос на брендах, я ел то, что они производили, я носил их логотипы. Я не борюсь с системой, я — её часть, её продукт.
«Little Hunter» — это не протест. Это констатация факта.
Я взял узнаваемые головы детских качалок Little Tikes и превратил их в охотничьи трофеи. Почему? Потому что сегодня мы «охотимся» на смыслы так же, как когда-то на оленей. Мы упаковываем невинность в пластик, вешаем на неё ценник и выставляем на стену.
Но за этим глянцевым пластиком скрывается нечто более серьезное. Я думаю о детях в Палестине, Африке, Иране, России — во всех точках, где сейчас идет дележка ресурсов и сфер влияния. Эти дети видят смерть в прямом эфире. Они растут травмированными, лишенными опор. И это — самый ценный ресурс для тех, кто управляет миром.
Травмированным поколением легко манипулировать. Пройдет 10–15 лет, эти дети вырастут, и их боль станет инструментом в руках новых «охотников». Те, кто жил в достатке и видел мир через экран смартфона, никогда не поймут тех, кто вырос в руинах. Это бесконечный цикл: добро и зло, выгода и ресурс, насилие и ответная жестокость.
Мой «Маленький Охотник» — об этой цикличной охоте. О том, как мы превращаем чудо (единорога) в товар, пока где-то в реальности сама человечность приносится в жертву ради чьей-то прибыли.
Не хочу давить. Я просто фиксирую время, в котором мы живем. Время, где даже самая чистая детская игрушка может стать символом чьей-то удачной охоты.
Мой дедушка был охотником. Он брал меня на охоту. В детстве я часто видел чучела животных на стенах. Меня одновременно пугала и завораживала эта «красота смерти» — когда жизнь отнимается ради того, чтобы стать украшением интерьера. Этот детский дискомфорт от абсурдности убийства ради декора остался со мной навсегда.
В работе «Little Hunter» я переосмыслил этот опыт. Но я не строю из себя жертву и не пытаюсь бороться с корпорациями. Это было бы глупо и лицемерно. Я сам — проект десятилетий маркетинговых исследований. Я вырос на брендах, я ел то, что они производили, я носил их логотипы. Я не борюсь с системой, я — её часть, её продукт.
«Little Hunter» — это не протест. Это констатация факта.
Я взял узнаваемые головы детских качалок Little Tikes и превратил их в охотничьи трофеи. Почему? Потому что сегодня мы «охотимся» на смыслы так же, как когда-то на оленей. Мы упаковываем невинность в пластик, вешаем на неё ценник и выставляем на стену.
Но за этим глянцевым пластиком скрывается нечто более серьезное. Я думаю о детях в Палестине, Африке, Иране, России — во всех точках, где сейчас идет дележка ресурсов и сфер влияния. Эти дети видят смерть в прямом эфире. Они растут травмированными, лишенными опор. И это — самый ценный ресурс для тех, кто управляет миром.
Травмированным поколением легко манипулировать. Пройдет 10–15 лет, эти дети вырастут, и их боль станет инструментом в руках новых «охотников». Те, кто жил в достатке и видел мир через экран смартфона, никогда не поймут тех, кто вырос в руинах. Это бесконечный цикл: добро и зло, выгода и ресурс, насилие и ответная жестокость.
Мой «Маленький Охотник» — об этой цикличной охоте. О том, как мы превращаем чудо (единорога) в товар, пока где-то в реальности сама человечность приносится в жертву ради чьей-то прибыли.
Не хочу давить. Я просто фиксирую время, в котором мы живем. Время, где даже самая чистая детская игрушка может стать символом чьей-то удачной охоты.
❤🔥11❤6🦄4🕊2💔2