Нобелевскую премию по литературе за этот год пока не вручили. А Шнобелевскую (что интересно, посмертно) получил американский историк медицины Уильям Бин, который 35 лет отслеживал, фиксировал и анализировал скорость роста своего ногтя в зависимости от различных условий жизни, заболеваний и прочих параметров. За это время он опубликовал шесть статей, посвященных этому вопросу.

Еще одну награду из этой серии получила группа ученых из Нидерландов, Великобритании и США. Они провели эксперимент с участием 50 человек, которые изучали голландский как иностранный. Выяснилось, что небольшое количество алкоголя улучшает способность говорить на другом языке. За это им вручили Шнобелевскую премию мира.

#повесточка_дня

19 сентября 1858 года:

Поехал. Наслаждался. Решил, что надо любить и трудиться, и всё.

20 сентября 1858 года:

Приехал. Устал. Не любил и не трудился.

Из дневника Толстого. Как же он чувствовал…

#буквовски

Каждому дано нести свой крест, друзья! Просто у некоторых он с колёсиком.

Сотрудники DNS сложили пополам телевизор за 400 000 ₽ при транспортировке по эскалатору. @bloombusiness

Тест: у какого из этих котов кличка Кокс?
По вашему ответу понятно металлург вы или наркоман.
#engineershumor

​​Не ИИ отнимет рабочие места у людей… их отнимут инфорги

По оценкам IBM, наступает новая эра в разделении труда между людьми и машинами

Опубликованный IBM Institute for Business Value аналитический отчет озаглавлен «Дополненная работа в автоматизированном мире, управляемом ИИ»

Это первый в мире отчет на тему количественного и качественного влияния ИИ на профессиональную занятость:
• анализирующий эту тему с позиций кардинально новой парадигмы – новое разделение труда между людьми и машинами
• исходящий из двух принципиальных предпосылок:
1. что революция в области ИИ достигла переломного момента, и дальше скорость изменений скакнет на порядок
2. что не ИИ заменит людей, а люди, использующие ИИ, заменят людей, которые этого не умеют/ не хотят / не могут

Не трудно догадаться, что идущими на замену тех, кто не умеет, не хочет или не может, в первую очередь, будут инфорги (люди, проводящие в цифровой реальности больше, чем во сне – подробней см. здесь)

Ключевые прогнозы отчета, крайне важные для каждого работающего человека
1. В ближайшие три года 40 % работающих должны будут переквалифицироваться в связи с внедрением ИИ
Это означает, что переквалификацию должны будут пройти 1.400.000.000 человек из 3.400.000.000 человек мировой рабочей силы
2. Эта переквалификация подразумевает умение встроиться в новое разделение труда между людьми и машинами и освоение навыков «дополненной работы», когда партнерство человека и машины кратно повышает производительность труда и обеспечивает экспоненциальный рост отдачи от бизнеса
3. Примерный процент рабочих мест, перейдущих к «дополненной работе», составит:
три четверти в сфере маркетинга (73 %) и обслуживания клиентов (77 %) и более 90 % в сфере закупок (97 %), рисков и соблюдения нормативных требований (93 %) и финансов (93 %) …

Особо следует отметить радикальную смену приоритетов в наиболее важных навыках, требуемых от работников с наступлением эпохи дополненной рабочей силы

Ошиблись те родители, что вложились в STEM обучение своих детей!
Ошиблись те, кто считал, что знание компьютера и иностранного языка всегда пригодятся!
Ошиблись те лидеры бизнеса, что полагали будто самой ценной способностью их персонала в 21 веке будет способность к инновациям и творчеству!

Корпус спутника ПС-1 состоял из двух силовых полусферических оболочек диаметром 58 см из алюминиево-магниевого сплава АМг-6 толщиной 2 мм со стыковочными шпангоутами, соединёнными между собой 36 шпильками М8×2,5.

Перед запуском спутник был заполнен сухим газообразным азотом под давлением 1,3 атмосферы.

Герметичность стыка была обеспечена прокладкой в виде кольца из вакуумной резины с прямоугольным сечением. Верхняя полуоболочка имела меньший радиус и прикрывалась полусферическим внешним экраном толщиной 1 мм для обеспечения теплоизоляции. Поверхности оболочек полировались и обрабатывались для придания им специальных оптических свойств (блик от аппарата должен был быть хорошо заметен через средства любительской астрономии).

Внутри герметичного корпуса были размещены:
•блок электрохимических источников (серебряно-цинковые аккумуляторы); 
•радиопередающее устройство ПС-1; 
•вентилятор, включающийся от термореле при температуре выше +30 °С и выключающийся при понижении температуры до +20…23 °С;
• термореле и воздуховод системы терморегулирования;
•коммутирующее устройство бортовой электроавтоматики;
•датчики температуры и давления;
•бортовая кабельная сеть.

Масса — 83,6 кг.
Масса источников питания составляла около 50 кг.

На верхней полуоболочке располагались крест-накрест две уголковые вибраторные антенны, обращённые назад; каждая состояла из двух плеч-штырей длиной по 2,4 м (УКВ-антенна) и по 2,9 м (КВ-антенна), угол между плечами в паре — 70°; плечи разводились на требуемый угол пружинным механизмом после отделения от ракеты-носителя.

На передней полуоболочке находились четыре гнезда для крепления антенн со штуцерами гермовводов и фланец заправочного клапана.

На задней полуоболочке располагался блокировочный пяточный контакт, который включал автономное бортовое электропитание после отделения спутника от ракеты-носителя, а также фланец испытательного системного разъёма.

Радиопередающее устройство «Спутника-1» (радиостанция Д-200) излучало радиоволны на двух частотах: 20,005 и 40,002 МГц, поочерёдно (посылка сигнала одним передатчиком соответствовала паузе другого, переключение с периодичностью несколько десятых долей секунды осуществлялось электромеханическим реле).

Для питания передатчиков, реле и вентилятора использовался набор серебряно-цинковых аккумуляторов (накальная батарея — 5 элементов СЦД-70, 140 А·ч, 7,5 В; анодная батарея — 86 элементов СЦД-18, 30 А·ч, 130 В) . Непрерывная работа передатчиков продолжалась в течение 21 дня после запуска.

Более 10 кг в массе спутника приходилось на благородный металл — серебро, содержащееся в аккумуляторах. Необходимость в тяжёлых источниках питания была вызвана, во-первых, применением в передатчике электронных ламп, а не транзисторов (которые в то время не могли обеспечить стабильную работу при разных температурах и были маломощными); во-вторых, относительно большой выходной мощностью передатчиков, рассчитанных на радиолюбительский приём (для приёма сигнала профессиональными радиостанциями достаточной была бы в 100 раз меньшая мощность передатчиков, около 10 мВт). Энергопотребление каждого из двух передатчиков составляло около 7 Вт, выходная мощность — 1 Вт.

Вес передатчика 3.5 кг. Схему выкладываю в комментариях.

Думайте

Деградат нация. Подписаться.

В начале XIX века на планете жило около одного миллиарда человек. К началу XX население выросло до двух миллиардов. Сегодня уже восемь. Причины этого рывка понятны — развитие медицины и сельского хозяйства. Человечество научилось выживать и продлевать жизнь, но вместе с этим породило новую проблему — что делать с миллиардами «лишних» людей, не вовлечённых напрямую в производство?

Рост численности населения сопровождался и ростом ожиданий. В начале XX века получила распространение первая глобальная медиа-технология — "синематограф". Массы увидели на экране богатство, комфорт и изобилие, и захотели жить так же. Это сформировало принципиально новые запросы: жить удобнее, богаче, интереснее.

Социалистические эксперименты XX века укрепили этот сдвиг. СССР и другие проекты показали: государство может и должно брать на себя ответственность за удовлетворение потребностей масс. Обеспечивать прожиточный минимум, образование, здравоохранение. Даже страны, где социализм не победил, были вынуждены отвечать на этот вызов. Так идея государства всеобщего благосостояния закрепилась в массовом сознании.

Позднее на Западе возникла ещё одна связка: экономический рост якобы можно обеспечить через рост населения и стимулирование потребления. Кредиты, социальные выплаты, поддержка рождаемости — всё это стало частью новой модели. Считалось, что если людей станет больше, они будут больше потреблять, то экономика сама разгонится и все останутся в выигрыше.

Но реальность оказалась иной. Люди охотно потребляют, но участвуют в производстве далеко не все. Возник глобальный дисбаланс: для поддержания материальной базы достаточно полутора–двух миллиардов, тогда как остальные шесть заняты в основном потреблением. Потреблением разного уровня, конечно - иногда большом, а чаще на нищенском уровне.

Именно эти «лишние» с точки зрения экономики люди стали политическим фундаментом современного государства. Государство обеспечивает им минимальный уровень благосостояния — пособиями, льготами, бюджетными зарплатами, — и получает взамен легитимность и стабильность. Это негласный общественный договор: хлеб в обмен на лояльность.

Цифровизация внесла дополнительное измерение. Социальные сети обнажили неравенство и избирательность государственной поддержки. Массы начинают видеть в государстве не гаранта их благополучия, а обременение.

Научно-техническая революция усиливает этот кризис. Автоматизация и искусственный интеллект сокращают спрос даже на тех работников, что ещё недавно казались незаменимыми. Материальную цивилизацию можно поддерживать силами меньшинства, а миллиарды людей превращаются в социальный балласт.

Именно здесь возникает парадокс. Если государство исчезнет, исчезнет и система перераспределения, на которой держится существование «лишних людей». Те самые полтора миллиарда производителей будут рады сбросить соцнагрузку. Ни корпорации, ни технологии не станут обеспечивать миллиарды. В действительности государство — единственный институт, которому они нужны.

Тут нужно понимать, что волна научно-технического прогресса исходит в основном из США, где расположены ведущие технологические компании (хотя угроза нависает и над ними). Другие государства стремятся от них закрыться, создавая собственные цифровые экосистемы и усиливая контроль. Но чем больше государство увлекается технологиями, тем меньше зависит от мнения масс и превращаясь в такую же технокорпорацию.

Так складывается основной конфликт XXI века: научно-технический прогресс против государственного контроля. Правительства вводят жёсткие цифровые режимы, ограничивают софт, сканируют переписки. А техно-корпорации ищут способы обхода: децентрализованные протоколы, криптография нового поколения и спутниковая связь.

Финал неочевиден. Мир может распасться на закрытые цифровые анклавы под полным контролем власти. Может случиться прорыв в сторону неблокируемых коммуникаций. Или появится смешанная форма. Но ясно одно: эпоха свободного интернета и социального государства постепенно заканчивается. А вопрос «лишних людей» трансформируется в вопрос «лишних государств».