Душно-светло-зеленый,
В коробке из-под людей,
густо трупноселенный
День.

Громкий электросчетчик,
Гнусный хуй знает кто,
Здесь догорает отчим
Ртом.

Комнатный плесне-кактус,
Пробка и шум плевка,
Стоит проснуться как-то?
Пока.

В небе картонно-броском
Серой гнилых ушей,
Так я и стал отростком
Вшей.

Одним кадром, под тяжестью смыслов,
Под тяжестью с виселиц смотрят в страх
Одни догорают, другие быстро
Решают спуститься, но боль остра

Беря на себя астрал из судеб,
Ломают те судьбы, что видят сами
В мазуте глаза, в кишках все зубы
Во имя любви вас повырезали

Одним кадром смотреть и думать
Одним кадром поджечь и плавить
Одним кадром побыть дулом
Одним кадром удобрить гравий

Уснуть завтра, проснуться мертвым
Отдать волю - и снова в спячку
По лисьим тропам скакать уперто
Любуясь кровью, глазницы пачкать

Любуясь кровью, прогнить и выжить,
Таща с собой по телам валежник
Внутри детей не скребутся мыши,
Но всех детей мы добили прежде

Серые будни глаз,
Влажная пошлость лиц
Всего лишь один отказ -
И стены падают ниц

Я просто иду и жду
Я делаю вид, что мне
Заклеить мою вражду
Помогут капли извне

Я делаю вид, что нем,
И маской гримасы вон
Спускаюсь по крови вен
К асфальту под париком 

Я делаю вид что смех
Исходит из устья рта
Застыв, я коварней всех
Под струями кипятка

Я пластик и я гранит,
Я дерево и кирпич
Я труп тех бетонных плит,
Герой бестолковых притч

Моргаю, иду. Куда?
Опять позабыл маршрут
Моргаю, и сквозь портал
Спускаюсь, плыву, дрожу ..

Знания заливают рот,
Текут по пальцам красными буквами
Мы вытираем их грязными губками,
Оставляя кальций и водоворот

Знания рвутся из пиджаков,
Испепеляя наши пустые головы
Сильно стыдно и немного холодно
Знания громче наших шагов

Знания залезают в суть,
Крепятся на островках
Плечистыми кольями
Между уроками и застольями
Висят мясом грязному псу

А я двигаюсь с портфельчиком
Звонко шучу про стяг и небо
И пусть меня простят, но небыль
Я спасу от знаний,
Заделавшись фельдшером

Плохое влияние
Стен и смеха
На психику, волю
Тех, кто съехал

Из…

Картонного домика
Гам и стуки
Простите, соседи
Суки

Разбитые стекла,
Облитый плед
Смещенный нос
На полу в игре

Останки детства
В других детях
В изнанке,
Стыде… прыжках

А я готовлю
Им этот омлет
И делаю вид,
Что сдержать пыл
Не тонка кишка

Вечный выходной,
Но не праздник
Балкон, свет, боль в икре
Очки, похоть книг
Барахтаясь в маразме,
Пойди , посмотри
Что там во дворе?

Страсти по Христу,
И велосипеду
Гул подъезда, стычка, борода
Сладко в борозду
Пахнущего плела
Мимо новостей,
Мимо рта вода

Истина в бельме
И в поддоне неба
Карканье синиц, искры ото сна
Вялое плечо
Вялого соседа
Отголоски лиц
Ржавая десна

Вечный выходной
Но не праздник
Балкон, свет, я, ты
Руки, сплетенные в спазме
Осень, инсульт, коты

О, моя слепая романтика
О, великая детская прыть
Обоссавшись лежать фантиком
Или стены желудком мыть

Или склеившись отвращением,
Упражняться в любви к себе
Или броситься угощением
На прилавок земли сипеть

О, больничная шконка твердая
Образумь меня горьким сном
Я соседа, клянусь , задёргаю
Философией бьет озноб

И касаясь пролежнем винтиков,
Плотным гноем прожгу матрас
О, великая русская индика!
Я тебя сохранил, но не спас

В каждом окошке - мошки,
Попавшие в глаз солнцу
Бегущие босоножки,
Вставленные в людей

Ставленники идей

Смотрят и потешаются,
Мошки летят и морщатся
Мошки не соглашаются,
Мошки идут просить

Солнце им пригрозит

И полетят бездомные
На ветерках помойных,
А те глаза бездонные
Смотрят и смотрят вниз

100 лет и вновь на бис

Кинутся на цветочные
Жженые солнцем пастбища
Там, где ножом наточены
Сотни пустых страниц

Солнце ненужных гильз

Выплюнет, не подавится
Выплюнет и расплачется
Так как, увы, карается
Каждый неверный взмах

Солнце поставит шах

И между страхом сладостным,
И между горем горюшком
Взглядом игриво - пакостными
Будет налита кровушка
Будет разлит бокалами
Сок молодой икаровый
С душным отливом гнить

Мошки садятся пить

Я хотел бы владеть мыслями,
Как владеют люди собаками
Как ведут их по улицам пристально,
Чтобы лапы они не заляпали

Поводки надевают на шеи им,
И намордники комкают деснами,
Забывают по пьяни в кар-шеринге,
Оставляют на родине веснами

Я хотел бы дать столько корма им,
Сколько надо на массу максимум
За укус я сдавил им горло бы,
За скулеж их прозвал бы плаксами

Если вздумали бы размножиться,
Я бы палкой огрел их грязною
Порицал бы за мужеложество,
Унижал бы за тело праздное

Я владел бы ими до ужаса,
До мозолей на пальцах праведных
Не надеялся, что подружимся
(Я и сам уже так изранился)

Я бы мысли в коробках вынес и
Постарался забыть подснежником
Но они бы от страха вылезли
И залаяли бы валежники

И забился бы я под сучьями,
Собирал бы себя охапками,
Шёл бы тропами я барсучьими,
Безымянно сипел и харкал и…

Мысли лаяли б, выли, стихли бы
В этом вареве неба колкого
И, вернувшись тотчас же вихрями,
Схоронили себя под полками

Еще одна демка с нового альбома.

8 отября выйдет все целиком

Испарина смотрит вперед
Прет так, что скулы свело
Серое настолько серо,
Что
Сдирает кожу в пирог

Желудок пуст до краев,
Рев жжет и стонет комок
Гоморра, останки домов
По
Щекам вихри помой

Помылся, но запах, хруст
Отгрыз воспаленный мозг
Компостная яма, спуск
….
Гниющая смесь корост

Удушливый синяком,  
Слитой из утроб больниц
Меня так тошнит стихом
Из
Нарядно скомканных лиц

Островитянин
Паучьими лапками строит жизнь
Вширь
Пользуясь всеми ее париками,
Веря, что будет стоять веками
И в то, что скрытое моряками -
Не были
Ведь точно туда, где они ходили,
Где пили
Забором отвесным огородили,
Забили, стуча тупохвостыми молотками
Под лязг от зубов разрослись капканы,
Стремглав уничтожив людские грани
Там рана на ране

Его там не ждут

А тут
можно кашлять и обороняться,
Подняться, упасть, зеркально подняться
Как в танце,
Как в трансе
Как карта, так нужная в этом пасьянсе,
Ложится рубашкою вниз
Кис-кис
Ласкают угрюмо за ушком
Игрушка, подушка, так нужно
И тот томик Пушкина дружно
До дыр
Воды
Чистой и свежей
Островитянин забрезжил
Ближе, и дальше, и между
Против чужой красоты
(По временам тем, что прежде)
Сам для себя стал святым

Победа любой ценой,
Под беды и вой соседей
Не стал золотым руном
Осколок кривой беседы

На ненависть сделать шаг
И ненависть сделать флагом
Мой лучший земной вожак
Мне надо дышать… на ладан

Набеги. Давить и жечь
Побеги сажать, лелеять
Под шепот упавших с плеч
Ласкать тех, кто нам милее

Ракеты, ракеты, страх
Те лучше. А эти хуже
Иисус - это мой Аллах
Лежащий в кровавой луже

Картонных коробок сны
Бетонных кварталов спины
Согнулись и спят сыны
И ждут не дождутся сгинуть

Победа близка, обрыв  
Победа согреет первых
Открыв наш животный вермахт
Победа сожрет вторых

Мы заселяем тела. Украшаем
их синяками. И возвращаем
Бездыханными

Мы и есть бесы, засевшие в недрах,
Сорняки, паразиты,
Пожиратели мусора

Поэтому и нереально видится,
Когда тело сопротивляется,
Ковыряя нарыв чего-то гнусного,
Грузного

Не являясь частью
Нашего вселенского будущего,
Нашего бесстыжего крошева

Нашего прошлого,
Богатого на события
В масштабах всего и всякого

И когда понимаем парадоксы,
Время останавливается.
Потому что время

Это то, во что верится,
То, что сбывается
Но мы - это всего лишь мельница

Жернова пусть притупляются,
Но вертятся
В масштабах всего и всякого

Нам просто нравится химия
В этих человеческих слитках
В этих масках, срезах, линиях

Нравится купаться в них
Волнами грядущего,
Фонтанами памяти

Чувствовать якобы искренность,
Хоть и не на большой дистанции
Хватать и жрать ее мисками
Хватать и жрать
От станции к станции